Разлад

Мария
 Иногда они собирались.Поводы были самые разные: дни рождения, праздники светские и религиозные или просто дружеские посиделки. Когда я пришла с работы, они сидели на кухне с раскрасневшимися лицами и весело смеялись над чем-то.Я ничего не имею против этих милых старушек, но почему сегодня и у нас!? У меня был напряжённый день, и я мечтала в тишине выпить кружку чая , а тут...  Слушать их разговоры о даче, у кого что уродилось, кто сколько собрал огурцов и помидор, что ещё надо сделать- было нестерпимо.Больше всех меня раздражала мама с её нелепой стрижкой под мальчика, с загаром на лице и руках, ещё больше подчёркивающем глубокие морщины. Лучше бы собой занялась, чем считать собранный урожай, который никому не нужен. И вечно она набивается с этими огурцами и помидорами: кому отдать, не выбрасывать же!

 Я хмуро поздоровалась с ними, не садясь, сказала, что надо готовить ужин. "Ты что, не видишь: стол едой заставлен. Вон сколько наготовлено, всем хватит, садись, посиди с нами,"-миролюбиво сказала мать."Мама, - резко ответила я,- ты же знаешь, что Иван овощи не ест, да и Сашка терпеть не может помидоры". Старушки замолчали, вопросительно глядя на мать. Та покраснела , хотела что-то сказать, но промолчала. Через минуту поднялась Нина Ивановна:"Ой, заболталась, а у меня дома дела ." Старухи засуетились, попрощались и ушли.

Нина Ивановна
 Никто меня не ждал, но я видела ,как неловко чувствовала себя Вера от слов своей дочери, вот сказала первое, что пришло в голову. Уже не первый раз вижу , как разговаривает Маша с матерью: резко, грубо, обрывает. Почему она у неё такая!? Вера растила её, души в ней не чаяла, отрывала от себя, всё лучшее Маше :еда , одежда. Сама себе не купит платье, перешьёт из старого, или отдаст кто- нибудь за ненадобностью. А Машка только грубит ей. По себе знаю, что  со взрослыми детьми трудно: другие взгляды, интересы, но уважение к старым родителям никто не отменял! Мой Вовка тоже не сахар, иной раз и скажет грубое слово, но чувствую : душой он со мной. Хотя  живёт отдельно с семьёй, растят дочку, мою любимую внучку .
 
"Ты заметила, как расстроилась Вера?"- прервала молчание Ольга. Мы вышли вместе от Веры, и Ольга тоже молчала, может, думала о том же."Да, конечно, и не первый раз  это наблюдаем."- "Бедная Вера!- вздохнула  Ольга. - Может, это от того , что мы живём с семьями своих детей? Вот ты одна живёшь, Вова твой поэтому и выполняет твои просьбы."-"Да не всегда-, возразила я. -Мне кажется, многое зависит от воспитания." Мы снова замолчали.

Вера Алексеевна
 Всё моё хорошее настроение улетучилось, когда пришла Маша. Я горжусь своей дочерью. Она красивая , в отца. Высокая, стройная. Пышные тёмные  волосы, синие глаза... Гляжу на неё и вижу покойного мужа. Хорош он был, и почему выбрал меня, серую, неприметную мышку, не могу объяснить до сих пор. Ушёл рано из жизни, оплакиваю до сих пор. Вся моя любовь досталась моей дочери, всё ей, моей Маше. Вот она не была обделена вниманием мужчин. Выскочила замуж  в  восемнадцать лет, родила сыночка, внука моего любимого Сашу, а через два года разошлись: встретила другого. Саша у меня остался, уехала  надолго и опять бросила, вернулась ко мне. Иван-то у неё третий. Теперь угождает ему, боится, может, что опять не сложится?

 А мне грубит, другой раз и говорить не хочет. Мне обидно до слёз. А сегодня обидела и подруг моих. Решилась я на разговор трудный. "Маша, дочка, зачем ты так ?Вот обиделись девчонки, ушли. Посидела бы с нами, поговорила..."-"О чём!?-перебила меня Маша.- Мама, какие девчонки!! Вам всем шестьдесят плюс!  Ведёшь себя, как недоумок! Найди себе занятие по возрасту, а то только - дача, дача... Противно слушать!  Да ещё вечный упрёк, что не помогаю."-"Да я ведь не упрекаю."-"Я не дура,  вижу по твоим глазам. Зачем тебе всё это?! Сейчас пойду в магазин, куплю килограммы этих помидор, чтобы не видеть упрёк в твоих глазах".

