Итоги. Глава - 11

По-видимому, сейчас у меня есть некоторая возможность сделать (а лучше сказать – «попытаться сделать») осторожное предварительное обобщение всего сказанного. Я намеренно употребляю такие нетвёрдые слова («по-видимому», «некоторая», «попытаться», «осторожное», «предварительное»), потому что пока не могу уверенно утверждать, что накопленный материал достаточен для того, чтобы это обобщение было безупречно правильным. Но попытаться, по-видимому, всё-таки можно. По объёму это займёт две или три главы.

                1.

Итак, классический марксизм XIX века, разбирая закономерности развития капитализма, вывел из них неизбежность революционной замены капитализма строем с общественной собственностью. Эта тенденция и тенденция выхода капитализма за национальные рамки с образованием взаимосвязанной мировой системы капиталистического хозяйствования развивались бок о бок, и утверждать определённо, какая из тенденций осуществится раньше в то время ещё не было никаких оснований.

Ход истории показал, что вторая тенденция осуществилась раньше первой, и, следовательно вопрос о возможности (и неизбежности) революций теперь надо рассматривать применительно к мировой системе в целом. Разумеется, не в смысле одномоментной общей революции во всём капиталистическом мире, а в том смысле, что революционные процессы в отдельных странах этой системы зачинаются, подталкиваются и стимулируются уже не чисто внутренними, сугубо национальными причинами, а причинами, идущими от особенностей развития всей мировой капиталистической системы, частью которой является эта отдельная страна.

Такой особенностью мировой капиталистической системы явилось империалистическое усугубление положения в эксплуатируемых и угнетаемых её частях вследствие перекладывания на них империалистическими центрами всех неизбежных капиталистических отрицательностей. Это явилось причиной революционных процессов именно в угнетаемых регионах, открыв тем самым эпоху антиимпериалистических революций.

Дело непосредственных социалистических революций в тех капиталистических обществах, в которых уже имеются объективные предпосылки для такой смены строев, поставлено историей в зависимость от развития этого антиимпериалистического революционного процесса, - то ли как результат изменения внутреннего положения в империалистических центрах из-за революционных успехов периферии, то ли как результат развития самой периферии до полноценного формирования в ней таких объективных предпосылок.

Но тенденция замены капитализма новым строем не исчезает, не ждёт, когда эти условия подойдут. Проявившись в сильных коммунистических политических организациях, она, в случае возглавления этими организациями антиимпериалистической революции, придаёт этой антиимпериалистической революции социалистическую направленность. Отсутствие необходимого уровня развития периферийных обществ делает невозможным непосредственное социалистическое преобразование, но поэтапное, опосредованное движение к социализму возможно.

Таким образом, переход от высшей, капиталистической, фазы частнособственнического строя к низшей, социалистической, фазе строя коммунистического исторически получает как бы два пути: путь опосредованного социалистического продвижения и путь непосредственного перехода от достаточно развитого капитализма тогда, когда антиимпериалистическое движение создаст благоприятствующие для этого объективные и субъективные условия как в центре, так и на периферии.

                2.

Наиболее мощными примерами опосредованного социалистического пути явились российская и китайская революции. Как известно, в так называемом «левом» движении были и есть люди, толкующие марксизм таким образом, что у них получается однозначный вывод о невозможности достижения социализма в одной (а тем более – первоначально отсталой) стране, и они носятся с этим выводом как с неоспоримой истиной. Но на мой взгляд, из марксизма вовсе не следует такой вывод.

Ведь речь при поэтапном, опосредованном пути идёт не о строительстве чего-то такого, что сейчас невозможно объективно. Каждый этап решает лишь ту задачу, которая уже объективно возможна на этой стадии развития и использует для её решения те средства, которые уже на этой стадии созрели. Решение же задачи предыдущего этапа открывает возможность для следующего, ближайшего. Таким образом, ни на одном из последовательных этапов расхождения с объективной возможностью нет.

