Эра звезды, поэма-роман
пятый век, CV век (или CV в.), с 10401 по 10500 годы.
Увлекается астрономией, видит вспышку сверхновой, делится информацией и догадкой с друзьями, догадка в том, что эта звезда взорвалась дважды с интервалом в 5 минут, что является маловероятным. И продолжая наблюдения выявляет, что данная звезда взрывается таким образом на протяжении миллионов лет, с частой периодичностью, и выдвигает гипотезу, что данная звезда это некий искусственный объект колоссальной энергии, и он является подтверждением внеземной и сверхразумной жизни. Он думает для чего такой объект иному разуму, и выдвигает догадки. Главная догадка: эти высокоразвитые инопланетяне сохраняют таким образом вселенную от обрушения глобального гравитационного стека, и такой объект во вселенной не один, такие объекты, компенсаторы обрушения, связаны в пространственную сеть. Сюжет держится на глубоких размышлениях Орваяса о катастрофичности и зыбкости всего во вселенной, в реальности, что нужно держать «руку на пульсе» постоянно.
Друг Чред Зматс, девица Но́ва Вдрэ́а.
Профессор Я́мос, инженер Бру́кас, академик О́сур.
Дронд, космический аналог «мопеда» в CV веке, миниатюрный межпланетный баркас-космоход.
Арба́зон — двигатель, кевратор — педаль тяги, пульсватер — ручка перехода в режим форсажа. Космодряг — жаргонное название космического аппарата.
______________________
Эра звезды
Глава первая
I
Звезда в зенит вошла играя
Лучом в бескрайней тихой мгле,
То лишь чуть-чуть во глаз мерцая,
И остывая на земле.
То превращаясь зреньем в омут
Бессловных вдохов, сердцем тронут,
Глаз в окуляре как горит,
В том глазе зрение свербит,
Одолевает чувство бездны,
Кругом затмение и шлак,
Он в омут звездный просто так
Решил глядеть? Но дали ви́дны,
И в далях тех еще звезда.
Все не рассмотрит никогда.
II
День насыщает призом меры,
Орваяс Дримпт, школяр, учен,
Обозревает глазом сферы,
И в астрономии свершен.
Однако, мера в том, что знает,
Зачем прибором ковыряет,
Все небо темное вокруг.
Он замечает вспышку вдруг.
Безмерно иль несоразмерно
Он в космос не сует свой нос,
На звездочки глазеть, вопрос
В главе его велик, наверно.
Берет журнала он тетрадь
И начинает замерять.
III
Все зафиксирует он четко;
Сведет таблицы ко нулю,
Парсеки все измерив метко,
Прошепчет: «истину хвалю!» —
Себе ли шепот тот, иль другу,
Что рядом тут, зазвав подругу,
У телескопа смотрят вдаль,
И в звездах видят не печаль
(Поскольку те недостижимы),
А жажда пробирает знать
О чем пространственна печать
Из тьмы легла что, одержимы.
Орваяс хитро чешет глаз,
Он разъяснит им все сейчас.
IV
Кладет на стол тетрадь с расчетом,
Им помогая вникнуть в суть,
Их мысли восторгаясь взлетом,
Когда те поняли чуть-чуть.
Коллапс звезды случился резко,
И он двойной! Ему так веско
Сие осознавать, как сон,
Два взрыва сразу в унисон.
И Нова Вдрэа, взглядом знойна,
Касается рукой плеча,
Во взгляде мысль уж горяча,
Открытием весьма довольна.
Чред Зматс, надежный очень друг,
Смеяться начинает вдруг.
V
— Так не бывает, ты ошибся,
Двойной толчок коллапса, чу! —
Пожал плечами Чред, смутился.
— И назревал еще? Молчу. —
А Нова подбодрила взглядом,
И встала ближе, прямо рядом.
Орваяс внял его словам;
Обсерватория — что храм,
В котором он внимает чутко
Любому «шороху» в тенях
Заблудшей мысли, или страх
За слово, полое как шутка.
Внимательно вбирая суть,
Орваяс чует мысли путь.
VI
«Ошибся ли?» — душа вбивает
В его мозги саднящий кол,
Стоит, друзей не замечает,
Глубо́ко сам в себя ушел.
