Тысяча и один папик или два ящика Хеннеси
Следом в диалог ворвалась 23-летняя воинствующая моралистка Алевтина в растянутом свитере под горло с двумя дырками на локтях и засаленным хвостиком, стянутым резинкой, доставшейся ей по наследству от троюродной тётки:
— Тьфу, смотреть противно на эту силиконовую куклу! Всё в ней ненатуральное: и губы надутые, и душа продажная! Покарает Господь и эту бесстыдницу, и всех кобелей, которые на её вареники слюни пускают! Девушка должна быть скромной и до самой свадьбы вообще никому не давать, даже за руку не держаться! Вот я до сих пор чиста как слеза, и горжусь этим! Свят-свят-свят! — нацарапала Алевтина, в конце поставила пару злобных смайликов и, подумав, добавила ещё один — в виде креста.
В разгар моральных проповедей в ветку тихо просочился Эдуард Вениаминович, 52 года, в вязаной жилетке и с грустными глазами спаниеля:
— Люди, одумайтесь! Кекс — это абсолютное зло! От него одни болезни, нервы, алименты и износ организма! Призываю вас заменить эту грязную возню полезным досугом: утренней зарядкой, игрой в лототрон, художественной резьбой по пенопласту или вышивкой крестиком по металлу! Я вот уже пять лет ни-ни, и счастлив! Если кто хочет обсудить выжигание по чугуну — пишите мне в личные сообщения, я всегда онлайн, я очень жду...
Тут у Артурчика вообще загорелись глаза:
— Алевтина, малышка, забей на свадьбу, как у тебя с кексом? Погнали в «девятку», я тебя распечатаю с ветерком и улыбкой! И Эдуард Вениаминович, бро, кекс — это топчик, давай покажу на практике, никакой пенопласт рядом не стоял! Диана, и ты не молчи, прыгай в багажник, пишите все в личку!
Тут же снова выплыл «Охотник Сибири», за ним вклинилась бот-одиночка Диана, 27 лет, и сверху бабахнула Карина:
— Ой, мальчики, ну какой пенопласт, фу! — защебетал «Охотник». — Вы бы лучше оценили мои новенькие розовые стринги в сеточку! Сидят просто божественно, попочку подчёркивают! Жду одобряющих классов, мои хорошие! Девочки, мальчики, одобряете?
— Красивый, одинокий, в личку. Богатый, одинокий, в личку. Неженатый, с квартирой, одинокий, в личку, — протараторила Диана.
— Вы все козлы, вы все твари! Ты тварь, монашка Алевтина, ты тварь, пенопластовый импотент, ты тварь, бот Диана! Никакой любви нет, все только врут! Чтоб у вас всех носки на пятках протёрлись разом! — взвыла Карина. — И ты, Маргарита, тварь и мразь, умри!
— Алевтина, заткнись, старая дура озабоченная, на тебя без бутылки не взглянешь! Смотри, сожри уже свою резинку, а то тебя с ней в гроб положат девственницей! И сделай уже что-нибудь со своими тремя перьями на голове — смотреть тошно! Кто-нибудь, подарите Алевтине шампунь, такая девка пропадает! — припечатала Маргарита Павловна. — Вышивальщик по чугуну, у тебя на полшестого давно, пенопласт он строгает! Медвежатник в сеточке, сгинь! Какие ещё на хрен стринги — мужик ты или баба?! Я что-то не пойму: ты когда уже определишься, а то нам непонятно, как на тебя смотреть — как на бабу или на мужика?! Чтоб тебе стрингами всё место зажевало! А у тебя, кукла резиновая, пластинку заело — тут из мужиков только столетний дед без челюсти и импотент с пенопластом! И кстати, я что-то до сих пор не могу понять: как можно дожить до ста восьми лет?! Не подскажет никто? Можно писать в личку, я даже могу за это заплатить!
Свидетельство о публикации №226112101180