Запах

     Четверть  жизни Валентина с дочерью прожили в общежитии. Ещё в советское время она получила комнату от завода.  Думала, что временно. Семейная жизнь не удалась, мечта о квартире так и осталась на долгие годы мечтой. И вот теперь, когда дочь выросла, окончила университет и стала работать, они решили, что пора оформить ипотеку на новую, полноценную, квартиру. Документы оформили быстро, риэлтор помогла с просмотром и выбором. Комнату в общежитии продали, вложив деньги в первоначальный взнос. Купленная квартира была не новой, но ухоженной и чистой. По сравнению с общежитием, она казалась Валентине раем. Третий этаж. Четыре комнаты, кухня своя, а не общая; ванная, дверь которой никто не будет дёргать, когда моешься.  Валентина взяла кредит и купила новую необходимую мебель. Вместе с дочерью сделали небольшой ремонт и стали жить, наслаждаясь тишиной, простором и свободой. Радости не было предела. Но, как обычно, счастье бывает коротким.

     Вначале  почувствовали запах сигарет в туалете, который проникал  в квартиру.  Вскоре к этому запаху стал примешиваться и другой, сладковато - тошнотворный. Вдобавок, за стеной кухни постоянно слышалась мужская нецензурная брань с угрозами. Решили познакомиться с жителями. Оказалось, что рядом на площадке живёт мужчина, инвалид детства. Его брань и слышно в кухне. Одна квартира пустует, где хозяйка этой квартиры, никто не знает. В третьей квартире жила семья. Невыносимый запах с каждым днём становился сильнее. Валентина заклеила отдушину в туалете, но это не спасало. Запах полз во все щели не только её квартиры, но и стоял в подъезде. Подъезд был окутан тягучим, неприятным запахом. Что –то неуловимо тревожное витало вокруг. Жители других квартир брызгали распылителями на площадках. Становилось ещё хуже. Уборщица мыла пол с хлоркой и каждый раз спрашивала, не умер ли кто? Валентина интересовалась у  жителей, как же они жили до этого? Но все отвечали, что запаха не было.
 
     Сотрудники газовой службы провели осмотр квартир. Инвалид никому не открывал и не пускал в квартиру. Проникнуть в квартиру  против воли хозяина никто не имел права. Обратились в полицейский участок, но там ответили, что человек не совершил ничего опасного. Вот когда совершит, тогда и приедут. Неизвестно, сколько бы это всё продолжалось. Но однажды в квартире Валентины  раздался звонок.
- Откройте, пожалуйста, я из Пенсионного фонда,- услышала она и открыла дверь.
За дверью стояла женщина с бумагами в руках.
- Вы не знаете,- спросила она,- где ваша соседка?
И она назвала номер пустующей квартиры.
- Она уже три года не получает пенсию, почтальон назад возвращает.
Валентина ответила, что живёт тут недавно и никого не знает. Посоветовала спросить у старых жителей первого этажа.

   Вечером, когда дочь пришла с работы, рассказала ей о странном визите.
- Говоришь, три года человек не получает пенсию,- переспросила дочь. – Если бы уехала, пенсия шла бы на карту.
- Может, у неё на карту не оформлено,- возразила Валентина.
- На счёт бы пенсия шла, если есть счёт,- сказала дочь. – А вот если не переоформлено, то человек  либо умер, либо в больнице невменяемый. Одинокий. Родственников нет.

    После этого визита из Пенсионного фонда Валентина задумалась. Она стала спрашивать жителей, кто жил в пустой квартире. Ей рассказали, что там жила Ольга Ивановна, тихая, одинокая женщина. У неё был муж, военный. Но он ушёл к молодой. Странным было и то, что квитанций в ящике не было.
Написали  коллективное заявление в управляющую компанию. Вызвали участкового. Он тоже почувствовал странный запах.
- Ольга Ивановна!- постучал участковый и, позвав по имени, приложил ухо к двери.
Но лишь эхо его голоса было ответом. Слесарь инструментом вскрыл замок. Все застыли у порога. Внутри царила  тишина, но была она более зловещей. Участковый шагнул внутрь.

   Квартира была пуста. Не было следов борьбы, всё стояло на своих местах. Запах, который так тревожил всех, стал ещё более явным. Он исходил со стороны кухни. На столе стояла тарелка с засохшей едой. Рядом  - стакан. Казалось, хозяйка отошла на минуту, но так и не вернулась.

    Участковый внимательно стал осматривать квартиру. Он открывал шкафы, заглянул под кровать. Но везде было пусто. Представитель управляющей компании решила заглянуть  в ванную. Визг из ванной заставил вздрогнуть всех,  стоящих у двери.
Капитан бросился туда,  но был почти сбит выскочившей из ванной женщиной.
- Там… там.,,- прохрипела она, прикрывая рот платочком.