Кипение на чувстве вскрытом,
В лице, видением забитом:
Кувалда по́ сердцу, то знак —
В науке всё не просто так.
Уперся взором смутно в стену,
Губами шевели́т, сверля
Истошно, пылко, как моля,
Глазами — жизни перемену.
С ним космос зычно говорит.
Сейчас он космосу молчит.
VII
— Тебе развеяться бы надо, —
Рукою Нова друга взяв
За крепкое плечо, отрада
В ее очах, и перестав
Уж неизвестностью терзаться,
Устав до сути домогаться,
Решил дать фору всем трудам.
Оставить вздох младым годам.
И — свежайшей будто мыслию
Дала ему посыл дышать,
Спокойно время созерцать.
И труд воспринимать игрою.
Он развернулся, вот он Чред,
Они друзья уж сколько лет.
VIII
— На космодром метнемся, рядом, —
В очах улыбка светом зорь.
Для Новы космос был аж садом,
Еще шутила: «будто хворь».
Болеет космосом дивчина,
Ее неволит чувства тина.
Пространство же порой тиски.
Зажали, держат. В седь виски,
А та все будет дронд терзая,
То разгоняя, то чинить,
Иначе и не может жить,
Про Землю мельком вспоминая.
Орваяс ей кивнул, хмелясь
От мысли только, уже рвясь.
IX
Подземка промелькнула быстро.
Высотные огни парят.
И упражняются так часто.
Об этом вскользь лишь говорят.
Чред, распахнув кабину дронда,
(На эти дронды снова мода),
Дал и́м сперва пролезть в салон,
И сам нырнул в земной поклон.
Сел за штурвал, имеет опыт,
Вжал гравитягу до конца.
Педаль послушалась юнца.
Орваяс слышит Чреда шепот.
— Он так готовится к скачку, —
Ему на ухо (новичку).
X
Дронд дрогнул — из-под низа пылью,
Его чинили раз уж сто;
Обшивки прокаленной сталью
Горел он сотни раз… И что?
Его гоняли в стратосфере,
Перегружая в полной мере,
Чтоб космолетчиков учить,
Чтоб асами могли те быть.
Потом списали, на поруки,
Отдали Нове, Чреду, класс!
Имеют дронд на прозапас.
Уже не умереть со скуки.
Чред выжимает всю педаль,
Скрипит натугой дронда сталь.
XI
Сквозь атмосферу пулей взвились,
Прорвали облачность, трясет.
Диспетчеры вернуть грозились.
Но вышло все наоборот.
— Сказать по сути, нарушаем,
Права не скоро получаем,
Без спроса так запрещено… —
Промолвил глядючи в «окно»
Иль в боковой иллюминатор,
Держа штурвал «за вымя», Чред,
И больше счастья в мире нет.
В полетном деле он новатор.
Вираж в наклон, орбитой шли.
Под ними — тяга всей Земли.
XII
— Как чувствуешь себя, приятель?
Нигде ни разу не мутит?
В аптечке сбоку очиститель. —
Чред к космосу, считай, привит.
Орваяс, задыхаясь стоном,
В сиденье вдавлен аж — разгоном,
Старается держать лицо.
Взорвавшейся звезды яйцо
Он видит чутко перед взором,
Как будто бы она пред ним.
Он все поймет о ней засим.
Тут Нова липнет с разговором.
И Чред включил уже форсаж.
И лифт сорвался вниз. Этаж…
XIII
Чудесны мнимые старанья
Себя держать всегда в руках,
Но вот уж кончились страданья,
Орваяс поборол свой страх.
Обозревает Землю сонно:
Себя вгоняя в транс любовно,
Такая йога, знал бы кто
(Он мог бы рассказать про то).
Уж отпускает спазм дыхалки.
Пилот Чред классный, но игрив.
Порой бывает чуть спесив.
И жить не может без «качалки».
Он полагает мышца — сталь.
И дронд из стали, «вот печаль».
XIV
Когда вы можете стараться,
Способны навсегда отдать
Себя для принципа, свершаться,
И силу правды понимать,
Вы открываетесь, растете,
Не суть, бытует ли в расчете
Покой и рвенье, то и то
Одновременно, но зато
Весьма надежно, откровенно.
