Глава-17. Если сразу не разберешь..
Она подошла к зеркалу, поправила причёску и осмотрела себя критическим взглядом. Ведь она ещё так молода, чтобы не вкушать всех прелестей жизни и сидеть в этой дыре, словно царевна-Несмеяна.
Почему-то вспомнились недавние «геологи». Бимаржан сразу поняла, что они не имеют никакого отношения к этой профессии.
«Джентльмены!» – скорее всего, «джентльмены удачи». Несмотря на это, они вызывали у Бимаржан симпатию. Возможно, и им жизнь преподнесла немало испытаний, кто знает.
Она улыбнулась, вспомнив свой диалог с ними: с какой легкостью они выдумали историю о своей компании и обо всем остальном. Интересные личности, особенно «Брюнет». Он был таким расторопным, подвижным, смекалистым.
А ещё… нет, это слишком фантастично… Ведь её сердце разбито вдребезги, и там только пустота. Тогда почему это произошло? Лишь один раз он поднял на неё взгляд, когда отказывался от денег, и она… чуть не захлебнулась в этой бездонной, чёрной, бархатной пучине его глаз.
От воспоминаний Бимаржан оторвал стук каблучков по коридору. В гостиную влетела Альбина, домработница, что-то держа в руках.
— Ой, что творится у нас! Весь город на ушах стоит! И всё из-за этого симпатичного обормота, — заявила она, глядя на лист бумаги.
Бимаржан протянула руку и взяла листок. Взглянув на него, чуть не ахнула. Там был изображен мужчина, отдалённо похожий на «Брюнета». Словарный портрет тоже сходился.
— В чём его обвиняют? — спросила она, стараясь придать голосу спокойный тон.
Альбина хмыкнула.
— Говорят, напал на троих. Потом угнал байк и скрылся. Байк уже нашли недалеко от села «Первомайское». Вот по всему городу расклеили его приметы и портрет.
— Странно, байк нашли около села, что находится в 37 километрах от нас, а человека ищут в нашем городе…, — удивилась Бимаржан.
— Предполагают, что он направится сюда: здесь легче укрыться, да и железнодорожная станция есть.
— Он был один?
— Говорят, один, а что?
— Почему ты радуешься, ведь пострадали люди? — заметила Бимаржан, игнорируя её вопрос.
— Люди? Охранники с объекта 312! Это не люди. Сами знаете, чем там занимаются. И как обращаются с работниками: если кто и возвращается оттуда, то полуживой. А этому, их «боссу», особенно досталось.
— Рустаму? — недоверчиво уточнила Бимаржан.
— Ага. Давно пора было ему накостылять. Скольким людям жизнь сломал, прикрываясь папашей. Жаль, что не убил его! Хотя… — она многозначительно хмыкнула, — нанёс существенный вред его здоровью, в Астану повезут, наверное.
— Если больше новостей нет, приступай к своим обязанностям, — сказала Бимаржан, стараясь не выдать своего волнения.
Она оставила фоторобот «Брюнета» у себя. Опять задумалась. Кто же вы на самом деле? Главный у них — это «Шатен», наверное. Спокойно стоял в сторонке, не пытаясь даже помочь. Хотя его вид был более усталым. Почему он то не засветился?
Но вещи их — просто отпад! По каким помойкам они лазили и собирали их?
Так, что мы имеем? Население города — не более пятидесяти тысяч человек, примерно треть из которых — мужчины. За долгие годы все уже примелькались друг к другу, найти нового человека не составит труда, тем более по фотороботу. Может, всё же ошибка вышла?
Но, чем бы она ни занималась, не могла переключить свои мысли на что-то другое. В конце концов, ей просто не хотелось верить, что «Брюнет» — преступник, такой как Аман и ему подобные.
Весь оставшийся день она колесила по городу уже на своем «Мерседесе» с целью обнаружить «геологов» в «злачных» местах, дешевых кафетериях или частном секторе. Однако следов пребывания «геологов» там не было.
С чувством разочарования она заехала к своему бывшему свекру.
— Заходи, дочка, — поприветствовал ее Ибрагим. — Как там мой любимый внук, когда приедет?
— Не знаю, ;айын ата, — ответила Бимаржан. — От них давно нет вестей.
— Слышал я, у Амата большие неприятности начались, — сказал Ибрагим.
— От кого слышал, ;айын ата? — уточнила Бимаржан.
— От соседа, Мурата. Он вчера приехал из Абая, там обсуждают эту новость шепотом. Говорят, Амат рвет и мечет, аж позеленел от злости.
— Это хорошая новость, ;айын ата, — с ноткой облегчения произнесла Бимаржан. — А подробности есть какие-нибудь?
— Говорят, большой груз пропал, за который Амат в ответе. Большие деньги уплыли. Старший партнёр дал ему время найти груз или… сама знаешь, с каким результатом у них разборки заканчиваются. А как у тебя дела?
— Скорее бы все закончилось, — посетовала Бимаржан, Сына надо срочно от Амата вызволять, а то на нем отыграется.
Она уже собиралась уходить, но какая-то мысль ее остановила.
— ;айын ата, — обратилась она к нему, — а не укроешь ты на время двух людей у себя?
— Укрою, приводи, дочка, — без колебаний ответил Ибрагим. — Значит, хорошие люди, раз ты о них хлопочешь.
«Мне бы только в этом убедиться самой», — с горечью подумала она, выходя из дома Ибрагима. «Завтра навещу Рустама в больнице, потом его отца, разузнаю все сама». С этим планом она вернулась во дворец.
