Всё о любви. По мотивам строк Хемингуэя!
В путешествиях всё и всех вокруг гораздо сильнее любишь!
Нет человека более одинокого, чем тот, кто пережил любимую.
Любимая –это лучшее, что есть в жизни,
это прекрасное неповторимое!
Ни одна жизненная победа не затмит собой поражение в любви.
Но ни одно поражение не даёт забыть сердцу материнской любви!
Где бы ни был один из нас —
другой всегда рядом днём и ночью –
каждый миг и час!
Никогда не потешайся над любовью.
Просто есть люди, которым так никогда и не выпадет счастья узнать,
что это такое для человека.
<...> всё равно,
продлится ли это полтора дня или многие годы, останется самым главным,
что только могло случиться в жизни человека.
Всегда будут люди, которые утверждают, что этого нет,
потому что им не пришлось испытать что-либо подобное от любви в ответ.
Любовь – это огромного счастья река,
стремящаяся в миры любви бесконечное множество лет!
Он никогда особенно не ссорился с этой женщиной,
а с теми, которых любил, ссорился так часто,
что под конец ржавчина ссор неизменно разъедала всё, что связывало их.
Он слишком сильно любил, слишком многого требовал
и в конце концов оставался ни с чем при расставании их.
Мы хорошо и недорого ели, хорошо и недорого пили и хорошо спали, и нам было тепло вместе, и мы любили друг друга.
... Если ты меня не любишь, то я люблю тебя за двоих.
Но ещё лучше будет, если я буду любить тебя скоро за нас троих!
...я люблю тебя и хочу, чтобы ты был достоин самого себя.
Ведь любовь – это то чувство в тебе, которое хочет любить в тебе –
Высшего, достойнейшего тебя!
Если двое любят друг друга, — это не может кончиться счастливо.
Потому что это не кончится никогда!
Это будет продолжаться не счастливо, а очень счасливо всегда!
Он вспомнил, как однажды в море поймал на крючок самку марлина.
Самец всегда подпускает самку к пище первую – закон любви моря -
и, попавшись на крючок, самка со страха вступила в яростную, отчаянную борьбу,
которая быстро её изнурила,
а самец, ни на шаг не отставая от неё, плавал и кружил вместе с ней по поверхности моря.
Он плыл так близко, что старик боялся, как бы он не перерезал лесу хвостом,
острым, как серп, и почти такой же формы узор.
Когда старик зацепил самку багром и стукнул её дубинкой, похожей на багор,
придерживая острую, как рапира, пасть с шершавыми краями,
когда он бил её дубинкой по черепу до тех пор, пока цвет её
не стал похож на цвет амальгамы,
которой покрывают оборотную сторону зеркала, видимую взглядом,
и когда потом он с помощью мальчика втаскивал её в лодку, самец оставался рядом!
Потом, когда старик стал сматывать лесу и готовить гарпун,
самец высоко подпрыгнул в воздух возле лодки,
чтобы поглядеть, что стало с его подругой в лодке,
а затем ушёл глубоко в воду,
раскинув светло-сиреневые крылья грудных плавников, ушедшие под воду,
и широкие сиреневые полосы у него на спине были ясно видны, чаруя взор без конца.
Старик не мог забыть, какой он был красивый.
И он не покинул свою подругу до конца!
И если ты в самом деле любишь эту девушку так, как говоришь,
постарайся любить её очень крепко
и пусть будет хотя бы сильным то, что не может быть ни долгим, ни прочным,
но чтобы всегда с каждым объятием ей становилось счастливо и легко.
Я люблю тебя так, как я люблю всё, за что мы боремся.
Я люблю тебя так, как я люблю свободу и человеческое достоинство,
и право каждого работать и не голодать.
Я люблю тебя, как я люблю Мадрид, который мы защищаем,
и как я люблю всех моих товарищей, которые погибли в этой войне,
чтобы свободу каждому и всем дать!
Я люблю тебя. Чего тебе ещё надо?
Чтобы я вовсе потерял голову?
Тогда Ты просто обнимай меня и шепчи:
Мне от любви наши маленькие дети ещё надо!
Когда любишь, хочется что-то делать во имя любви.
Хочется жертвовать собой. Хочется служить.
Хочется растить наших новых защитников с Тобой!
Самое болезненное — потерять себя в процессе слишком сильной любви к кому-то
и забыть, что ты тоже особенный
и для кого-то будешь необыкновенный!
Они увидят, как я тебя люблю,
и сразу поймут, что тронуть меня
это всё равно, что сунуть руку в котёл с расплавленным свинцом.
Приставание закончится для них фасом и профилем с неприятным лицом!
...мы будем там вместе, с нашими книгами
и по ночам нам будет тепло в постели при открытых окнах,
под ясными звёздами,
в наших с тобой частливых снах!
Даже если бы ты за всю жизнь не проронила ни слова,
я все равно был бы счастлив просто смотреть на тебя.
И, конечно, любить, любить, любить - только тебя!
Но в самом деле любить двух женщин одновременно, по-настоящему любить —
это самое страшное и разрушительное, что может приключиться с мужчиной.