И время вам запытно знать
«Себя во тьме как повстречать»,
И пропадет затмений скверна.
Так размышлял Орваяс здесь,
И там, везде, где думы есть.
XV
Земля, мелькнув материками,
По низу проплыла, тиха́,
Упершись сильно в пол ногами,
Орваяс думал: «взрыв — труха,
Тут мыслить дальше надо четко,
Пока дум смоченная плетка
На мозге не оставит след:
Кровавой полосы секрет». —
Он понимает, трудно верить,
Что внеприроден тот хлопок,
Двойной, тройной, и назубок
Коллапсов ритм, и лишь измерить,
И в руки свалится ответ.
Глазами в Солнце: ярок свет.
XVI
— Идем к Луне? — Чред косо смотрит
В глаза Орваяса, шумит
Движок у дронда, гулко крутит
Гравикаскад, во тьму летит
Их космодряг, видавший виды.
Пилота «знающий» причуды.
Орваяс, пьяный от среды
Космической вокруг, беды
Не чует, стиснул нервы волей.
Упором в тягу дронд несет
Их жизни смелые, и вот
Луна на «горизонте» что ли.
— Профессор Ямос тут живет. —
Сказал. И будто отклик ждет.
XVII
Планета выпукла пред ними.
Чред повернул машину вниз,
Штурвал вдавил едва руками;
Луна разверзла плато: «Плиз!»
Чред снова пульт рукой терзает,
Нервозность в нем он замечает.
А Нова просит тут: «сними», —
Как будто бы они одни.
Гаситель перегруза спинный!
Орваяс что подумал, мрак.
Помог снимать. Щелчок. «Дурак!
А сам по жизни столь невинный»… —
В себе поерничал шутя,
Не без опаски, а хотя…
XVIII
— Профессор Ямос? Мельком слышал.
Он кто конкретно… — сверлит Чред
Экран глазами, зреньем резал
Посадочный пейзаж, скелет
Объема космопорта, в да́ли
Которого огни мерцали,
Пока как пальца вроде штамп.
Орваяс тут чихнул, уж залп!
— Не кашляй, друг. — Сказал Чред тихо,
Как будто бы себе, светясь
Посадки зона уж; шепчась
С подругой, сел. Совсем без лиха.
Орваяс всё поломки ждал.
(Но демон-бес их не догнал).
XIX
Открылась створка боковины.
— Всё, вылезаем, — запеклось
Пространство на лице рутины, —
Откуда масло тут взялось? —
Отряхивает руки, хмурясь,
И из кабины вылез, жмурясь,
Ища тряпицу — отереть,
Открыл багажник — осмотреть.
В приемном доке светом насквозь.
Иллюминация как днем.
В кабине ж полумрак. — «Пойдем», —
Чред двинулся. На мыслях завязь
Далеких от итога дум,
За доком города уж шум.
XX
Нашли профессора не быстро.
В лунарном парке загорал.
И загорает он так часто.
О том им сразу рассказал.
Повел студентов на природу,
Тут лучше даже год от году.
Орваяс выложил как есть,
Такое, мол, что и не съесть:
Нащупал бзик он телескопом,
А в «бзике» том порядок, ба!
Что и не снилось никогда.
Теперь «что делать» глюк аж залпом.
И Ямос понял! Вот финал.
Он суть вопроса пособрал.
XXI
Нависнув над проблемой тучей.
Умел внимательно вникать.
Компьютер в голове. Могучий.
При этом бороду терзать.
Он обещал помочь до сроку,
Так вот порешили. Гримаску
В бородку прятал. Хмыл лица.
«Ты так не понял до конца? —
Спросил у дока друг, стесняясь.
Орваяс глупо посмотрел,
Он результата так хотел, —
Тебя он слушал, забавляясь».
Дронд мощно разгонялся вдоль
Реки, и космос сразу. Боль.
XXII
Пространство вобрало машину,
В салона сумраке экран
Надвинул яро звезд картину
На лица их, Чред сделал скан
На мониторе сетки, ровно
Движок дал тягу, и любовно
Работает к Земле маршрут.
Пилот возглавил этот труд:
Взял управленье. Отвлекаем?
