Город будущего. фантастический рассказ

Михаил Доломатов
ГОРОД БУДУЩЕГО
Фантастический рассказ

Я закончил химический факультет местного университета и специализировался на органической химии. По окончанию вуза был принят на работу в Институт промышленного органического синтеза, где прошел путь от старшего лаборанта до кандидата наук и начальника лаборатории.
Работа была очень интересная, но в семье сложилась тяжелая ситуация. Мой двадцатипятилетний сын Андрей и его жена Настя решили открыть свой бизнес в области автодизайна, взяли большой кредит, но не выдержали конкуренции и прогорели. У дочери случилось несчастье: она тяжело заболела, операция стоила больших денег. К тому же над нами висела ипотека.
Моей зарплаты и зарплаты жены Светланы не хватало, чтобы оплатить большие долги. Я пытался устроиться еще на одну работу, но это не принесло желаемого результата. На душе было очень тяжело, но вдруг на глаза мне попалось объявление следующего содержания: «В корпорацию «Город будущего» требуются опытные специалисты – генетики, физиологи, медики, химики, математики и программисты; зарплата от 30 000 долларов. Желающие могут заполнить анкету, размещенную на сайте по адресу …, и пройти конкурсный отбор.
Я решил испытать судьбу и заполнил анкету из 129 вопросов.
В анкете почему-то было не более 20 вопросов по профессиональной деятельности, остальные вопросы были личного и даже интимного характера: какими были отношения моих родителей; были ли у меня внебрачные связи с женщинами; какой цвет вам не нравится и, наоборот, ваш любимый цвет; часто ли ссоритесь с женой; за какую партию вы голосовали на последних выборах; какие болезни перенесли в детстве и тому подобное. Я старался ничего не приукрашивать и отвечал честно. Не скрывал, что до свадьбы встречался с женщиной, которая была на 7 лет старше меня, что иногда выпивал, что голосовал за ЛДПР.
Я отправил анкету и забыл про нее, однако через месяц мне предложили заполнить еще одну анкету, в которой также было порядка 100 вопросов, но уже связанных с моей профессией. Прошло еще немного времени, и мне пришло письмо, в котором предлагалось пройти собеседование по указанному адресу.
Небольшая фирма, куда меня пригласили, располагалась в индустриальном районе и называлась «Инженерный центр Прогресс». Меня направили в одну из комнат. Там за столом сидели мужчина и женщина в строгих костюмах и в очках с затемненными стеклами. «Офисные менеджеры», – подумал я. Анна Семеновна представилась менеджером по работе с персоналом; Аркадий Ипполитович Сермянов – мужчина с военной выправкой – представителем службы безопасности компании.
Я ожидал вопросов по работе, но мужчина спросил: «Как дела у вашего сына? Насколько он рассчитался с долгами? Как поживает ваша двоюродная сестра Ольга Тимофеевна в Германии?». Я понял, что эти люди знают обо мне всё, и отвечал на все их вопросы, ничего не скрывая. Потом было еще с десяток вопросов уже на детекторе лжи. Я подумал, что не пройду отбор, но по окончании беседы женщина сказала, что из 15000 кандидатов отбор прошли 250, а я попал в их число. И добавила: «Через некоторое время будет еще одна беседа. До этого вам нужно будет здесь пройти медицинскую и профессиональную комиссию».
Медкомиссия включала подробные анализы крови и рентгеновское сканирование всего организма, а также беседу с терапевтом, неврологом, психиатром и психологом.
Через две недели меня вновь пригласили на профкомиссию. В комнате, куда я вошел, за столом сидели 5 человек. Мне задавали вопросы по теме кандидатской диссертации, органической химии, термодинамике и квантовой механике. Я справился не со всеми вопросами и честно сказал, что многое не помню, поскольку окончил университет 27 лет назад. Потом мне сообщили, что я узнаю об итогах собеседования через неделю.
Вскоре меня опять вызвали в инженерный центр. За столом сидел пожилой человек, который представился Евгением Григорьевичем из отдела управления Города будущего.
«Игорь Иванович! Вам очень повезло», – сказал он. – «Вы попали в число 35 специалистов, отобранных из 15000 кандидатов для работы в городе будущего. Мы назначаем Вас экспертом второго ранга. Ваша зарплата будет 50 000 долларов ежемесячно. Это в 40 раз больше, чем Вы получали раньше. Но есть ряд условий: контракт заключается на год, затем по согласованию с руководством он может быть продлен. Рабочий день не нормирован и может достигать 12 часов в сутки. В период работы и последующее время Вы не должны покидать город, а также разглашать полученную информацию о работе и городе в письмах и сообщениях.
К сожалению, ваши жена, сын и дочь не соответствуют нашим требованиям. Поэтому работать и жить в течение года придется одному в общежитии, предоставленным городом. Если Вы согласны на эти условия, то подписывайте контракт и через неделю приезжайте к нам».
Я подумал, что за полгода смогу закрыть ипотеку и долги моих близких перед банками, поэтому контракт подписал не раздумывая.
