Н. Хрущёв о недостатках в развитии сельхознауки
( Из выступлений на Пленуме ЦК КПСС 15-19-декабря 1958 г.)
Товарищи! В большом долгу перед колхозниками остаются наши учёные. У нас ещё имеются такие научные учреждения, которые полностью оторвались от жизни. У нас есть в Москве Всесоюзный научно-исследовательский институт сельхозмашиностроения, в котором работают более 700- научных и научно-технических работников. Но им пока так и не удалось создать хорошую свеклоуборочную машину. Ещё более серьёзно отстают работы по механизации возделывания хлопка, особенно сбора урожая. У нас очень велики затраты ручного труда на уборке картофеля, а хорошей машины пока нет. Учёные и конструктора уделяют этому мало внимания. А этот институт находится в центре зоны картофелеводства и ему должны быть хорошо известны все трудности, которые испытывают колхозы и совхозы при уборке урожая картофеля. Что-же сделал институт? За 25-лет работы он не ушёл дальше конструкции простейшей картофелекопалки, принцип действия которой был предложен более 100-лет назад русским кузнецом Кобылинским. А что касается животноводства, то там необходимо механизацию работ базировать на использовании электрической энергии. В предстоящие семь лет надо добиться того, чтобы каждый колхоз и совхоз был полностью электрифицирован. Нужно больше выпускать таких машин, которые бы освобождали большее количество людей от тяжёлого труда, и давали бы возможность расширить сельскохозяйственное производство, получать больше продукции при меньших затратах. А вот при Всесоюзном институте животноводства имеется лаборатория белковых кормов во-главе с академиком С. Перовым. Государство израсходовало на содержание этой лаборатории только за 1949-57 годы около трёх миллионов рублей, а результатов никаких. Вот итоги одного из опытов по откорму свиней в лаборатории академика Перова. Этот опыт в тематическом плане именовался, как «Острый опыт по мясному откорму поросят». Поросёнок №1 был поставлен на откорм. За 2,5-месяца этот поросёнок прибавил в весе 4,7-кг. Поросёнок №2 был снят с откорма через три месяца с тем же весом. Как видно поросёнок №2 попал в ещё более тяжёлое положение при так называемом «остром опыте откорма». Вот как академик Перов формулирует понятие мясного откорма: “Момент подачи белкового субстрата в фазу наисильнейшего роста мышечной ткани и есть мясной откорм». А вот как он назвал один из разделов своих исследований: «Хронофотографическое, электрофоретическое, потенциометрическое и колоремическое изучение белков». Вот такое нагромождение терминов и пытаются там назвать наукой. А вот всемирно известный советский учёный-зоотехник Михаил Иванов так отвечал на этот вопрос: «Откорм молодых животных, производимый в целях получения вкусного и наиболее дешёвого мяса, называют мясным откормом». Просто и ясно.
Весной 1958 года работников биологического факультета Московского госуниверситета взволновала такая актуальная тема: «Грач и его значение в сельском хозяйстве». Хотя заранее понятно, что Грач – широко распространяемая птица, однако сельскохозяйственное значение его до сих пор остаётся спорным. Выдвигая подобные вопросы как актуальные для колхозов и совхозов, не уподобляются ли такие научные сотрудники грачам, польза которых для сельского хозяйства ещё не выяснена? Нельзя дальше мириться с такими подобными явлениями в работе наших институтов. Эти факты показывают, что у нас ещё есть учёные, которые оторваны от колхозов и совхозов, темы их научных работ надуманы и иногда сводятся не к тому, чтобы помочь производству, а к тому, чтобы обеспечить собственной благополучие. Почему стали возможны подобные факты в наших условиях? Конечно, многое зависит здесь от того, что слабо осуществляется руководство научно-исследовательским учреждением, и контроль за их работой. Но существенную роль играет и система оплаты труда учёных, работающих в области сельского хозяйства. Сейчас финансирование осуществляется государством независимо от результатов научной работы. При таком порядке отдельные учёные чувствуют себя, как говорится: «вольными казаками». Дадут производству полезные предложения или нет – это на бюджете не отражается. Надо продумать вопрос о том, чтобы оплату труда работников научно-исследовательских институтов по растениеводству, животноводству, механизации в какой-то мере связать с результатами внедрения в производство научных достижений.