В салоне поднялась жара,
Бывает редко — как игра.
— Опять кондёр чудит, играем?
На перегреве повторять
И космоазбуку сверять…
XXIII
Друг друга, значит, погоняем. —
Орваяс первым начал гон:
«Кто лучше в азбуке, узнаем».
За ним включилась Нова, шмон.
Забылся Ямос, стало легче;
Орваяс их гонял помягче.
Секунда — дернул легкий встрях.
Летели долго, на третях.
Чред дорожил движком, опасно
Перенапрячь систему, дронд
Уж старенький, запасный фонд,
Конечно, есть, что так же ясно.
Однако, все же важен ум.
Как без ума? Откатный шум.
XXIV
К Земле почти что приближались.
Еще немного и контакт
С планетной массой, заигрались.
Автопилот включил откат.
При приближении к планете,
В автоматическом секрете,
Дронд резко, мощно тормозит.
За ним как будто свет летит.
Машина скоростью легчает,
И вот орбиты гравитон,
Планета «здравствует», поклон,
Что при посадке ждет, кто знает?
Орваяс скромно бдит экран.
От космоса обычно пьян.
Глава вторая
I
— Опять кевратор[1] не фурычит, —
Чред Нове подмигнул, садясь
В пилота кресло, обесточит,
И будет ковырять, сердясь.
Дронд снова требует ремонта.
И плачет по нему работа,
Испытан временем, но вял
Бывает часто, моду взял
Сбоить когда он очень нужен.
Чред циркуль молча провернул,
Коробку вскрыл и перемкнул.
Летун опять в движке натужен.
У Новы есть желанье знать
Зачем он дергает опять.
II
— Возиться будем снова долго. —
Она врастает во процесс.
— Сегодня нам одна дорога,
Понять где в дронде перевес.
Чред мнительно потрогав каплю,
Собрался тралить: «Эку «цаплю»
Безногую нам тут вертеть!»
А Нова продолжает греть
Транспондер лампой, и промоткой
Внутри кевратора — крепить.
Чред дальше хочет накрутить.
— Машина станет снова прыткой, —
Сказала Нова, нос чеша.
Орваяс тут — едва дыша.
III
Зашел спросить, когда прогулка,
На метастанцию слетать.
И наблюдает, Нове втулка
Опять нужна, «крабон тесать».
Возились с дрондом час, не меньше,
Орваяс рот раскрыл, но тоньше
Потребна Нове сфикла, жесть.
Ну что... взяла какая есть.
Орваяс мнется, люди в деле,
Отвлечь нельзя их — дронд протек.
Снутри кабины чинят блок.
Ну вот, свершилось, снова в теле
Машина юркий гравитон.
От всех вот тут земной поклон.
IV
Меж акридной[2] звездной системой
Центаврой и сонной Землей
В галактике пункт буфер-схемой
Располагался, жуткой мглой
Пространственной как бы стиснута
Платформа, между звезд втиснута,
Напичкана всяким старьем,
Техническим прямо хламьем.
Летать на Альфу могли чтобы,
И, значит, мощно продвигать
Освоенье — эх, космос жать,
Простор, вам не игрушки как бы,
А нужно ухо навострять,
И все, так скажем… понимать.
V
Обветшала эта станция,
Там даже треснула стена
В отсеке, и гравитация
В себе сбоит чуть-чуть, длинна́,
Крестообразна. Персонала
Тьма, и там служит (лет ни мало)
Астроном, Бру́кас инженер,
Почетный звездный кавалер,
Всерьез он вес имел в системе.
Орваяс знал чуток о нем,
Надежды возлагал, втроем
Они отправились в разгоне.
Чред не щадил уже движок,
Такое дело! Был бы прок.
VI
Летели долго на пределе
Быстроты — их дронда движка.
Как сжали тиски, неужели
Пространство влияет? Пока
Орваяс в экраны уткнулся,
А Нова в телпак[1], монстр метался
Там по экрану — во! мультяк,
Чред за пультом, долгий косяк
Астероидов обгоняли,
За пределами уж орбит
Планет Солнца, резко шумит
Движок сбойно, держится — знали.