Дома мой выбор одобрили. На работе меня не хотели увольнять, обещали в 2 раза повысить зарплату, но я сказал, что выбор окончательный и бесповоротный. В понедельник я сел на автобус и через 8 часов доехал до города Нижнеречинска. Оттуда до «Города Будущего» курсировало маршрутное такси, предписанное лично мне. В маршрутке вместе со мной ехали несколько молчаливых пассажиров – молодых и не очень. В дороге меня внезапно охватило какое-то незнакомое с детства чувство неведомого, на душе возникла тревога, мелькали какие-то грустные мысли. Неужели я ничего не достиг в жизни, и что мне даст этот год? Погода была хмурая и, несмотря на июнь, прохладная, капал мелкий дождь. Через два часа мы остановились перед высоким десятиметровым забором, за которым возвышались стеклобетонные серые здания и какие-то ангары. Вдоль этого забора с двумя рядами колючей проволоки, уходящего в бесконечность, проходила контрольно-следовая полоса и стояли вышки с вооруженной охраной. Увиденное вселило в меня неприятные ассоциации.
«Это что, зона?», – спросил я человека, стоящего рядом.
«Нет! Просто в будущее могут входить только избранные и посвящённые, – ответил тот. – Остальным вход категорически запрещен».
На КПП охранники тщательно сверяли и сканировали наши документы и проводили биометрию. После этого человек с погонами лейтенанта выдал нам какие-то браслеты-пропуски, на которых были выбиты наши инициалы. Так мы вступили в будущее. За КПП находилась площадка, у которой бесшумно остановился какой-то вагон, похожий на электричку с круглыми, как в самолете, окнами, который скользил по воздуху без каких-либо рельсов. Нас рассадили по местам, и вагон помчался. За окном мелькали неясные контуры каких-то башен и идеально прямые улицы, которые радиально сходились к городскому центру.
Вскоре мы остановились у здания, похожего на огромную черную коробку. Всем следовало приложить жетоны к дверям. Двери бесшумно открылись, и мы оказались в просторном зале, похожем на концертный. Внутри находилась вооруженная охрана и какие-то чиновники – мужчины и женщины в офисных костюмах. Нас рассадили по предписанным местам. Вспыхнули экраны, и ведущий объявил о начале собрания. В зал вошел человек, которого представили как Игнатьева Кирилла Федоровича – вице-директора Города будущего.
Кирилл Федорович начал говорить: «От лица генерального директора, Совета и Управляющей компании нашего города приветствую вас с вступлением на службу в корпорацию «Город будущего». Наш город впитал в себя не только лучшие достижения науки и техники, но и лучших людей нашей страны и человечества. Город был создан тридцать лет назад как частно-государственная корпорация, и основное финансирование исходит от крупнейших топливо-энергетических и оборонных компаний. Основная задача – поддержка и внедрение прорывных идей в области генетики, кибернетики, информационных технологий, фармакологии, медицины и нейрофизиологии, а также смежных наук. Подобные города имеются не только у нас, но и во многих развитых странах: Китае, США, Франции и Германии. Каждая новая идея, рожденная здесь, немедленно получает финансовую поддержку. Поэтому у нас с удовольствием работают талантливые ученые и изобретатели. Мы проникли в тайны нейроэлектроники и нейрофизиологии, освоили технологии биологического совершенства человека, соединили людей с компьютерами и сделали многое другое, что вам предстоит увидеть. Наша задача – сделать всех здоровыми и счастливыми. Мы – творцы нового сверхчеловека, свободного от биологических ограничений и предрассудков», – закончил речь Кирилл Федорович.
После него выступил представитель службы безопасности Сермянов: «Корпорация «Город будущего» является федеральной территорией и не относится ни к одному субъекту страны. У нас действуют свои законы и правила. Нам даются три дня на адаптацию на новом месте, а сейчас мы подпишем бумаги о ответственности за разглашение информации и ознакомимся с правилами города».
После оформления документов ко мне подошла какая-то женщина неопределенного возраста и сказала, что моё место жительства находится недалеко от места работы на центральной улице в номере 522 корпуса 3а.
В общежитии меня поселили на десятом этаже в большую комнату площадью примерно 50 квадратных метров, где имелись санузел, ванная, кухня и простой гостиничный интерьер: письменный стол, холодильник, двуспальная кровать и шкаф. Стены комнаты были с большим окном и телевизионными обоями, то есть огромными стереоэкранами. Из окна открывался изумительный вид на дубраву, ельники и маленькую речку с деревянным мостиком и чистой водой, в которой отражались кучевые облака, бороздящие синее небо.
В номере я ощутил одиночество и нехорошее предчувствие. Рядом не было ни друзей, ни родных. Мне казалось, что нити, связывающие меня с близкими людьми, здесь навсегда обрываются. Ночь прошла тревожно, мучили кошмары. Мне снились горящие черные башни, падающие на меня.
В 8 часов утра в номер постучали, и в дверь вошла женщина лет тридцати – симпатичная высокая брюнетка, в брючном костюме.