Так ему недолго прожить,
Потому что едиственное и еповторимое счастье –
это долго, пусть иногда и трудно, но одну, единственную любить,
тогда остаётся только хорошее и всё иное, мелкое сразу забыть!
Мы любили друг друга в комнате,
где на окнах висели шторы из тонких деревянных планок: был вечер,
а верхняя рама балконной двери откидывалась на петлях,
и в комнату задувал лёгкий, нежный ветер.
Мы любили друг друга в этой комнате,
где даже днём было темно от опущенных штор и пахло ароматными цветами,
потому что внизу был цветочный рынок, словно специально созданный под нами.
Шёл сильный дождь.
– А ты меня никогда не разлюбишь?
– Нет.
– И это ничего, что дождь?
– Ничего. Это же за окнами дождь.
– Как хорошо. А то я боюсь дождя.
– Почему? Боишься дождя?
Меня клонило ко сну. За окном упорно лил дождь.
Стучали крупные капли дождя.
– Не знаю, милый. Я всегда боялась дождя.
– А я люблю дождь.
– А я люблю гулять под дождём. Но для любви это плохая примета.
– А я тебя всегда буду любить. Это хорошая примета!
– Я тебя буду любить в дождь, и в снег, и в град, и… что ещё бывает?
– Не знаю. Мне что-то спать хочется. Сон с Тобой в мечты увлекает.
– Спи, милый, и что бы ни было, а я буду любить тебя,
– Ты в самом деле боишься дождя?
– Когда я с тобой, нет.
– Почему ты боишься?
– Не знаю.
– Скажи овет.
– Не заставляй меня.
– Скажи для меня.
– Нет.
– Скажи, прошу, свой секрет?
– Ну, хорошо. Я боюсь дождя, потому что иногда мне кажется, что я умру в дождь.
– Что ты! Ты говоришь правду?
– А иногда мне кажется, что в дождь ты умрёшь.
– Вот это больше похоже на правду.
Наша радость — любить — она проста
и в то же время таинственна, сложна,
как простая математическая формула,
которая может означать и полное счастье,
и конец света.
Но когда любишь, не думаешь про это!
<...> девушка улыбалась ему и, глядя ей в лицо, он вдруг подумал,
что она разобьёт ему сердце.
А ведь взор её осветил, словно Солнце!
Всегда найдутся люди, которые скажут, что никакой любви не существует,
потому что у них самих её никогда не было.
Но я тебе скажу — любовь существует!
И у тебя она есть, и тебе повезло, даже если завтра предстоит умереть
и, даже защищая любовь, на огне гореть!
// За Тебя одну я готов в аду
На огне гореть и при этом петь.
Алексей Макаров. 1967 год.//
Смотри, ведь я уродина.
А всё же бывает что-то такое,
от чего мужчина слепнет, когда полюбит. Слепнет и он, и ты сама становишься не уродина.
А потом приходит день, когда ни с того, ни с сего он вдруг видит,
как оно и есть на самом деле и что ты - уродина,
и он перестаёт быть слепым, и тогда ты тоже видишь себя такой, какой он тебя видит,
и то, что тебе было в чувствах, уходит,
а вместе с этим уходит и мужчина.
Но с настоящей любовью новый приходит!
_______
Эрне;ст Ми;ллер Хемингуэ;й ( 1899 — 1961, американский писатель, журналист и военный корреспондент. Лауреат Нобелевской премии по литературе (1954). Широкое признание Хемингуэй получил благодаря своим романам и многочисленным рассказам о своей жизни, полной приключений и неожиданностей. Его стиль, краткий и насыщенный, значительно повлиял на литературу XX века. В 1953 году Эрнест Хемингуэй получил Пулитцеровскую премию за повесть «Старик и море». Это произведение повлияло также на присуждение Хемингуэю Нобелевской премии по литературе в 1954 году. В январе 1954 года в Африке попал в две серьёзные авиакатастрофы подряд. Некоторые СМИ даже успели напечатать некрологи по этой причине. В 1959 году он приветствовал свержение диктатора Кубы Батиста и Кубинскую революцию.
Цитаты о любви.
«Путешествуй только с теми, кого любишь.
Нет человека более одинокого, чем тот, кто пережил любимую.
Ни одна жизненная победа не затмит собой поражение в любви.
Где бы ни был один из нас — другой всегда рядом.
Никогда не потешайся над любовью. Просто есть люди, которым так никогда и не выпадет счастья узнать, что это такое. <...> всё равно, продлится ли это полтора дня или многие годы, останется самым главным, что только могло случиться в жизни человека. Всегда будут люди, которые утверждают, что этого нет, потому что им не пришлось испытать что-либо подобное.
Он никогда особенно не ссорился с этой женщиной, а с теми, которых любил, ссорился так часто, что под конец ржавчина ссор неизменно разъедала всё, что связывало их. Он слишком сильно любил, слишком многого требовал и в конце концов оставался ни с чем.
Мы хорошо и недорого ели, хорошо и недорого пили и хорошо спали, и нам было тепло вместе, и мы любили друг друга.
... Если ты меня не любишь, то я люблю тебя за двоих.
