Невидимка

Умар снял перчатки, присел на корточки и поднял с земли конфетный фантик. Он расправил его на ладони, провёл пальцем по загнутому краю. На фантике были нарисованы персики и тёмный виноград. Умар держал его перед собой, чуть отставив руку, и губы его беззвучно шевельнулись.
Он знал эту игру с детства. В их семье фрукты появлялись редко, и Умар придумал себе альтернативу. Он выбирал на фантике один из нарисованных плодов и представлял, как пробует его. Порой он видел этот фрукт впервые и приходилось напрягать воображение так, чтобы придумать новый вкус. С тех пор он собирал фантики повсюду.
— Эй, черномазый! Быстро за метлу. Спать будешь у себя.
Умар подскочил, обернулся и закивал начальнику.
Бригадир уже шёл дальше, застёгивая куртку. Умар поднял метлу и начал сгребать примерзшую листву с тротуара. Ветер забирался под телогрейку, в прорехи на рукавах, в воротник. Руки в перчатках двигались ровно, метла шла по краю бордюра, и листва ложилась в кучу.
Пять утра в городе не слышно. Город ещё спит за двойными стёклами, за домофонами, за шторами. На улице горят фонари, у остановки стоит пустой автобус с включённым двигателем. Прохожих нет. Есть только звук метлы и ветер.
Через несколько минут стали появляться первые люди. Из подъезда вышла женщина с жёлтым пакетом. Пакет был тяжёлый, ручки натянулись, в прорехе блеснуло что-то оранжевое. Женщина остановилась, перехватила пакет, поправила шарф и пошла к остановке. Она прошла в двух шагах от Умара. Не посмотрела. Умар проводил пакет взглядом, потом посмотрел на фантик, который держал в руке. Персики и виноград. Он снова расправил его, сложил вдвое, потом ещё раз и убрал во внутренний карман.
Люди выходили из подъездов. Подъезжали автобусы. День начинался. Умар мел. Кто-то прошёл мимо, глядя перед собой, кто-то обошёл кучу листвы, кто-то скользнул взглядом по телогрейке и метле, как по столбу. Умар кивал. Никто не кивал в ответ.
— Собрали инвентарь! В машину! — крикнул бригадир.
Рабочие подхватили лопаты, метлы, мешки и полезли в кузов старого «газика». Умар сел с краю. Достал фантик, положил на колено, разгладил. В кузове пахло бензином и мокрой листвой.
— Умар, ты снова мусор с собой тащишь.
— Это не мусор.
— Ага, как же, увижу – в коридоре спать будешь.
Умар опустил взгляд. Сложил фантик, убрал в карман. «Газик» тронулся и медленно пошёл в потоке. Город просыпался. Фары автобусов отражались в мокром асфальте. Умар сидел с краю, держась за борт, и смотрел вперёд. Ветер трепал край его телогрейки.


Рецензии