Саундтрек к несанкционированному бунту

Читать этот текст в тишине — всё равно что жевать картон и пытаться представить стейк средней прожарки.

Перед тобой — литературный галлюциноген, но активируется он исключительно звуком!

Прежде чем мы начнём : этот рассказ категорически отказывается работать в режиме немого кино. Это аудиовизуальный аттракцион, где буквы — всего лишь субтитры к фильму, который сейчас начнет крутиться на внутренней стороне твоей черепной коробки.

Вот твой билет на сеанс — https://t.me/soundtrack_of_me/44b

Правило одно: включаешь треки из этого плейлиста по порядку и синхронизируешь их со сценами в тексте.
Без звука эта карета превратится в тыкву, а с ним — в лучший психоделический блокбастер сезона.

Втыкай наушники поглубже в уши, жми Play и иди по сюжету след в след за музыкой: одна сцена — один трек. Позволь этому плейлисту взять твоё воображение в заложники.
Проживи каждый трек, наблюдай за мыслями и ощущениями в теле, если хочется - двигайся, протанцуй всё, что всплывает. Двигайся не как красиво, а как хочется! Может, тебе захочется свернуться в клубочек или начать молотить руками воздух, прыгать или выделываться как пятилетка... Разреши себе прожить всё, что поднимается. Даже чистый грязный секс)
Если станет скучно, противно, проживи и это! И когда ты закончишь, прежним ты уже не будешь 100%.

Включил?
Закрой глаза (ладно, оставь щелочку для букв). Вдохни глубже ииии... Поехали!

Сцена 1-2. Палата №6 и хвойный лес
Экстрим-крупный план: твоя щека вступила в абьюзивные отношения с ледяным кафелем. Ты кожей чувствуешь каждую микротрещину в затирке.
От пола тянет могильным сквозняком, а суставы выкручивает так, словно тобой всю ночь выбивали пыль из персидских ковров. В висках, с точностью метронома, пульсирует заставка из *House MD* — этот массивный, тревожный трип-хоп ритм. Ирония судьбы: ты лежишь на полу, гадая, волчанка это или просто экзистенциальный кризис.
Но медицинский писк приборов в твоей голове вдруг вязнет, тонет, как камень в болоте. Сквозь него, словно трава сквозь асфальт, пробивается нежный, но до жути, до мурашек тревожный мотив *LESNIK*. Кафельная плитка вокруг начинает пахнуть не хлоркой, а сырым мхом, гниющими листьями, больничным озоном и твоей собственной, густой, как кисель, безысходностью. На языке — привкус медного пятака, которым обычно закрывают глаза покойникам.
Этот трек звучит как колыбельная, которую тебе поет кикимора, ласково оформляя на тебя микрозайм в трясине.

Сцена 3. Ошибка физического движка (Kick Bong - The Exception )
Ты пытаешься отжаться от пола на дрожащих руках, но разработчики этого сна явно сэкономили на физическом движке. Твердь исчезает. Вступает мягкий, обволакивающий даунтемпо-бит Kick Bong.
Кафель под ладонями превращается в теплый кисель, а гравитация прощается по-английски. В воздухе разливается густой, сладковатый запах пачули, благовоний и того самого чая, который не стоит пить в гостях у малознакомых шаманов.
Твоё тело теряет вес. Ты больше не валяешься на полу как мешок с костями — ты элегантно дрейфуешь в густом фиолетовом тумане, медленно вращаясь вокруг своей оси, как космонавт, забывший пристегнуть карабин.

Сцена 4. Центрифуга просветления (Suduaya - Nomad )
Но чилл заканчивается. Твой ленивый дрейф подхватывает мощное, спиральное течение прогрессив-псайтранса от Suduaya.
Камера сходит с ума. Фиолетовый туман распадается на миллионы светящихся фракталов, мандал и скринсейверов из Windows 98. Воздух электризуется так, что пломбы в зубах начинают ловить «Радио Свобода». Звук работает как стиральная машинка, включенная на режим «Отжим третьего глаза»: тебя закручивает в тугую спираль ДНК, сжимая пространство до точки сингулярности, а затем — ВЫПЛЕВЫВАЕТ вперед, прямо сквозь бетонную стену!

