Вождь

Вождь

-"Да я приказал всем трем тысячам своих подчиненных есть чеснок и купаться в проруби! Чтобы гриппом не заболели. В противном случае пригрозил увольнением. Стыдно болеть по дурости и разорять завод!" - заявил генеральный директор Челябинского завода дорожных машин Сергей Бухдрукер. Под эти оздоровте6льные мероприятия он даже на пруду прорубь прорубил и всю зиму ее поддерживал в рабочем состоянии.

-Думаете, кто - нибудь пришел? Никто. Правда, однажды, в порядке эксперимента, Бухдрукер привел на пруд пятнадцать подчиненных. Предложил каждому окунуться за сто рублей. Прыгнули. Не успели обсохнуть, как расчет получили. На следующий день к лунке пришла уже сотня "добровольцев", готовая за премию выполнить любое желание шефа.

-Бухдрукер на пройдох только рукой махнул. Молча снял пиджак, брюки, плавки и повернулся к народу. Люди обалдели: "А король - то голый!" А он - бултых в прорубь. Шоковая терапия.

-Все началось в 1985 году. Когда Серега Бухдрукер после окончания техникума попал по распределению на завод дорожных машин имени Колющенко. Первый рабочий день. Подходит молодой специалист к проходной, а там яма огромная с водой. Эта яма уже давно стала визитной карточкой завода - из поколения в поколение цвет трудовых династий передавал как завет способы преодоления этого естественного препятствия. Молодой человек даже и без ЦУ запросто смог бы лужу перепрыгнуть. Но как представил он, что всю жизнь каждый день будет скакать как козел: Развернулся на 180 градусов и пошел прочь от всех традиций.

-Вернулся он на завод через десять лет. В качестве владельца. Лужа, кстати его дождалась. Первое, что сделал новый директор - отремонтировал проходную. Дальше - больше. Предприятие ему досталось в "лучшем виде"; все разорвано, кадры - "гордость партии". Жить гиганту оставалось год - два. И это при том, что дороги в России так и остались худшими из зол. А умирающий завод всю свою сознательную столетнюю жизнь с этим государственным недугом боролся - производил строительно - дорожную технику. Предприятие довели до того, что никто не знал, сколько точно машин выпускается в день и куда они уходят.

-Частенько происходило неизбежное: завод останавливался.

-Чтобы разобраться в происходящем, Бухдрукер отправился в народ. Тогда его еще мало кто в лицо знал. Подходит он, к примеру, в третий цех, а там мужики сидят, в карты режутся. Середина рабочего дня. То же происходит и в соседнем четвертом цехе. Пятый еще работает, но и он вот - вот встанет. За карточными разговорами Сергей узнал, что оказывается, никаких параличей производства не было бы, если бы кто - нибудь доставил запчасти, изготовленные одним цехом, в другой, тот бы в свою очередь, их обработал и поставил в третий, и так далее. Спасая производство, директор заводил свою машину, складывал необходимые детали в багажник и развозил по цехам.

-И коллапс отступал.

-Кроме безалаберности, завод страдал повальным пьянством. Конечно, в России пили всегда, и всегда имели место попытки безуспешной борьбы с этим недугом. "Да, пьянство в России неискоренимо и бессмысленно с ним бороться, - считает Сергей. - Надо им управлять!"

-Начал он с того, что провел на заводе конкурс на лучшего алкоголика. В течение месяца все цеха принимали в нем участие. В финал вышла десятка сильнейших. Их торжественно водрузили на сцену, под аплодисменты коллектива вручили по бутылке водки и трудовые книжки с символичной "33 - ей". Чтобы оказаться на месте уволенных счастливчиков, надо было иметь недюжинное здоровье и упорство: например, самая яркая "пьяная звезда" попалась за месяц двадцать раз!

-После конкурса народ поосторожничал, а потом снова принялся за старое. Одно слово - историческая память. Но Бухдрукер не сдавался: "Как - то после работы я встретил трудящихся, которые бурно пили в раздевалке. Отдельные представители моего трудового коллектива уже не могли самостоятельно передвигаться, лежали под лавками и кряхтели. Плохо спят. Не успевают восстанавливаться. Потом плохо работают.

