Водолаз

Самое первое воспоминание было про окно. Второй этаж. Она стояла внизу на холодном асфальте, босиком — она не помнила, почему без обуви. Пятки уже замёрзли, но она не чувствовала холода. Она смотрела вверх, где в проёме окна стояла мама, держа в руке водолаза. Он был синий, с чёрными резиновыми сапожками, с блестящим шлемом, в котором отражалось небо.

— Мама! Скинь! Скинь водолаза! — кричала она, вытягивая руки вверх.

— Сейчас, сейчас… — мама перегнулась через подоконник. — Держи крепче! Я не умею бросать!

Она размахнулась, и водолаз взлетел, перевернулся в воздухе, сверкнул на солнце — и упал в двух шагах от неё. Пластмасса треснула, шлем откатился в сторону, синяя рука отломилась и застыла в луже. Она слышала, как стучит её собственное сердце — громко, как будто оно тоже упало.

— Ма-а-ам! Он разбился!

Мама глянула вниз, виновато улыбнулась и развела руками:

— Ой, дочка… Ну я же не хотела. Я не умею бросать. Ты прости меня, ладно?

Она хотела заплакать, но слёзы застряли где-то в горле. Она стояла и смотрела на осколки, на синюю руку, которая лежала отдельно, как будто показывала дорогу в никуда. Она слышала, как за окном закрылась форточка. Мама ушла. И она осталась одна с этим синим, разбитым, мёртвым водолазом.

Она не знала, что это первое воспоминание, которое останется с ней навсегда. Что она будет возвращаться к нему снова и снова — к синему цвету, к холодному асфальту, к маминой улыбке, которая была такой тёплой, но ничего не исправляла.


Рецензии