Тень утраченной любви. Глава 15. Глоток воздуха

Лизе казалось, что волшебная сказка будет продолжаться вечно.

Но что-то вдруг стало меняться. Кирилл по-прежнему исполнял все желания и был таким же внимательным, как и раньше. Но стал часто пропадать. Вечером позвонил:

— Лиза, безумно хочу тебя увидеть сегодня. Все время думаю о тебе, каждую минуту. Ощущаю на губах вкус твоих поцелуев.

Лиза сразу почуяла подвох.

— Но?!

— Но у меня сегодня важная деловая встреча.

— У тебя же вчера была важная деловая встреча? — не выдержала Лиза.

— Малыш, ты же понимаешь. Папа навязывает мне свой бизнес, хочет, чтобы я стал его правой рукой. Больше всего на свете я хочу сейчас сидеть с тобой в обнимку на нашем диванчике, говорить о своей любви. Но… дела не ждут. Не обижайся, прошу!

— Не обижаюсь, — буркнула Лиза и положила трубку.

И вчера не пришел, и сегодня не придет ночевать. Лиза прекрасно понимала, что Кирилл не говорит ей правды, но предпочитала не думать об этом и не расспрашивать. В конце концов, они не давали друг другу клятв. Они вообще ничего друг другу не обещали — каждый пользовался другим, и это было честно, или почти честно.

Но всё равно было обидно. Лиза весь день сидела одна в огромной квартире, листала журнал, курила прямо в гостиной, стряхивая пепел в мамину хрустальную вазочку — ту самую, которую Ирина Евгеньевна привезла из Чехословакии и велела беречь как зеницу ока.

Рита ушла куда-то по своим делам — кажется, на курсы. Тоже предательница, какая-то никому не нужная учеба ей дороже лучшей подруги. Все они предатели.

Телефон зазвонил, и Лиза вздрогнула. Кирилл? Нет — голос в трубке был другой, хрипловатый и наглый:

— Принцесса, ты чего дома киснешь? Приезжай, у нас весело.

Костик. Тот самый конопатый мальчик, который когда-то подарил ей щенка, а потом вдруг превратился в симпатичного парня.

— Сколько же мы не виделись? — спросила она.

— Узнала, принцесса? Год почти не виделись, — улыбнулся в трубку Костик.

Лиза напряглась:

— Откуда у тебя мой телефон?

— Что, трудно узнать телефон подруги детства? У нас есть свои каналы.

— Ладно, я поняла. Давай ближе к делу. Куда приезжать?

— Да мы здесь, в Москве. Чего в нашей дыре делать? Не все ли равно, где бухать? Место встречи все то же — гаражи. Правда, теперь гаражи за стадионом «Лужники». Найдешь дорогу?

— Скоро буду! — обрадованно воскликнула Лиза.

Она быстро собралась. Придется ехать на метро, не просить же Кирилла отвезти ее, тем более что Кириллу сегодня на нее наплевать. И не только сегодня.

Неожиданно поездка в метро Лизе понравилась. Впервые за долгое время она почувствовала себя свободно. Она не привлекала ничьих взглядов. Здесь столько пассажиров, что любой может затеряться в толпе. Лизу здесь точно никто не знает, можно ехать куда угодно, и заниматься тем, что нравится, не оглядываясь и не чувствуя себя под стеклянным колпаком.

Место, где тусовались парни, найти оказалось несложно. За стадионом, когда закончились палатки торговцев и кучи неубранного после дневной торговли мусора, стоял массив гаражей. Уже на подходе слышна была громкая музыка, а перед гаражами маячила знакомая фигура в спортивном костюме.

— Лизка?! — удивленно спросил Костик, когда увидел ее, стильную, в шикарном пальто и лакированных перчатках. Каблуки уверенно ступали по неровному, в выбоинах, асфальту.

— Не узнал, студент?! — засмеялась Лиза.

Она и сама едва узнала Костика. Он сильно возмужал, стал еще выше ростом и шире в плечах, с трехдневной щетиной и сигаретой в зубах. От прежнего мальчишки осталась только широкая белозубая улыбка.

— Пошли скорей, тут недалеко, — он схватил ее за руку.

Лиза отпрянула. Уж слишком эта обстановка и грязный асфальт не были похожи на ее обычную жизнь.

