О Мироздании

О Мироздании

Пролог: потерянное знание
Есть убеждение, старое как цивилизация: когда-то мы знали больше, чем теперь. Не в науке — в главном. Знание это не добывалось, а хранилось; не вырабатывалось, а передавалось, как передают огонь в очаге, — в храмах, где сидели не учёные, а хранители. Затем передача оборвалась, и человечество осталось с пеплом и памятью о пепле.

Последние столетия мы пытаемся восполнить утраченное — и, что честно, пытаемся всерьёз: строим эксперименты, пишем уравнения, смотрим в глубины вселенной. Но у этого пути есть придел. Природа держит главные свои секреты не за пределами приборов, а за пределами самой способности спрашивать. Такое знание нельзя вычислить — его можно только получить. Как подарок. И принять его может лишь тот, у кого есть куда положить.

Этот трактат — попытка раскрыть одну ячейку из множества. Не изложение физики — изложение устройства. Различие между ними старо, как философия: физика отвечает на вопрос «как измерить», метафизика — на вопрос «как устроено то, что измеряется». Здесь идёт речь о втором. Кто ищет формул — уйдёт разочарованным; кто ищет форму — останется.

Первое. Пирог мироздания
Мироздание, как многослойный пирог, состоит из ста сорока четырёх пластов — назовём их уровнями. Каждый уровень состоит из двенадцати частей — измерений. Каждое измерение — из двенадцати частей — обертонов. Всего, таким образом, двадцать тысяч семьсот тридцать шесть основных слоёв.

Числа эти не случайны — как и всякое число в истории мысли, они не счёт, а музыка. Двенадцать — число завершённости в любой древней традиции: двенадцать знаков зодиака, двенадцать колен, двенадцать апостолов, двенадцать нот октавы. Квадрат из двенадцати и четырнадцать — семью двенадцать — образуют гексагональную полноту, ту самую, что позже проступит в строении сотовых структур, о которых пойдёт речь ниже. Упомянутые, но опускаемые здесь первопричинные и следственные миры, квазимиры, антимиры, домены и параллельные миры не отбрасываются — они просто не язык этого повествования, как не всякая музыка умещается в одну партитуру.

Важно, однако, главное свойство этой архитектуры: она взаимосвязана тотально. Любое изменение в одном из аспектов вызывает цепочку изменений в остальных. Мироздание — не здание с отдельными квартирами, а живое полотно: дёрни нить — дрогнет вся ткань. И в этом Мироздание уподобляется человеку, который с момента оплодотворения яйцеклетки проходит череду изменений до логического конца, одновременно привнося изменения в окружающую среду. Изменение — не сбой в системе; изменение — это и есть принцип существования мироздания.

Второе. Волна — ключ вселенной
Наш мир находится на двенадцатом обертоне третьего уровня. Измерения опустим — они не поддаются стереотипному исчислению, и любые разъяснения о них были бы ложью точности, худшей из возможных.

Всё, что можно пощупать, увидеть в глубинах вселенной, измерить приборами, находится на этом слое — двенадцатом обертоне третьего уровня. И ключ к различию между мирами разных уровней один: длина волны.

Наша реальность трёхмерного мира сотворена длиной волны, равной 7,23 сантиметра. Это число — не мера, а метафора высшего разряда: оно говорит, что видимая нами вселенная есть то, что совпадает с нами по длине волны. Древние говорили бы: мир — это то, что резонирует с человеком. Современный физик сказал бы: прибор фиксирует только то, на что настроен. Оба правы — и говорят об одном: мир не «дан», мир настроен. Поменяй длину волны — и там, где были звёзды, будет иное; там, где была пустота, будет плотное. Длина волны — это то, что отделяет одно существование от другого.

Третье. Переход
Планете Земля потребовался тридцать один миллион двести тысяч лет эволюционирования по третьему уровню — путешествия из обертона в обертон — чтобы добраться до двенадцатого. Теперь галактический цикл заканчивается, и подходит время перехода на четвёртый уровень.

По логике вещей, наш мир должен проявиться на третьем обертоне четвёртого уровня. Но развитие нашей системы было отброшено назад в результате событий, происшедших по вине «Серых», — о которых здесь сказано будет лишь имя, ибо всякое имя зла должно произноситься коротко. Вследствие этого мы рискуем во время переходных процессов попросту аннигилировать — или, в лучшем случае, проявиться на первом обертоне четвёртого уровня.

И здесь возникает вещество, из которого сделана вся надежда системы: уровень накопленной разумной энергии человечества. Не оружие, не богатство, не технологии — энергия разума. Именно она — единственный балласт, который можно взять с собой при переходе. Всё остальное останется на берегу.

