Глава 89. Первое испытание
Мы основательно укутали Оленьку, почти наглухо закрыли коляску и только после этого вышли из дома. За малышку можно было не беспокоиться: ветер до нее практически не добирался.
Однако далеко уйти нам не удалось. Едва мы вышли со двора, как дорогу преградила колонна новобранцев. Ее «голова» уже свернула с улицы Кирова на Корабельную, а хвост все еще тянулся по улице Душенова. Судя по длине колонны, прибывшее пополнение было весьма многочисленным.
Мы остановились, пропуская солдат, и невольно стали разглядывать их. Зрелище было, мягко говоря, удручающее. На улице держалось всего около трех градусов тепла, ветер дул с севера, а ребята шагали в легких рубашках с короткими рукавами.
У многих даже не было возможности как следует прикрыть шею. Лица посинели от холода, губы приобрели фиолетовый оттенок, а волосы на руках стояли дыбом. Одни растирали ладони, другие обхватывали себя за плечи, стараясь хоть немного согреться.
Некоторые шли, втянув головы в плечи, словно надеялись таким образом спрятаться от пронизывающего ветра.
Рядом с нами остановилась какая-то сердобольная женщина. Она с явным сочувствием смотрела на замерзших ребят и, наконец, не выдержала.
– Откуда вы, сынки? – обратилась она к проходившим мимо солдатам.
Из строя донесся ответ:
– Из Азербайджана!
Женщина удивленно посмотрела на них, словно услышала что-то невероятное.
– Что же вы так легко одеты-то?
Один из новобранцев, не переставая растирать руки, ответил:
– У нас там сейчас уже плюс тридцать два градуса. Кто же знал, что нас в Арктику направят?
Женщина сочувственно покачала головой. В ее взгляде читалось искреннее недоумение: как можно было отправить людей в такую погоду, не позаботившись хотя бы о подходящей одежде?
– Долго добирались? – поинтересовалась она.
– Нет, нас сюда самолетом доставили, – отозвался кто-то из колонны.
В разговоре чувствовалось, что ребята еще не успели осознать, куда именно попали. Возможно, в Азербайджане они представляли себе военную службу совсем иначе. Наверняка думали о казармах, занятиях, строевой подготовке, оружии и командирских требованиях. Но едва ли кто-нибудь предупредил их, что май на севере может встретить их почти зимней погодой.
Мы с женой простояли с коляской около десяти минут, ожидая, пока пройдет вся колонна. А она все шла и шла. За спинами первых солдат появлялись новые лица, такие же растерянные и замерзшие. Некоторые пытались согреть ладони дыханием, другие энергично растирали предплечья. Каждый порыв ветра заставлял ребят еще сильнее съеживаться.
Я смотрел на них и невольно испытывал жалость. Зрелище было настолько неприятным, что возникало ощущение, будто перед нами не будущие защитники великой страны, а военнопленные, которых специально решили подвергнуть испытанию холодом, применяя недозволенные способы обращения с пленными.
Конечно, армейская служба не курорт. Это я прекрасно знаю по собственному опыту. Солдату приходится сталкиваться с трудностями, выполнять приказы, переносить физические нагрузки и приспосабливаться к самым разным условиям.
Но одно дело – сознательно преодолевать трудности, имея соответствующую экипировку, и совсем другое – оказаться на северном ветру в летней рубашке только потому, что кто-то не подумал о разнице климатических условий.
Особенно странно было видеть этих ребят на фоне еще не растаявших сугробов. Они словно случайно попали из другого времени года в совершенно чужой мир. Еще вчера, возможно, гуляли по теплым улицам родных городов, а сегодня уже шагали по северному гарнизону, пытаясь не стучать зубами.
Думаю, можно не сомневаться: для большинства из них знакомство с военной медициной начнется раньше, чем знакомство с военной наукой. Простудные заболевания, вероятно, станут первыми неприятными последствиями службы.
Жена тоже смотрела на колонну с явным сочувствием. Она поправила одеяло на коляске и тихо заметила, что ребятам хотя бы куртки какие-нибудь выдали.
Я ничего не ответил. Что тут скажешь? Порядок есть порядок, но здравый смысл никто не отменял. И если уж государство отправляет молодых людей служить за тысячи километров от дома, то неплохо было бы заранее позаботиться о том, чтобы они не начинали службу с переохлаждения.