Пока Бимаржан колесила по городу, Дэн и Везунчик пребывали в глубоком, затяжном похмельном сне. Пробуждение пришло лишь к обеду. Айгул оставила им записку: «Ушла за покупками, обед на плите».
Самочувствие после стихийной расслабухи оставляло желать лучшего. Особенно у Дэна.
— Странно, у меня появились сопли и какая-то слабость, — пожаловался он Везунчику.
— По всей видимости, Дэн, ты просто слабак и сопляк, — ухмыльнулся Везунчик, по-хозяйски орудуя на кухне. Он притащил остатки коньяка и разлил по рюмкам.
Дэн отказывался пить, но Везунчик, потирая руки в предвкушении хорошего застолья, всё же уговорил, Грех не выпить за здоровье!
Однако Дэн чувствовал себя всё хуже. Его замутило, появился озноб, а к тому же начались сильные головные и сердечные боли.
— Зря напился, накурился и обожрался, — простонал он.
Везунчик, не осознавая всей серьёзности положения, пытался подбодрить его шуточками.
— Ты всё сделал правильно, Дэн. Жизнь, как ты знаешь, дается один раз, и ее надо прожить так, чтобы после смерти тебя не смогли продать на органы.
В ответ — лишь тихий стон. У Везунчика создалось ощущение, что Дэн теряет сознание.
Когда вернулась Айгул, она застала своих постояльцев не в лучшей форме: один метался от боли и ломоты, другой лихорадочно рылся в её аптечке, пытаясь найти обезболивающее.
Увидев Айгул, перепуганный Везунчик срочно отправил её в аптеку за лекарствами. Выходя, она столкнулась с соседкой. Та, сгорая от любопытства, поинтересовалась, что за незнакомые мужчины появились в её доме. Айгул пролепетала первое, что пришло в голову:
— Родственники, на похороны приехали.
— А кто умер? — не поняла соседка.
— Мой муж.
— Ууфф! Твой муж умер?
— Да, его застрелили, — вздохнув, уточнила Айгул.
— Ойбаааай! Какой ужас! — соседка схватилась за голову, однако любопытство пересилило. — Они же русские! Один точно!
— Ну и что, у тебя самой муж русский, — Айгул уже теряла терпение.
— Нашла русского, седьмая вода на киселе! — возразила соседка.
— Ну а эти на первой… — Айгул еле выпроводила её с порога и помчалась в аптеку.
Вскоре Айгул вернулась, но не одна, а со знакомой врачихой. Та осмотрела Дэна, измерила температуру, прослушала и заявила, что ему нужно немедленно вызывать скорую помощь.
— Есть подозрение на воспаление лёгких, — сказала она, — а вообще, ему надо лечь в больницу на обследование у многих специалистов.
— Подождите, подождите, когда вы говорите, что надо пройти терапевта, сделать УЗИ, МРТ, сдать кровь, проверить гормоны, посетить невропатолога, записаться на кардиограмму и рентген, у меня появляется ощущение, что речь идёт о квесте, — не выдержал Везунчик.
— Ну, если вы не хотите выздоровления вашего друга…
Везунчик её перебил:
— Понимаете, у моего друга недавно украли все документы, так что скорая и больница ему недоступны. Что можно сделать прямо сейчас?
Врачиха не была к этому готова. Она вопросительно посмотрела на Айгул. Та молчала. Приняв какое-то решение, врач спросила:
— Кто из вас сможет сделать внутримышечный укол, если температура будет расти?
— Покажите пальчиком, куда нужно колоть, — деликатно поинтересовался Везунчик.
— Я смогу, — вырвалось у Айгул.
— Хорошо. Клиническое лечение перенесём на следующий день. Следите за температурой. Сейчас я сделаю укол сама.
После укола Дэну стало получше, и он впал в крепкий сон. Надвигалась беспокойная ночь.
Айгул не спалось, хотя Везунчик заверил, что справится сам. По движениям и скрипу пола она убеждалась, что самочувствие Дэна находится под контролем у Везунчика.
Утром Айгул на цыпочках подошла к Дэну. Он уже проснулся.
— Как ваше самочувствие? — спросила она.
— Вы знаете, великолепно! Что это вы мне такого дали, что так помогло?
— Мы дали тебе поспать, — за неё ответил Везунчик.
— Не вставайте, — сказала Айгул, заметив, что Дэн хотел подняться. — Завтрак принесу сюда.
— Что же со мной всё-таки было? — обратился Дэн к Айгул.
Она пожала плечами.
– Дэн, у меня для тебя две новости: хорошая и плохая. С какой начнем? – услышал он голос Везунчика, доносящийся из кухни. Вскоре тот появился, аппетитно жуя бутерброд.
– Пошел к черту! – буркнул Дэн, но тут же увидел искреннюю радость на лице Везунчика от того, что ему лучше.
– Не меняй правила игры, – попросил Везунчик, не отрываясь от еды.
– Ладно, давай с хорошей, – сдался Дэн.
– Эту болезнь теперь назовут твоим именем.. остальные данные не установлены.
– А плохая?
– Я чуть было не подсадил тебя на иглу.
– Когда-нибудь я тебе набью морду, юморист, – добродушно пригрозил Дэн.
– Сделай одолжение. Мне столько раз ее уже били, что это воспринимается как массаж. Зато я буду уверен, что ты идешь на поправку. И брось эту бабью привычку – падать в обморок при малейшей неприятности. Мои нервы не железные. В следующий раз я буду лежать рядом. А вообще, ты неблагодарный, Дэн. Я всю ночь тебя лечил!
Свидетельство о публикации №226111701610
Марк Сорокин 1 17.11.2026 20:57 Заявить о нарушении