Интервью газете Колющенец
— Сергей Моисеевич, до Вашего прихода на предприятие мало кто в области знал о заводе дорожно-строительных машин имени Колющенко. Последние же годы название завода практически не сходит со страниц газет. Чем, на Ваш взгляд, так уникален завод Колющенко?
— Вы почти ответили на свой вопрос. Заводов, находящихся в таком состоянии, не то что в России, в области больше сотни. И у каждого из них своя история, свои герои, свои успехи и поражения. Завод Колющенко — это частица России, отражающая все, что происходит в стране. Уникальность не в предприятии — уникальность в том, что большинство предприятий переживает свою историю молча, а происходящее на ЧЗК широко освещается в прессе. Этот процесс начался по моей инициативе за год до столетия завода. Я люблю его, и убежден, что наш завод был достоин красивого праздника, достоин того, чтобы о нем говорили. Тогда нам было чем гордиться — вдвое увеличили производство, масса заказов, бесперебойные поставки, целая плеяда новых машин. Хотя все-таки уникальность есть — но не в предприятии, а в людях. Будут уникальные люди — любое предприятие станет уникальным.
— Как Вы видите 103-летнюю историю производства дорожной техники на Южном Урале?
— Более чем столетняя история предприятия — это история нашей Родины. Сначала небольшой цех по производству плугов, потом красавец завод, выпускающей сельхозтехнику для молодой республики. Затем кузница грозного оружия войн — «Катюш». В пятидесятые завод — один из пионеров восстановления разрушенной во время войны экономики, создатель первого в СССР автогрейдера. Позднее заложник системы государственного планирования, в эпоху рыночных реформ вновь ставший лидером дорожного машиностроения.
— А все-таки, что главное в ЧЗК?
— Предприятие — это люди, это — самая большая ценность. На момент моего прихода бизнеса, как такового на предприятии не было. От случая к случаю у кого-то появлялись деньги, и заводской организм запускался, «выплевывал» необходимое количество автогрейдеров, а потом вновь замирал в ожидании новых заказов. Костяк коллектива практически не меняется долгие годы. Хотя, если честно, когда я пришел на завод в 96, я многих уволил — за воровство, за разгильдяйство.
— К столетнему юбилею завода Вами была реализована программа повышения объемов производства от 30 до 60 машин в месяц. Расскажите об этом периоде подробнее. За счет чего удалось выполнить эту программу?
— Воля, решительность и последовательность — вот что нужно, чтобы достичь цели. Я знал, чего хочу и как это сделать — это очень важно. В любом бизнесе необходим человек, который являлся бы первоисточником, который взял бы ответственность перед всеми, кто в этом бизнесе участвует. Бурное празднование столетия было необходимо, чтобы обеспечить подъем настроения. В то время были достаточно упаднические настроения в промышленности и в стране. Надвигался кризис 1998-го года. В машиностроении наблюдалось резкое падение объемов производства. На общем фоне наш завод смотрелся как белая ворона — мы не жаловались, не бегали по администрациям с просьбами о помощи, мы работали и смотрели в будущее с оптимизмом. Были применены мощнейшие управленческие технологии.И многие из них были настолько инновационными, что даже и сегодня применяются отнюдь не повсеместно. Когда мы начинали, то приходилось учиться на ходу. И еще — и это тоже очень важно — мы не боялись признавать, своих ошибок. Учились все. В итоге предприятие стало производить в 2 раза больше машин, и после ухода моей команды еще 1,5 года работало стабильно.
— Сергей Моисеевич, что Вы считаете своим главным достижением на ЧЗК?
— Когда я возглавлял предприятие, у людей изменилось настроение — они поверили в себя впервые за долгие годы, поверили в то, что могут создавать и 60, и 600, и создавать технику не хуже катариллеровской. Произошел переход от позиции убогих и несчастных к позиции успешных. Появилось профессиональное самосознание, профессиональная гордость — мы можем! Вы смотрите, как сейчас самоотверженно борются колющенцы за предприятие! Пока еще по наивности они позволяют иногда использовать себя в политических играх, но все понятнее становится, что управлять заводом они позволят не каждому. Основное наше достижение том, что люди поверили: «Вместе — мы сила!». Поэтому и произошел рост производства, внедрились новые технологии люди стали гордиться тем, что они работают на этом предприятии. Это самый главный факт успеха.