В арба́зоне[4] дронда секрет
Гравитяги, выжат субсвет…
VII
— «Критическую» завершаю, —
Пульсватер[5] резко дернул Чред,
Вошел в статическую «флаю»,
Полета фазу, гравислед
Собою оставляя длинный.
Изрядно шок в башке мутинный.
Преодолели тут сверхсвет.
Пространства будто бы и нет:
Казалось так спутанным нервам.
Вдруг стало в чувствах точно лёд.
Недви́жимо, Чреда черед
Над пропастью космоса первым
Стать, ногою нервозно жмя
Педаль гравитяги, сломя…
VIII
Весь тот вселенский и громадный
Пространственный сполох всетьмы.
Свет от звезд степенно уж важный
Затмением стал кутерьмы.
Россыпь застыла в вакуоли
Космоса — как гранулы соли.
Сжал Орваяс кулак тогда,
Созерцая вечность — вода
Слезы́ сорвалась тут с ресницы,
В тишину кабины, сердец.
Время замерло. Молодец,
Чред, продолжал стойко границы
Их трассы на пульте следить.
Тот миг никогда не забыть.
IX
— Что ж, до двух импер[6] разгоняюсь, —
Уверенно, прямо коптит
Экран, друзей, — «я постараюсь», —
Взгляд напряженный аж свети́т
Во мрак кабины, во пространство.
Орваяс верит в постоянство,
Что так и будет, не в разнос.
Внутри него свербит вопрос.
Его стоически придержит:
Расспросом Чреда отвлекать?
Их участь разве пропадать?
Попозже Чред что сам-то скажет…
Машина бурит космос в дно,
Осталось лишь принять одно:
X
Что правда жизни в их полете,
Что расстояния не в счет.
И все в мирах вы, кто живете,
Постичь обязаны полет.
Орваяс думал так, сметаясь
Из головы своей, свершаясь;
Вся пустота его взяла,
Что за экраном — и драла
Ему всю душу, вжала в кресло,
Он сам стал долгой быстротой,
Мгновеньем страшненьким на той,
Ликуя, скорости. Уж было…
Наверно жутко. Было так.
Почти уж «волк прожженный». Знак.
XI
Мог про себя сказать такое.
Немного пафоса чурясь.
Но волновало и иное:
Как он, на круч взойдя, молясь,
Поддаться ли не мог «нерване»[7],
Всенервной качке, и в капкане
Животном космоса, в силках
Как будто, режет мощно страх
Потугой «я-концентрации».
Он применял «сухой нервач»,
Как будто здоровский первач.
Волей блудствуя в прострации.
Йогический мето́д, пойми.
Лишь сам себя не обмани.
XII
Глотая взором миг всебездны.
Внушая зубы сквозь: «держись!»
Себе внушая… Им? Стабильны,
И даже радостны, кажись.
Превозмогли сверхсвет, впервые
За́ жизнь, и ликами страстны́е,
Переживают в перегляд.
Чред что-то булькнул невпопад.
Консоль-панель рукою мажа.
Хотел сказать, иль гимн пропеть.
Еще придется попотеть.
А на экране будто сажа:
То эксбироидная[8] течь.
А думали все беды «с плеч»?!
XIII
То искажение пространства.
И яма та на их пути.
— О! безобидные засранства! —
Ругнулся Чред, как ни крути,
А зону огибать придется,
Там «впукло» гравияма, жмется
К ней вакуумная всетьма.
Постараться надо весьма,
Чтоб «не»: зацепило, втянуло.
А гравитация там — ждет.
«Акула» бездны, не возьмет!
Опасна ль дронду та «акула»?
Чред выжал машины сверхмощь.
От ямы не пойдет он прочь.
XIV
— Что делаешь ты, Чред, не надо!
Ты хочешь идти напролом?! —
Упор рук и панель-преграда,
Так будто фуршет за столом.
Экраны глазами вбирает,
С лицом, на котором «все знает»,
Скомканный ужас, взгляд-расплод,
Мысль на нем — все наоборот:
Уверенность Чреда условна.
— Два импера, будет проскок. —
Азбуку трасс чтит назубок.