Маша раскраснелась,  бросая эти злые слова. "Это моя жизнь,"- тихо ответила я.-""Так измени её!" Я видела сейчас в Маше горячность, невыдержанность её отца, понимала, что она может сказать такое, что  трудно будет простить, поэтому молча взяла сумку и вышла .Слёзы застилали глаза, я почти не видела ступеньки, когда выходила на улицу.

Нина Ивановна
Когда позвонила Вера, я спокойно сидела перед телевизором. "Нина, -плакала она в трубку, можно я приду к тебе?!"-"Что, что случилось?"- "Приду, расскажу." Спокойствия как ни бывало! Мы ведь в таком возрасте, что любая недомолвка вгоняет в панику. Еле дождалась Веру. Её рассказ не удивил меня. Мне просто  надо было выслушать то, что  наболело у неё в душе, просто посидеть рядом, просто обнять подругу, просто  напоить горячим чаем. Особых слов и не надо произносить: мы ведь обе понимали, что обида исчезнет, а любовь останется. Раздался ещё один звонок, от Ольги:"Вера у тебя? Я сейчас приду."

Мария
Мама ушла, а я всё никак не могла успокоиться."Ну пусть подышит свежим воздухом, прочистит мозги,"-зло подумала я.Пришли Иван с Сашкой. "А где бабушка?"- спросил Сашка. "Гулять  ушла твоя бабушка!" Даже себе я не  хотела признаться, что ревную сына к матери. Сашка очень привязан к ней. Флегматик, философ, со мной он ведёт себя сдержанно, а сколько раз я видела, как в его комнате они о чём-то шушукаются, потом весело смеются. И глядя на оживлённое, улыбающееся лицо сына, я завидую матери. Конечно, я понимаю, что ненадолго оставляла его, что должна  чувствовать благодарность за сына .Но...  Грешный я человек!

 Иван за ужином внимательно смотрел на меня. Он всегда чувствует моё настроение, за что, наверное, я и люблю его. Пришлось рассказать ему о ссоре с мамой. Как всегда, Иван не стал огульно обвинять меня, а размышляя вслух, доказал, в чём я не права, что надо извиниться перед мамой. Да я и сама понимала, что наговорила глупостей, обидела  родного  человека. Пожилые люди- консерваторы , им трудно угнаться за реалиями быстро бегущей современной жизни. К размышлениям прибавилось и беспокойство: почему  её так долго нет. Я позвонила Ольге Владимировне.  Нину Ивановну  побаиваюсь: она так смотрит, как будто видит тебя  насквозь.Ольга Владимировна перезвонила, сказала, что мама останется ночевать у Нины Ивановны. Засыпала я с тяжёлым чувством.

Ольга Владимировна
 Я не лукавила, когда говорила, что лучше жить одной, потому что живу с сыном, и его неустроенность-- моя печаль. В подростковом возрасте он влюбился во взрослую женщину,которая посмеялась над ним, резал себе вены, но испугался- и остался жив. Мы всё это скрыли, муж мой, правда, решил , что он психически ненормальный, и бросил нас. Костя , умный и красивый, выучился на программиста, больше не смотрит на женщин, живёт со мной и целыми днями сидит за компьютером. А живая жизнь проходит рядом. Грустно! И я немного завидую  Вере и Нине: у них есть внуки. Узнав, что Вера у Нины, я быстро собралась и на недоумённый вопрос сына, куда это я на ночь, ответила:"Я останусь у тёти Нины на ночь, там нужна моя помощь." -"Вызову такси,"- сказал сын. Через полчаса я была у Нины.

Нина Ивановна
 Поздним вечером три далеко не грации, пожилые женщины сидели  в моей комнате. Вера уже спокойно рассказала Ольге о ссоре с дочерью. Мы ещё раз со всех сторон обсудили это: как тяжело жить со взрослыми детьми, как мы любим их, как всё прощаем. Уже далеко за полночь опять рассказывали друг другу уже знакомые истории из юности:  о первой любви, замужестве, рождении детей... И нам  было интересно и не скучно слушать об этом .Мы и смеялись, и плакали, переживая заново свою жизнь.

Первый звонок раздался в семь утра. Звонил мой сын:"Мамуля, как ты? Что-то  решили к тебе в гости приехать, соскучились. Ничего не готовь, всё закажем." В семь тридцать позвонили в дверь. В прихожую зашёл Верин внук Саша."Ну, бабулечка, ты даёшь, дома не ночуешь! Тусуетесь  тут, а мы не спим из-за тебя. Собирайся, мать с Иваном ждут в машине, решили поехать сегодня на дачу." В восемь позвонил  сын Ольги:"Мама, получил зарплату, что заказать?  Пиццу или роллы? Жду ."
Я видела, как появлялись улыбки на лицах моих невыспавшихся подруг, как разглаживаются их морщины: мы нужны, нас ждут! Жизнь продолжается!