Город потерянных игрушек
Никто не знал, где находится этот город.
Его не было на картах, о нём не рассказывали путешественники, и даже самые старые географические атласы не содержали ни одного упоминания о нём.
Но город существовал.
Он стоял далеко за обычным миром, там, где кончаются забытые воспоминания и начинается то, чему люди так и не придумали названия.
Каждую ночь, ровно в три часа семнадцать минут, на его маленький вокзал прибывал поезд.
Поезд был странный. Его вагоны не имели окон, колёса почти не издавали звука, а паровоз вместо дыма выпускал облака, пахнущие старой бумагой, пылью и далёким летом.
В этом поезде приезжали игрушки.
Те, которых потеряли.
Те, которых забыли на чердаках.
Те, которых выбросили, когда дети выросли.
И те, которых продолжали искать, хотя прошло уже много лет.
У поезда не было машиниста. Во всяком случае, никто его никогда не видел.
На вокзале прибывших встречал старый плюшевый медведь по имени Август.
У Августа отсутствовало левое ухо, на животе была большая заплатка, а вместо одного глаза — чёрная пуговица от старого пальто.
Он был смотрителем вокзала уже сто двенадцать лет.
Когда-то давно его потерял маленький мальчик, имя которого Август помнил с удивительной точностью.
Мальчика звали Миша.
Август помнил даже его запах — молоко, мыло и немного яблок.
Но вот лицо Миши постепенно стиралось из памяти.
И это пугало медведя больше всего.
Потому что в Городе потерянных игрушек существовал один закон:
Пока игрушка помнит ребёнка, она живёт.
А когда забывает — превращается в обычную вещь.
В ту ночь поезд опоздал.
Всего на семь минут, но подобного не случалось уже почти пятьдесят лет.
Август стоял на пустой платформе, держа в лапах медный фонарь.
Сначала он услышал далёкий свист.
Потом из тумана появился паровоз.
Он остановился, тяжело вздохнул и выпустил последнее облако пара.
Дверь третьего вагона открылась.
На платформу упала маленькая деревянная лошадка.
У неё не было одного колеса, красная краска облупилась, а грива была сделана из нескольких пожелтевших ниток.
Август осторожно поднял её.
— Добро пожаловать, — сказал он. — Как тебя зовут?
— Не знаю, — ответила лошадка.
Медведь замер.
Это было необычно.
Игрушки иногда забывали, где жили, как выглядела их комната и почему их потеряли.
Но собственное имя они помнили всегда.
— А своего ребёнка ты помнишь?
Лошадка долго молчала.
— Я помню руки, — наконец сказала она. — Маленькие, тёплые. И ещё помню, что меня очень любили.
— Это уже хорошо, — тихо ответил Август.
— А потом случилось что-то страшное.
— Что именно?
— Не знаю. Только я помню, что мальчик плакал. И мне кажется… — лошадка остановилась. — Мне кажется, он плачет до сих пор.
Август посмотрел на пустой поезд.
На мгновение ему почудилось, что за одним из тёмных окон кто-то стоит.
Не игрушка.
Человек.
Но поезд уже тронулся, растворяясь в тумане.
И старый медведь впервые за сто двенадцать лет почувствовал страх.
Потому что в Город потерянных игрушек никогда не попадали те, кого всё ещё ждали.
Часть вторая. Улица несбывшихся желаний
Город просыпался медленно.
Первыми зажигались окна в домах оловянных солдатиков. Они жили на улице Барабанщиков, где каждое утро начиналось с построения, хотя войны здесь не было уже очень давно.
Потом открывались мастерские заводных игрушек. Из распахнутых дверей доносились щелчки пружин, скрип шестерёнок и ругань старого механического клоуна, который никак не мог починить собственную улыбку.
На площади Сломанных Часов стояла башня.
Все её часы показывали разное время.
Одни остановились в тот день, когда маленькая девочка забыла свою куклу в поезде.
Другие — когда мальчик уронил любимого робота в реку.
Третьи продолжали идти, но только назад.
Это были часы игрушек, которые всё ещё надеялись вернуться домой.
Август шёл по площади, неся деревянную лошадку в кармане своего старого жилета.
— Куда мы идём? — спросила она.
— К человеку, который знает почти всё.
— Здесь есть люди?
— Нет, — сказал медведь. — Но есть один, который очень хотел им стать.
Они остановились перед небольшим домом, сложенным из разноцветных кубиков.
На двери висела табличка:
«Профессор Ноль. Ремонт памяти, починка надежд, восстановление утраченных имён. По воскресеньям не беспокоить».
Август постучал.
За дверью послышался металлический стук.
— Если вы принесли мне ещё одну сломанную музыкальную шкатулку, уходите! — раздался сердитый голос.
— Это я, Август.
Дверь открылась.
На пороге стоял жестяной робот с круглой головой, одним стеклянным глазом и крошечной лампочкой вместо сердца.