Сцена 5. Кардио для травмированных (Battlejuice - Danger )
Резкая склейка! Кроссовки с размаху бьют по мокрому асфальту. В ушах взрывается перегруженный тестостероном, кожаными куртками и ретро-синтами дарксинт Battlejuice.
Ты срываешься с места и бежишь. Почему во снах мы вечно куда-то бежим? От детских травм? От дедлайнов? От запаха сырого леса? Неважно! Главное — ледяной ветер бьёт в лицо, вышибая слезы, а вокруг вырастает мрачный киберпанковый мегаполис, собранный из краденых декораций «Бегущего по лезвию». Пахнет жжёной резиной, озоном, дешевым раменом и твоим собственным адреналином. Пульс долбит под двести, идеально попадая в прямую бочку. Ты — одинокий рейнджер на ночном хайвее, который понятия не имеет, где тут выход, но делает вид, что так и задумано.
И ты растворяешься в этом трафике, становясь просто сгустком энергии в бесконечной гонке, где финишную ленточку украли ещё до старта.

Сцена 6. Влечение к красным флагам (Assalm - Icarus)
Внезапно — жесткий стоп-кадр.
Ты тормозишь, будто на полном ходу влетел лбом в невидимую текстуру на краю карты. Музыка меняет полярность: вступает тягучий, гипнотический, обжигающий южным маревом Assalm.
Впереди, в клубах пара из канализационного люка, стоит Силуэт. Без лица, без паспорта, без внятной биографии — в общем, твой идеальный типаж. От него фонит таким чудовищным магнетизмом и таким количеством «красных флагов», что ты, как бык-дальтоник, немедленно теряешь волю. Воздух между вами плавится. Ты — классический Икар, который слабоумно и отважно летит прямо в пасть личному чёрному солнцу. За спиной уже воняет палёными перьями и растопленным воском, но ты, как завороженный кролик, тянешь вперед дрожащую руку...


Сцена 7. Дискотека Маркиза де Сада (Sadeness - Part I (Radio Edit))
Пальцы почти касаются мечты, но твое подсознание — этот старый тролль с дипломом психоаналитика — резко дергает ручник и врубает Enigma — Sadeness.
Освещение на площадке мгновенно меняется на готический нуар. 
Свет гаснет, с неба падают тяжёлые бархатные портьеры.
Знакомая дудочка из девяностых звучит не как приятное ретро, а как приговор.
Ты ведь помнишь игру слов в названии? *Sadness* — печаль, и *Sade* — тот самый маркиз. Неон гаснет, его сжирает густой, липкий туман, пахнущий церковным ладаном, растопленным воском и чем-то непристойным.
Строгий грегорианский хорал пытается молиться о твоей душе, пока женский голос влажно и абсолютно бесстыдно дышит тебе прямо в перепонки. И тебя парализует.
До тебя вдруг доходит вся грязная, некрасивая правда: ты бежал к этому Силуэту не за «жили они долго и счастливо». Внутри тебя в пьяной драке сцепились херувим и латентный садист. Ты с ужасом понимаешь, как тонко в тебе переплелись духовный голод и тёмная, хищная похоть. Тебе не хочется держать это существо за ручку — тебе хочется сломать, подчинить, выпить до дна или с мазохистской улыбкой позволить уничтожить себя.

Сцена 8. Режим «Манекен из ИКЕИ» (Acryl Madness - No Sense In Bodies )
От этого инсайта внутри всё мгновенно выгорает, покрываясь инеем. Музыка становится колючей, пластиковой, мертвой — это Acryl Madness.
Твоя кожа буквально превращается в гладкий, бесчувственный полимер. Демоны разбежались, ангелы ушли на перекур, оставив во рту вкус батарейки «Крона».
Сквозь лязгающий электронный ритм пробивается равнодушный, как у оператора колл-центра в аду, голос: «В этом теле нет смысла».
И ведь не поспоришь! Какой смысл в этом мешке с костями и гормонами, если все его высокие порывы сводятся к банальной механике боли и доминирования?
Ты смотришь на Силуэт с ледяным цинизмом человека, который только что понял, что Деда Мороза не существует.

