Ч. 16 Экипировка советских и немецких подводников
Условия плавания подводных лодок на Севере были чрезвычайно тяжёлыми. Немецкие подводники, как правило, находились в боевых походах дольше и преодолевали большие расстояния, чем советские.
Однако советские подводники, охотившиеся за немецкими транспортами, нередко действовали в особенно опасных условиях. Немецкие конвои старались держаться ближе к берегу, используя защиту минных заграждений, береговых укреплений и противолодочных сил.
Кроме того, советские подводники проникали во фьорды — узкие, извилистые и глубокие морские заливы. Прибрежные воды и фьорды противнику было легче контролировать и защищать от подводных лодок, чем открытые акватории Баренцева, Карского и Белого морей.
Здесь советским экипажам приходилось действовать в стеснённых условиях, нередко вблизи береговых укреплений и противолодочных сил противника.
Командир подводной лодки Д-5 капитан-лейтенант Виктор Фёдорович Тамман служил на Чёрном море. В 1938 году его арестовали. До октября 1940 года он находился в заключении, после чего был освобождён и восстановлен в кадрах флота.
Вскоре Тамман получил назначение командиром подводной лодки Л-20 с присвоением звания капитана 3-го ранга. Впоследствии лодка была переведена на Северный флот.
Тамман совершил девять боевых походов.
На боевом счету Л-20 под его командованием числились два потопленных транспорта общим тоннажем 12 549 брт.
Он также производил минные постановки и был одним из наиболее результативных командиров подводных лодок Северного флота.
Однако звания Героя Советского Союза Виктор Фёдорович не получил. Возможно, прежний арест и пребывание в заключении повлияли на отношение к нему при рассмотрении кандидатуры на высшую государственную награду. Но документального подтверждения этой версии у меня пока нет.
В то же время звание Героя Советского Союза получили некоторые командиры подводных лодок, заявленные победы которых впоследствии не нашли подтверждения при сопоставлении с немецкими документами.
Это, разумеется, не означает, что их боевые заслуги не были значительными, но заставляет задуматься о критериях оценки результативности подводников.
Вот как Тамман описывает плавание в Баренцевом море в книге «В чёрной пасти фиорда»:
«Штормовой ветер дует в лоб (мордотык, как говорят поморы). Транспорты в таких случаях обычно сбавляют скорость, а мы идём форсированным ходом: надо быть у норвежских берегов в положенное время.
Стою под козырьком ограждения рубки и смотрю, как волна за волной катятся по носовой палубе, ударяясь в рубку. Вот форштевень корабля врезается в основание высокого вала, и водяная масса несётся прямо на меня.
Пригибаюсь и слышу мощный удар. Корпус лодки содрогается, меня сверху обдаёт водой и чем-то ещё, похожим на гальку. Выбило толстые стёкла ограждения, и их осколки стучат по спине.
Проклятие! Теперь и укрыться негде. Передвигаюсь по мостику, но каждый раз, когда накрывает волна, прячусь за ограждение перископов, цепляюсь за что попало.
Временами поглядываю на вахтенного офицера и сигнальщиков-наблюдателей. Их обдаёт потоками воды, а при девятом вале окунает с головой. Мокрые неподвижные фигуры вахтенных представляются мне олицетворением мужества моряков.
Волны бьют в их лица, заливают глаза, но люди бдительно всматриваются в горизонт, не оставляя ни одного участка водной поверхности без внимания.
Всю ночь мы купались в ледяной купели. Промокли насквозь в своих «непромокаемых костюмах». Хорошо, что вахтенные закрепились концами на своих постах, а то бы смыло за борт».
Виктор Фёдорович с иронией писал о «непромокаемых костюмах». Вероятно, это была водонепроницаемая одежда из прорезиненной ткани, предназначенная для защиты от морской воды и ветра.
Одежда командира подводной лодки, вахтенных офицеров и матросов должна была защищать от холода, ветра и брызг, но при этом не стеснять движений. Её надевали поверх обычного обмундирования, поэтому она должна была быть достаточно просторной.
При аварийном погружении все, кто находился на мостике и верхней палубе, должны были в кратчайшее время спуститься внутрь подводной лодки, после чего верхний люк задраивался.
Поэтому одежда не должна была стеснять движений, цепляться за конструкции и затруднять проход через люк.
На мостике и верхней палубе матросы и офицеры носили сапоги или валенки, иногда с дополнительной кожаной защитой. На матросах были ватники и ватные брюки.
Об этом упоминал в своих воспоминаниях командир подводной лодки М-171 Валентин Георгиевич Стариков.
«С верхней вахты спускались вниз увешанные сосульками, в покрытых ледяной коркой полушубках и шапках», — говорится в записках Героя Советского Союза капитана 2-го ранга Израиля Ильича Фисановича.
Судя по воспоминаниям подводников, полушубки входили в число предметов тёплого обмундирования верхней вахты. Однако нельзя утверждать, что ими обеспечивались все вахтенные на каждой подводной лодке.
Григорий Иванович Щедрин, командир С-56, писал в своих мемуарах: «У рулевого в боевой рубке насквозь промокла куртка. А каково сигнальщикам? Ледяные брызги и снежная крупа секут лицо.
На одежде нарастает толстый слой льда. В один из дней ветер достиг ураганной силы. Пришлось отойти от берега. Громадные волны перекатывались через мостик. Верхние вахтенные привязались бросательными концами к тумбе перископа.
Ударами волн вдребезги разбиты стёкла в ограждении рубки. Смыло за борт ночной прицел. В довершение всего понизилась температура воздуха. Лодка начала обледеневать...»
Это уже второе свидетельство командиров подводных лодок о том, что во время сильных штормов стёкла в ограждении рубки разбивались под ударами волн. Очевидно, даже такое ограждение не всегда могло защитить людей от стихии.
В Арктике экипажам требовалась особенно тёплая одежда: ватные куртки и брюки, шерстяное бельё, тёплая обувь и рукавицы. При этом одежда должна была защищать от холода и воды,
но не мешать быстро перемещаться по палубе и спускаться внутрь лодки. Теснота, сырость и отсутствие возможности нормально просушить вещи осложняли жизнь подводников.
Снабжение советских подводников тёплой одеждой было не всегда одинаковым. Воспоминания участников войны свидетельствуют, что качество и комплектность обмундирования могли различаться. Положение постепенно улучшалось, в том числе благодаря союзным поставкам.
В частности, на флот поступали непромокаемые комплекты, которые называли «канадками»: куртки и брюки с тёплой меховой подкладкой.
Встречались также шерстяное бельё, в том числе комбинезоны, кожаные регланы с меховой подкладкой и специальная тёплая обувь.
Я хорошо помню, что во время пребывания на корабле у отца видел у него чёрный кожаный реглан с меховой подкладкой и белый шерстяной комбинезон, который надевали под верхнюю одежду.
Но даже такая тёплая и непромокаемая одежда не гарантировала сухости и тепла, когда дул сильный ветер, а ледяные брызги и волны захлёстывали мостик подводной лодки.
Продолжение следует.
Свидетельство о публикации №226111701280
Миру-мир, со сбережением здоровья.
Евгений Садков 17.11.2026 14:49 Заявить о нарушении