Лампочка мигала синим.
— Ты опоздал, — заметил робот.
— Я никогда не опаздываю.
— Значит, сегодня что-то случилось.
Август достал лошадку.
Профессор Ноль внимательно посмотрел на неё.
Его стеклянный глаз тихо зажужжал.
— Любопытно, — произнёс он.
— Что именно?
— У неё нет следов забвения.
— Объясни.
Робот поднял деревянную лошадку к свету.
— Понимаешь, Август, когда дети забывают игрушки, между ними разрывается невидимая нить. Мы называем её памятью, хотя это не совсем правильно.
— А как правильно?
— Любовью, — ответил профессор. — Но это слово слишком неточное для науки.
Лошадка тихо вздрогнула.
— А моя нить?
Профессор долго молчал.
Потом поставил её на стол.
— Твоя нить цела.
— Значит, меня помнят?
— Да.
— Тогда почему я здесь?
Профессор Ноль выключил настольную лампу.
В комнате стало темно, и только его маленькое сердце продолжало мигать.
— Потому что, — сказал он, — похоже, ты прибыла не из прошлого.
Август нахмурился.
— А откуда?
Робот повернулся к окну, за которым виднелась башня Сломанных Часов.
— Из будущего.
В этот момент на площади ударили часы.
Один раз.
Потом второй.
Потом третий.
Август медленно подошёл к окну.
Все часы на башне впервые за много лет показывали одинаковое время.
Три часа семнадцать минут.
И все они шли назад.
Часть третья. Девочка, которая не выросла
На самой окраине города, за Садом потерянных пуговиц, стоял дом с голубыми ставнями.
В нём жила фарфоровая кукла по имени Лиза.
Её платье когда-то было белым, но теперь стало цвета старого чая. На щеке виднелась тонкая трещина, а волосы были заплетены в две аккуратные косы.
Лиза была старше всех обитателей города.
Даже старше Августа.
Но выглядела как маленькая девочка.
Каждое утро она накрывала стол на двоих.
Ставила две чашки.
Одну перед собой.
Другую — напротив.
И ждала.
— Кого ты ждёшь? — спрашивали её соседи.
— Катю.
— Но Катя давно выросла.
— Я знаю.
— Возможно, её уже нет на свете.
— Знаю.
— Тогда зачем ты ждёшь?
Лиза обычно улыбалась.
— Потому что она обещала вернуться.
Однажды, когда Лиза была ещё новой, девочка Катя посадила её на подоконник, поправила платье и сказала:
«Подожди меня здесь. Я скоро».
Потом началась война.
Дом опустел.
Прошло много лет.
И Лиза оказалась в Городе потерянных игрушек.
Но обещание осталось.
И каждое утро на столе появлялись две чашки.
В этот день, когда Август и профессор Ноль пришли к Лизе с деревянной лошадкой, фарфоровая кукла впервые не накрыла стол.
Она стояла у окна и смотрела на небо.
— Что случилось? — спросил Август.
Лиза повернулась.
На её фарфоровой щеке блестела крошечная капля воды.
— Сегодня ночью мне приснилась Катя.
— Игрушкам не снятся сны, — автоматически заметил профессор Ноль.
— Тогда объясни, почему я видела её.
— Что она делала? — тихо спросил медведь.
Лиза посмотрела на деревянную лошадку.
— Она была совсем старенькой. Сидела возле окна и держала в руках фотографию.
— Какую фотографию?
— Свою детскую.
Лиза замолчала.
— И она сказала: «Прости, что я так долго».
Профессор Ноль вдруг сел на стул.
Его лампочка загорелась красным.
— Этого не может быть, — прошептал он.
— Чего именно? — спросил Август.
— Я всегда думал, что наш город существует благодаря тому, что дети забывают игрушки.
— Разве не так?
— Нет, Август.
Робот посмотрел на Лизу, затем на деревянную лошадку.
— Кажется, мы ошибались все эти годы.
— В чём?
— Игрушки попадают сюда не тогда, когда о них забывают.
Он сделал паузу.
— А тогда, когда они больше не могут быть рядом с теми, кто их любит.
За окном медленно пошёл снег.
Хотя в Городе потерянных игрушек никогда не было зимы.
И где-то очень далеко, за пределами города, пожилая женщина открыла старую коробку, достала пожелтевшую фотографию и впервые за семьдесят лет произнесла:
— Лизонька…
В доме с голубыми ставнями фарфоровая кукла вдруг услышала своё имя.
И повернулась к двери.
На пороге стояла маленькая девочка.
В белом платье.
С двумя светлыми косичками.
— Ну вот, — сказала девочка. — Я же обещала вернуться.
А потом протянула руку.
И Лиза поняла, что некоторые обещания исполняются даже тогда, когда ждать уже, казалось бы, некому.
Свидетельство о публикации №226111602029