14. Цепные псы самодержавия и гидра Революции
Стрелка Васильевского острова. Это восточная оконечность острова, где Нева разделяется на два рукава...
В 1798 году Стрелка уже была парадным местом: здесь находились здание Двенадцати коллегий, Кунсткамера.
Отсюда открывались виды на Петропавловскую крепость, Зимний дворец и другие знаковые постройки столицы Российской империи.
Жан-Пьер Демаре задумчиво откинувшись на спинку стула сидел за столиком трактира "Лондон", виды города произвели на него сильное и приятное впечатление.
Он ждал своих товарищей из "строгановского кружка", им было что обсудить.
Трактир «Лондон» — на углу Среднего проспекта и Кадетской линии, солидное заведение, где на первом этаже располагалось кафе, а второй этаж занимали сдаваемые посетителям комнаты работало еще с середины века, с 1750-х годов.
В помещении было душновато, лето выдалось жарким, посетителей в этот обеденный час было немало.
Жан-Пьер с интересом разглядывал окружающих, отметив, что за столиками вокруг сидели как дворяне, так и люди среднего сословия.
Невольно подумалось, как же у многих французских аристократов, которых так тепло и сочувственно здесь приняли еще хватало наглости пренебрежительно отзываться о России, как о "варварской Московии"?!
На берегах Невы французские дворяне и в эмиграции не озабочены поисками работы в отличие от Берлина или Лондона, где лишившиеся состояния они к черту не сдались властям...
В Петербурге живут паразиты на субсидии от императорского Двора, сели на шею здешнему народу точно также, как сидели на шее у изгнавших их соотечественников...
Тьфу, роялистская нечисть..."голубая кровь", уж сколько раз народ проверял, какого она у них цвета...и всё не впрок...
Как же верно заметил о дворянской эмиграции знаменитый русский полководец Суворофф: "У нет воли к победе, они не умеют желать...заняли позицию жертвы".
Сидя в уютных гостиных Петербурга... Лондона, Вены и Берлина, подальше от фронта и гражданской войны, наши дворянчики охают о судьбе Людовика и Антуанетты, которых священники-роялисты провозгласили "святыми", при этой мысли Жан-Пьер мрачно усмехнулся.
А еще господа буквально мечтают, не таясь и сжимая кулаки о кровавой мести республиканцам и о "Белом Терроре"...
Исключение составляют офицеры корпуса принца Конде... но они, по счастью, именно исключение...
О да, всё верно, воевать сами наши графы и маркизы не желают, их дело приказывать черни, а чтобы лично проливать кровь, свою, а не чужую, увольте...
Но активно подстрекают к войне с революционной Францией Россию...которой эта война совершенно не нужна...увы, своего они добились...
Жан-Пьер взял бокал и поднес к губам, глубоко задумался, мысли были невеселые...
Павел I взял под свое покровительство Мальтийский Орден, планируя создать стратегическую военную базу Российской империи на Средиземном море.
Генерал Бонапарт, отправляясь в Египетский поход, захватил Мальту, магистр Мальтийского ордена бежал.
За каким чертом это было нужно Франции?! Директория обезумела... в годы правления Конвента о подобном никто не думал.
Павел I, приняв титул гроссмейстера Мальтийского ордена, обеспечил деятельность Ордена в России и, что следовало ожидать, присоединился ко второй антифранцузской коалиции, в которую входили Австрия, Османская империя, Испания, Великобритания и Неаполитанское королевство.
При этой мысли Жан-Пьер нахмурился.
Неожиданно за его спиной раздался хорошо знакомый голос графа Рысакова, слова его прозвучали насмешливо и в то же время жестко:
- Ну что, ВЕСЬ Якобинский клуб в сборе или еще кого ждем?
Вилка со звоном ударилась о бокал и упала на стол, Демаре резко обернулся.
За его спиной стояли Жозеф Фернекс и Жером Мерсье, а сзади насупившийся Сергей Александрович, тяжело опустивший руки каждому на плечо. Вид у товарищей был мрачный и настороженный.
Свидетельство о публикации №226111601850