Свадьба без приданого
СВАДЬБА БЕЗ ПРИДАНОГО, ИЛИ КАК КОЗА СЕРАФИМА ХОЗЯЙКУ ЗАМУЖ ОТДАВАЛА
Новогодний водевиль в старом русском стиле.
Автор Эвелина Пиженко.
Данный текст является авторской (интеллектуальной) собственностью Пиженко Эвелины Николаевны.
Настоящий русский водевиль – с песнями, музыкой, возможно – с танцевальными номерами.
Краткое содержание:
Новогодний сочельник в доме купеческой вдовы Харии Евлампиевны. Промотав состояние покойного мужа, Хария мечтает срочно выдать замуж родную дочь Дульсинею. Неожиданно подворачивается молодой заводчик Елисей Богатов. Но есть проблема: завидный жених хотел посвататьяся вовсе не к некрасивой Дульке, а к хорошенькой Дуняше – дочери покойного купца и падчерице его жены Харии. Усилиями Харии у Дуняши нет наследства и нет приданого, зато есть говорящая Коза Серафима Игнатьевна с моноклем и азартным характером.
Пока мачеха прячет Дуняшу в чулан, а Сваха Домна Христофоровна распивает наливку и вспоминает проделки молодости, Коза раскладывает пасьянс и готовит хитроумный план счастья любимой хозяйки. В новогоднюю ночь в дом являются Дед Мороз и Снегурочка, чтобы исполнить заветные желания домочадцев. Но кто станет суженым бесприданницы Дуняши? Неужели тот, кто первым встретится ей в этот новогодний вечер?..
Комедия положений: переодевания, векселя, благословение иконой и говорящая Коза, которая знает: главное – читать мелкий текст и в завещании, и вы любых других важных документах.
В пьесу включены 7 песен героев – это песни, написанные специально для них.
К пьесе прикладываются дополнительно мелодии выхода героев и отдельных сцен.
Пьеса состоит из 3-х действий.
Объём пьесы – реплик героев – 17 страниц ворд 14-м кеглем.
Время действия – 40 – 60 минут.
Действующие лица:
КОЗА СЕРАФИМА ИГНАТЬЕВНА. Настоящая. Говорящая. С повышенным чувством долга. Гадает на картах, любит азартные игры.
ДУНЯША. Купеческая дочь без приданого. Хороша собой, послушна. Хозяйка Козы по завещанию.
ХАРИЯ ЕВЛАМПИЕВНА. Купеческая вдова первой гильдии. Терпит падчерицу и Козу по финансовым причинам. Мечтает выгодно отдать замуж родную дочь.
ДУЛЬСИНЕЯ. Родная дочь Харии. Всё по классике: ленива, жеманна, не очень красива. Миф о богатстве делает своё дело, но не всегда.
ЕЛИСЕЙ ФОТЕИЧ, он же ДЕД МОРОЗ. Заводчик и фабрикант. Завидный положительный творческий жених. Блондин. Страстно влюблён в Дуняшу.
СВАХА ДОМНА ХРИСТОФОРОВНА. Профессионал с большим трудовым стажем. Может сосватать даже лошадиную оглоблю.
ДЕД МОРОЗ. Не совсем настоящий, но в шубе и с бородой. Если откровенно – то это сам Елисей Фотеич собственной персоной.
СНЕГУРОЧКА. Тоже девушка на выданье, но об этом – в другой сказке.
ДЕЙСТВИЕ 1.
Музыка (Фон 1). Богатая купеческая горница в доме Харии Евлампиевны. Интерьер пестрит безвкусицей: на стенах – бордовые обои, портреты напыщенных предков, кругом бронзовые канделябры в новогодней мишуре. На столе – массивный медный самовар, чашки, связка баранок.
В углу – наряженная новогодняя ёлка. Неподалёку в кресле-качалке восседает коза Серафима Игнатьевна, через монокль молча читает книгу «Как стать светской львицей». На ней – чепец, ажурная вязаная шаль.
