И снова о себе
Я не знаю, чем это объяснить, но у меня всегда было ощущение, что от меня слишком легко отказаться. Будто всё, что я делал, всё, что отдавал, всё, что пытался сохранить, в один момент переставало иметь значение. Достаточно было одной ошибки, одного неправильного слова, одного поступка, который кому-то не понравился, — и я уже не близкий человек, не тот, с кем делили радость и трудности, а словно враг народа. Человек, которого можно перечеркнуть, не вспомнив обо всём хорошем, что было до этого.
Всю свою жизнь я будто что-то заслуживал. Любовь, которую хотелось просто чувствовать, а не выпрашивать. Доверие, которое хотелось иметь, а не постоянно доказывать. Поддержку, заботу, внимание и уважение. Я старался быть достойным, старался доказывать, что меня можно любить, что на меня можно положиться, что я тоже заслуживаю тепла. Иногда даже забывал о себе, лишь бы не разочаровать других.
Но есть одна вещь, которая заставляет меня совершенно иначе смотреть на всё происходящее. С каждым днём опухоль в моей голове растёт, и вместе с этим растёт осознание того, насколько хрупка человеческая жизнь. Я не знаю, сколько времени мне отведено, сколько ещё впереди дней, месяцев или лет. И самое страшное даже не в неизвестности, а в понимании того, что время, которое у меня есть, невозможно вернуть или прожить заново.
Я не хочу превращать свою жизнь в ожидание плохого. Не хочу, чтобы каждый новый день был наполнен страхом, подозрениями, выяснениями отношений, бесконечными оправданиями и попытками доказать, что я достоин чьей-то любви. Я не хочу тратить оставшееся мне время на то, чтобы заслуживать человеческое отношение.
Я хочу просто жить. По-человечески. Просыпаться с ощущением, что меня ждут, а не проверяют. Любить, не опасаясь, что одна ошибка сделает меня чужим. Доверять, не чувствуя себя обвиняемым. Получать поддержку не только тогда, когда я удобен и силён, но и тогда, когда мне самому тяжело. Хочу чувствовать заботу без необходимости сначала доказать, что я её заслужил.
Возможно, кто-то назовёт это слабостью, кто-то — эгоизмом, но я слишком хорошо понимаю цену времени, чтобы продолжать разменивать его на чужие подозрения, обиды и бесконечные испытания.
Я не идеальный человек. Я ошибался, ошибаюсь и, возможно, ещё буду ошибаться. У меня есть свои слабости, противоречия и незажившие места, о которых я не всегда говорю. Но разве одна ошибка способна перечеркнуть всё хорошее в человеке? Разве ценность человека измеряется исключительно тем, насколько он безупречен и соответствует чужим ожиданиям?
Иногда мне кажется, что я так и остался человеком-черновиком. Тем, кого постоянно можно переписывать, исправлять, критиковать, перечёркивать и начинать заново. Будто моя жизнь — это бесконечная попытка стать окончательным вариантом, который наконец-то устроит всех.
Но я больше не хочу быть чьим-то черновиком.
Я не прошу жалости к себе. Мне не нужно особое отношение из-за того, что происходит с моим здоровьем. Я не хочу, чтобы меня любили из страха потерять. Я хочу настоящих чувств, искренности и простого человеческого тепла. Хочу, чтобы рядом со мной были не из обязанности, не из жалости и не потому, что так правильно, а потому, что действительно хотят быть рядом.
Ведь никто из нас не знает, сколько ему осталось времени. Просто не каждый задумывается об этом так остро. А я теперь всё чаще понимаю: жизнь слишком коротка, чтобы постоянно доказывать кому-то свою ценность. Слишком драгоценна, чтобы проживать её в борьбе за элементарное человеческое отношение.
И если у меня действительно есть ещё время, я хочу прожить его не в бесконечном ожидании принятия, а в любви. Не в оправданиях, а в понимании. Не в страхе быть отвергнутым, а в уверенности, что я кому-то дорог.
Я тоже хочу побыть счастливым. Не когда-нибудь, после очередного доказательства, не тогда, когда исправлю все свои недостатки, а сейчас. Пока есть возможность обнимать, говорить о чувствах, смеяться, строить планы и просто чувствовать, что я живу.
Потому что за всеми моими вопросами, молчанием, ошибками и попытками быть лучше скрывается обычный мужчина, который не просит у жизни слишком многого.
Он просто хочет, чтобы оставшееся ему время было наполнено жизнью, а не борьбой за право быть любимым.
И, возможно, самое горькое в этой истории — осознавать, что я так долго учился заслуживать любовь, что почти забыл: настоящую любовь не должны выдавать за хорошее поведение. Её должны дарить сердцем.
Я не знаю, сколько страниц ещё осталось в моей книге. Но я очень хочу, чтобы последние из них были написаны не болью, не одиночеством и не чужими обвинениями, а теплом, искренностью и людьми, которым не нужно объяснять, почему меня стоит беречь.
Свидетельство о публикации №226111700067