– Здравствуйте, – сказала она, – я Ваша секретарь. Меня зовут Анжелика. Сейчас я провожу Вас в столовую, которая находится на первом этаже, где Вы позавтракаете. В 8.40 заедет электромобиль, и Вас отвезут на работу.
В столовой я поднес наручный браслет к автомату, и оттуда поступила пища в каких-то контейнерах – индивидуальная, предназначенная только мне. Завтрак состоял из тарелки какой-то зернистой смеси, напоминающей кашу, чашки кофе и йогурта, а также двух бутербродов с маслом и сыром.
В 8.40 у входа меня ждала Анжелика.
– Вам понравился завтрак? – спросила она.
– Не очень, – ответил я.
– У нас в городе каждый получает свой завтрак, его подбирают с учётом физиологических особенностей Вашего организма. Если Вы захотите что-то другое, то можете с вечера делать дополнительные заказы в допустимого медициной пределах, но они будут оплачиваться из Вашей зарплаты и доставляться в номер.
Перед нами остановился беспилотный электромобиль, и мы помчались по идеально прямым улицам. Минут через 10 машина остановилась у какого-то здания: «Вам надо прикоснуться к дверям браслетом, и двери откроются».
На лифте мы опустились на минус третий этаж.
– Здесь ваша лаборатория, – сказала Анжелика. Мы прошли вдоль коридора с светло зелеными стенами. Вошли в массивную дверь, на которой была надпись «Начальник лаборатории».
Дверь открыла женщина-секретарь, как две капли воды похожая на Анжелику. В глубине кабинета на кожаном кресле восседал немолодой грузный мужчина с седой бородкой и большими очками в толстой оправе.
«Давайте познакомимся, – сказал мужчина. – Я Альберт Тимурович Ильясов, профессор химии и начальник лаборатории. Вы можете ничего не говорить о себе. Я познакомился с вашим досье. Там написано все о Вас и Вашей родне, даже больше, чем Вы о себе знаете», – засмеялся Ильясов и рассказал о себе: «Я родился в Перми, закончил МГУ и после 20-ти лет работы в одном из закрытых НИИ приглашен сюда и уже работаю здесь 15 лет. Только мне повезло больше. Жена и младший сын здесь со мной. Старший сын и дочь остались в Москве, не захотели сюда приезжать. Наша лаборатория занимается очень важной работой. Мы ищем птицу-счастье».
Встретив мой недоуменный взгляд, Ильясов рассмеялся и добавил: «Человек создан Всевышним в мире зеленой природы, но этот мир необратимо уходит от нас, потому что техническая среда активно замещает природу. Идет перерождение веками сформированной сущности человека, он является не только потребителем информации и техники, но и сам становится частью информационных систем. Одним словом, он переходит от природы в искусственную информационному техносферу. Прежняя природа человека сопротивляется такой перестройке среды, поэтому современные люди, погруженные в техносферу, подвержены стрессам, депрессиям и шизофреническим состояниям. Это неизбежно, но мы должны сгладить переход от человека разумного к человеку информационному.
Поэтому мы создаем «Гормоны счастья». Как Вы знаете, это обширная группа веществ биологически активных веществ, которые, воздействуя на мозг, способствуют хорошему настроению и ощущению всего наилучшего, даже если жизнь у Вас не всегда нормальная и хорошая. Напомню Вам, что молекулы дофамина, которые создают наш мозг, дают чувство удовлетворения достигнутым. Серотонин, который вырабатывает кишечник по команде мозга, обуславливает наше спокойствие и удовлетворение жизнью, а эндорфины дают нам ощущения удовольствия».
– Вы предлагаете мне заниматься алкоголем и запрещенными веществами?
– Нет, коллега, когда человек изрядно выпивает, алкоголь принудительно провоцирует выброс дофамина – нейромедиатора, который связан с чувством удовольствия. Возникает эйфория, и мозг дальше желает повторить это, но потом рецепторы становятся все менее и менее чувствительными, и чтобы снова испытать эйфорию, человеку требуется большая доза спиртного. Так возникает алкогольная зависимость.
Мы же идем принципиально другим путем: создаем вещества, которые оказывают очень слабое воздействие на рецепторы, но они способствуют выработке гормонов счастья без вредных привычек. Это транквилизаторы без вредных зависимостей, к которым относится, например, кофе. Малые добавки в пищу, например, в хлеб или картофель, улучшит настроение людей, подорванное информационной техносферой.
Наша цель – сделать всех людей нашей Земли счастливыми.
Работа предстоит очень сложная. Структуру новых веществ мы предсказываем на суперкомпьютере с помощью искусственного интеллекта, которые выдают варианты молекул. Затем мы синтезируем их в нашей лаборатории. В другой лаборатории физиологии проводятся испытания наших соединений. Если результат плохой, мы снова ищем наиболее хорошие молекулы; если результат хороший, нейрофизиологи передают вещества на испытания медикам в лабораторию экспериментальной медицины. Потом по их рекомендациям мы опять все повторяем и улучшаем молекулы.
Пройдемте в лабораторию. Я познакомлю Вас с нашим коллективом.