...я люблю тебя и хочу, чтобы ты был достоин самого себя.
Если двое любят друг друга, — это не может кончиться счастливо.
Он вспомнил, как однажды поймал на крючок самку марлина. Самец всегда подпускает самку к пище первую, и, попавшись на крючок, самка со страха вступила в яростную, отчаянную борьбу, которая быстро ее изнурила, а самец, ни на шаг не отставая от нее, плавал и кружил вместе с ней по поверхности моря. Он плыл так близко, что старик боялся, как бы он не перерезал лесу хвостом, острым, как серп, и почти такой же формы. Когда старик зацепил самку багром и стукнул ее дубинкой, придерживая острую, как рапира, пасть с шершавыми краями, когда он бил ее дубинкой по черепу до тех пор, пока цвет ее не стал похож на цвет амальгамы, которой покрывают оборотную сторону зеркала, и когда потом он с помощью мальчика втаскивал ее в лодку, самец оставался рядом. Потом, когда старик стал сматывать лесу и готовить гарпун, самец высоко подпрыгнул в воздух возле лодки, чтобы поглядеть, что стало с его подругой, а затем ушел глубоко в воду, раскинув светло-сиреневые крылья грудных плавников, и широкие сиреневые полосы у него на спине были ясно видны. Старик не мог забыть, какой он был красивый. И он не покинул свою подругу до конца.
И если ты в самом деле любишь эту девушку так, как говоришь, постарайся любить ее очень крепко, и пусть будет хотя бы сильным то, что не может быть ни долгим, ни прочным.
Я люблю тебя так, как я люблю все, за что мы боремся. Я люблю тебя так, как я люблю свободу, и человеческое достоинство, и право каждого работать и не голодать. Я люблю тебя, как я люблю Мадрид, который мы защищаем, и как я люблю всех моих товарищей, которые погибли в этой войне.
Я люблю тебя. Чего тебе еще надо? Чтобы я вовсе потерял голову?
Когда любишь, хочется что-то делать во имя любви. Хочется жертвовать собой. Хочется служить.»
Самое болезненное — потерять себя в процессе слишком сильной любви к кому-то и забыть, что ты тоже особенный.
Они увидят, как я тебя люблю, и сразу поймут, что тронуть меня это всё равно что сунуть руку в котёл с расплавленным свинцом.
...мы будем там вместе, с нашими книгами, и по ночам нам будет тепло в постели при открытых окнах, под ясными звездами.
Даже если бы ты за всю жизнь не проронила ни слова, я все равно был бы счастлив просто смотреть на тебя.
Но в самом деле любить двух женщин одновременно, по-настоящему любить — это самое страшное и разрушительное, что может приключиться с мужчиной.
Мы любили друг друга в комнате, где на окнах висели шторы из тонких деревянных планок, а верхняя рама балконной двери откидывалась на петлях, и в комнату задувал легкий ветер. Мы любили друг друга в этой комнате, где даже днём было темно от опущенных штор и пахло цветами, потому что внизу был цветочный рынок.
– Сильный дождь.
– А ты меня никогда не разлюбишь?
– Нет.
– И это ничего, что дождь?
– Ничего.
– Как хорошо. А то я боюсь дождя.
– Почему?
Меня клонило ко сну. За окном упорно лил дождь.
– Не знаю, милый. Я всегда боялась дождя.
– Я люблю дождь.
– Я люблю гулять под дождем. Но для любви это плохая примета.
– Я тебя всегда буду любить.
– Я тебя буду любить в дождь, и в снег, и в град, и… что ещё бывает?
– Не знаю. Мне что-то спать хочется.
– Спи, милый, а я буду любить тебя, что бы ни было.
– Ты в самом деле боишься дождя?
– Когда я с тобой, нет.
– Почему ты боишься?
– Не знаю.
– Скажи.
– Не заставляй меня.
– Скажи.
– Нет.
– Скажи.
– Ну, хорошо. Я боюсь дождя, потому что иногда мне кажется, что я умру в дождь.
– Что ты!
– А иногда мне кажется, что ты умрешь.
– Вот это больше похоже на правду.
Наша радость — любить — была простой и в то же время таинственной, сложной, как простая математическая формула, которая может означать и полное счастье, и конец света.
<...> девушка улыбалась ему, и, глядя ей в лицо, он вдруг подумал, что она разобьёт ему сердце.
Всегда найдутся люди, которые скажут, что никакой любви не существует, потому что у них самих её никогда не было. Но я тебе скажу — существует, и у тебя она есть, и тебе повезло, даже если завтра предстоит умереть.
Смотри, ведь я уродина. А всё же бывает что-то такое, от чего мужчина слепнет, когда полюбит. Слепнет и он, и ты сама тоже. А потом приходит день, когда ни с того, ни с сего он вдруг видит, что ты уродина, как оно и есть на самом деле, и перестаёт быть слепым, и тогда ты тоже видишь себя такой, какой он тебя видит, и то, что тебе было, уходит, а вместе с этим уходит и мужчина.
Эрнест Хемингуэй.
Свидетельство о публикации №226111800885