История также практически показала, что в антиимпериалистических революциях при опосредованном социалистическом пути действуют две объективные линии развития: одна – от капитализма вообще в конечном счёте к социализму, другая – от классической формы капитализма к капитализму государственному. Это объясняется тем, что: во-первых, в антиимпериалистической революции участвуют два класса – пролетариат и мелкая буржуазия; во-вторых, на ряде промежуточных этапов возможностей для социалистических преобразований может ещё не быть, а антиимпериалистическая необходимость национализации и централизации уже велика и тем самым неизбежно формируются переходные государственно-капиталистические механизмы управления; в-третьих, создаваемые в ходе революции централизованные структуры внешне устраивают не только революционный пролетариат, но и государственную буржуазию, - несовпадение имеется лишь по вопросу диктатуры пролетариата.

Это совсем не означает, что социалистически-ориентированная линия должна всё время, на всех этапах громить государственно-капиталистическую. Время громить её наступает лишь тогда, когда ход всего опосредованного развития достигнет возможности вытеснить всем уже социалистическим то, что ещё госкапиталистическое. До этих пор социалистическое и госкапиталистическое находятся в вынужденном союзе, - разумеется, под господством социалистического. Такое составное состояние нужно ясно видеть и понимать, а понимая, грамотно осознавать как его необходимость, так и скрытую в нём опасность для социалистической линии.

И в СССР стадия такого составного состояния присутствовала, и в Китае она имеет место, - и по-другому не может и быть. Но если в Китае госкапиталистическая составляющая существует, в основном, в явной форме и это позволяет ясно видеть её и контролировать соответствующей социалистической линией, то в СССР, в силу конкретных исторических причин, государственно-капиталистическая составляющая была встроена в общую национализированную систему и внешне оформлена в ту же форму и поэтому оказалась не настолько ясно осознаваемой.

(Именно наличие открытой госкапиталистической составляющей в китайском строе заставляет некоторых перепуганных «леваков» именовать этот строй капиталистическим. Госкапиталистические элементы они видят, а вот социалистические элементы им почему-то не видны, как и то, что социалистические элементы в китайском строе господствуют над госкапиталистическими. Бесконечные споры о том, социализм или капитализм в Китае, очень легко разрешается единственно нормальной формулировкой: в Китае составное состояние при господстве социалистических элементов над госкапиталистическими. Впрочем, об этом уже шла речь в предыдущей главе.)

                3.

Другие страны антиимпериалистического движения прошли (и продолжают проходить) очень сложный, трудный, но закономерный путь. Этот путь, конечно же, не был (и не мог быть) прямым, но через все зигзаги, откаты и временные поражения заключающаяся в этом движении закономерность всё же прокладывала свою объективно-необходимую линию.

У поверхностно-мыслящих людей может создаться впечатление, что марксистское, как они говорят, «пророчество» о революционном переходе капитализма в социализм не сбылось, что этот процесс остановился. Во-первых, это не пророчество, а научно-обоснованное предвиденье, а во-вторых, процесс вовсе не остановился, просто он принял те конкретные формы своего осуществления, которые диктует объективный ход развития истории. Марксизм Маркса сформулировал этот научный вывод в общем виде, конкретика же практического осуществления этого вывода определяется теми обстоятельствами, которые порождаются ходом будущей истории и далеко не все из которых можно полно разглядеть из прошлого.

Люди, с насмешкой говорящие о том, что крах капитализма почему-то никак не начинается, по своей ограниченности не понимают, что «крах капитализма» уже идёт, причём идёт в мировом масштабе. Но он идёт не так, как по глубокой наивности представляют они, - не резким одномоментным обвалом. Мировой капитализм «крахается» в виде идущего болезненного протяжённого процесса, в котором перспектива будущего становится всё сильней, а силы капитализма всё более меркнут. Огромные и всё нарастающие проблемы империализма означают огромные и всё нарастающие проблемы высшей (и последней – по Ленину) стадии капитализма. Речь, следовательно, надо вести не о том, когда начнётся «крах капитализма», а о том, когда он победно завершится.

Антиимпериалистическое движение в разных своих проявлениях явилось (и является), да, не непосредственным переходом к смене строев, но исторически необходимым (как оказалось) этапом к такому переходу. И обвинять Маркса в том, что он не сформулировал такие пути в XIX веке, это всё равно что упрекать великого Ньютона за то, что он не открыл в своё время эйнштейновскую теорию относительности.