Он ввел меня в просторный зал, заставленный аппаратами и химическими установками. За аппаратурой работали пять девушек в белых халатах лет 25, похожие друг на друга, как две капли воды. На халате были прикреплены таблички: Люда, Оля, Таня, Женя и Лиза. Мне вдруг показалось, что я схожу с ума. «Эти девушки – близнецы?», – спросил я.
«Это не девушки, – ответил Ильясов, – точнее, это вообще не люди. Это репликанты-копии реальной девушки, напечатанные на устройстве, подобному 3D принтеру. Это копии, снабженные электронным мозгом и нацеленные на решение ряда сложных задач, в данном случае для химического анализа, с которым они справляются быстрей и лучше обычных лаборантов и инженеров. Кроме того, их пища – электроэнергия, они не устают и могут работать очень долго без зарядки. Должен сказать вам, что в нашем городе репликантов очень много. Кстати, Ваша секретарь Анжелика – не женщина, а репликант – слепок с образа реальной женщины».
Но пройдёмте дальше.
– Здесь работают наши эксперты, перспективные молодые ученые Роберт, Николай и Юрий.
– Они тоже репликанты?
– Нет, это настоящие люди – эксперты 3 и 4 рангов, – ответил Ильясов.
Мы подошли к человеку, который стоял у пульта управления аппаратурой.
– Это Федор Радиевич – наш специалист по взаимодействию с ИИ, инженер базы знаний. Он посредник между суперкомпьютерами и нами. Пройдемте дальше.
– Это Иван – инженер по аппаратуре.
– Это супруги Петр и Лидия Устиновы. Они биохимики, кандидаты наук, эксперты третьего ранга – прекрасные специалисты и очень талантливые сотрудники, прошедшие отбор. Они будут эффективно помогать Вам в решении задач химического синтеза.
Увиденное и сказанное произвело на меня тягостное впечатление.
Начались рабочие будни, и потянулись день за днем. Через месяц пришла зарплата, на 10% меньше обещанной по контракту суммы. В справке было указано, что я получил штраф за отклонение от обоснованной медициной нормы питания, полезного для организма, а также вычет за доставленную пищу. Деньги я немедленно перевел жене. В письме, написанном из дома, она благодарила меня.
Однажды Ильясов спросил меня, не скучаю ли я в городе, и рассказал мне о возможных развлечениях. Оказывается, в городе был большой дворец киберспорта, а прямо из дома можно было подключаться к театру и кино. Впрочем, театры и кинозалы в городе тоже были.
Как-то вечером ко мне подошла секретарь Анжелика и сказала, что хочет пригласить меня в театр на спектакль по комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь». «Начало через 10 минут», – сказала она.
– Но мы опоздаем к началу.
– Ехать никуда не надо.
Она дотронулась до кнопки на стене, и стена ожила. Герои комедии сошли со стен, и действие стало происходить прямо перед нами в комнате.
– Это что? Голограммы?
– Да, голограммы, но не только. В процессе игры идет волновое воздействие на нейроны мозга, и у вас возникает полное ощущение реальности.
В самом деле: я очутился в центре событий, и все действия происходили вокруг меня, комната наполнилась призраками актеров и их художественных образов.
– В Вашем театре ставят только спектакли для подъёма настроения, – сказала Анжелика. В основном комедии и мелодрамы. Трагедии запрещены Городским советом. Вы можете также посмотреть любой фильм, но только из списка, рекомендованного лично Вам.
В течение двух месяцев я пересмотрел все фильмы и спектакли из небогатого репертуара кино и театра, и мне изрядно надоели эти зрелища, в которых я был в центре событий. Действия чаще всего напоминали компьютерные игры, которыми я никогда не увлекался.
Жители города увлекались техническими видами спорта, особенно их интересовали воздушные мотогонки и фиджап-спорт, в котором часть соревнований проходила в обычной среде, а другая – в виртуальной. Трехмерные мотогонки на летающих мотоциклах проходили не только на треке, но и в воздухе. Спортсмену надо было не просто прийти первым к финишу, ему требовалось выполнить еще ряд фигур воздушного пилотажа. Меня эти зрелища особо не увлекали, но я понял, что ученые города достигли огромных успехов.
Однажды в выходной день я рассматривал октябрьский пейзаж за окном, который уже играл осенними красками. В дверь позвонили. На пороге стоял мужчина лет 50-55.
– Здравствуйте, – сказал он. – Я единственный ваш сосед по этажу, хотел бы с вами познакомиться.
– Проходите, пожалуйста, мне надоело сидеть одному. Здесь некуда пойти: работа-дом-работа.
– Меня зовут Роман Алексеевич, можете звать меня просто Романом, – сказал мужчина.
– Как вы относитесь к спиртному? – спросил он и достал из сумки бутылку коньяка.
– Это лучше, чем глотать мерзкие тошнотики местного производства.
Я кивнул головой. Он разлил коньяк по пластиковым стаканам.
– Кто вы по профессии?
– Я эксперт высшего ранга по местной классификации, кибернетик, главный специалист инкубатора репликантов. Мы печатаем этих андроидов.
– Вы давно здесь?
