практика 13
Старик переждал шторм, и когда море успокоилось, ответил.
–– Маша ещё помнит, мы с марей уже знаем, а Слава и Лена начинают догадываться… А любовь — это когда любимый часть тебя, Ирина Васильевна, а уж когда и ты его часть, тогда вот оно, счастье… А если любить только себя, то части нет, как не будет и статья. Вот и всё.
–– А как же что счастье изменяется с возрастом? А?
–– А так: сначала мы часть семьи и счастливы, потоп мы начинаем искать свою часть. Я бы назвал это время дрожжами – тут холодные, там к рукам прилипли, а потом такое устроят, только ты можешь сотворить или чёрный хлеб или белый или самогон. А что получится, когда ты не ни разу ни того ни другого не делал? Тут счастье только в дрожжах в голове. Но за это счастье приходиться платить.
–– Ну, согласна, но почему счастье потом не пришло?
–– А оно не приходит, его добиваются: Вы картинки обрезков делали?
–– Пазлы что ли? Да. Последний плутала года – работы на работе много было.
–– А почему Вы думаете, что души человеческие, которые намного сложнее картона, за полгода – год в село соберутся? Нам с Марьей потребовалось трое детей и лет сорок что бы прийти к общему знаменателю. Славе и Лене перебодалось, к счастью, меньше времени, и, увы, одна дочь…
–– Не переживайте, Иван Зосимыч, скоро будет и сын… –– Елена даже не знаю как её и назвать улыбнулась улыбкой Джоконды.
Минутною паузу прервала Маша.
–– У меня будет бат!!!
Я же не мог говорить ещё, наверное, с час, зато Зосимыч разорился.
–– Вот у них и ещё часть будет, а значит, ещё счастливее станут…
–– Ага… Дядя Фёдор приехал, а значит, мы моей Бурёнке в две больше сена заготовим… –– кто знал Ирину Васильевну как Ирку переглянулись: в Иринином смехе была такая боль, что заметили все.
И снова пауза.
Я знал от ленки, что у Ирины давным-давно, в прошлом тысячелетии, был ребёнок, кажется, девочка, но всего несколько месяцев. То есть, она, как и ленка, тоже имеет шанс на счастье. Женское счастье…
–– Дура ты, Ирина Васильевна, –– такого Зосимыча я никогда не видел. –– Счастье оно для всех, и чем больше счастливых, тем больше счастья. Один человек счастлив быть не может, двое кое-как, трое-четверо уже неплохо, вся страна – хорошо, а вот всё человечество только после Второго Пришествия Христа, Аллаха, Будды и других. А, может быть, когда всё человечеств обретёт счастье и придёт Вторе Пришествие…
–– Что ты имеешь в виду? –– спросил Павел.
–– Два человека легко могут создать детей, народ создаёт страну веками, а человечество Рай Земной не может создать толи два тысячелетия, толи семь. А без детей страны нет, а без страны нет человечества.
–– Это почему?
–– А каждая стана странная, как и каждый человек, но, естественно, много миллионов раз больше…
Свидетельство о публикации №226111802169