За столом сидит Хария Евлампиевна – в жемчугах, громко прихлёбывает чай из блюдечка. Рядом – Дуняша, тоже пьёт чай, но скромно, прикусывает конфеткой.
ХАРИЯ (недовольно поглядывает на падчерицу). Что-то ты, Дуняша, конфету больно долго ешь. Поди, уже третью развернула?
ДУНЯША. Что вы, матушка, только одну и взяла.
ХАРИЯ. Ещё и чай, верно, с сахаром навела?
ДУНЯША. Что вы, матушка, ни единого кусочка не положила.
ХАРИЯ. Смотри мне! Нынче сахар дорогой и для здоровья вредный. Я тебе хоть мать и неродная, да всё забочусь. Только ты этого не ценишь.
ДУНЯША. Ценю, матушка.
ХАРИЯ (передразнивает). Ценю, матушка!.. Слова лишнего из тебя не вытянешь. Вся в папашку своего пошла, царство ему небесное. Ни поговорить, ни повздорить. Хотя… (Делает строгое лицо). Ты в моём будуаре прибралась?
ДУНЯША. Прибралась.
ХАРИЯ. А в Дулюшкином?
ДУНЯША. Так спит она ещё. Как проснётся, и у неё приберусь.
ХАРИЯ (назидательно). Так ты уж приберись! А после на базар сбегай.
ДУНЯША (удивлённо). На базар? Зачем?
ХАРИЯ. Новогодний гусь сам не прилетит, себя не ощиплет и в печь не ляжет. Забыла, что сегодня – сочельник?
ДУНЯША. Я помню, матушка. Да на базар-то я за гусями сроду не ходила.
ХАРИЯ. А теперь будешь. Прислуга-то вся уволена, окромя кухарки. А ты, хоть и дочь отца-купца, да не завещал он тебе никакого состояния. Так просто в доме живёшь, без пользы.
ДУНЯША. Как же без пользы, матушка? Я вам теперь и полы мою, и платья штопаю, и на стол накрываю… Погулять некогда.
ХАРИЯ. Просто так гулять – только время терять. А вот утром встала, пылюку на комодах протёрла, самовар развела, на базар сбегала – вот и польза! И воздухом подышала, и продуктами запаслась, и финансового урону никакого. Потому как доверие у меня к тебе особое. А ты это цени. Опять же, приданого у тебя – ни осьмушки, ни медной полушки. Кто тебя замуж возьмёт, коли ты ничего не умеешь? А я тебе – целую науку даю, как дом вести. Вот ещё от прачки откажусь, стирать научишься. И кухарку, пожалуй, уволю, больно много провианту с ней уходит.
ДУНЯША. Всё же не верится мне, что батюшка в завещании меня не упомянул.
ХАРИЯ. Да как же! Ещё как упомянул! Вон – Козу тебе оставил, Серафиму Игнатьевну со всеми её принадлежностями. Хочешь, сказки её слушай, хочешь, в подкидного с ней играй. Не жизнь, а сплошное удовольствие! Это мне – головная боль досталась: как имуществом распорядиться, как дела торговые вести, куда прибыль потратить.
ДУНЯША. Да уж вы потратили. Теперь имущество заложенное выкупить не можете.
ХАРИЯ (сердито). Цыть! Не тебе рассуждать, не тебе попрекать, неблагодарная. Да я родной дочери такого воспитания не даю, как тебе. Хоть бы спасибо сказала! (Машет рукой). Ладно, я мать не гордая, обойдусь. (Смотрит внимательно на Дуняшу). Ну что, чаю попила?
ДУНЯША. Попила.
ХАРИЯ. Тогда ступай! Я уж тут как-нибудь сама с самоваром управлюсь.
Дуняша удручённо уходит. Коза хмурится.
КОЗА СЕРАФИМА (басом из угла). Посмотреть бы на то завещание.