– В городе работаю уже 10 лет.
– Где вы достали коньяк? У меня в списке доставки спиртное ничего, кроме пива, не значится.
– У экспертов высшей категории другой список, Игорь.
– Вы не получаете штрафы за нарушение режима?
– Нет, мне доверяет Ипполит Илларионович – Председатель совета и Гендиректор города. Он позволяет некоторые вольности. Новичков здесь всегда жестко контролируют.
– А Кирилл Федорович?
– Кирилл тоже доверяет.
– Вы поработайте еще немного, Игорь, тогда лучше поймете наш город, войдете в доверие начальству и маленькие нарушения вам простят.
– Какой у вас замечательный пейзаж за окном, – он прикоснулся к какой-то кнопке, нарисованной на стене, и за окном я увидел черный вечереющий город с оскалившимися, похожими на акульи зубы силуэтами черных башен, покрытых густой щетиной антенн и щупальцами проводов.
– Что это?
– Это то, что вас окружает, на самом деле, любуйтесь. Ваше окно через Web камеру транслирует картинку, которая Вам подобрана в соответствии с вашими эстетическими переживаниями и настроением. На самом деле этот пейзаж находится далеко за городом. У меня за окном другое изображение.
Он щелкнул снова на кнопку, где опять появился привычный пейзаж, и засмеялся
В дверь постучали, вошла молодая женщина-горничная, одетая в рабочую одежду, и попросила разрешение убрать в комнате.
– Подойди сюда! – приказал ей Роман.
– Ты репликантка? – «Да» – ответила женщина.
– Дай руку», – женщина протянула руку – смотри, Роман ее рука холодная, температура тела репликантов, как правило, 25 градусов Цельсия. Это необходимо для поддержки нормального состояния микроэлектроники и биомеханики. Поздоровайся с человеком, и ты поймешь репликант он или нет.
– Смотри дальше.
– Разденься! – приказал он женщине.
Я оторопел от его слов: «Зачем вы это делаете?»
– Сейчас узнаете.
– Это не входит в условия контракта, Роман Алексеевич! – ответила женщина.
– Я только покажу человеку, как ты устроена, подними ногу. Обрати внимание: все ее женские органы устроены почти как у куклы.
– Всё, одевайся.
Женщина оделась и принялась убирать комнату.
– Так что, Игорь, не пытайся интересоваться горничной или секретаршей, ничего женского у них нет. Они – копии реальных женщин, узко запрограммированные на выполнение определенных функций.
– Особенно будь осторожен с красотками из охраны, которые носят мини юбки.
– Это агрессивные репликантки! – засмеялся Роман. – Начнешь приставать к девушке, получишь порцию нервнопаралитического газа или хороший электрошок.
– Если очень начнешь тосковать, через секретаря вызови репликантку для романтических встреч, те, по крайней мере, похожи на настоящих женщин. Но запомни: в нашем городе всё фальшиво, ничего настоящего нет, от пищи и пейзажа до людей. Здесь фальшивая любовь и грусть, слова и дела.
– Это наше будущее, Роман.
– К сожалению, да.
Так мы подружились с Романом.
К концу месяца зарплата опять была снижена на 15%. В справке отмечалось, что штрафное снижение обусловлено нарушением корпоративной этики, самовольного переключения окна и распитием спиртного.
«Неужели за мной непрерывно наблюдают», – пришел я в ужас и пожаловался Ильясову.
«Запомните: Вы под непрерывным контролем мудрого разума, сверхмозга, но это неплохо, это очень дисциплинирует. Мы к этому давно привыкли и не обращаем внимание».
В лаборатории кипела работа, но однажды я заметил исчезновение инженера Федора Радиевича и спросил Ильясова: «В чем дело? Он заболел?»
– Да, заболел, к сожалению, тяжелый случай. Он разгласил важные сведения о работе нашей и смежной лаборатории в переписке и разговорах с женой и дочерью.
– Его арестовали?
– Нет, все гораздо хуже. В Службе безопасности у него полностью стёрли память за последние три года, начиная с отбора на службу. Сейчас он находится в родном городе в психиатрической клинике. Там его лечат от шизофрении. Его близким объяснили, что все сказанное им – это маниакальный бред. Но вы не беспокойтесь, его функции по работе скоро будет выполнять новый специалист, так что судите сами.
Мне стало не по себе. Вечером я зашел к Роману, чтобы поделиться этой новостью. Тот указал мне пальцем на балкон и выход на крышу, которая одновременно была прогулочной площадкой. Он плотно закрыл за собой две двери, идущие в комнату.
Там я рассказал ему о случившемся и о штрафах.
– Запомни, Игорь, в комнате тебя слушают стены и лично Ипполит Илларионович. Более того, когда ты спишь, тебе дистанционно измеряют давление и делают анализы, иногда даже по альфа-ритмам мозга читают отдельные мысли в твоих снах.
– Послушай, Ипполит Илларионович – репликант или искусственный интеллект?
– Нет, он выше этого. Он супермозг и находится в центральном здании глубоко под землей. На официальных мероприятиях он присутствует в образе нескольких своих однотипных репликантов.