 Сцена 9. VIP-лифт на дно (Perturbator - Birth of the New Model )
Не говоря ни слова, ты просто делаешь шаг спиной вперед — и с покерфейсом падаешь в чёрную дыру под тяжёлый, апокалиптический рев синтезаторов Perturbator.
Камера летит за тобой в бездонную вентиляционную шахту твоего подсознания. Трос оборвался, тормоза отказали. Желудок пытается эмигрировать через горло. Вокруг со свистом проносятся искрящие кабели, ржавые трубы и обломки твоей самооценки. Ветер густой, маслянистый, он пахнет серой, озоном и сгоревшей материнской платой. Ты падаешь бесконечно долго, как Алиса, если бы её кроличья нора вела в реактор Чернобыля.

Сцена 10. Утренник в Преисподней (Jasper Byrne — Decade Dance)
ШМЯК! Темнота радостно ловит тебя в свои объятия.
Добро пожаловать на дно! Камера трясется. Ты приземляешься на ноги, пробивая прогнивший потолок.
Картинка идет полосами старого VHS, и прямо по лобным долям с размаху бьет Decade Dance. Добро пожаловать в филиал Hotline Miami.
Это то ли подвал заброшенного завода, то ли филиал преисподней. Или чистилище, где черти решили устроить ретро-рейв.
Белые стробоскопы лупят по глазам с такой частотой, что мир превращается в дёрганый диафильм для эпилептиков. Подошвы прилипают к полу от пролитого дешевого пива и чьих-то разбитых надежд. Синтезаторный мотив звучит одновременно празднично и абсолютно отстранённо и  шизофренично, вызывая острое, неконтролируемое желание надеть резиновую маску петуха и пойти выяснять отношения с массовкой при помощи монтировки.

Сцена 11. Налоговая инспекция для души (VELVET VELOUR - BLOOD BANK )
Но монтировки под рукой нет, а толпа смыкается. Ритм резко вязнет, становится густым, удушливым, цвета свернувшейся крови — вступает VELVET VELOUR.
Стробоскопы гаснут, оставляя лишь тусклое инфракрасное свечение, как в террариуме. Из темноты к тебе тянутся десятки чужих рук. Их прикосновения — как мокрый, тяжёлый, пыльный бархат. В нос бьет запах мускуса, чужого липкого пота, старых монет и удушливого парфюма твоей бывшей/бывшего. Эти тени облепляют тебя со всех сторон, и ты физически чувствуешь, как они работают пылесосом, выкачивая из твоих пор остатки серотонина, тепла и желания жить.

Сцена 12. Фейсконтроль в Бергхайн пройден (I Hate Models - Sorrows Of The Moon )
Ты открываешь рот, чтобы глотнуть воздуха, но вместо кислорода в легкие заливают жидкий свинец. Врубается I Hate Models.
Поздравляю, ты наконец-то прошел фейсконтроль в самый модный индустриальный ад, и на входе тебя засунули под гидравлический пресс. Беспощадный, лязгающий техно-бас долбит по грудной клетке с грацией отбойного молотка. От вибрации стучат зубы и расплывается картинка. С бетонного потолка капает ледяной конденсат, смешиваясь с потом на твоем лбу. Стены сдвигаются, расплющивая твое эго в тонкий блинчик. Ирония момента зашкаливает: люди платят психотерапевтам миллионы, чтобы «почувствовать себя в моменте», а тебя сейчас тут бесплатно перемалывает в мясной фарш звуковой волной.

Сцена 13. Дефибриллятор из страз (Slayyyter - Erotic Electronic )
Секунда до клинической смерти — и БА-БАХ! Смена кадра!
Бетонный мешок взрывается миллионами блесток, и сетчатку выжигает ослепительным, ядовито-розовым неоном! Прямо в миокард, как игла с адреналином и жидким глиттером, втыкается гламурный, наглый, абсолютно отбитый гиперпоп от Slayyyter.
Это Бритни Спирс, укушенная радиоактивным единорогом. На языке лопаются шипучие карамельки, в нос бьет термоядерный коктейль из клубничного вейпа, лака для волос, теплого просекко и жженого пластика. Ты воскрес! И судя по музыке, воскрес на афтепати недели высокой моды в кибер-городе!