«Уверенность совсем нескро́мна» —
Думает Нова, в муть глядя́
По ходу дронда, течь следя…
XV
Педаль кевратора вжимает
Пилот, гравитируя ход.
А будет ли проскок он знает?
Иль будет все наоборот?
Орваяс пальцем в экран тычет,
Как бы сгущается течь, тыщи
В сгущении ямы «проям»:
В рефлекторе вида; но сам
Орваяс знает о том страхом.
Исследует взором их путь.
Неужто пройдет? Вдохом грудь,
Ищет во лихорадке взмахом
Ресниц, моргая: что — искать?!
Еще не готов помирать.
XVI
— Держитесь за кресла! проходим... —
Дронд явно натужно сопит:
По корпусу скрип: «Не забудем...» —
В истерике Нова хрипит.
Дронд страшно сотрясаться начал.
Орваяс, кажется, чуть плакал,
Как слабая скуляще тварь.
Порогом вечности — в нюх гарь:
Дымилось что-то в растр-панели.
Потом себя взял в руки: «Спорт,
Ребята, это спорт!» — так сперт
Крик в сердце: «да вот неужели!..»
— Осталось же совсем чуть-чуть. —
Чред дронду простер жуткий путь.
XVII
Тянулась эксбир-зона «долго»;
Казалось ли им так, невроз…
В кабине стало же вдруг волгло.
«Кондёр… Вот ударит мороз…» —
Лениво Чред ворочал мысли,
Тягая «кабы» на «так»-«если»,
Как дальше думая уж быть.
Пространство им не покорить,
Имея всех людей как фактор
В виду во думах непростых…
Как жизнь столкнула их одних
Вот с этим ужасом… Реактор
Кхе, нормуль… цепко взор скользит
По данным на панели, бдит…
XVIII
Идут на скорости два света…
Вся зона промелькнула враз,
Минуты только же… «балета»
Такого не видал, экстаз…
В кабине что творилось, «мама»…
Неописуемая драма.
Кому расскажешь, анекдот.
А стало б всё наоборот? —
Он мысли эти прочь откинул,
С друзьями обсудив пробег,
Эффекта хватит им на век
Пространной зоны, пальцем кликнул
На бортовом компе́ значок.
Он знает: от прохода — прок.
XIX
Все ж опыт, да и «все такое».
— Играем что ль? Вот, перегрев. —
Кондёр опять чудит, смутно́е
Выдает в салон, в миг успев
Перехватить Орваяс начал.
Поиграли, Чред сам закончил,
Дав Нове фору в два очка.
В экране блик издалека:
Уж метастанция маячит.
— Прибудем скоро, — ясен Чред.
«А может есть какой запрет? —
Орваясу Нова «вопро́сит»,
Имея Ямоса в виду.
Что едко «хмыкал в бороду́».
XX
—На деле знают всё, спокойно,
Ты не открыл им новизны.
Наоборот, влез своевольно
В сундук научной тишины».
Орваяс на нее воззрился.
Он быть лишь правильным учился.
На выкрутасы не взирать,
И вовсе их не принимать.
— Но если вспышки те искусно
Порождены иным умом!
На звездах разум мощный, дом
Иных цивилизаций… — пресно
Тут кинула ответ в глазах.
Сквозил там правды терпкий прах.
XXI
Орваяс думал долго, в кресле
Следя в экране ворох звезд.
Дронд шел по трассе ровно, если
Не будет снова ям, иль гроз
Гравитационных, великих,
Вполне еще себе безликих.
Пока. Машины гравитон
Рвет тяжно сил слепых бутон,
Есть что в сердцевине космоса.
И тяга космоса — весы.
И вечности идут часы.
И в голове туга вопроса.
О всяком времени, и дне
Когда луны блик есть на дне.
XXII
То физика простых исходов.
Луна не светит днем, увы.
Еще б дождаться смысла всходов.
Из неуемной головы.
То философия достатка.
На философии заплатка.
И хочется прорваться в дверь,
За ней уж нет ума потерь.
И интроверсия забвенья.
Мучения исхода в суть.
Его тошнило аж, вот муть!
Хватило только бы терпенья.
Чтоб понимать себя во след
Итогов, коих в сути — нет.
XXIII
Уже подлетали к станции.
Обвод креста их принял в порт.