– Кто же им управляет?
– Я этого не знаю, говорят, что он самоуправляемая система.
– Мне хочется назад в прошлое, до конца контракта еще полгода.
– Почему вы, Роман, не уходите из этого города?
– Мне здесь хорошо живется, интересная работа, к тому же некуда идти. Двенадцать лет назад вся моя семья: отец, мать, жена и трое детей – погибли при вражеском ракетном обстреле родного города. Тогда от них и моего коттеджа ничего не осталось.
– Один мой коллега в аналогичной ситуации заменил жену и ребенка биорепликантами.
– Кто такие биорепликанты, Роман
– Это люди с поврежденным в результате болезни или катастрофы головным мозгом, или мертвые люди. Их человеческий мозг заменяют на электронный или биоэлектронный, а тело остается. Они очень похожи на людей. К счастью, я не занимаюсь этим, биорепликантов изучает институт электронной нейропсихологии и нейрофизиологии.
– Пойми одно: репликанты не люди, в них заложены компьютерные модели сознания, но нет души. Впрочем, некоторых это вполне устраивает.
Работа в лаборатории успешно продвигалась. Однажды Ильясов вызвал меня для срочного разговора. Он сказал, что вещество бетта-транквил 66, синтезированное нами на основе аминомасляной кислоты, показало очень хороший результат при испытании на животных и передано в лабораторию экспериментальной медицины для испытания на людях.
– «Поздравляю Вас! Это наилучший результат лаборатории за последние 5 лет», – сказал Ильясов. – Не хотите ли вы продлить контракт у нас?
Я честно ответил, что не хочу заниматься «Птицей счастья», и вернусь домой.
– Подумайте хорошо, Игорь Алексеевич, у вас удвоится зарплата и будет карьерный рост до эксперта высшего ранга.
Вскоре после этого события Роман предложил мне посетить школу будущего, директором которой был его хороший приятель – Кирилл Кириллович, доктор педагогических и психологических наук одновременно.
Несмотря на серьезные научные степени, Кирилл Кириллович оказался общительным молодым человеком лет тридцати и фанатом своего дела.
Он рассказал нам, что в его школе есть классы для подготовки гениев и обычные классы.
– С каких начнем?
– Конечно, с гениев.
Просторное здание школы, в которое мы вошли, поразило меня необычной звенящей тишиной: никого шума, криков и игр детей.
– У вас особые дети? – спросил я Кирилла Кирилловича.
– Не только, у нас особые методы обучения. Смотрите сами.
Мы вошли в класс. Ученики – дети лет 10-12 в темных очках – сидели, погруженные в какой-то полусон. Они даже не замечали нашего присутствия. Голос учителя с экрана объяснял им структуру итальянских предложений. Дети хором повторяли слова учителя.
Кирилл Кириллович пояснил: «Дети находятся в состоянии полу гипнотического сна. Мы используем возможности мозга, которыми наши ученые научились управлять. Мозг в создаваемых условиях сосредоточен на предмете полностью. В обычной системе ученик теряет нить урока через 10-15 минут, потому что мозг сопротивляется избыточной информации. Мы совместно с нейрофизиологами научились активировать мозг особым гипнозом и на порядки повысили его эффективность. В таком состоянии дети за год проходят 3 класса обычной школы, а за десятилетку еще программу университета и успевают выучить 5-7 языков. Это особые дети, мы тщательно отбирали их. Перед вами будущие высшие чиновники, дипломаты и ученые. Они не зависят от компьютеров, так как их мозг работает как компьютер.
– Я сам закончил этот класс – добавил Кирилл Кириллович. – Мы будем выводить новую породу людей.
В другом классе дети постарше: на вид – подростки 15-16 лет, они изучали математику. По-моему, учитель объяснял им правила тензорного счисления.
Я заметил, что к ушам детей примыкали небольшие коробочки, похожие на слуховые аппараты.
– Дети глухонемые? – спросил я
– Нет, это нейроэлектронные микроконтроллеры, которые обеспечивают связь микрочипов, вмонтированных в мозг детей с суперкомпьютерами искусственного интеллекта. Перед вами самые талантливые дети в мире. Они решают любые задачи математики и теоретической физики. В отличие от предыдущего класса, где максимально используется человеческий мозг. Здесь мозг человека встроен в компьютерные сети.
– А как же движение? Детям нужно бегать прыгать.
– Не беспокойтесь, для этого три раза в неделю у нас проводятся спортивные уроки, каждый второй ребенок имеет спортивный разряд.
– А как родители?
– Здесь школа-интернат. Мы отстраняем родителей. Родители калечат детей, забивают мозг всякой ненужной информацией и повышают информационную энтропию мозга. Особенно опасны так называемые бабушки и дедушки. Они передают ненужные традиции и часто опасные религиозные предрассудки. Только вне семьи возможно создать новых людей.
– А у Вас у самого есть семья?
– Моя семья – это школа! – восторженно ответил Кирилл Кириллович.
– Вы хотите обойтись без Бога?
– Мы материалисты и атеисты, и наши дети свободны от ненаучных идей. Эти дети должны считать себя самыми совершенными существами в мире.