ХАРИЯ (сердито). Чего на него смотреть? Мне всё имущество супружнее отписано, понятно? Крупными буквами!
КОЗА СЕРАФИМА. Я бы мелкие почитала.
ХАРИЯ (начинает нервничать). Нету там никаких мелких букв! И тебя это не касается. Твоё дело – в углу сидеть, сено жевать да гостей анекдотами развлекать. (Обращается к портрету, видимо, своей матери). Вот, маменька, привёз супруг мой из краёв далёких козу говорящую, а сам взял, да помер. Так коза теперь мне и слова сказать не даёт – всё поперёк да поперёк!
КОЗА СЕРАФИМА (так же, невозмутимым басом). Зато на картах гадаю.
Хария наливает себе ещё чашку чаю, берёт баранку. В горницу входит Дульсинея. Она чем-то недовольна.
ДУЛЬСИНЕЯ. Чаи распиваете, маменька?
ХАРИЯ. А чего ж с утра чайку не испить. Садись и ты, Дулюшка, пока самовар горячий.
ДУЛЬСИНЕЯ. Какая я вам, маменька, Дулюшка?! Назвали Дульсинеей, так соблаговолите выговаривать как положено. Меня и так мальчишки уличные задразнили, Дулей Фиговной кличут! Хотите, чтобы весь город так называл?!
ХАРИЯ. Нашла об чём печалиться! Меня смолоду Харей Мордовной обзывали, хотя не Харя я вовсе, а Хария Евлампиевна. Ничего, и кавалеры находились, и троих мужей осчастливила.
КОЗА СЕРАФИМА (из угла басом). Упокой господь их душу.
Хария что-то хочет ответить Серафиме, гневно бросает взгляд на Козу, но не решается, обращается к Дульсинее, но нарочито громко, чтобы Коза слышала.
ХАРИЯ. Вот и ты, Дулюшка, кого-нибудь скоро осчастливить должна. Сердцем материнским чувствую!
ДУЛЬСИНЕЯ. Осчастливишь с вами!
ХАРИЯ. Да уж ты-то не осчастливишь? И умница, и разумница, и бельём-то вышла!..
КОЗА СЕРАФИМА (копытом открывает следующую страничку, зычно читает перевод). Белль ом… В переводе – «красивый мужчина»! (Смотрит на Дульсинею, так же через монокль). Видать, опечатка!
ДУЛЬСИНЕЯ. Маменька, не «бель-ём»! А – «бель фам»! Что в переводе – «красивая женщина»! Вы в разговорник французский хоть иногда заглядывайте!
КОЗА СМЕРАФИМА (Снова смотрит в книгу). Значит, не опечатка. (Смотрит на Дульсинею). Оговорка!
ДУЛЬСИНЕЯ (обращает внимание на Серафиму, присаживается за стол, берёт чашку с чаем). Опять эта противная коза у вас в гостиной! Я же просила: в залу её не пускать!
ХАРИЯ. Чего же её не пускать? Она мне книжки читает. По вечерам гостям всякие истории рассказывает. Третьего дня у господина Заштопкина часы наручные в карты выиграла, а у помещицы Одувановой – серебряный монокль. Она мне пользу приносит.
ДУЛЬСИНЕЯ. Козьей шерстью от неё за версту несёт. Выгнали бы вы её, маменька, вон.
ХАРИЯ. Не могу. Её супруг мой своей родной дочери Евдокии завещал. Вот я её и берегу.
ДУЛЬСИНЕЯ. Да вам-то что за нужда чужую козу беречь? Пусть Дуняшка о ней и заботится.
ХАРИЯ (понижает голос). Да как ты не понимаешь, Дулюшка, это ж её единственное приданое. Остальное-то имущество – у нас с тобой (многозначительно кивает) по завещанию.
ДУЛЬСИНЕЯ. А нам-то какое дело до Дунькиного приданого?
