Глава 92. Седой

Прапорщику Сашке Овсянникову всего двадцать три года, а он уже седой как лунь.
Когда я впервые увидел его, то решил, что ранняя седина связана с афганским прошлым. Служба там, насколько я знал, была нелегкой, и вполне возможно, что пережитое оставило след не только в характере человека.
Впрочем, спрашивать об этом я не решался, хотя Сашка был парнем общительным, но о своей прежней службе особо не распространялся.
Однако однажды, когда мы, как обычно, по субботам собрались на озере компанией и хорошенько посидели, разговор зашел о всяких армейских историях. Вспоминали курьезные случаи из службы, рассказывали о знакомых, которым довелось побывать в самых невероятных переделках.
Кто-то поделился историей о неудачном свидании, кто-то вспомнил ревнивого мужа, а кто-то заметил, что с чужими женами лучше вообще не связываться.
Тут кто-то из нашей компании посмотрел на Сашку и спросил:
– Саш, а ты чего такой седой? Вроде молодой еще. Неужели Афганистан так повлиял?
О, не один я так думал! Сашка сначала усмехнулся, потом махнул рукой:
– Да какой там Афганистан! Это все семейная жизнь... Вернее, чужая семейная жизнь.
Мы заинтересовались. Сашка, уже изрядно захмелевший, немного помолчал, словно решая, стоит ли рассказывать, а потом поведал нам историю появления своей необычайно обильной седины.
История оказалась куда интереснее моих предположений. Сашка встречался с одной замужней женщиной. Отношения их продолжались некоторое время, и он, судя по всему, не особенно задумывался о возможных последствиях.
Однажды женщина позвонила ему и предупредила, что ее муж заступает в караул. Поэтому можно спокойно приходить: дома никого не будет. Сашка долго не раздумывал и отправился на свидание.
Но в тот день в части произошла неразбериха. По какой-то ошибке или опечатке заступать в наряд явились сразу два состава караула из разных подразделений. Вскоре выяснили, что один из них оказался лишним. Именно тем, начальником которого должен был быть муж Сашкиной любовницы.
Пока разбирались с документами, пока офицер отвел солдат в роту, пока они сдали и проверили оружие, пока он перекинулся несколькими словами с сослуживцами, наш прапорщик уже успел добраться до квартиры любовницы.
Муж тем временем закончил все дела и отправился домой. А Сашка в это время лежал в постели, наслаждаясь заслуженным отдыхом и готовясь к следующему акту любовной программы. Ничего плохого он не предчувствовал.
И вдруг услышал звук открываемой входной двери. Сначала не понял, что происходит. Потом до него дошло, что вернуться домой мог только один человек – законный хозяин квартиры.
Прапорщик растерялся окончательно. Ни одежду спрятать, ни самому куда-нибудь исчезнуть он не успел. Так и остался лежать на кровати, надеясь, что происходящее каким-то чудом окажется недоразумением.
Но чуда не случилось. В дверях спальни появился муж. По словам Сашки, ему сразу стало плохо. И не только от неожиданности.
Мужчина был настолько огромным, что, когда вырос в дверном проеме, по бокам его головы оставалось всего два небольших просвета. Какой там Шварценеггер! Отдыхает!
Даже несмотря на все свои выдающиеся антропометрические данные и семикратный титул «Мистер Олимпия», железному Арни было далеко до этого мужчины.
Хозяин квартиры некоторое время внимательно рассматривал происходящее. Затем совершенно спокойно обратился к Сашке:
– Ну, ты давай, заканчивай свои дела и приходи на кухню.
Сказал это, развернулся и вышел из спальни. Вскоре послышалось, как он запер входную дверь на замки. Вот тут Сашка окончательно понял, что попал в весьма затруднительное положение. Пятый этаж, балкон, за дверью – здоровенный муж, а в квартире – никаких укромных мест, где можно было бы спрятаться.