– Это гордыня?
– Не выдумывайте всякие комплексы.
– Ваши дети изучают литературу?
– Да, изучают, но не всякую: мы исключаем вредные чтива, вроде романов Тургенева, Толстого и особенно Достоевского. Этих классиков мы вычеркиваем из программ обучения. Физику, математику и биологу эта литература вообще не нужна.
– Почему же?
– Потому что их образы рождают сомнения в возможностях человека и прекрасном будущем.
– А как же вы готовите гениев? Гениям свойственно сомнение в существующих парадигмах.
– Вы неверно рассуждаете, коллега. Гениальность – это свойство мозга с повышенной нейрофизиологической активностью. Да, нам очень хотелось бы больше гениев, но, к сожалению, пока наши дети становятся выдающимися и талантливыми специалистами, учеными. Гениев пока не было.
– Неудивительно. Гении имеют нестандартное мышление, а ваши методики учат шаблонно мыслить, вы подавляете свободу и независимость мышления.
– Категорически с Вами не согласен, – сказал Кирилл Кириллович, – мы раскрываем возможности мозга человека и стираем разницу между человеком и компьютером, поэтому гении скоро появятся.
– Ну, довольно спорить, господа, – сказал Роман. –продолжим экскурсию. Давайте теперь пройдем в обычный класс.
Мы открыли дверь стандартного класса. В этом классе сидели мальчики и девочки, тупо уставившиеся в мониторы.
– Дети получают информацию из сетевого суперкомпьютера и делают уроки, – пояснил Кирилл Кириллович. Вернее, это делает за них искусственный интеллект, а дети только ставят ему задачу и наблюдают этот процесс.
– Но тогда эти дети не усвоят даже таблицу умножения!
– А зачем она им? Зато школьники легко осваивают сложные игры с виртуальной реальностью, правила оплаты платежей, оформление заказов в магазин и прочие полезные вещи.
– А как же развитие?
– Не беспокойтесь. Это будут счастливые люди – квалифицированные потребители, как выражался один мудрый человек.
– Какая же судьба ждет ваших потребителей?
– Вскоре, они вырастут Им будет выделено от города 10-12 квадратных метров жилья для проживания и спаривания в случае необходимости, а также персональный суперкомпьютер и личный микрокомпьютер.
– Да, незавидная участь!
– Не беспокойтесь, Игорь Иванович! Эти люди будут выполнять несложную работу и общаться между собой. Они будут потреблять вашу счастливую пищу и жить в потрясающем воображение виртуальном мире компьютерных игр и развлечений. В них они будут сказочными героями – суперлюдьми. Это тот самый коммунизм, о котором мечтали Маркс, Ленин и их последователи.
– Но ведь эти философы предлагали коммунизм как реальность, а у Вас иллюзии реальности!
– Никак нет, человек не нуждается в реальности, ему нужны утопии.
– Обычным людям вообще не нужны большие знания, так как в будущем они будут выполнять определенные функции, и то, если сами это захотят. Но, поверьте, им ничего плохого не грозит, потому что управлять ими будут реальные суперчеловеки, которых вы видели в начале экскурсии.
Увиденное угнетало меня и укрепило намерение разорвать контракт после года отработки, но самое поразительное ждало нас впереди.
На работе Ильясов сказал, что моя группа добилась большого успеха. Препарат бетта-транвил 66 показал исключительно хороший результат в лаборатории экспериментальной медицины. И добавил: «Мы обещаем Вам продление контракта, перевод в эксперты высшего разряда и повышение оклада».
– Мне ничего не нужно, я не хочу создавать средства для обмана людей и поэтому ухожу по истечению контракта, – ответил я.
– Вы странный человек, – удивленно сказал Ильясов.
Через несколько дней ко мне подошел Роман.
– Пойдем, я покажу тебе наши творения, – сказал он. – Администрация города просит меня об этом. Видимо, ты завоевал у них особое доверие. Служба внутренней безопасности уже дала нам соответствующее разрешение.
Получив биометрические пропуска и минуя посты охраны из вооруженных полицейских репликантов, мы вошли в гигантское здание, черное, похожее на крытый футбольный стадион с куполом. Внутри здания перед нами возникли турникеты и еще один пост охраны. Дорогу преградила огромная лохматая собака, похожая на ньюфауленда и черного терьера одновременно.
От неожиданности я оторопел: собака хриплым человеческим басом попросила показать разрешение Службы безопасности.
– Пропусти их, Джумбо, – сказал низкорослый охранник. – Разрешение имеется у обоих.
При ближайшем рассмотрении я увидел, что охранник – шимпанзе в черном костюме и галстуке. Говорящие звери! Как это удалось сделать?
– Это опыты наших ученых генетиков и нейрофизиологов, они выполняют генную инженерию, активируют мозг животных нейрочипами, в результате те хорошо осваивают речь и усиливают интеллектуальные функции. Правда, творчеством они заниматься не могут, зато у них феноменальная память, они активно общаются с людьми и выполняют несложную работу. Например, они идеальные охранники.