-Представьте, как им, бедным, тяжело утром. А ведь я же не про все пьянки знаю. Сколько их у меня под станками, лавками каждый день лежит? Существующая организация пьянок усугубляет социальное расслоение: руководство пьет в цивилизованных условиях, с последующей доставкой по домам на служебном автотранспорте (стоимость перевозки, кстати, входит в затраты предприятия), в то время как простые рабочие вынуждены употреблять спиртные напитки в антисанитарных условиях и самостоятельно добираться до дому.

-Чтобы искоренить эту несправедливость, я решил создать условия для культурных пьянок всем рабочим".

-Бухдрукер обратился к народу с просьбой помочь обустроить на заводе питейные заведения. Даже конкурс объявил "по разработке и созданию условий для культурного пития". Начинание директора нашло живой отклик. Пришли следующие предложения:

- в каждом цехе организовать специально отведенные места для распития спиртных напитков. Ответственность возложить на начальников цехов;

- в каждом цехе организовать специальную комиссию, занимающуюся пополнением запасов спиртного. Комиссии проводить предварительную запись на пьянки, отдавая предпочтение при этом передовикам производства;

- организовать доставку подвыпивших сотрудников домой на служебном автотранспорте;

- в местах для распития спиртного установить крепкую добротную мебель, обеспечить небьющейся посудой.

-Вообще - то Сергей и сам знает, как питейная должна выглядеть. Но надо дать и народу выговориться. Чтобы там никаких шушуканий за спиной.

-Слухи и домыслы портят жизнь многим начальникам. А Бухдрукер даже и их использовал себе на пользу. Как Юрий Цезарь. Услышал как - то про себя, что якобы за год до директорства шашлыками на вокзале торговал. Вот те на, подумал директор. И объявил конкурс слухов. Пару месяцев завод гудел как улей и выдавал из себя по капле "компру" на шефа. Причем все это публиковалось в заводской многотиражке. Победитель получил приз - "Запорожец".

-И сразу все поняли, что гласность - штука выгодная.

-А тут коммунисты решили на успешном предприятии обосноваться. Давай по цехам листовки клеить "Смерть буржуям!" с призывами бастовать, свергать начальство. Правда, мало кто на это отзывался. Зарплата вовремя, от полутора до четырех тысяч. В отделе кадров очереди.

-Накануне целый председатель арбитражного суда просил родственника слесарем принять. Но несмотря на такое благополучие Бухдрукер к коммунистам относится весьма серьезно: "Красные - те же хулиганы, их без присмотра оставлять нельзя! Нужно лишать их ощущения подполья".

Выследил однажды Бухдрукер одного революционера - листовочника. Буквально за руку поймал и говорит: "Ты свой агитпроп не клей в потайных углах. Дай мне. Я твою листовку в многотиражке опубликую, все почитают". Подрывник убежал. Ничего не сказал директору. Только после этого дошел до Сергея слух, что оппозиционер этот принялся на заводе организовывать общество недовольных. Но директор его опередил. Провел праздник недовольных, где каждый мог прямо в глаза директору высказать свои претензии. А уж тот, в свою очередь, незамедлительно на них отреагировать.

-Бухдрукер - человек - оркестр. То он лекции в университете читает по теме "Антикризисное управление", то челноков агитирует вместо китайского шмотья торговать грейдерами: "А что, структура бизнеса одна и та же - эксплуатация своих связей и возможностей. Только это бизнес другого уровня, здесь рентабельность больше". И челноки потянулись к нему вереницей. Торгуют большими машинами. Первого мая Сергей организовывает праздник солидарности предпринимателей, в день независимости России - митинг, где сжигает двух баб - чучел, символизирующих бесхозяйственность и разгильдяйство. Еще он стипендии отличникам платит, нищим помогает и так далее, и тому подобное. Спит четыре часа в сутки.

-А недавно завод выпустил новый бульдозер. За три месяца его придумал и выпустил. О ковш били шампанское. Большому кораблю - большое плаванье!_Бухдрукеру тридцать три года. У него есть жена и трое детей. Его папа до сих пор не верит, что сын хозяин такого крупного предприятия и все спрашивает: "Как ты с коллегами, дружно ли живешь? А начальство не расстраиваешь, не ругает оно тебя?" И Сережа бесхитростно отвечает отцу, что все в порядке. И что им все довольны. И ведь не врет! И себе, и подчиненным он и вправду симпатичен.

Московский Комсомолец
А. Панова


Рецензии