Красная Москва

   Духи «Красная Москва» у меня связаны с бабушкой. Она их любила и всегда держала в доме флакончик. Запах этих духов, густой, тягучий, неопределимый, но такой узнаваемый сопровождал меня с самого раннего детства, которое я провела в деревне у бабушки. Она оставляла меня спать в детской кроватке, а сама успевала тем временем обегать окрестные  леса в поисках морошки и грибов и скоренько возвращалась, а я уже поджидала ее, сидя под тюлевым балдахином, натянутым от мух, как испанская маха под мантильей. Я была очень спокойным ребенком, и если верить ей, ничуть не плакала, а, наоборот, радостно улыбалась, завидев ее, и тонюсеньким голоском звала из кроватки: «Бабуська! Бабуська!». Она выбирала для меня морошку поспелее, а пока давала мне поиграться бутылочкой «Красной Москвы». Я отвинчивала красивую крышечку в виде соборного навершия и щедро поливала себя, а потом мяла в горсти янтарные ягоды, брызжущие медвяным соком, и его потеки на моих ручонках мешались с ароматными струйками из флакончика.
   Все-таки детство – удивительная пора. Оно такое разное у всех, и в чем-то все же одинаковое. Это пора всеобъемлющей любви, когда мы нужны всему миру, а мы с царственным спокойствием взираем на него, уверенные в том, что все вокруг нас нам и принадлежит. Откусывая яблоко, мы держим его так, словно это – весь земной шар, и нам ничего не стоит откромсать от него половинку. В детстве мы – вершители судеб, сами того не подозревая, потому что все и вправду вертится вокруг нас: и родители наши, и их родители, и погода, и времена года, и гости, и праздники, и горести с радостями. Только потом вдруг оказывается, что все не так, что-то неуловимо меняется в атмосфере – и вот мы уже большие, подчас никому не нужные, усталые, злые, хмурые… А если представить, что яблоко в руке – это и есть тот самый земной шар, в который мы с таким азартом вгрызались в раннем детстве, может, что-то и вернется, а?


Рецензии