Санёк

кем только ни был:
театральным бутафором,
тбилисским догситтером,
промышленным альпинистом,
ювелиром и столяром,
православным,
нищим сербом,
отцом и мужем,
фасовщиком в Тейсти
(куда его, кстати, не взяли,
как и ещё двоих за столом.
о, мы гневно ругали
философию успеха,
сидя в их кофейне,
попивая и покупая —
на нас озирались,
кто-то смеялся —
мне очень понравилось!
надо повторить!)

часто я вижу людей,
мимикрирующих под него,
но похожие встречаются редко.
он не очень-то
мне симпатичен:
безрассудный ребёнок,
залезающий во дворы
(оказавшиеся открытыми)
через заборы,
пьющий савиньон блан на лестнице Европы,
танцующий в обнимку со светафором
в куртке выросшего племянника.
его мораль спорного качества,
джинсы — тоже.
с ним сложно вставить хоть слово.
он за Мандельштама, я за Пастернака.
и на белок ему всё равно.
но мы любим сложные оттенки домов
и любим копаться в первоначале,
доводя жизнь до абсурда.
это неплохой залог
для того, чтобы и впредь оставаться приятелями.


Рецензии