Действие сценическое. Теория мнимой реальности

Мнимая реальность возникает, когда воображаемые обстоятельства приобретают способность организовывать реальное сценическое существование актёра.

Дверь может быть обозначена двумя стойками. Письмо — чистым листом бумаги. Партнёр, которого необходимо удержать, — актёром, заранее знающим, что через минуту он уйдёт.

Однако в пределах сцены дверь отделяет, письмо угрожает, уход становится потерей. Воображаемые значения получают последствия: меняются внимание, дыхание, дистанция, способ обращения, готовность действовать.

Отсюда исходное положение:

Мнимая реальность — сценически удерживаемый порядок отношений, в котором воображаемое получает реальную силу организовывать осуществление действия.

Это рабочее определение продолжает исследование намеренности, незавершённости и направленности. Его задача — объяснить, каким образом то, что существует в представлении, становится условием происходящего между людьми.

Мнимость часто понимают как недостаток действительности: предмет ненастоящий, событие придумано, результат заранее известен. Но такая оценка оставляет без внимания сам процесс исполнения.

Актёр действительно произносит слова. Партнёр действительно их слышит. Между ними действительно изменяются паузы, усилия, пространственные отношения. Воображаемая ситуация осуществляется средствами реальных тел и реального времени.

Следовательно, в сцене необходимо различать реальность осуществления и статус изображаемого события.

Убийство персонажа может быть мнимым. Действия исполнителей, посредством которых оно становится сценическим событием, происходят реально. Их телесные последствия, технические условия и границы безопасности также реальны.

Мнимая реальность строится в сопряжении этих порядков.

Актёр удерживает обстоятельства персонажа и одновременно владеет условиями исполнения. Он способен добиваться воображаемого результата, сохраняя точность обращения с реквизитом, партнёром и пространством.

Намеренность позволяет этим отношениям сосуществовать.

В ранее предложенной авторской формуле:

«Действие сценическое — намеренность, реализующаяся в квазидействии через цель воображаемого результата в мнимости».

Мнимость здесь обозначает режим существования результата. Намеренность — способ, которым актёр поддерживает этот режим в исполнении.

Чтобы воображаемый результат стал направляющим, недостаточно назвать его. Он должен определять значимость происходящего.

Предположим, персонаж хочет скрыть письмо.

Если приближение партнёра ничего не меняет, если его взгляд не приобретает значения, если возможность обнаружения письма не участвует в следующем осуществлении, воображаемое обстоятельство остаётся сообщённым условием.

Оно начинает действовать, когда субъект различает происходящее относительно угрозы обнаружения. Шаг партнёра меняет дистанцию до письма. Вопрос вызывает необходимость отвлечь внимание. Молчание заставляет проверить, не возникло ли подозрение.

Так устанавливается причинная действенность мнимого:

\text{воображаемое значение}
\rightarrow
\text{оценка положения}
\rightarrow
\text{телесное осуществление}.

Эта запись обозначает предполагаемую зависимость. Она не требует, чтобы актёр последовательно проговаривал каждый её момент. В исполнении отношения могут осуществляться быстро, привычно и без отдельного сознательного решения.

Важен переход: значение становится условием действия.
При этом мнимая реальность обладает сопротивлением.

Субъект не может произвольно получить требуемое только потому, что обстоятельства придуманы. Партнёр отказывает, предмет остаётся недоступным, время истекает, сказанное слово приобретает нежелательное последствие.

Сопротивление может быть предусмотрено драматургией и партитурой. Но в сценическом настоящем оно должно сохранять функциональное значение.

Если персонаж способен мысленно устранить любое препятствие, необходимость осуществления исчезает. Поэтому мнимая реальность требует определённой обязательности отношений: однажды установленное обстоятельство продолжает иметь последствия, пока не произошло событие, которое его изменило.

Письмо, уже замеченное партнёром, нельзя следующим жестом превратить в никогда не существовавшее. Сказанное признание меняет положение. Полученный отказ входит в историю взаимодействия.

