Авентюра 12. Без difference...

Авентюра 12. Без difference, или Как хулиганка утихомирила столичную классную

     О, эти столичные гости! О, эти студенты-практиканты из Екатеринбурга!

     В наш небольшой городок их часто присылали на педагогическую практику. Да-да, из Екатеринбурга. Хотя в те времена город назывался Свердловском, но мне по духу ближе Екатеринбург, поэтому я буду называть его Екатеринбургом. Так мне удобнее.

     В те времена университет Екатеринбурга числился в рейтинге третьим в стране после Московского и Новосибирского, это если верить нашей классной руководительнице Елене Ивановне. Она сама закончила Екатеринбургский университет, чем очень гордилась. И почему бы не погордиться, когда человек своими силами поступает в университет и благополучно его заканчивает?

     Всё же Екатеринбург – это столица Среднего Урала. А наш городок, хоть и не так далеко находился, но по сравнению со столицей (пусть хотя бы только уральской) казался глубокой провинцией. Глубокой-глубокой. Такой, где до ближайшего модного магазина нужно ехать час на автобусе, а до настоящего театра – два на электричке.

     Так вот, студенты на практику из Екатеринбурга приезжали к нам модные. Крутые. Столичные.

     И мы, конечно, смотрели на них с провинциальным удивлением и восторгом. Мы их разглядывали так, как разглядывали провинциальные гимназистки столичную "штучку" из Бухареста в фильме Михаила Козакова "Безымянная звезда". Помните эту сцену? Помните, как все смотрели на неё, на эту загадочную, элегантную, непонятную незнакомку?

     Вот так и мы смотрели на студентов.

     Я помню, с каким восторгом мы смотрели на математичку, студентку-практикантку, которая вела у нас уроки. У неё был новомодный начёс на голове, огромный, пышный, как облако, и какой-то длинный вязаный кардиган до колен, с большими пуговицами, с карманами. У нас в городе ещё такие не носили. У нас носили обычные кофточки, обычные платья, обычные свитера. А тут – кардиган! Начёс! Столичный шик!

     Мы смотрели на неё и думали: "Вот она – настоящая учительница. Вот она – современная, из большого города".

     Но кроме учеников, весь этот столичный антураж, конечно же, заметили и провинциальные учителя.

     Помните в "Безымянной звезде" мадемуазель Куку? Ту самую ханжу, старую деву, сплетницу, которая осуждала всех и вся? Так вот, наши провинциальные учительницы очень легко превращались в мадемуазель Куку. Особенно когда речь заходила о внешнем виде коллег.

     Конечно же, математичке было сделано общественное порицание.

     – Что это за начёс?! – шептались в учительской.

     – Что это за кардиган?! – возмущались на педсовете.

     – Разве так можно ходить в школу?! – негодовала завуч.

     Ну да, по мнению таких вот мадемуазель Куку, если учительница позволила себе модную одежду и причёску, она априори не может быть хорошим математиком. Если у тебя начёс, значит, ты легкомысленная. Если у тебя длинный кардиган, значит, ты несерьёзная. Если ты выглядишь как человек из журнала, значит, ты не можешь объяснять дроби.

     Как жаль.

     Конечно, сейчас в этом плане школа стала более демократичной. Главное, не выкладывай свои фото в купальнике, если у тебя хорошая фигура, чтобы мадемуазели Куку не лопнули от зависти.

     Интересно, а если с бодипозитивной фигурой выложить фото в купальнике? Что будет? Наверное, посочувствуют и ругать не будут. "Бедняжка, ну что поделаешь, природа такая". Ну, это я отвлеклась.

     Так вот, наша классная, она же историчка, очень быстро превратилась в мадемуазель Куку. Она осуждала всех. Она критиковала всё. Она была воплощением провинциальной праведности.

     Но кое-какие фразочки из студенческой жизни она сохранила. Из тех времён, когда она сама была студенткой в Екатеринбурге, модной и столичной.

     Например, когда кто-то из учеников отказывался выполнять общественные поручения, ссылаясь на занятость, она говорила:

     – Мне без difference.

     И когда мы вытаращивали глаза, она высокомерно говорила:

     – Вы что? Английского не знаете? Это значит, мне без разницы.

     Да, а по-русски это звучало очень двусмысленно: "без дифференс". Первый согласный звук оглушался – получалось "пес дифференс". Второй согласный озвончался, а гласный звучал с сильным призвуком «И».  Звучало как-то странненько, как что-то неприличное.

     Но мы привыкли.

     И вот однажды...

     Однажды сильно пожилая директриса, очень полная, с красным лицом и волосами, собранными в тугой узел, сделала какое-то внушение моей однокласснице.

     А надо сказать, что девочка была хулиганистая. Палец в рот ей не клади. Она не боялась никого: ни учителей, ни директрису, ни даже самого чёрта.

     Так вот, директриса что-то ей говорила, читала нотацию, воспитывала. А девочка слушала, слушала, а потом вздохнула поглубже...  И выдохнула в лицо директрисе:

     – А мне без дифференс.

     Естественно – с этим оглушением первого звука. И с сильным призвуком "И" второго звука.

     Директриса схватилась за сердце. Побледнела. Покраснела. Часто-часто заморгала. И пролепетала:

     – Что?!

     – Нам так классная говорит, – сказала хулиганка и выбежала из класса.

     Директриса переводила полуобморочный, недоуменный взгляд на нашу классную, потом куда-то в угол, потом снова на классную.

     Наша классная не нашлась, что ответить. Она стояла и молчала. Она ждала, когда уляжется буря в стакане.

     Директриса, чтобы сохранить лицо, отдышавшись, поспешно вышла из класса, сделав вид, что она ничего не слышала, что ей показалось, что это был сон, что это был мираж.

     С тех пор наша мадемуазель Куку поумерила свои столичные замашки и выражения. Ибо дети, особенно подростки,  они такие: ничего не пропустят, всё повторят. Всё запомнят. Всё используют. Всё превратят в оружие.

     И если ты говоришь детям "без difference", будь готова, что это же самое скажут тебе в ответ и с таким выражением, что ты пожалеешь о каждом слове, которое когда-либо произнесла.

     P.S. Математичка с начёсом, говорят, потом уехала обратно в Екатеринбург, и стала там очень успешным математиком. А может быть, и не математиком. Может быть, она стала дизайнером. Или модельером. Или просто счастливым человеком. Кто знает.

     Но мы её помним. Помним её начёс. Помним её кардиган. Помним, как мы смотрели на неё с провинциальным восторгом.  И помним, как мадемуазель Куку пыталась её унизить, Но не смогла. Потому что настоящие учителя – они не в начёсе. И не в кардигане. Они – в сердце. В памяти. В благодарности.

     А мадемуазель Куку осталась мадемуазель Куку с её провинциальной праведностью.


Рецензии