Сцена 14. Холодная война в VIP-ложе (Pixel Grip — Bet You Do)

Розовый дым оседает, и бит резко меняет походку — он становится глубже, холоднее, порочнее. Вступает гипнотический дарк-диско бас Pixel Grip — Bet You Do.
Ты обнаруживаешь себя в закрытом клубе с чёрными зеркальными стенами. Напротив, лениво взбалтывая оливку в сухом мартини, стоит тот самый Силуэт. Но расклад сил на доске поменялся: ты больше не наивный Икар с обгоревшим задом. В воздухе пахнет дорогим винилом, латексом и взаимным шантажом. Это дуэль взглядов. Холодная война двух токсичных нарциссов под тяжелый электронный бит. Томный, отстраненный вокал бьет точно в пах твоей гордости: хочешь снова наступить на те же грабли, детка? Спорим, что да? Ты кривишь губы в хищной усмешке. Вы оба знаете, что это ловушка, но приманка слишком вкусная.

Сцена 15. Галлюциногенная диффузия (Eli & Fur - Night Blooming Jasmine (ABGT295) (Rodriguez Jr. Remix) )
Дистанция схлопывается. Вы касаетесь друг друга, и холодный пафос мгновенно дает трещину, растекаясь под теплый, гипнотический дип-хаус Eli & Fur.
Включается мягкий, почти порнографический фокус камеры. Зеркальные стены клуба не выдерживают напряжения и начинают плавиться, как сырок «Дружба» на солнце, стекая на пол красивыми акварельными разводами. Вы двигаетесь в унисон, и это уже не танец, а нелегальный химический опыт. Между вашей кожей с треском проскакивают синие дуги статического электричества. Пахнет можжевеловым джином, теплой кожей, ванилью и озоном перед бурей.
И этот звук из трека... каждые две секунды вызывает оргазм...

Сцена 16. Секрет Полишинеля (Guy Gerber — Desire)
Трек уходит в глубокую, бесконечную, качающую воронку Guy Gerber — Desire.
Весь мир скукоживается до размеров этого пятачка. Силуэт прижимается к тебе так плотно, что вы делите одно сердцебиение на двоих. Чужие губы мажут по твоей шее, добираются до мочки уха и начинают что-то горячо, с придыханием шептать. Секрет в том, что там наверняка какая-нибудь полная чушь, но под этот магический бас твой мозг воспринимает этот шепот как главное откровение Вселенной
От этого пения подкашиваются колени и отключается кора головного мозга. Это самая сладкая ложь на свете, но тебе плевать. Ты хочешь поставить этот кадр на вечный повтор.

Сцена 17. Лицензия на счастье истекла (Kelpe - After Gold (Album) )
...Но во Вселенной кончается оперативная память. У режиссера другие планы. Матрица даёт сбой.
Под кривые, спотыкающиеся, издевательские ритмы Kelpe твоя идеальная мелодрама покрывается артефактами сжатия, картинка идет пикселями, заедает, как зажеванная пленка в старом VHS.
Твои руки проходят сквозь талию Силуэта, хватая пустоту. Во рту появляется мерзкий вкус жёваной фольги. Твоя любовь всей жизни выдает ошибку «404 Not Found» и с сухим шелестом рассыпается в горстку битых пепельных пикселей прямо на твои ботинки. Бесплатный пробный период счастья завершен.

Паника! Декорации рушатся, бетонные блоки падают с неба, и ты снова бежишь...

Сцена 18. Внеплановая эвакуация Sleaford Mods, The Prodigy, Aldous Harding-(Elitest G.O.A.T. (The Prodigy Acid Thunder Mix)
Небо над головой трещит по швам, и сверху начинают сыпаться бетонные плиты и горящие софиты. С ноги, выбивая зубы, врывается бешеный, немного панковский брейкбит The Prodigy!
Кровь в венах моментально превращается в паленый бензин. Вокруг — тотальный демонтаж декораций. Рушатся небоскребы твоих иллюзий, взрываются трансформаторные будки, асфальт встаёт дыбом. Пахнет жжёной резиной, порохом и духом рейвов из девяностых. И ты снова, мать его, бежишь! Прыгаешь через разломы в коре головного мозга, уворачиваешься от летящих в голову экзистенциальных вопросов, а сердце колотится где-то в горле, пытаясь перестучать этот истеричный ритм.

