Котёл под Камнём. Важ Пон. Пролог

Задолго до прихода первых русов эти земли дышали первозданной силой. Мир не знал границ: люди жили в соседстве с духами, понимая речь зверей и язык деревьев, а реки хранили память о сотворении мира. Но северное лето всегда было коротким. Явились русы. Они были крепки и телом, и духом, их железо не знало пощады, а вера их обращала в пепел древние капища.



Племена Пармы попытались остановить чужаков силой копий и старой волшбой, но ничто не могло сдержать тяжёлую поступь пришельцев. Когда стало ясно, что сталь бессильна перед новой судьбой Камня, люди и духи решились на крайнее средство. Они призвали древнюю, дикую магию стихий — первородный хаос, помнивший мир ещё до солнца.



Но эта мощь оказалась страшнее любого врага. Древняя магия была слепа и неуправляема: она не различала своих и чужих, грозя поглотить всю землю вместе с русами. Чтобы спастись от полного уничтожения, пришлось пойти на чудовищную жертву. Магию заточили в незримый котёл глубоко под корнями гор.



Котёл нужно было запечатать живой силой. Вокруг него сомкнулись хранители. С севера печатью стал каменный истукан — страж самих гор. С юга — ветер, не дающий камню уснуть. Солнце замыкало круг, служа печатью на востоке и западе. Но чтобы печати не гасли в безветрие или под покровом ночи, у Врат была поставлена пятая. С одной границы встал Великий Страж — человек несгибаемой воли, принявший на себя бремя хранителя. С другой лёг Дух Леса, хозяин тайги, чьи глаза светились во тьме янтарём, а дыхание пахло хвоей и сырой землёй. Посредине же, замыкая круг между человеком и природой, встали Родичи — дети союза людей и лесных духов, плоть от плоти обоих миров. Четверо столпов сдержали стихии внутри круга. И назвали это место Важ Пон, как сторожевого пса.



С приходом русов многое изменилось навсегда. Чужеземцы принесли свои законы, кресты и города, оттеснив старый мир в глухие ельники и гнилые болота. Время практически стёрло из памяти живых правду о великой войне, но мост никто и никогда не посмел тронуть — магия защищала это место, даже когда во всём мире её остались лишь крупицы.



Но когда люди стали уходить из тех мест, забрасывая старые деревни вместе со своими домами, древний договор истончился. Крови для поддержания печатей стало не хватать, и они начали давать трещины. И там, где сходились грани миров, начинало сочиться зелёное болотное свечение — это был пар из перегретого котла. Спящие изваяния требовали замены — той плоти, что станет новым деревом, а отчаяние прошлой жизни обратится в корни, чтобы преграда продержалась ещё немного.


Рецензии