Костик по-своему понял ее смущение.

— Давай, Лиза, не ломайся. Ты же скучаешь по нормальным людям. У нас все по-простому. Дэн шашлык жарит, Серый гитару притащил. Вина — море.

Нормальным людям. Лиза усмехнулась. Костик и его компания были кем угодно, только не нормальными. Но именно это ей сейчас и нужно.

А все Кирилл виноват. Вот и пусть он развлекается как хочет, она тоже имеет право на свои маленькие секретики.

— Ладно, — вздохнула она. — Пошли!

В московском гараже было всё так же, как и на родине год назад. Те же ящики, та же тусклая лампочка под потолком, тот же запах бензина и дешёвого табака.

И те же трое: Дэн, колдующий над мангалом, Серый с гитарой, напевающий модную блатную мелодию, и Костик, сразу развалившийся на старом кресле и потянувший Лизу к себе на колени. Ничего не изменилось, и даже гитара была та же.

Лиза рассмеялась, но вывернулась из лап Костика, и села на ящик рядом.

Серый положил инструмент и поднялся ей навстречу.

— О, принцесса пожаловала! А мы уж думали, ты про нас забыла. Зазналась в своей элитной Москве. Наша-то Москва, видишь, попроще.

Лиза посмотрела на него — светлые волосы, дырка в переднем зубе. Она не помнила его имени, в памяти осталась только дурацкая привычка свистеть сквозь дырку в зубе. Если бы не эта глупая детская мелочь, Лиза вообще бы не вспомнила, что когда-то знала его. Но что-то в нём было родное и знакомое — что-то из детства, из-за щели в заборе, из той жизни, где она была просто маленькой девочкой Лизой.

— Я не зазналась, — Лиза присела на ящик, вытянула ноги. — Устала просто. От всего.

— От всего — это от кого? — Костик прищурился. — От жениха своего? Как он там, кстати? Работает, учится?

— Не твоё дело, — отрезала Лиза. — Кирилл его зовут, к твоему сведению.

Костик только хмыкнул.

— Понятно. Ну, ничего. У нас всё просто: кто с нами — тот свой. А кто не с нами — тот против нас.

Дэн молча кивнул и протянул ей стакан. Вино было дешёвое, кислое — то самое «плодово-выгодное». Лиза сделала глоток, поморщилась — и вдруг почувствовала, как отпускает. Здесь, в прокуренном гараже, не было ни тревог, ни забот. Как в далеком детстве, когда она пролезала через щель в заборе в большой мир, где не было ни маминых наставлений, ни папиных ожиданий. Где ее принимали такой, какая она есть.

Серый тронул струны. Гитара запела что-то блатное, монотонное и тягучее. Костик подпевал. Он фальшивил, но старался. Дэн резал мясо, криво улыбаясь. И Лиза вдруг поймала себя на мысли, что здесь — в прокуренном гараже, среди бывших хулиганов, — ей легче, чем в собственной квартире с дорогой мебелью и видом на башни Кремля.

— Давай, принцесса, за тебя, — Костик поднял стакан. — За то, чтобы ты не забывала, кто ты на самом деле.

— А кто я? — спросила Лиза с интересом.

— Своя в доску, — ответил Костик и широко, открыто улыбнулся. Непризнанные поэты, собирающиеся в ее модном салоне, так улыбаться не умеют.

Выпив залпом стакан, он добавил, подмигивая:

— Мы тебя любую любим. Хоть принцессой, хоть замарашкой.

И Лиза улыбнулась в ответ — впервые за долгое время по-настоящему.

Неожиданно она начала подпевать Серому. Когда стихли последние аккорды, Серый медленно протянул:

— Знаешь, Лиза, а у тебя голос — как у модных певиц из московских ресторанов. Красивый, но грустный. Не расстраивайся, все будет хорошо!

После этих слов где-то глубоко внутри, под слоем вина и сигаретного дыма, шевельнулось смутное предчувствие — что этот вечер последний. Что скоро всё закончится. Но Лиза отмахнулась от него, как от назойливой мухи. Глупости. Впереди ещё столько таких вечеров.

А сейчас — вино, гитара и трое друзей, которые любят её не за папины деньги, не по расчету, а потому, что просто любят.