В док вошли. В своей прострации
Орваяс понял: он не горд
Нисколечки своей находкой.
Был пьян внутри иной заботкой:
Чтоб был научный трезво толк.
И благоздравия чуток.
Узнали где бытует Брукас.
Пошли по станции втроем.
Чред в благонравии своем.
Озираясь — Нова, Орваяс…
Был думами еще объят:
«О нем тут стены говорят».
XXIV
Он понимал, что уж прославлен.
Ведь Ямос-то до всех довел.
И весь вопрос его «забанен».
Научной спайки принцип, шел,
Обдумывал сказать что «дяде».
Весь мир живет немного ради
Комфорта суетного зги[9],
Измеренно щади мозги,
Чтобы не «лопнули» от прыти;
И в стены головой стучать?
Но этой сути пропадать?
Как из силков беспутья выйти?
Орваяс понимал, что слеп.
И перед ним затменья склеп.
XXV
Вот Брукас — в лаборатории.
Он что-то в «лупу» проверял.
Безликий инженер в Исторьи
Всемировой, Орваяс знал,
Его истошным величают,
Такие вот как он вздымают
Цивилизацию на круч.
И разгоняют сонмы туч
Над головой науки, верят,
Что знание на злата вес.
Какой еще им интерес?
Иные, как Орваяс — грезят.
Он встретил их чуть-чуть в пригляд.
Не отвернуть уже назад!
XXVI
Орваяса он слушал мало.
Потребовал конкретных схем.
«Млеко не обсохло, — (продра́ло), —
А спешно рвется теорем
Великих разрешать вопросы!» —
Орваясу чуди́лось[10], бо́сы
Твои усердия, малец.
Но ты, конечно, молодец.
В итоге разъяснил им Брукас:
«Сей факт научный корпус бдит.
Уже давно. Вопрос свербит,
Что это, почему»; и возглас
Инженера под весь конец:
— Ты не поймешь, тут нужен спец.
Глава третья
I
Дронд вырвался опять стрелою —
Из дока станции, «на взлет».
И станция крестом-горою
Их отпустила — уж вперед!
От этих странных инженеров,
Уж беспринципных маловеров,
Не принимающих всю суть,
И мыслящих по «как-нибудь».
Орваяс жестко возмущался,
В негодовании, крепясь,
И жизни от того учась.
По креслу в дронде изметался.
Дронд резво скорость набирал,
Во спинки кресел всех вжимал.
II
— Чего же мы добились ныне? —
Переводя машину в дрифт,
Чред щелкнул тумблер, крепко стынет
Машина в космосе, и лифт
Как будто вниз сейчас сорвался,
Орваяс нервно почесался:
— Кондёр опять щас замутит. —
А Нова запросто молчит,
Играя в монстра на телпаке.
Дронд скорость начал набирать.
Внутри кишок своих бренчать.
На мониторе пульта знаки.
Чред цепко держит аппарат.
В штурвал руками как в набат.
III
Уже выравниваясь в трассу.
И разгоняясь во субсвет.
Арба́зоном вселенной массу
Вогнал в сердечника просвет
В движке, и путь вполне исполнен,
Разверст, сведен насильно, сдвоен.
Гравитации глад. Стекло
Под наклон, по нему текло
Движенье в натяг космодряга.
Прет из-под кресел виброто́н.
Дрожь, дрожание, скола фон
По салону, в уши… тревога.
По нервам вну́трен тихий визг
Без звука, страх во «вскрытый мозг».
IV
Хотя, не то чтоб страх — волненье;
Машина набирала мощь.
Коль в космосе — храни терпенье.
Коль даже смутен, волей тощь.
Орваяс принялся за йогу.
Дышал глубинно понемногу.
Чтоб успокоить нервов сталь.
И вот уж не берет печаль.
Вибрация, сосколы ритмов
Движителя, тугой нагрев
Атмосферы кабины, сев
В ярмо как в дно — «ядро объемов»
Арба́зона включило старт.
И вот сверхсвет. И йога. Рад.
V
В экраны космос вторгся эхом.
Затменье россыпей, их свет
Во бесконечности успехом
Входил во зрение. Но прет
В дыхание пространства ветер.
