Болеть тобой N10. 1

Он сидел на веранде, пил чай карак — крепкий, сладкий, с кардамоном, имбирём, шафраном, корицей. Смотрел на бирюзовую воду и думал.

«Ты дурак. Ты был с ней одну ночь. Ты даже не знаешь её фамилию. Что ты здесь делаешь?»

Но внутренний голос отвечал:

«Я знаю, что она не взяла деньги. Я знаю, что она не написала. Я знаю, что она ушла, потому что не хотела быть второй. Я знаю, что она есть. Где-то. И я хочу её найти».

Он прожил в отеле неделю. На восьмой день сдался. Собрал чемодан, сел в такси, поехал в аэропорт.

В машине смотрел на проплывающие пальмы и думал: «Она не приедет. Она забыла. У неё другая жизнь».

Самолёт оторвался от земли. Али смотрел в иллюминатор на огни Шарм-эль-Шейха, которые становились всё меньше.

— Прощай, Марина, — сказал он одними губами.

Через год его жена родила сына. Али назвал его Вахид. Первый. Единственный. Первенец.

Он почти не вспоминал Марину.

Почти.

***

Работа затянула. Надо было учиться варить кофе для Александра Владимировича — ровно в 9:15, крепкий, без сахара. Разбираться в папках с приказами. Запоминать, кто есть кто в этой огромной фирме. Дресс-код, деловой этикет, улыбка для клиентов.

Марина очень старалась. Она вскакивала и вытягивалась в струнку, стоило Александру Владимировичу приоткрыть дверь кабинета.

Она почти забыла Али.

Почти.

ЧАСТЬ ДЕСЯТАЯ
Синхронистка

Через месяц после возвращения из Египта Марину начало мутить по утрам.

Она стояла над раковиной, держась за холодный фаянс, и ждала, когда прекратятся спазмы. Грудь налилась, стала чужой и чувствительной.

— Акклиматизация, — прошептала она в зеркало.

Но на всякий случай купила три теста. Дома, запершись в ванной, сделала первый.

Две полосы. Чёткие, красные.

Второй тест — две полосы. Третий — то же.

Марина сползла по стене на холодный кафель. В кулаке были зажаты три полосатые палочки. Воздух не шёл. Грудь сдавило.

— Беременна, — прошептала она.


Рецензии