Когда последние новобранцы скрылись за поворотом, мы наконец продолжили прогулку. Я еще некоторое время оглядывался им вслед. Перед глазами стояли посиневшие лица, голые руки и легкие рубашки, которые совершенно не соответствовали здешней погоде.
В памяти неожиданно всплыли строки из известной армейской песни. Я даже мысленно начал их напевать:
– Не пеняйте на то, что сурова погода.
Не считайте, что строг командир без причин.
Предстоит вам всего за каких-то два года
Из вчерашних юнцов превратиться в мужчин!
Что ж, служба для этих юнцов только начиналась. Впереди у этих ребят были казармы, наряды, учения, первые взыскания и первые армейские друзья. Им предстояло многое узнать и многому научиться.
Но мне почему-то казалось, что первое испытание они уже прошли. И испытание это называлось просто: северный май.
Вечером, когда мы вернулись с очередной прогулки и уселись ужинать, разговор снова невольно вернулся к сегодняшнему происшествию.
– Ты знаешь, мне до сих пор этих мальчишек жалко, – сказала жена, накладывая мне картошку. – Ну как так можно? Ведь кто-то же должен был подумать, что их отправляют совсем в другой климат.
– Видимо, подумали, – усмехнулся я. – Только, похоже, не о том.
– А что, разве нельзя было предупредить? Пусть бы хотя бы теплые вещи с собой взяли.
– Для этого надо было заранее знать, куда их направляют. А может, они вообще впервые в жизни увидели снег, который лежит в мае.
Жена покачала головой.
– Представляю, что они сейчас думают о своей военной службе.
– Думаю, пока еще ничего определенного. Первое впечатление у них, скорее всего, одно: куда мы попали?
Мы немного помолчали. К нашей беседе присоединился тесть.
– Папа, а ты сам помнишь, как впервые оказался в части? – спросила Изольда.
– Конечно. Только у нас обстоятельства были несколько другими. Мы знали, куда едем, и примерно представляли, что нас ожидает. Да и одежда соответствовала сезону. Но даже если бы нас встретили в одних рубашках, я сомневаюсь, что кто-нибудь из командиров посчитал бы это нормальным.
– Значит, у них еще все впереди?
– Еще как! Армия быстро объяснит, что такое подъем по команде, строевая подготовка, наряды и прочие радости военной жизни. А самое интересное начнется, когда они познакомятся с местными командирами.
– Думаешь, будут строгими?
– Разными будут. Как и везде. Есть командиры, которые умеют требовать и при этом заботиться о подчиненных. А есть такие, для которых главное – чтобы все было по уставу, даже если от этого никому не становится лучше.
– Но ведь это молодые ребята. Им еще привыкнуть надо.
– Вот именно. Первые дни службы во многом определяют отношение солдата к армии. Если с самого начала он увидит в командире человека, который не только приказывает, но и отвечает за своих подчиненных, ему будет гораздо легче. А если первым знакомством с армией станет подобное издевательство над здравым смыслом, хорошего ждать трудно.
Жена улыбнулась:
– Ты уже рассуждаешь как командир.
– А кем мне еще рассуждать? – засмеялся ее отец. – Человеком, который просто стоял на улице и мерз вместе с ними?
– Зато ты был одет по погоде, а это уже существенное преимущество, – добавила Изольда.
Мы оба рассмеялись. Но за шуткой все равно оставалось неприятное чувство. Ведь те ребята ни в чем не виноваты. Они просто приехали служить туда, куда их направило государство. И хотелось верить, что дальше им повезет больше, чем в первый день знакомства с новым местом.
– Знаешь, – сказала жена, – хорошо хоть, что мы сегодня с Оленькой вышли погулять. Иначе ты бы даже не узнал об этой истории.
– Узнал бы. На флоте такие новости быстро распространяются, – ответил тесть. – Особенно если после прибытия пополнения половина подразделения отправится в санчасть.
Жена укоризненно посмотрела на него:
– Не надо пугать.
– Не пугаю. Просто надеюсь, что до этого не дойдет.
После ужина я еще некоторое время вспоминал утреннюю колонну. Наверное, для большинства этих ребят сегодняшний день надолго останется в памяти. И не потому, что они впервые увидели северный гарнизон, а потому, что именно так началась их армейская биография.
Хотелось бы, чтобы следующие испытания оказались для них более справедливыми и человечными.
Свидетельство о публикации №226111701972