Мнимая реальность удерживается связностью последствий.

Её убедительность зависит от того, получают ли произошедшие изменения продолжение.

Это позволяет различить фантазию исполнителя и совместно осуществляемую сценическую ситуацию. Актёр может воображать множество подробностей, но партнёру доступно то, что вошло в осуществление: слово, действие, пауза, обращённость, изменившееся отношение.

Поэтому мнимая реальность не обязана совпадать во всех внутренних представлениях исполнителей.

Один представляет комнату подробно, другой удерживает несколько необходимых пространственных отношений. Для совместного действия требуется согласованность функциональных условий: где находится письмо, кто о нём знает, что означает его обнаружение, какие изменения уже произошли.

Единство сцены возникает через совместимость осуществлений и их последствий.

Здесь становится существенным различие между условностью формы и правдой отношения.

Предмет может быть обозначен жестом. Расстояние — светом. Переход времени — музыкальным изменением. Сценическая форма вправе быть предельно условной, если установленный порядок позволяет участникам и зрителю различать происходящее.

Подробное бытовое оформление, в свою очередь, само по себе не обеспечивает действия. Его предметы должны получить значение внутри отношений.

Мнимая реальность допускает разные морфологии, поскольку её связность удерживается также тем, что эти формы позволяют осуществлять.

С этим связана незавершённость.

Воображаемый результат ещё не получен, а его необходимость уже организует настоящее:

R_t\neq R^*.

Субъект пробует воздействие, получает ответ, меняет способ. Последствия возвращаются в следующее состояние действия:

D_t\rightarrow B_t\rightarrow M_t
\rightarrow P_{t+1}\rightarrow D_{t+1}.

В этой модели мнимая реальность предоставляет значения и условия, внутри которых циркуляция становится сценически определённой. Взгляд партнёра оказывается подозрением, шаг к двери — угрозой ухода, протянутая рука — возможностью примирения.

При этом значение может оставаться спорным. Подозрение способно оказаться ошибкой, примирение — ловушкой. Мнимая реальность включает расхождения между тем, что произошло, тем, как это понял персонаж, и тем, что усмотрел зритель.

Такие расхождения создают возможность драматического развития.

Зритель входит в этот порядок через сценические признаки и связи между ними. Он способен знать, что письмо представляет собой реквизит, и одновременно понимать опасность его обнаружения для персонажа.

Для участия в спектакле ему не требуется утратить знание о театре. Необходимо, чтобы происходящее становилось доступным смысловому усмотрению.

Поэтому мнимая реальность имеет несколько связанных измерений: актёр её осуществляет, партнёры поддерживают и преобразуют её условия, режиссёр организует целостность, зритель обнаруживает отношения и их смысл.

Каждый участник занимает собственную позицию. Персонаж может торжествовать, актёр — точно выполнять сложную партитуру, зритель — уже понимать приближение катастрофы.

Театральная целостность удерживает эти различия.

Рабочим критерием мнимой реальности тогда становится действенность её условий. Можно исследовать, что произойдёт, если изменить одно из них: партнёр узнал тайну, дверь оказалась заперта, письмо потеряло силу доказательства.

Если такие изменения избирательно преобразуют отношение к результату и способ осуществления, появляется основание говорить, что воображаемые условия участвуют в организации процесса.

Если они остаются без последствий, необходимо выяснить, сохраняют ли они значение для данного действия.

Мнимая реальность существует сценически постольку, поскольку её обстоятельства приобретают обязательность, её изменения оставляют последствия, а её результаты направляют реальное телесное осуществление.

Театр получает возможность вновь исполнять известное событие потому, что актёры восстанавливают условия его становления. Написанное уже завершено, но в исполнении ещё предстоит сказать, услышать, понять, добиться, потерять.

В этом настоящем мнимое становится действующим: воображаемый результат получает силу перестраивать реальное отношение между исполнителями и через него открывается зрительскому пониманию.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации


Рецензии