В некоторых странах научные учреждения получают средства из бюджета только на сравнительно небольшую часть своей работы. Основные средства эти учреждения получают по договорам с различными предприятиями и хозяйственными объединениями, которые заинтересованы в этих исследованиях и дают заказы институту или опытной станции разработать интересующие их вопросы. Оплату научному учреждению по договору производят от того, насколько результативно будет научная работа, как она скажется на снижении издержек производства и, следовательно, в какой мере она обеспечит увеличение доходности того или иного предприятия. Такой подход представляет интерес и для нашей страны. Министерство сельского хозяйства СССР, министерство финансов СССР, Академия сельскохозяйственных наук СССР должны продумать порядок финансирования научных институтов и опытных станций хозяйственными учреждениями по целевым договорам на выполнение определённых научных тем. При этом, конечно, останется финансирование по госбюджету на разработку общетеоретических вопросов. Думаю, что учёные, работающие в области сельского хозяйства, правильно поймут постановку вопроса об ассигнованиях на научную работу. Речь идёт не о том, чтобы освободить государство от обязанностей финансировать научные учреждения. Как известно, Советское правительство никогда не жалело средств на развитие науки. Речь идёт о том, чтобы финансирование институтов было направлено на развёртывание таких научных исследований, которые действительно помогали бы развитию колхозного и совхозного производства, двигали науку вперёд.
Наши учёные в Москве не смогли, а вот в Казахстане, в совхозе «Иртышский» простой тракторист Логинов изобрёл дистанционное управление трактором, позволяющее одному человеку управлять одновременно несколькими тракторами. В 1956 году он обратился с заявкой на выдачу авторского свидетельства на автоматически управляемый трактор. Но ему отказали, сославшись на допотопное изобретение одного американца, которое было сконструировано к паровому трактору, и ничего общего с его устройством не имело. Министерство сельского хозяйства республики Казахстан занимает странную позицию. На словах эти товарищи якобы согласны со-всеми предложениями и одобряют их, но на деле получается совершенно иное. Они официально заявили этому изобретателю, что им вообще надоели изобретатели, видимо потому, что они беспокойные люди. Вообще в области механизации у нас работает несколько институтов. Но они слабо связаны с колхозами и совхозами. Надо приблизить этих людей к производству, тогда они принесут большую пользу. Я считаю, что некоторые научные институты следовало бы разместить по совхозам и колхозам, чтобы наши учёные имели дело с жизнью, а не с макетами и схемами. Но этот вопрос надо решать разумно.
У нас в каждой республике имеется огромное количество научно-исследовательских институтов, имеются опытные станции, но их работа координируется только в объёме каждой республики. Иногда одна и та же научная работа проводится параллельно в нескольких областях и республиках. Тратятся огромные деньги, а в других республиках эта проблема уже давно разрешена. Нет контактов и взаимопроверки работ учёных. Особенно плохо обстоит дело в области биологической науки. Об этом было указано в газете «Правда», где говорилось о неправильном поведении редакции «Биологического журнала» и некоторых наших учёных. Вместо того, чтобы по деловому, по научному, друг друга критиковать и указывать на недостатки, дело переходит на оскорбительный тон, на унижение. Видимо в этой редакции засели люди, которые против мичуринской науки. Пока они там будут, ничего не измениться. Их надо заменить, поставить других, настоящих мичуринцев. В этом коренное решение вопроса. Вот наша делегация, направленная в Китай, среди которой были учёные - биологи заявила там, что теперь с товарищем Лысенко не только в теории покончено, но и на деле. Это сказал учёный Цицин. Это нехорошо. Если у них плохие взаимоотношения, то это не даёт никому права охаивать достижения нашей науки. Надо на партийном собрании спросить у него, почему он так сказал, и потребовать ответа как от члена партии. Ещё в тридцатых годах в СССР, в биологической науке, развернулась борьба между представителями дарвинистко-мичуринской школы и так называемой генетической науки, ищущих наследственные признаки, минуя биологические стадии развития. Академик Лысенко