ХАРИЯ. Да как же?! А ну, как придут её сватать, а у неё после папаши… (снова многозначительно понижает голос) по завещанию… Ни нитки, ни иголки, ни ветхой светёлки… Ничего нету! Что же мне, от твоего приданого кусок отрывать? К тому же, оно пока заложено… А тут – как-никак имущество, хоть и с рогами.
ДУЛЬСИНЕЯ. Скорее бы вы её, матушка, замуж за кого-нибудь сплавили, а то из-за этого имущества у вас каждый день – не дом, а проходной двор.
ХАРИЯ. И слава богу! Не было б говорящей Козы – кто бы к нам ещё зашёл? А так – заходят, гостинцы приносят! И мужской пол бывает. Вот, например, давеча – господин Хвастунов заходили, с тобой любезничали. А оне – на минуточку – сын банкира Хвастунова. И помещик Голозадов заглядывали, а у него, сказывают, отменное состояние! Три деревни, два села, кругом поля да рощи – всё ему принадлежит.
ДУЛЬСИНЕЯ. А толку-то, маменька? Придут, чаю вашего нахлебаются, с Козой в карты поиграют, а после – и след простыл! Никто предложения так и не сделал!
КОЗА СЕРАФИМА (реплика басом). С шантажу надо было начинать!
ХАРИЯ (Козе). Уж помолчала бы, коли женихов уговаривать не научилась.
КОЗА СЕРАФИМА (с места, басом, не меняя позы). Уговаривать – время терять. Только шантаж!
ХАРИЯ. Вот погоди, Дулюшка, придёт сегодня сваха, будет тебе жених по высшему разряду! Уж я Домну Христофоровну давно знаю – расстарается, будьте покойны!
ДУЛЬСИНЕЯ. Да она-то, может, расстарается! Только Дунька опять всё сватовство испортит! Вот зачем вы, маменька, её к столу при гостях зовёте?
ХАРИЯ. Да как не звать, ежели она обед подаёт?
ДУЛЬСИНЕЯ. Подаёт-то подаёт, да женихи с неё глаз так и не сводят. А потом у вас не моей руки просят, а Дунькиной!
ХАРИЯ. Так что же мне делать, коли прислуга вся уволена?
ДУЛЬСИНЕЯ. Так снова наймите!
ХАРИЯ. Ишь ты, наймите! Прислуге жалованье нужно платить. А у нас с тобой… (Оглядывается по сторонам, понижает голос). У нас с тобой после всех растрат да путешествий на счетах голый ноль! Что же мне, самой столы накрывать?
ДУЛЬСИНЕЯ. Вот и накрывайте! Но чтобы Дуньку в залу при гостях больше не пускали!
ПЕСНЯ ДУЛЬСИНЕИ.
Дульсинея уходит. На сцене появляется Дуняша.
ДУНЯША. Там письмо почтарь принёс, матушка. Прочитать?
ХАРИЯ. Подай сюда.
Дуняша подаёт Харии закрытый конверт, та вскрывает, достаёт листок, читает. По мере прочтения меняется в лице.
ДУНЯША. Что там, матушка?
ХАРИЯ (загробным голосом). Катастрофа! (Начинает нервно ходить по комнате, обмахивается письмом). Катастрофа! (Подходит к Дуняше, говорит, тыча в неё пальцем). Спасти нас может только… Только…
ДУНЯША. Кто?!
ХАРИЯ. Сваха!..
ДУНЯША. Так сваха давно пришла. Просить?
ХАРИЯ. Проси немедленно! Только при ней про наши долги – ни слова!
Музыка (Фон 2). Дуняша приглашает Сваху, сама тоже остаётся в комнате. Сваха – дородная, живая, весёлая. Одета ярко в русские одежды, на плечах – цветастая шаль.
СВАХА. Здравствуй, матушка, здравствуй, Харюшка! Сколько лет не виделись, а будто вчера за столом сидели, кофий с амареттой распивали.
ХАРИЯ. Говоришь, будто вчера, а имя моё запамятовала. Не Харя я, а Хария! (Обнимаются со Свахой). Да уж проходи, присаживайся.