Сцена 19. Спидран на последнем ХП (d3stra - CSDM )
Хаос внезапно обретает четкий, накачанный чистым адреналином ритм. Врубается плотная, движовая электроника от d3stra, и твой панический побег резко превращается в хардкорный уровень какого-нибудь киберпанк-экшена.
Камера жёстко фиксируется у тебя за спиной — классический вид от третьего лица. Бит качает так мощно и упруго, что ноги сами начинают выдавать чудеса паркура. В углу глаза буквально начинает мигать красным полоска выносливости, а в воздухе пахнет раскаленным пластиком видеокарты, пролитым энергетиком и лазерными прицелами. Ты скользишь в подкатах под падающими бетонными плитами, в такт басу перепрыгиваешь через бездонные текстуры своих комплексов и уворачиваешься от летящих в лицо снарядов тревожности.

Саундтрек просто разрывной — под такой обычно в слоу-мо разносят финального босса где-нибудь на крыше неонового Токио. Полное ощущение, что тобой прямо сейчас управляет какой-то потный корейский киберспортсмен, который бешено долбит по кнопкам геймпада, пытаясь поставить мировой рекорд по скоростному схождению с ума...

И вдруг, прямо в прыжке через очередную пропасть, в твоей голове наступает момент абсолютной, звенящей ясности.
Ты задаешь себе один простой вопрос: «Подождите. А какого, собственно, хера я вообще бегу?!»
От кого? От галлюцинаций в собственной голове?
Почему я скачу по этим платформам, как послушный пиксельный Марио, спасающий принцессу, которой даже нет в этом замке?! Да пошел этот геймдизайнер в задницу! Бегать по уровням — это для NPC! Надоело фармить опыт через страдания! Хочется нажать на паузу, ввести чит-код на бесконечный праздник, разврат и полное отсутствие морали, причем прямо сейчас!
 Хочется жизни — грубой, пошлой, настоящей!

Сцена 20. Высоковольтный разврат в Тако Белл (Electric Six — Danger! High Voltage)
Ты даешь по тормозам так резко, что каблуки пропахивают борозду в асфальте.
Игровой саундтрек испуганно затыкается. И в эту секунду тишины дверь с ноги выносит наглый, пошлый, абсолютно кретинский и оттого гениальный фанк-рок рифф — Danger! High Voltage!

Жанр фильма за долю секунды меняется с киберпанк-аркады на комедийный треш-угар Гая Ричи и Тарантино. Ты с маниакальной ухмылкой разворачиваешься, хватаешь за шкирку первый попавшийся уцелевший фантом из массовки (может, того самого, может, вообще случайного прохожего — плевать, в темноте все кошки серые!) и без объявления войны впиваешься в него поцелуем!
И вас буквально, физически прошибает током! Искры летят из глаз, на одежде тлеют нитки. *Fire in the disco! Fire in the Taco Bell!* В воздухе пахнет палёной проводкой, дешёвыми тако и абсолютным, бесстыдным счастьем.
Вокруг догорают руины твоего подсознания, падают какие-то горящие балки, надрывается саксофон, а вы отплясываете грязный, развратный твист прямо на пепелище! К черту де Сада, к чёрту драму — да здравствует высокое напряжение и низкая социальная ответственность!

Руки скользят по телу, ты уже срываешь с себя одежду, предвкушая, как этот электрический хаос сейчас перетечёт в горячую, томную эротическую сцену с рейтингом 18+...

Сцена 21. Конан-Варвар в твоей голове (Manowar - The Power)
И В ЭТОТ МОМЕНТ ВРУБАЕТСЯ, МАТЬ ЕГО, MANOWAR.

