Сказка о Вовике и паровозике

                Товарищ, я вахты не в силах стоять —
                Сказал кочегар кочегару,
                Огни в моих топках совсем не горят,
                В котлах не сдержать мне уж пару.

                Куплет из русской народной песни.

               

Моя внучатая племянница пошла в первый класс частной школы в Санкт-Петербурге. Девиз той школы: «Учителя, берегите нервы детей».

Учительница придумала простейший способ, чтобы ребята воспринимали материал — через сказки. Например, на прошлой неделе она проводила детям урок истории на Финляндском вокзале у паровозика Ленина…

«Я тогда был ещё совсем юным, начинающим паровозом, и звали меня H2-293. Родился я, страшно подумать, в 1900 году, когда ещё не родились ваши прабабушки и прадедушки. И случилось это в США — это страна такая большая за океаном, она и тогда продавала много чего в Россию. И было это, когда в России был не этот, а другой президент, и звали его царь — помазанник Божий. Не спрашивайте, как и где его помазали, просто я слышал, как так сказал машинист кочегару.

Я тогда, как все паровозы, ездил по путям, постукивая колёсиками по стыкам рельсов. Курсировал я между городами Хельсинки и Петроградом. Петроград — это Петербург, только по-русски. Его тот помазанник Божий переименовал, когда началась первая война с немцами. Потом другой помазанник Божий переименовал город в Ленинград, потом ещё один помазанник опять переименовал его на немецкий лад в Санкт-Петербург.

Моим машинистом был в те годы Гуго Эрикович Ялава — финский революционер и железнодорожник. Революционеры — это такие люди, которым было плохо жить, и они хотели, чтобы так жили все.

Произошло это 7 октября 1917 года. Мы взяли в Хельсинки «на борт» одного забавного пассажира. Он всю дорогу ехал в моей будке под видом кочегара, иногда подбрасывая дрова в топку. Одет этот человек был в необычную для кочегара форму: белая рубашка, галстук, жилетка, пальто и кепка. Он без остановки думал, прерываясь лишь ненадолго, чтобы рассказать машинисту какую-нибудь сказку про будущее страны. Гуго Эрикович обращался к кочегару уважительно: Константин Петрович Иванов. Но однажды случайно оговорился:

— Владимир Ильич, мы уже подъезжаем к Петрограду, сейчас придут жандармы с проверкой. Вы уж поверх спецовочку кочегарную накиньте.

Вскоре случилась в России революция. Ну, это когда всё стало общим. А тот кочегар стал самым главным начальником всей этой истории. Но теперь его уже звали Владимир Ленин!

Тогда Финляндии ужасно не повезло. Ленин хотел как лучше: в благодарность за оказанную услугу подписал постановление о признании Финляндии отдельной от России независимой страной. Все-то были уверены, что финны быстро попросятся назад, увидев, как процветает сказочная Россия, позже названная СССР (но у каждой сказки ведь есть конец — эта сказка длилась почти 80 лет).

Когда новый главный помазанник, Сталин, заподозрил, что финны добровольно не вернутся в лоно СССР, он даже в 1939 году немножко повоевал с маленькой Финляндией, отобрав у неё южные местности. Потом была ещё одна страшная война с Германией, после которой СССР уже жил с Финляндией мирно.

А поскольку я тоже был героем революции, как, например, Надежда Крупская или Феликс Дзержинский, меня в 1957 году финское правительство передало в дар Советскому Союзу. А в 1961 году, назвав меня «Паровозом Ленина», перенесли в Ленинград, по-старому Петроград, на перрон Финляндского вокзала. С 4 ноября 1964 года я стою в стеклянном павильоне, как рыбка в аквариуме.

Стоя здесь, на вокзале, я начисто забыл финский язык, но очень усовершенствовался в русском. Около меня люди назначают свидания, со мной разговаривают, как с живым человеком.

Недавно одна молодая пара — два мальчика, — плюнув в меня, сказала, что лучше бы я тогда не доехал: сломался в дороге или сошёл с рельсов.

А один пожилой мужчина долго что-то шептал, сложив две ладошки вместе, потом перекрестил меня и, встав на одно колено, поцеловал защитное стекло в районе моего заднего буфера.

Как говорится, сколько пассажиров, столько мнений».