СВАХА (проходит). Это ж сколько лет прошло, как я тебе супруга последнего сосватала! Хорош был мужчина! С умом да хваткой, недаром что купец первой гильдии!
ХАРИЯ. Супруг-то мой два года уж как упокоился.
СВАХА (крестится). Свят, свят! Так что ж, другого захотелось? Это мы завсегда устроим!
ХАРИЯ. Да не о себе я забочусь. О дочери… Замуж ей пора, так хочется, чтобы и состоятельный, и характером покладистый, и с лица не очень противный. А главное (понижает голос) – побыстрее!
СВАХА. Это ж на сколько – побыстрее?
ХАРИЯ. Прям – сегодня вечером! А иначе – катастрофа…
СВАХА (с сомнением). Торопливость в нашем деле – вещь опасная. Как бы горьки слёзы потом лить не пришлось.
ХАРИЯ. Слёзы я буду лить, ежели дочь в ближайшее время не пристрою. А всё остальное – терпится!
СВАХА. Ну, слово твоё, Харюшка. Скоро, так скоро. (Смотрит то на Харию, то на Дуняшу, входит в роль). Уж и не знаю, кому жениха искать – то ли дочери, то ли матери!.. Ну, красавицы обе, ну красавицы!
ХАРИЯ. Ишь, запела, чисто соловей.
СВАХА. Профессия у меня такая, матушка, соловьём заливаться. Иначе выгодную пару не составишь.
СВАХА ПОЁТ ПЕСНЮ.
ХАРИЯ. Скажи мне, свашенька, как на духу: хорошо ли ты свою профессию знаешь?
СВАХА. А что такое? Аль жаловался кто?
ХАРИЯ. Жаловаться – не жаловались. Да времена нынче непростые. Женихи ветреные пошли, ненадёжные: придут на сватание, а сами глазами так и шныряют по сторонам, так и шныряют, а нам этого не надобно.
СВАХА. Так жених, ведь он как – не столько невесту берёт, сколько приданое считает. Коли приданое хорошее, то и глаза всегда на месте. А коли бедное – тут уж не обессудьте. И глаза не там бегают, и руки не туды тянутся, и в голове сплошной посторонний амур.
ХАРИЯ (смущённо). Гм!.. Да с приданым у нас.. Гм-гм.. всё в порядке. Муженёк покойный всё своё состояние мне оставил… по завещанию, а уж я своей дочери ничего не пожалею.
СВАХА. Ну, коли так, то и тревожиться нечего. Найду я нашей невесте хорошую партию, вдребезги разобьюсь, а найду!
ХАРИЯ. Уж ты, Домна, расстарайся! А я в долгу не останусь!
СВАХА. Расстараюсь, уж я так расстараюсь! (Показывает на Дуняшу). Уж для такой красавицы как не расстараться! Да на неё женихи как мухи на мёд полетят! Хороша! Ох, хороша!..
ХАРИЯ (обрывает недовольно Сваху). Да что ты, Домна, это ж падчерица. Мужа покойного дочь. А моя Дулюшка – в будуаре, отдыхает после утреннего чаю. (Зовёт). Дуля! Поди сюда!
На сцене появляется Дульсинея. Волосы растрёпанные, нос картошкой, уши торчком. Сваха меняется в лице, смотрит недоверчиво, скривившись.
СВАХА. Ну, тут работы-то поболе будет…
КОЗА СЕРАФИМА. Знамо дело!
ХАРИЯ. Озолочу!
СВАХА (вполголоса – Харии). Пошептаться бы надо.
Хария делает рукой знак Дульсинее – та уходит. Такой же знак делает Дуняше, та тоже уходит, заодно прихватывает со стола письмо, котолрое принесла Харии. Хария обращается к Свахе доверительно.
ХАРИЯ. Слушаю тебя, Домна Евлампиевна.