Прям чрез экраны. Слезы вытер
Рукою дрогнувшей, сидит,
Со звездами о всем молчит.
О чем и сам не знает толком.
Разгон во горизонт мечты.
И с космосом уже на «ты».
Во всем его нутре глубоком.
Во всяком случае — как спит.
Орваяс Дримпт и эрудит.
VI
— А ничего мы не добились, —
Сказала Нова, стук в экран
Большими пальцами, толпились
Зверьки там с монстром, да туман.
Орваяс посмотрел лишь мельком.
На монстра нападала волком,
Его желая разозлить,
А может даже и убить.
Орваяс вновь глядит экраны.
Идут, взойдя на гиперсвет.
Но где же правильный ответ?
Он думал что открыл… Как пья́ны
Смутны́е мысли, тошно как.
На нем чудачества колпак.
VII
...
;
;
_______
(Ознакомительный отрывок)
__________________________
Репродукция контекстовая
По необходимости при контекстовой связи неких смыслов допускалось отступление от строгой рифмовки, соответствующей четырехстопному ямбу, ради обострения в восприятии читателя ключевых смыслов.
Например:
«XVI
— Идем к Луне? — Чред косо смотрит
В глаза Орваяса, шумит
Движок у дронда, гулко крутит
Гравикаскад, во тьму летит
Их космодряг, видавший виды.
Пилота «знающий» причуды.
Орваяс, пьяный от среды
Космической вокруг, беды
Не чует, стиснул нервы волей.
Упором в тягу дронд несет
Их жизни смелые, и вот
Луна на «горизонте» что ли.
— Профессор Ямос тут живет. —
Сказал. И будто отклик ждет».
«А»: Смотрит — шумит движок — крутит гравикаскад — во тьму летит: рифмы не должны совпадать, или быть чрезмерно созвучными, рифмовка должна быть такой: AbAb CCdd EffE gg; здесь «подчеркнуто» дается ощущение движения в космосе, полета в вакууме, и для комплексного восприятия такого ощущения нужно было объединить рифмованные строки путем скрещивания однотипных, но разноударных рифм. То есть, видимое отклонение от рифмовочной нормы в четырехстопном ямбе четырнадцатистрочной строфы здесь требуется для углубления в текстовой «пазл». Аналогично в другой части («Б»): дронд несет (их жизни смелые) — луна на горизонте… профессор Ямос тут живет; тот профессор, который потом отнесется к сообщению Орваяса несерьезно, или даже насмешливо. А они, как бы ни был технически застрахован перелет, все-таки рисковали. Чтобы обострить данный момент в сознании читателя — было применено некоторое отклонение от нормы в рифмовке, чтобы слепить в один «пазл» «несет-живет».
Сноски:
1 Кевратор, аналог акселератора в автомобиле.
2 Акрида обыкновенная (лат. Acrida bicolor) — вид прямокрылых насекомых из семейства настоящих саранчовых. В 105-м веке так именовались любые функционалы агломератного типа, призванные служить плану освоения дальнего космоса.
3 Телпак, аналог айфона XXI века.
4 Тяговый накопитель движка, осуществляет зацеп за гравитационное поле вселенной, чтобы разогнать дронд до сверхсветовой скорости.
5 Ручка на пульте.
6 Световые пороги; 2 импера это 300000 км/с * 2.
7 Н-е-рвана, так именовался нервный срыв, жесткий сбой психики («нерв-ана»), который одновременно подразумевал работу над собой, чтобы обрести «нирвану» (ни- или не рвану, не рваное состояние), т.е. полное успокоение на критический момент в некой ситуации.
8 Эксбироидная зона или «яма», пространственная ловушка, искажающая мерность вакуума, проскочить которую можно только на скорости минимум 2 импера; в таких зонах начинается естественное зарождение новых звезд и даже галактик.
9 Зга — чаще всего используется в устойчивом выражении «ни зги не видно»; от слова «стега» (дорога, тропа); от слова «згинка» (искра, крошка света); от «стегать», иногда связывают с кнутом («стегать»), который в темноте невозможно разглядеть.
10 Чуди́лось (ударение на «и») — удивлялось или дурилось.
Свидетельство о публикации №226111701258