Четвёртое. Разум — не мышление
Прошу не путать простейшие мыслительные процессы, протекающие в наших головах, с разумом.

Разум — это определённый вид энергии, обладающий созидательной силой. Он выражается по-разному в зависимости от уровня. На нашем уровне основными признаками разумного потенциала планеты — лишь признаками, семенами, а не плодами — являются образность мышления и непреодолимое стремление творить: у художников, музыкантов, некоторых литераторов, изобретателей. Таких людей мы обзываем фанатами — и это клевета языка, ибо фанат их рода есть единственный человек, работающий не ради потребления. Им тоже нужен успех — но не как ложка в рот, а как ступень под ногу: средство достижения более высоких результатов.

И наоборот. Когда человек живёт, чтобы работать; работает, чтобы было что потреблять; потребляет, чтобы жить, развлекаясь и вскармливая потомство; и даже учится затем, чтобы потом просто работать, — такой человек не несёт в себе разума ни в какой мере. Он носит самосознание — способность осознавать обстановку и влиять на неё, — и это уже много, это почва. Но почва — не урожай.

Знания, набираемые в процессе жизни, стимулируют развитие мозговых центров и помогают полнее осознавать Бытие Наше. Развившись, мозговые центры создадут возможность управления энергетическими зонами — в своём теле и в окружающем пространстве. Собственно, для этого мы и были созданы. Разум не выпадает человеку вместе с родильным криком — он дозревает, как дозревает всякое зерно, и требует не удобрений комфорта, а солнца труда.

Пятое. Капсулы сна
Человеческий мозг невидимыми нитями подключён к одной из ячеек вселенского разума.

Страдая, радуясь, мечтая, любя, ужасаясь, мы возбуждаем в голове соответствующие центры — и они формируют особые биоимпульсы, излучаемые в биосферу. Собирая весь день информацию о состоянии организма и среды, мозг на уровне подсознания ведёт её предварительную обработку. А во время сна модулированными биоимпульсами передаёт её в аналитическую ячейку низшего уровня вселенского разума — каковой является магнитное поле Земли.

Удивительно, но, войдя особым способом в определённые центры головного мозга, можно пересчитать, сколько листьев лежало на траве, когда человек гулял по осеннему парку, — или сколько взмахов крыльев сделало насекомое, пролетевшее мимо, хотя он его даже не заметил. Ничто из увиденного не теряется; теряется лишь доступ. Сон — не выключение, а отправка: весь день человек — передатчик, всю ночь — передача.

Теперь о природе передаваемого. Биоэнергия отлична от известных видов энергии: это энергия форм. Представьте, что из вашей головы вылетает цепочка капсул всевозможных форм и размеров, сквозь оболочку которых проглядывает начинка из фигур: шарики, пирамидки, полосочки, тетраэдры, призмочки, крестики, звёздочки, — а внутри каждой фигурки снова цветные фигурки, и так вглубь.

Настроение человека формирует оболочку капсулы; мысли составляют начинку. Во время движения излучателя — а излучателем мы являемся каждую секунду — в насыщенном энергетическими полями пространстве возникают искажения форм биоимпульсов, подобно тряпочке, меняющей форму на ветру, — а значит, искажение информации. Для этого и нужно статическое положение, которое мы принимаем во время сна. Сон — не отдых от жизни, а гарант чистоты донесения.

Далее каждая капсула, попадая в энергетическую оболочку планеты, ищет свою ячейку — ту, чьё входное отверстие имеет именно её форму и размер. Так ячейка наполняется именно той информацией, для которой предназначена. По мере наполнения энергетический потенциал ячейки растёт, пока не становится достаточным, чтобы прорвать оболочку земли и, не боясь энергетических вихрей бушующего пространства, имея форму двенадцатилепесткового цветка лотоса, начать путь по вселенной. Оставшаяся часть информации обрабатывается, трансформируется и отражается на землю.

Оттого и зависит на земле социальная атмосфера, погода и многое другое — от того, что мы думаем, желаем, едим, веселимся, грустим, сожалеем. Все наши эмоции и весь образ жизни напрямую влияют на окружающую обстановку. Более того: чёрные мысли, по причине наименьшего качества, космосу не нужны — они отражаются на землю. Избыток их способен приводить к катаклизмам, вынуждая вмешиваться в ход процесса наших попечителей.

Просто ли это? Поверьте — процессы настолько сложны и сбалансированы, что малейшие нарушения приводят к радикальным последствиям во всей вселенной. Именно тут работает Космический Разум, исправляя нежелательные изменения инструментами, которые сам и создал.