представитель мичуринского направления биологической науки убеждён в том, что недостатком генетики является, по его мнению, то обстоятельство, что она как бы оторвалась от биологически-дарвинистского изучения наследственных факторов. Что генетика не знает, и в лице своих представителей, не интересуется исследованием закономерности развития наследственных признаков, пытаясь найти в тоже время закономерность их простого наличия или отсутствия на основе абстрактно-математической вероятности, «встречаемости» наследственных факторов. А селекция, не получая от генетики конкретного руководства к действию, вынуждена самостоятельно разрешать многие из своих задач. Академик Лысенко утверждает, что основные теоретические концепции генетической науки идут не в плане эволюционного учения Дарвина. Что он борется против многих неверных, вымышленных генетических положений. Но что он не борется против собственно генетики, он борется за развитие генетики на основах и в плане дарвинистского эволюционного учения. Что генетику как один из важнейших разделов агробиологической науки необходимо как можно скорее и полнее освоить, переработав на наш советский лад. Некоторые учёные при этом утверждают, что у нас вообще нет никаких спорящих групп, что нет группы Лысенко, а есть оторванная от практической жизни небольшая группа генетиков, которая совершенно себя дискредитировала в практике сельского хозяйства. Ведь ясно, что критерием истины – является практика. Каждое из направлений нашей биологической и сельскохозяйственной науки должно доказывать свою правоту и нужность именно на практике, в деле дальнейшего развития сельского хозяйства страны.
Кстати, обратимся к практике, товарищ Лысенко недавно предложил посев по стерне. В Америке широко и уже давно используется безотвальная пахота.
Перед нашей наукой стоят очень серьёзные задачи. Но пока наша наука делает очень мало. Нужно объединить все силы науки, чтобы они работали целенаправленно. Надо, чтобы научные силы были направлены не для защиты отвлечённых диссертаций, а на разрешение актуальных тем, необходимых для неуклонного развития социалистического сельского хозяйства. Серьёзный счёт можно предъявить и нашей экономической науке. Колхозы требуют практической помощи в решении таких вопросов, как нормирование и правильная оплата труда, определение себестоимости продукции, внедрение хозяйственного расчёта, экономика механизации колхозного производства, особенно механизации животноводства. Одним из важнейших условий дальнейшего развития производительных сил сельского хозяйства является внедрение в производство научно-обоснованной системы ведения хозяйства в каждом колхозе и совхозе. Это позволит перейти от применения отдельных прогрессивных приёмов к осуществлению комплекса взаимно увязанных, проверенных практикой и наукой мероприятий, от отдельных передовых колхозов к охвату всех колхозов в масштабе района, целой области и республик.
Есть старый анекдот. Правление колхоза предложило обсудить два вопроса:
1) О строительстве колхозного сарая; 2) О строительстве коммунизма в нашей стране. Председатель колхоза объявляет о том, что в связи с тем, что денег нет, вопрос о строительстве сарая обсуждаться не будет. И предлагает перейти сразу к обсуждению второго вопроса. Так вот товарищи, у нас деньги есть, и на строительство сарая и на развитие нашей сельскохозяйственной науки. Более того мы можем и знаем как создать условия для строительства коммунизма в нашей стране. В тоже время не могу здесь не сказать о том, что члены антипартийной группы, в частности Молотов и Каганович пытались терроризировать аппарат Министерства сельского хозяйства СССР, чтобы раздобыть там, вернее состряпать, какие-нибудь материалы, которые опорочили бы принимаемые нынешнем руководством партии мероприятия. А Шепилов и его подручные, вроде академика Лаптева, пытались «теоретически» обосновать «ошибочность разрабатываемых предложений. Но, как известно, мы разгромили эту антипартийную группу, и я абсолютно уверен в том, что наша советская сельскохозяйственная наука внесёт свой достойный вклад в достижение всех целей, поставленных партией, догнать и перегнать США, и создать условия для строительства коммунизма в нашей стране. Ибо мы уверены в том, что нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме.
Свидетельство о публикации №226111701582
Александр Хмелев 3 17.11.2026 19:54 Заявить о нарушении