Звук такой мощи, что сносит крышу у мироздания. Эротика? Нежность? Плотские утехи? ХА! Оставьте это слабакам!
Романтические декорации разлетаются в щепки от удара тяжелого хэви-метала. Твои зрачки расширяются, а мышцы наливаются раскаленным свинцом и маслом. Фрейд с позором бежит с площадки, уступая место Юнгу и его архетипу Воина. Ты больше не герой-любовник, ты — берсерк в кожаных трусах!
Ты хватаешь воздух, и в твоем кулаке из чистой ярости и пафоса материализуется двуручный стальной меч. Твой партнер по танцам в абсолютном ужасе отшатывается, глядя на твой безумный оскал, а ты разворачиваешься и с боевым кличем начинаешь крушить декорации своего сна! Ты рубишь пополам неоновые вывески, свои комплексы, чужие ожидания и саму тьму. Это первобытный, ни с чем не сравнимый оргазм от собственной неуязвимости и всемогущества. Только сталь! Только хардкор!

Сцена 22. Дзен на пепелище (Alex Ebert — Truth)
Последний демон разрублен вдоль. Последняя картонная стена рухнула. Грохот стихает.
Тяжело дыша, ты разжимаешь пальцы, и двуручный меч рассыпается в теплую золотистую пыльцу. Боевой угар отпускает. Ты выходишь из дыма на совершенно пустую, умытую предрассветным туманом улицу.
В ушах звенит хрустальная тишина после бойни. И сквозь неё пробивается расслабленный художественный свист и тихий, надтреснутый, как старая виниловая пластинка, голос Alex Ebert.
Пахнет остывающим пеплом, утренней росой и хорошим табаком. Это идеальная музыка для финальных титров после локального конца света. Ты бредёшь босиком по тёплому асфальту, засунув руки в карманы, а голос с интонацией мудрого бармена, который видел всякое, шепчет тебе: «Когда надвигается тьма — просто впусти её. Тьма в тебе превращается в сияние. Тьма во мне превращается в сияние».
Ты выдыхаешь. Внутри — абсолютный, невозмутимый дзен. Ты больше не воюешь со своей кукухой. Ты принимаешь всё своё внутреннее общежитие: и ипохондрика на кафеле, и латентного садиста, и гламурного тусовщика, и контуженного варвара с мечом. Вы наконец-то подписали мирный договор.


Сцена 23. Синдром Главного Героя (Marilyn Manson — Slo-Mo-Tion)

Ты поправляешь воротник. Делаешь один уверенный шаг вперед...
И по ушам бьет грязный, тягучий, пропитанный рок-н-ролльным цинизмом невероятно стильный грув *Marilyn Manson — Slo-Mo-Tion*.

Камера переходит на съемку в 120 кадров в секунду. Мир вокруг тебя вязнет в густой патоке, замедляясь. Вдруг откуда-то появляется толпа, но ты идешь сквозь неё, как нож сквозь масло. Ты смотришь на этих людей и с легкой, циничной усмешкой понимаешь: они пластиковые. Манекены. Массовка с нарисованными лицами, застывшая в нелепых позах.
И в этой грязной, качающей рок-н-ролльной вибрации тебя накрывает абсолютное, кристально чистое просветление.

Всё это — просто чёртово шоу. И этот безумный сон, и та серая реальность, из которой ты сбежал — просто картонные павильоны, выстроенные специально для одного зрителя. Для тебя.

Ты больше не жертва сценария.
Ты не бежишь, не задыхаешься и не вымалишь ничьей любви.
Ты — и главный спонсор, и режиссер, и сценарист, и единственная суперзвезда этого артхаусного блокбастера.
Ты поправляешь невидимую корону, смотришь прямо в объектив камеры, ломая четвертую стену, и ослепительно улыбаешься этому пластиковому миру. Ведь ты только что пережил локальный апокалипсис, променял секс на битву с тенями и вышел из этой заварушки абсолютным победителем;

Свет. Камера. Мотор.
Снято, чёрт возьми!
Всем спасибо, все свободны.

***

Спонсоры этого текста:
- наглухо задержанный рейс,
- павший смертью храбрых ВПН,
- жесточайший творческий кризис в написании книги,
- Степан, который подкинул идею писать такие путешествия,
- и все те прекрасные безумцы, которые когда-либо кидали мне музыку из этого плейлиста. Вы лучшие ;;;