Шестое. Космический Разум
Что же это такое — Космический Разум? Существо, Бог или что-то иное? Называйте, как хотите, — имя здесь не главное; главное, что оно не «кто-то среди» и не «что-то рядом». Оно — сама несущая связь.

Рассмотрим один из множества циклов его развития.

Вселенная зарождается в момент прорыва энергии из другого континуума — первопричинного мира. Пройдя череду преобразований в нашем континууме, энергия постепенно втягивается в чёрные дыры и, достигнув определённой плотности, прорывается в следующий континуум. В нашем же континууме образуется энергетический вакуум — и он, как жажда после глотка, способствует прорыву новой порции праэнергии из предшествующего континуума. Круг не замыкается в точку — он замыкается в спираль.

При привычных человечеству мощностях энергия имеет свойство рассеивания, и мы компенсируем его устройствами, собирающими её в пучок: отражателями прожекторов, тарелками антенн. Но при достижении определённой мощности энергия стремится сама сжаться в нить — свойства её меняются. Нить начинает скручиваться, появляется крутящий момент. Это наглядно на верёвке: скручивайте её с двух концов — и на определённом этапе на ней начнут появляться узелки, и чем сильнее скручиваете, тем их больше. Так рождаются узелки локально уплотнённой энергии. Скорость вращения узелков растёт, втягивая межузелковые соединения, — и на каком-то этапе происходит разрыв. Возникают первые частицы.

Частицы, встречая подобные себе, слипаются — возникает ядро. Ядро из множества частиц имеет плотность, способную захватить крупные узелки энергии иного типа. Так возникает атом. Одновременно — ибо всё в мироздании протекает параллельно — идут процессы формирования из энергии длинных волн, образующей несравненно более крупные сгустки с чёрной дырой в центре и менее плотной энергией на единицу объёма. Сгусток объединяется с соседними — возникает замкнутая неоднородная энергетическая система: матрица. Чёрные дыры — катализатор и локализатор всего процесса от зарождения галактик до смерти.

Матрица вращается вокруг своей оси и, вращаясь и поступая, движется вокруг центрального стержня — луча нашей вселенной. Пролетающие сквозь её тело частицы и атомы попадают под одновременное воздействие разных энергетических зон — и стараются сориентироваться в нейтральной области, согласно своему потенциалу. Так начинается новый цикл: пылевые облака, воронки, всасывающие близлежащую пыль, захватывающие быстрые частицы, что должны были бы пролететь сквозь; воронка превращается в блин с утолщением посередине. Зарождаются звёздные системы, планеты, минералы, растительный и биологический миры — и матрица, вбирая новый вид энергии, который генерирует возникшая материя, усложняется из цикла в цикл. Заметьте: так же эту энергию циклы прошли и в предыдущем мире, прежде чем набрать уровень, достаточный для прорыва в наш континуум. Ничто не начинается с нуля — всё начинается с чьего-то нуля.

Седьмое. Живая галактика
Матрица постепенно превращается в замкнутую систему — со своей программой, структурой, каналами: со всеми признаками живого. Потребляя энергию низшего порядка извне и преобразуя её через длинную цепь событий, она излучает в пространство новый вид энергии — более сложный и более качественный. Вид этот человечеством ещё не открыт, хотя составляет свыше девяноста процентов энергетического потенциала нашей галактики.

Все звёзды галактики — твёрдое тело нашей матрицы; энергетические ячейки её обволакивают звёздные системы. Девяносто три процента массы и потенциала галактики заключено в матрице. Формы галактик зависят от количества и взаиморасположения чёрных дыр; по форме галактики можно точно рассчитать местоположение её чёрной дыры. В некоторых галактиках чёрные дыры взаимно вращаются — и галактика пульсирует, как сердце.

Наша матрица на данном этапе развития — автономная разумная ячейка, объединённая особыми энергетическими каналами с другими матрицами и входящая в состав Космического Вселенского Разума, что мы и называем — БОГ. Эти каналы используются некоторыми существами для мгновенного перемещения по галактикам — но и без них видно: несмотря на кажущуюся хаотичность расположения галактик, вселенная имеет строгое строение. Галактики выстроены в фигуры, напоминающие пчелиные соты; соты образуют форму яблока с относительно микроскопическим полым стержнем, через который перетекает энергия, соединяющая вселенные мироздания. И — в отличие от теории единичного большого взрыва — вселеннообразующая энергия притекает в нашу вселенную постоянно. Часть её, пройдя спиралью череду преобразований, втянется в трубку уже видоизменённой и перетечёт в следующую вселенную. Другая часть уйдёт через чёрные дыры — на другой уровень мироздания.

