Порт-Саид имя на карте, написанное водой

                ---------
Порт-Саид – город достаточно молодой по египетским меркам, построенный в середине прошлого века на северо-востоке страны.  Именно он ,  Саид,начал строительство Суэцкого канала, хотя этот вопрос волновал еще фараонов тысячи лет назад. Неоднократно канал строили разные правители Египта, но в результате войн и конфликтов его засыпали землей и разрушали. Даже Наполеон в 1798 году понял необходимость создания канала, соединяющего Средиземное и Красное моря.
Туман над Средиземным морем был таким густым, что казался продолжением песка. Фердинанд де Лессепс стоял на пустынном берегу, там, где среди дюн и соленых лагун рождалась будущая великая стройка. Он смотрел на восток, где за горизонтом лежало Красное море, и думал о том, что этот узкий перешеек — последняя преграда между Европой и Азией. Но главная преграда была не из песка. Она была из стали, денег и политики. И имя ей было — Англия.
Сразу же после того, как в 1854 году Саид-паша, правитель Египта, подписал фирман о концессии, Британия начала упорнейшую борьбу против проекта. Лорд Пальмерстон, тогдашний премьер-министр, с циничной откровенностью заявил Лессепсу, что Англия против канала потому, что тот «предоставив путь мореплаванию всех стран, отнимет преимущества, которыми мы располагаем в настоящее время». Но настоящая причина была глубже: канал, построенный французом, отрезал бы Египет от Османской империи и мешал Лондону прибрать эту землю к рукам.
Под английским нажимом Порта — правительство Османской империи — отказывала в разрешении приступить к работам. Когда Лессепс отправился в Константинополь и Лондон, его встретили холодно. Британское правительство организовало настоящий бойкот: акции компании не покупали, а тех, кто мог бы вложить деньги, отговаривали. В парламенте раздавались голоса, что это «величайший обман» и «мыльный пузырь» для неосторожных инвесторов.
И тогда Лессепс сделал ход, который современники назвали «дипломатической шахматной партией». Он обратился за поддержкой к французскому правительству, у которого были свои счеты с Лондоном. А главное — он нашел союзника там, где его не ждали. В самом Египте.
Саид-паша был человеком щедрым, но не слишком дальновидным. Он искренне верил в проект своего друга Фердинанда, с которым когда-то учился в Париже. Когда подписка на акции провалилась — европейцы, напуганные английской пропагандой, не спешили расставаться с деньгами — Лессепс пришел к паше с почтительным, но твердым предложением. Сначала речь шла о том, чтобы Саид выкупил часть бумаг. Потом — о том, чтобы он взял на себя бремя, которое не захотели нести другие.
Вот как это описывал британский парламентарий: «Проектор схемы, мсье Лессепс, обнаружил, что один дом в Триесте отказался от большого количества акций, которые его уговорили взять. И тогда он подумал, что паша Египта — хороший человек, на которого можно переложить ответственность за их принятие. Он соответственно уговорил несчастного пашу взять 64 000 акций». Когда паша, прозрев, отказался брать больше, Лессепс, «желая в своей благожелательности оказать паше услугу, которую тот сам не осознавал», без его согласия зачислил на его счет дополнительное огромное количество акций.
Это был почти шантаж, облеченный в форму дружеской услуги. Саид-паша, загнанный в угол между долгом перед другом и реальностью, согласился. В 1860 году он взял на себя остаток нераспроданных акций на сумму более трех с половиной миллионов фунтов стерлингов. Так Египет — страна, которая должна была получить канал, — стала его главным и невольным акционером. Англия, которая отказывалась покупать акции, наблюдала за этим со стороны, продолжая вести кампанию против «затеи Лессепса».
Но Лессепс не был бы Лессепсом, если бы остановился. 25 апреля 1859 года, презрев английское противодействие и отсутствие санкции Порты, он начал работы. В этот же день на карте появился город, которому суждено было стать символом всего предприятия. Его основали как базу для строителей, как порт, куда будут приходить суда с материалами и людьми.
И Лессепс дал ему имя.
Он не назвал его в честь себя, не назвал в честь французского императора или английской королевы. Он назвал его Порт-Саид — в честь человека, который дал этому проекту жизнь, сдав землю в концессию, и который заплатил за него из своего кармана, даже не подозревая, насколько дорого это обойдется его стране.
Это был жест, в котором смешались благодарность и политический расчет. Назвав город именем паши, Лессепс навсегда связал Египет с каналом. Теперь это был не просто французский проект на чужой земле. Это был проект, в названии которого звучало имя египетского правителя. И это было почти правдой: без денег Саид-паши, без его подписи под концессией, без его слепой веры в друга канал, возможно, так и остался бы чертежом на бумаге.
Англия, которая «всячески мешала», проиграла этот раунд. Она не купила акции, но она не смогла остановить стройку. Она не заставила Порту запретить работы, хотя очень старалась. И когда в 1869 году канал открылся, британские корабли одними из первых прошли по нему — потому что путь был слишком удобен, чтобы им не пользоваться.
Порт-Саид рос вместе с каналом. Это был город, построенный на воде и песке, город, в котором жили греки, итальянцы, французы, арабы, русские  — все те, кто пришел строить, торговать, искать счастья. Порт-Саид возник практически на пустом месте. Основанный в 1859 году одновременно с началом работ на канале, он всего за несколько десятилетий превратился из крошечной рыбацкой деревушки в процветающий международный порт и зону беспошлинной торговли. Он стал одним из крупнейших портов мира, а в 1882 году в него высадились английские войска, и он превратился в один из центров антиколониальной борьбы.
 История сыграла злую шутку: город, названный в честь египетского паши, стал местом, откуда Британия начала свой долгий контроль над Египтом.
Но имя осталось. Порт-Саид. На карте, в учебниках, в судовых журналах. И каждый раз, когда произносят это название, оно напоминает о той странной, почти невозможной сделке, которая произошла в середине XIX века. О том, как один человек с железной волей заставил другого поверить в мечту, а потом заставил заплатить за нее. О том, как империя пыталась помешать, но не смогла. И о том, как город на краю пустыни получил имя человека, который дал каналу шанс — и заплатил за этот шанс слишком дорого.
Лессепс пережил Саид-пашу.
Он пережил и многие другие правительства. Он умер в 1894 году, окруженный славой и упреками. Но на карте остался город, который он назвал в честь друга. И в этом названии — вся суть того, как делалась большая политика и большие стройки: смелость, деньги, обман и немного романтики.


Рецензии