   Полицейский сделал шаг на порог и остолбенел. То, что он увидел при свете тусклой лампочки, лишило его дара речи. Ванна была наполнена  перьями, разложившимися и высохшими останками голубей и расколотых яиц. По стенам ползли черви-опарыши и падали вниз.  Отдушина под потолком была вся забита скелетами голубей, которые и вытеснили решётку. Она упала вниз, в раковину.  Весь пол был устлан останками птиц и помётом. И от всего этого исходил зловонный запах.
- Все выходим,- сказал участковый очевидцам.- С этим пусть разбираются в управляющей компании. Дверь закрываем и опечатываем до выяснения обстоятельств по квартире.

   Группа жителей вышла на площадку, перешёптываясь.
- Но здесь совсем другой запах,- возразила Валентина,-  и исходит он из квартиры напротив моей. У нас кухни имеют сообщающуюся отдушину. Вот и на площадке под той дверью всегда сыро. Надо чтобы слесарь хотя бы посмотрел канализацию в квартире.
- Вы же представитель управляющей компании и слесарь присутствует,- обратился участковый к женщине.- Давайте вместе позвоним. Хозяин откроет, объясним, посмотрим.
- Он никому не открывает,- раздался голос из группы присутствующих.- Он днём не выходит. Ночью живёт.
- Один живёт?- спросил страж порядка.
- Раньше с матерью жил, но мать умерла, теперь один. Инвалид детства он,- ответили ему.
- Проникать в помещение без согласия хозяина я тоже не имею права,- сказал капитан,- но бывают экстренные случаи, например, потоп. Поэтому стучим и говорим, что заливает нижних соседей.
И он постучал в дверь.
- Откройте, вы нас заливаете! - раздались голоса на площадке.
 Послышались шаги, щёлкнул замок, в приоткрытую дверь выглянул мужчина.
Увидев человека в форме, смутился.
- В нижней квартире течь,- сказал капитан,- поэтому позвольте слесарю посмотреть у вас в туалете трубы.

И он шагнул внутрь, за ним вошёл слесарь. Остальные остались на площадке. Даже если бы кто-то из любопытных последовал тоже, он бы тот час вернулся обратно. В квартире стоял такой запах амиака, что сразу перехватывало дыхание. Окно было закрыто плотной тёмной шторой. Все углы были заложены полными пакетами, какими –то вещами.
      И в этом хаосе на кровати, среди тряпок и подушек, участковый увидел того, кто когда –то был человеком. Это был скелет, обтянутый кожей. Невероятная бледность лица сливалась с белой стеной.

- Это кто?- спросил капитан у мужчины, который стоял сгорбившись и опустив глаза в пол. Его трясло.
- Это тётя Оля,- ответил тот тихо.- Я её вечером на площадке подобрал и занёс к себе. Она без сознания была. Потом очнулась. У неё ноги и руки не работают совсем. И говорить не может. Только глаза смотрят. Я ухаживаю, как могу.

- Почему ты «Скорую» не вызвал? И давно она у тебя? Это же из соседней квартиры женщина?
- Уже три года,- ответил мужчина,- она в больницу не хочет, плачет сразу. У неё никого родных совсем нет. Я за мамой ухаживал, вот и она как будто мне мама.
-А кормишь ты её чем? На свою пенсию? А памперсы, лекарства? Уму непостижимо!- воскликнул капитан.
- Сейчас я вызову «Скорую», врача. Пусть посмотрят и решат.
- Меня в тюрьму теперь посадят?- тихо спросил инвалид.
- Ты что, успокойся. У неё инсульт, ты три года её выхаживал, чужого человека. Надо было за помощью обратиться ко мне, к соседям.
- Я не знаю, как вас  было найти, а соседей боюсь, они меня обзывают, как увидят. Мне днём нельзя на свет выходить, у меня альбинизм. Я ночью, когда солнца нет, в магазин ночной хожу,- пояснил он.

   Слесарь стоял у двери. Когда участковый закончил разговор, он сказал, обращаясь к мужчине:
- Тебя как звать?
- Пётр,- ответил тот.
- Так вот, Пётр, завтра вечером  я приеду,  заменим  тебе унитаз и бачок. Он течёт весь. Денег не надо. Понял? Постучу и покричу, что слесарь. Откроешь. Всё сделаю. Будешь жить нормально, не задыхаться.
Он попрощался и ушёл.

- Видишь, - сказал капитан,- люди не все плохие, бывают и нормальные. Сейчас давай откроем форточку. Проветрить надо. И будем ждать врача.


Рецензии