— Вспомните трагичный и. комичный эпизод из времени реализации программы 30-60.
— Основные трагедии происходили у людей внутри, когда они не выдерживали ответственности, нагрузки — ломались, уходили. Для меня это тоже было. трагедией. Я прекрасно понимал, как трудно было менять свои взгляды тем, кто сформировался при социализме. Мне часто приходилось противодействовать иждивенческим позициям людей. Не имеет однозначной оценки например, такой случай: я создал отдел перспективного планирования и назначил директора Александра Давыдкова. И 10 человек за 9 месяцев создали новый автогрейдер. Тогда их почти ненавидел весь завод — но они сделали это практически с нуля. Все новаторы на себе испытывают неприязнь, как следствие зависти. Мне, кстати, некоторые предприниматели и чиновники до сих пор не простили того, что сами не поняли вовремя смысл реструктуризации и не смогли повторить мой опыт
— Кого бы Вы хотели поблагодарить за участие в программе 30-60?
— Без скромности, скажу, — если бы не я, никакой программы «30-60» не было бы. Многим людям хочется сказать спасибо за то, что они не сопротивлялись, не мешали. Без М. В.Волковой ничего не получилось бы. Спасибо Владимиру Сергеевичу Шахову. Виктору Матерову — он буквально не выходил из цехов. Спасибо Виктору Назаровичу Каспирову, хотя он сопротивлялся больше всех. Большой вклад внес Михаил Степанович Мезенцев, он главный отец реструктуризации, реализация программы начиналась именно с его предприятия. Александр Григорьевич Терешкин четко организовал снабжение, а Виктор Викторович Воропаев — сбыт. Благодаря Алексею Ярославцеву никогда не было проблем ни с электорэнергией, ни с газом. Огромное спасибо моему верному секретарю Галине Александровне Тагильцевой. Просто места в газете не хватит, если перечислить всех тех, кому я благодарен за вклад в программу. Но особое спасибо — не ИТР и управленцам, а простым рабочим. Именно они первыми поверили в программу, ведь у станков, а не в кабинетах рождаются машины.
— После реализации, скажем так, внутризаводской программы 30-60 вы инициировали глобальную программу 60-600. В двух словах — что это за программа?
— «60 — 600» — это сокращенное название программы создания условий для производства и продажи дорожно-строительной техники, соответствующей мировым стандартам под единой торговой маркой «Лидер». Рыночная перспектива сегодня — за малым и средним бизнесом (во всем мире). Пока у нас внутренний спрос недостаточен, а качество наших машин не позволяет продавать их за границу, развивать внешний рынок. Какие конкретно условия и как они создаются – я готов рассказать машиностроителям в ближайших номерах газеты.
— А какие конкретные шаги сделаны за последние годы в рамках этой программы?
— Организовал новый для области бизнес – «Лазерные технологии», который обеспечивает проектирование и производство металлоконструкций, соответствующих мировым стандартом. Т.е., проектируется какая-либо деталь, которая через полчаса-час изготавливается и может поступать на сборку. Это очень важно, ведь эти технологии позволяют оперативно реагировать на изменения, которые происходят на мировом рынке. Курганскому машиностроительному заводу передана документация для производства шестерней и валов, соответствующих мировым стандартам. Качество их продукции выше, чем на ЧЗК. То же самое касается мостов и коробок – малый бизнес потихоньку осваивает и эту продукцию. Необходимо так же усовершенствовать модель кабины, что бы она соответствовала мировым стандартам эргономики – ликвидировать шум и вибрации. Сейчас мы этим занимаемся.
— Созданы ли в рамках программы 60-600 принципиально новые машины?
— Когда есть принципиально новые технологии применения этих машин, тогда появляются и новые модели машин. Почти все машины, которые мы заново планировали, не выпускались и не выпускаются до сих пор в России. Это внедорожный самосвал, лесозаготовительные машины на колесном ходу и многие другие. Их в России никто не производит. Нами разработана принципиально новая система управления экскаватором, бульдозеры, грейдеры на гидростатике.
Колющенец
Марина Сергеева
Свидетельство о публикации №226111600903