Подведём итог. Разум зарождается одновременно с появлением основных энергетических зон, представляя собой сложный межволновой вид энергии, мгновенно берущий под контроль основные энергетические потоки: сжимая и скручивая энергии низшего порядка до материализации, меняя их направления, формируя из них кирпичики своей структуры. На определённом этапе развития мироздания человек и все биологические существа — и высшего, и низшего порядка — играют ключевую роль в организации Космического Разума. Вся биологическая жизнь имеет назначение: преобразовывать энергию низшего порядка в биоэнергию, электромагнитную энергию, энергию вещества и ещё в ряд энергий, необходимых для развития вселенной. Потребляя пищу, воздух, воду, солнечный свет, энергию звёзд, мы — не потребители. Мы — преобразователи. Банально? Весьма. Но вся грандиозность устроена именно из банального: пока ешь — работаешь на вселенную.

Восьмое. Опыт Ноя
Заканчивается очередной космический микроцикл — вся система должна перейти на новый виток. Последний раз подобное случилось около тринадцати тысяч лет назад — но в мягкой форме, ибо закончился лишь системный цикл.

Тогда жизнь спас Ной — как полагают, на своём ковчеге. Ха! Подумаем, что это была за лохань: способная много лет выдерживать не девять баллов, а все шестьдесят; не шторм — сплошное цунами, когда земля тряслась, как кукуруза на жаровне, а небо покрыло то, что должно бы лежать глубоко под землёй. И какой же он был большой — вместил каждой твари по паре, хотя для сохранения вида парочки никак не хватило бы, как бы они ни любили, да ещё в экстремальных условиях! Чем он их кормил, более двадцати лет ожидая, пока гора Арарат вылезет из воды?

Думается, так. Хищным птицам он организовал богатую охоту на куропаточек — которые паслись на пшеничном поле, поклёвывая червячков и зёрна. Туда же захаживали всякие мычащие и ржущие. А чтобы цветочки хорошо опылялись, развёл луга для насекомых. Хищникам — какое приволье: дичь далеко не убежит, борт корабля рядом! Одно плохо: охотничьи угодья надо делить с соперниками — да вроде и нечего, и не с кем: от супруги подальше, а больше делить нечего. Полуплавающим — озёра с рыбками, гусями и фламинго. А санаторий для крыс — бегающих и летающих — как водится, организовал в трюме. Не ковчег — плавающий материк. И сыновья у него по плотницкому делу специализировались: ещё понемногу энергетические установки в порядок приведут, батю помогут паруса спустить, когда вёслами погребут. Вот так и доплыли.

Блажен ты, человек. Да ладно — расскажу позже, когда настроение будет. А было то, было.

Девятое. Приготовившиеся
Сегодня к предстоящим переходным процессам готовы лишь около полутора тысяч представителей человеческой расы. Во время переходов они смогут активизировать свой разумный потенциал и, воспользовавшись энергией, которой интенсивно будет облучаться земля, синхронизировать свои МЕРКАБЫ и настроиться на следующий уровень. О том, что такое Меркаба, — отдельное повествование; здесь скажем лишь, что это не корабль и не артефакт, а configuration сознания, светотелесный двойник, что строится всю жизнь и в час перехода служит единственным документом, по которому опознают путешественника.

А сегодняшнюю Землю ждут тяжёлые времена для всего живого — но очищение для Вселенной. После чего земля приступит к новому циклу. Но только если в состоянии будут помочь наши попечители. В противном случае Земля со всей солнечной системой рискует просто рассыпаться на энергетические составляющие — и войти в эволюционную структуру Мироздания с истока.

Эпилог
Итак, картина сложена. Мироздание — слоистое, волновое, живое: двадцать тысяч семьсот тридцать шесть слоёв, из которых нам доступен один; длина волны как ключ; разум как энергия, а не как умение рассуждать; сон как почта между человеком и планетой; галактика как матрица — живая система с каналами и программой; БОГ — не персона в облаках, а совокупный разум всех матриц; и переход — не конец, а экзамен, на который берут не имущество, а наработанную светом энергию.

Из всего этого следует одно практическое следствие, и потому стоит сказать его в конце, а не в начале: каждый час жизни — это вклад или трата переходной энергии. Думаете ли вы о чём-то светлом — вы наполняете ячейку, способную однажды стать лотосом. Грустите мелко, злитесь мелко, потребляете без цели — вы кормите отражённую тьму, которая возвращается на землю погодой и катаклизмами. У человека нет тайной бухгалтерии — у мироздания есть.

Не всё сразу. О «Серых», о Меркабе, о попечителях и о том, что было, — в последующих откровениях. Мироздание терпеливо: оно прожило больше, чем мы способны вообразить, и дождётся, пока мы допишем эту книгу — своими мыслями, которые, как выяснилось, и были всегда единственным пером.


Рецензии