Жена хозяина вообще лишилась дара речи. Сашка полежал еще немного. Может, надеялся, что муж передумает, успокоится и куда-нибудь уйдет. Но сколько ни лежи, а идти все равно придется.
Он оделся и направился на кухню. По дороге, как рассказывал, перебирал в голове возможные варианты развития событий. Извиниться? Объяснить, что все получилось случайно? Попытаться договориться?
Но чем больше он думал, тем яснее понимал, что ни один из этих вариантов ему не поможет. Да и что можно объяснить человеку, который только что застал тебя в собственной спальне со своей женой?
На кухне муж уже занимался приготовлением ужина. На огромной сковороде жарилось мясо с луком. Запах стоял такой, что, по словам Сашки, он даже на мгновение забыл о своем незавидном положении.
– Посиди пока, – сказал хозяин и указал на табурет.
Сашка молча сел. Муж продолжал готовить. Ни угроз, ни криков, ни выяснения отношений. Он спокойно переворачивал мясо, следил за огнем и время от времени поглядывал на своего незваного гостя.
Наконец мясо было готово. Муж поставил на стол сковородку, от которой еще поднимался пар, нарезал хлеб и достал из холодильника холодную бутылку водки.
Налил по стопке, сел напротив и спросил:
– Как тебя зовут?
– Саша, – ответил наш прапорщик.
– Ну что же, Саша, давай выпьем за знакомство.
Выпили. После этого хозяин достал трехгранный штык от трехлинейной винтовки, нанизал на него кусочек мяса и протянул Сашке:
– Закусывай!
Как рассказывал наш прапорщик, в этот момент он был абсолютно уверен, что именно сейчас муж всадит штык ему в открытый рот. И на этом его жизненный путь закончится.
Но хозяин лишь спокойно наблюдал, как гость берет мясо и осторожно снимает его со штыка.
После первой бутылки появилась вторая. Муж наливал, Сашка пил. Мясо постепенно исчезало со сковородки, а разговор так и не начинался.
Особенно тяжело нашему прапорщику приходилось во время закуски. Каждый раз, когда хозяин протягивал ему очередной кусок мяса на штыке, Сашка думал, что вот теперь-то и наступил последний момент его жизни.
Он уже почти не чувствовал вкуса еды, зато прекрасно ощущал холодную сталь, которая каждый раз оказывалась совсем рядом с его лицом.
Но ничего не происходило. Так они и выпили две бутылки водки. Муж кормил гостя со штыка, а тот послушно принимал угощение, стараясь не смотреть на острие.
Когда мясо доели, хозяин отложил штык, протянул Сашке руку и пожал ее.
– Приятно было познакомиться, Саша. Но если я тебя еще раз здесь увижу…
Договорить он не стал. Впрочем, продолжение и без того было совершенно понятно. Сашка торопливо закивал. Попрощался и отправился домой.
По его словам, дорога казалась бесконечной, а ноги были словно ватные. Он не помнил, как добрался до своей квартиры, но прекрасно помнил каждую минуту проведенного вечера.
На следующее утро, подойдя к зеркалу в ванной, чтобы побриться перед службой, он обнаружил, что поседел окончательно.
Вот так и появился у нас молодой прапорщик с совершенно старческой шевелюрой. Если верить самому Сашке, больше он жене не изменял.
Когда рассказ закончился, на берегу озера некоторое время стояла тишина. Потом кто-то негромко произнес:
– А мужик-то, выходит, человек неплохой. Мог ведь и по-другому встретить.
– Да уж, – согласился Сашка. – Только я бы предпочел познакомиться с ним при других обстоятельствах.
Мы не сдержались и рассмеялись. А потом Тропинин добавил:
– Зато теперь понятно, почему ты такой седой. Афганистан тут ни при чем. Это семейные обстоятельства!
Сашка только махнул рукой и потянулся за очередной стопкой. Видимо, решил, что эта тема исчерпана окончательно.


Рецензии