СВАХА. Вот что, матушка, я тебе скажу. Тебе бы вначале падчерицу пристроить. А уж потом мы Дуле твоей какого хошь жениха найдём!
ХАРИЯ (сердито). Не собиралась я Дуняшку замуж так рано отдавать. Ей только после нового года восемнадцать лет исполнится.
СВАХА. Ну, так в чём же дело. Как исполнится, так и отдадим. А уж опосля и вторую пристроим, как тебе надобно.
ХАРИЯ. Да я же тебе сказала: дочь мою засватать немедленно! А Дуняшку - никогда. Суди сама: прислугу я уволила, кто ж мне будет полы мести да ковры трясти? И деньги ей доверять можно, вся в папашку своего пошла, ни в жисть чужого не возьмёт. Как же я от такого клада откажусь?
СВАХА. Дело твоё, Евлампиевна, только ежели падчерица останется при тебе, дочь твою родную мне ни в жисть не пристроить! Уж больно разница меж ними - налицо. А женихи – сама знаешь, к богатым идут, да на красивых заглядываются.
ХАРИЯ. Это верно. Может, Дуньку на сватовство в чулан спрятать?
СВАХА. Да в чулан-то не хитрое дело запереть. Да из чулана-то потом выпускать придётся! А жених, ежели тебе зятем станет, полный доступ в твои апартаменты получит, в любой день будет приходить, того и гляди, амуры с падчерицей заведёт. Уж я такого повидала.
ХАРИЯ. И тут твоя правда! Что же делать?
СВАХА. Говорю же – первой её замуж и отдать. Уедет к мужу и больше у вас не покажется.
ХАРИЯ. Так-то оно так… Да тогда прислугу нанимать придётся. Не, не могу. Мне Дуняшка дешевле обходится.
ПЕСНЯ ХАРИИ.
После песни все герои уходят за кулисы.
ДЕЙСТВИЕ 2.
Музыка. (Фон 3). Та же богатая купеческая горница. Ёлка ещё пуще сверкает стеклярусом. Самовар на столе остывает без присмотра. В кресле-качалке, как и прежде, восседает коза Серафима Игнатьевна. На коленях у неё всё та же книга «Как стать светской львицей». Вбегает Дуняша с корзиной, в платке, разрумяненная с мороз. В корзине – гусь, свёрток с крупой, связка баранок. Сразу кидается к Козе.
ДУНЯША (обнимает Козу). Серафима Игнатьевна! Голубушка ты моя рогатая! Сидишь тут и не знаешь, что у меня на душе делается!
КОЗА СЕРАФИМА (откладывает книгу, смотрит через монокль, укоризненно кивает). В кого-то втюрилась. Бьюсь об заклад.
ДУНЯША. Откуда ты знаешь?
КОЗА СЕРАФИМА. И знать нечего. Все девицы, когда влюбляются, такое лицо имеют.
ДУНЯША (жмурится). Счастливое?
КОЗА СЕРАФИМА. Маленько придурковатое.
ПЕСНЯ СЕРАФИМЫ.
ДУНЯША (не реагирует на реплику). И не знаю, с чего начать.
КОЗА СЕРАФИМА. Я знаю. Молодой.
ДУНЯША. Молодой!..
КОЗА СЕРАФИМА. Обходительный.
ДУНЯША. Ужас, какой обходительный!
КОЗА СЕРАФИМА. Брюнет.
ДУНЯША (с восторгом) Блондин! Мы с ним и раньше встречались, когда я в парке гуляла. А сегодня выхожу с базара, а тут – он! Позвольте, говорит, вам корзинку поднести…
……………….
…………………
Продолжение – в полной версии пьесы.
Дорогие друзья! Те, кого заинтересовал данный сценарий, могут получить его полную версию, если напишут мне в личные сообщения либо на электронный адрес:
ehvelina-p@yandex.ru
Невысокая цена – благодарность автору за его труд.
Искренне ваша, автор Эвелина Пиженко
Свидетельство о публикации №226112002087