Женя Майоров

   


    Женя Майоров был совершенно не похож на своего брата. Он, как мне казалось, был всегда в напряжении. У него были Жигули 7-й модели, и мы часто просили нас подвезти до Лужников. Нам надо было в определенный час подъехать к его дому, а жил он недалеко от Останкино.

Однажды мы, трое операторов, подъехали к дому Жени и ждали его около "жигулей - семерки". У нас в группе был оператор Трубанов. В тот день он был с нами и, глядя на машину, начал высказывать свои замечания по поводу советского автопрома.

Пришел Женя, мы все сели в машину, а Трубанов не унимается. И вот на его словах о том, как плохо работают двери, Женя остановил машину и произнес: выходи из машины! Тот вышел, и мы уехали.

В редакции ЦТ был редактор Борис Борисыч Губин. Он славился тем, как необычно болел за "Спартак". Я никогда не видел ничего подобного.

Однажды он смотрел футбол в редакции, и "Спартак" забил гол. Рядом с Борис Борисовичем стояли коробки с пленкой от большого видеомагнитофона Ампекс. Каждая коробка была весом около 5 кг.

На радостях он схватил коробку и, не глядя, метнул ее в сторону двери. В это время дверь открылась, и в редакцию вошел Женя Майоров, который чудом разминулся с летящей в сантиметрах от его головы коробкой. А дальше одноклубников разнимали, пока Женя не успокоился.

Спортивная редакция Центрального телевидения запустила хоккейную программу для детей.

Ведущим программы стал Евгений Майоров, а вести занятия на льду пригласили Анатолия Владимировича Тарасова - президента детского клуба "Золотая шайба". Он в то время, после известного скандала, был свободный, поэтому согласился.

Программу снимали днем на льду дворца спорта ЦСКА. Сразу после нас на лед выходила команда ЦСКА на тренировку. Все катилось своим чередом, программа всем нравилась. Пока команда ЦСКА не начала проигрывать, и руководство клуба решило  вернуть на "тренерскую скамейку" Анатолия Владимировича.

Собираясь во дворец, на расстановку камер для съемки этой программы, я по радио услышал о возвращении Тарасова.

В 12 часов должна была начинаться съемка, мы с Майоровым и детьми ждем Тарасова. У нас 4 камеры, две из них на льду.

Наконец появляется Тарасов и, не здороваясь, спрашивает: что здесь происходит?

Мы слегка обалдели, задаем мэтру вопрос: когда можем снимать?

Какая съемка? Я на час назначил тренировку, прошу освободить лед.

Женя пытался что-то объяснить, но - тщетно. Стали звонить в редакцию, там сказали: сворачивайтесь.