Письма Учителю. Тонущее самодержавие

                "Любое отражение прошлого в будущем имеет право на существование. Хочется как лучше, но..."
                Ван Ли-чжун,прогностик при дворе Фу СИ.

 "Засомневавшись, Лев Николаевич, в ленинском клише, про зеркало русской революции, ищу все же подтверждение.

 Будучи сторонником эволюционного развития России, Вы сами порой бежите "впереди телеги". Точнее, бежали, опережая массовое освобождение крестьян от дворянско-государственного рабства.

 Уточню ещё раз. Определение статуса главной производственной силы нашей страны Ваше.

 Продолжим, однако, экскурс по 1894, такому политически насыщенному году. В великосветских салонах только и разговоров, что про смену на российском "Олимпе".

 В Вашем дневнике это отражено достаточно. Даже, кк видится мне, сверх меры. А все отношение к царствующим особам. Даже нагружаете этот темой крестьян.

 29 октября разговариваете с плотником деревни Телятинки Петром Новиковым. Обсуждаете присягу новому царю. Давайте с этого места, граф, поподробнее.

"Думал: 1) О присяге, о которой мы говорили вчера с Петром Цыганком"

 Кличка собеседника за чернявость. Прикинув возраст Петра, допускаю его бывшую учебу в яснополянской школе. И тема близка.

"Велено присягать 12-летним"

Давайте узнаем подробности у Вашей супруги. Любимая  Софочка  пишет из Москвы. Со слов вашего сына-студента Николя в университете волнения. Сорок студентов отказались от присяги новому царю. А когда начальство положило на стол подписной листок о сборе на венок от ВУЗа, какой-то "естественник"  разорвав бумагу, убежал.

 Софья Андреевна возмущена:

 "Как плоха молодежь! Что-то подлое и трусливое вместе с тем во всех их действиях. Как же не поступать с ними — если не сказать, как с животными — то как с неотёсанной, грубой, мальчишеской толпой. — Ведь подписка добровольная, что и заявил инспектор — к чему же рвать лист и бежать. Ждут и еще беспорядков, это ужасно неприятно"

 Понять и принять такое отношение к смерти первого лица государства можно. Но потом супруга переходит на личное:

 "Всех церемоний приезда тела и т. д. я вероятно не увижу, так как стара стала сама для этого хлопотать и бегать, а детей никого нельзя взять по случаю холода.

 И объясняющая такое отношение приписка:

 "Хотела еще написать о нечто странном: заставляли присягать детей (Мишу) и женщин: классных дам, учительниц и т. д. Вот этого я совсем не понимаю!"

 Но не написала. Это сейчас, Лев Николаевич, классные дамы и учительницы ДОЛЖНЫ. Тогда же, судя по интонации письма могли и отказаться.

 Это письмо ещё больше укрепило Ваше отношение к происходящему шоу. Через петь дней после смерти Александра III написали:

 "По дороге в Козловку застал толпу мужиков, которые присягали священнику, который стоял на крыльце и смело, — не понимая того, что он делает, — обманывал людей. Мне всегда это больно и страшно видеть. Тут же уже стояли казаки и охрана, которая выехала для проезда. Это видеть еще страшнее. Вообще при перемене царствования виднее вся та ложь, которая совершается, и больно и страшно видеть ее. Впрочем, манифест исключительно неприличен:"Россия сильна беспредельной преданностью к нам"

 Давайте уточним текст  документа, подписанного новым правителем. Заодно и полное название.

 "Высочайшій Манифестъ о восшествіи Его Императорскаго Величества, Государя Императора Николая Александровича на Прародительскій Престолъ Россійской Имперіи и неразд;льныхъ съ нею Царства Польскаго и Великаго Княжества Финляндскаго (1894 г., Октября 20)"

 Думаю, это не должно вызвать студенческих волнений. Как и обозначение себя местоимением "мы".

 Опуская скорбь о близком человеке:

 " ...повелеваемъ всемъ НАШИМЪ подданнымъ учинить присягу въ верности НАМЪ и НАСЛЕДНИКУ НАШЕМУ, ЕГО ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЫСОЧЕСТВУ, ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ ГЕОРГІЮ АЛЕКСАНДРОВИЧУ, Которому быть и титуловаться НАСЛЕДНИКОМЪ ЦЕСАРЕВИЧЕМЪ, доколе Богу угодно будетъ благословить рожденіемъ Сына предстоящій бракъ НАШЪ съ Принцессою Алисою Гессенъ-Дармштадтскою"

 Кришна правый, граф, я и не думал, что нынешняя Алиса имеет такую фамилию. Думаю, не все патриоты, включая Соловьева (философа), приняли её.

 Обозначим и Ваше отношение к происходящему торжеству:

 "Велено присягать 12-летним. Неужели они думают связать этим детей? Разве не очевидно это самое требование показывает их вину и сознание ее. Хотят удержать и спасти тонущее самодержавие и посылают на выручку ему православие, но самодержавие утопит православие и само потонет еще скорее"

 Владимир Ильич рукоплещет: "Хоть и граф, но прав батенька!" С перестановкой последовательности потопления. Сначала самодержавие, а уж потом православие.

 Реально,прав Ульянов, зеркало русской смуты. С гримасой страха за России на тускнеющей амальгаме.

                Ваш ученик ЕС.

 A propos!

 Надеюсь, Лев Николаевич, что Ваш собеседник Петр Цыганок, дожив до 1927 года, без всякого насилия, со стороны новой власти,которой он, думаю, присягнул, ушел к праотцам"