Та, что не смогла уйти. Глава 7 ч. 1

Глава 7

Лекарский центр мортоэртов на Парадизе.  Лорд Нам Гиль

- Эл, да что же с тобой! Очнись, ну правда, пора уже. Ну же, подружка, приходи в себя!, - я тщетно пытался растормошить её неподвижно лежащее на кушетке тело.

«Демонова девчёнка! Это как же нужно было истязать себя, что бы провалиться в магическую кому! Но уже десятые сутки... При абсолютно здоровых физических параметрах это совсем не норма... Неужели...», - теснились мысли в голове. Нет, я боялся об этом думать, но будучи реалистом, всё-таки, больше склонялся к мысли, что душа покинула это тело и теперь скитается не известно где. Возможно, отправилась на поиски Джин Ёна... Хотя... Она же ничего не знает... А, может, именно потому, что каким-то непостижимым образом уже знает... Чудо, что Мин Хо и господина Адриана удалось выдворить, а то сидели тут неотлучно. «Всё-таки придётся звать некромантов», - нехотя подумал я. Не то, что бы я их как-то не люблю. Будучи учёным, который прекрасно понимал всё, что делал, я мог объяснить любые процессы, связанные с телом и магическими потоками, но душа оставалась для меня  загадкой. Этой тайной владели только некроманты и их методы, далёкие от точных и выверенных приёмов лекарской практики, всегда вызывали во мне какие-то неприятные ощущения.

Вздохнув, я всё-таки принял решение и связался с дежурным некромантом, коротко объяснив ситуацию.

Через пол часа они явились. Как обычно, их было трое.

***
Эл лежала неподвижно, будто вырезанная из мрамора. Лицо было неестественно спокойным, а кожа — бледной до прозрачности, словно вся кровь ушла вглубь, прячась от того, что творилось вокруг. Дыхание едва угадывалось: редкие, почти незаметные вдохи, от которых едва шевелилась ткань рубашки у горла. Пульс проступал тонкой ниткой на шее — неровный, будто сердце боялось стучать слишком громко.

В комнате стало темнее, хотя солнце ещё не село. Тень будто сгустилась над ложем, стекая по стенам и собираясь в плотный кокон вокруг её тела. Некроманты вошли без спешки - их шаги звучали твёрдо, как приговор жизни и смерти. Каждый сразу занял своё место — не по договорённости, а по привычке, выверенной в десятках таких случаев.

Старший не смотрел на лицо девушки. Он смотрел выше, туда, где воздух над её грудью дрожал, как над раскалённым камнем. Там, в этом дрожании, висело нечто  полупрозрачное, похожее на дым, который не хочет рассеиваться.  Душа не могла улететь  прочь — она, как слепая, упиралась в границы комнаты, билась, как зверь о прутья клетки, но не могла покинуть помещение.

Первый некромант начал чертить круг — не мелом, а угольным порошком, смешанным с солью. Линии ложились ровно, без помарок, и там, где порошок касался пола, воздух становился гуще, будто уплотнялся. Второй достал из сумки тонкие медные нити и начал сплетать их в узор прямо над её телом — не касаясь, держа в нескольких пальцах, и узор медленно наливался ярким, почти алым светом. Третий стоял неподвижно и смотрел на то, что было её душой. Он не шевелил губами, но время от времени коротко кивал, будто отмечая, куда именно рвётся эта тень.

Когда круг замкнулся, палата будто перестала принадлежать обычному миру. Звуки снаружи стихли, а внутри появился низкий, едва слышный гул — как если бы стены начали шептать на языке, которого никто не знал. Тот, что держал узор из нитей, резко опустил его вниз, и свет полоснул по воздуху, очерчивая невидимую воронку. Старший сделал шаг вперёд и произнёс короткую фразу — не громко, но так, что от звука дрогнули тени в углах.

Душа дёрнулась, будто её окликнули. Она не хотела возвращаться, метнулась в сторону, пытаясь просочиться сквозь стену, но нити не дали. Узор сжался, и тень оказалась в ловушке, зажатой между кругом и этой светящейся сеткой. Она металась, оставляя в воздухе лёгкие разводы, похожие на следы от пальцев в тумане.
Некроманты не спорили и не торопились. Они работали как единый механизм: один удерживал границы, второй управлял узором, третий направлял поток. Душу  загоняли не силой, а хитростью — сужая пространство, перекрывая выходы, заставляя её двигаться туда, где сопротивление было меньше. И в какой-то момент она скользнула вниз, не по своей воле, а потому что другого пути не осталось.

Когда душа коснулась её груди, тело дёрнулось, как от удара. Грудь резко поднялась, втягивая воздух, и этот вдох прозвучал в тишине комнаты почти как крик. Кожа на мгновение вспыхнула тусклым светом, будто по венам пробежала искра, и тут же погасла. Лицо чуть дрогнуло, брови сошлись в слабой гримасе, будто ей снился неприятный сон, который она не могла вспомнить.

Круг рассыпался сам собой: угольный порошок осел на пол серой пылью, нити потемнели и стали обычными полосками металла. Некромант, который держал узор, аккуратно свернул их и убрал в сумку. Старший посмотрел на девушку ещё несколько секунд, потом коротко кивнул своим спутникам.

— Держит, — сказал он, не повышая голоса. — Но это не победа. Это временная стяжка. Если она снова пойдёт на износ, никакая магия не удержит.

Третий некромант провёл ладонью над её лбом, проверяя что-то, видимое только ему, и тихо добавил:

— Сейчас она не чувствует ничего. Ни боли, ни холода, ни нас. Но когда очнётся, будет тяжело. Очень тяжело. Теперь всё зависит от неё. Будет воля к жизни - будет жить, нет - умрёт.

Они собрали инструменты, не оглядываясь на спящую, и вышли так же спокойно, как вошли. Дверь тихо закрылась, и комната снова стала обычной — только воздух ещё долго оставался чуть тяжелее, чем раньше.

«А будет ли теперь эта воля?...», - с тоской подумал я и тяжело опустился в кресло.


Рецензии