Мы прошли дальше, и то, что я увидел, потрясло воображение. Огромные пауки, с середины туловища которых торчали восьмиглазые головы, стреляли из пулеметов, зажатых передними лапами, и без промаха поражали мишени.
– Кто это?
– Это солдаты будущего – биороботы.
В другом зале стояли репликационные конвейеры. В аппаратах, похожих на МРТ-томографы, лежали обнаженные люди: женщина и мужчина, а с аппаратов выходили их копии.
– Это наша фабрика репликантов, – сказал Роберт, – сейчас воссоздаются копии известного спортсмена-гимнаста. В другом аппарате печатают копии девушки-победительницы Конкурса красоты.
– Обратите внимание: насколько совершенны фигуры, которые внешне даже превосходят оригинал. Потом их начиняем электронными мозгами, и репликант готов.
Ночью меня терзали кошмарные сны: мне снились огромные пауки и репликанты, которые гнались за мной.
До окончания работы осталось полтора месяца, и меня вызвали на комиссию. В комиссии было три человека: представитель властей Кирилл Федорович – председатель комиссии; офицер службы безопасности Сермянов; главврач города Сутягин и женщина-кадровичка, та самая  Анна Семеновна, которая принимала меня на работу.
– Игорь Иванович, заходите, садитесь. Мы рассматриваем Ваше заявление о прекращении работы», – сказал Кирилл Федорович.
Затем слово дали кадровичке, та зачитала лестную характеристику Ильясова с перечнем моих успехов по работе, синтезом уникального препарата бетта-транквила 66, который рекомендован к внедрению. Характеристика заканчивалась рекомендацией к повышению должности с продлением контракта на 4 года.
– Ну что, продляем работу с Вами. За выдающийся результат Вам присвоим эксперта высшего ранга, Ваша зарплата удвоится. Ипполит Илларионович изучил Ваши данные и рекомендует продлить контракт на 5 лет, – заметил Кирилл Федорович.
– Но мне тяжело работать в этом городе. Я хочу вернуться к прежней жизни.
– Тогда мы разрешим Вам взять сюда жену или назначим Вам временную жену-репликантку.
Я категорически отказался.
Слово предоставляется врачу. Врач зачитывал данные о обмене веществ и состоянии внутренностей. Относительно нервно-психического состояния он отметил невроз, депрессию, неустойчивость настроения и неуверенность. Тогда слово взял Сермянов:
– За период работы Вы имели доступ к секретам города. Поэтому мы не можем выпускать Вас на его пределы в течение 5 лет. Ваша просьба может быть удовлетворена лишь при условии добровольного согласия на частичное стирание памяти.
– Стирание памяти в 75% случаев сопровождается снижением интеллектуальных функций и утратой ряда профессиональных компетенций, а нередко и состоянием раздвоения личности, близкой к шизофрении, – добавил врач.
– Так что решайте. На раздумье у вас месяц отпуска, который проведете дома под медицинским наблюдением. Но подумайте о последствиях своего решения и, самое главное, не вздумайте бежать. Наказание в подобных случаях очень жесткое: вы станете биорепликантом. Доктор назначит вам лечение депрессии вашим прекрасным бетта-транквилом. Подумайте хорошо, Игорь Алексеевич, – улыбнулся Кирилл Федорович.
Вскоре ко мне стали приходить врачи, ставили какие-то капельницы, от которых клонило ко сну, и я впал в состояние полного равнодушия, но потом начались события, о которых я вспоминаю с ужасом.
Я не видел Романа уже нескольких дней. Я позвонил ему, он ответил, что очень занят. Однажды ближе к ночи Роман сам позвонил мне и предложил прогуляться перед сном. Мы вышли на площадку. «Ты ничего не замечаешь?» – спросил он.
– Я не выхожу из дома.
– С Ипполитом Илларионовичем творится что-то странное: он начал выдавать в программах взаимно исключающие решения. В обычных невоенных репликаторах он начал задавать Программу ненависти к людям. Вчера репликант, ориентированный на уборку улицы, тяжело ранил одного нашего сотрудника. Мы пытаемся понять причины, но пока ответа нет. В супермозг попал какой-то компьютерный вирус. Будь готов к неожиданностям.
На следующею ночь в городе началось что-то страшное. Я включил реальное окно и с ужасом увидел, как восьмилапые пауки останавливают транспорт и расстреливают людей.
В дверь постучали: вошла горничная, и мое сердце вздрогнуло от ужаса, тело пронзила боль: вместо уборки репликантка принялось душить меня. Это существо обладало необычной силой. Я не мог разжать ее пальцы и только хрипел, задыхаясь.
К счастью, в комнату вбежал Роман. Он схватил со стола кухонный нож и всадил его в голову репликантке. Она ослабла и безжизненно упала на пол. Я сидел на полу, парализованный страхом и болью.
– Вставай, мы разобрались в причине: вирус в мозге Ипполита Илларионович включил программу уничтожения людей и перепрограммировал на это всех электронных охранников, солдат и репликантов.
В комнату опять постучали: «Откройте, это ваша секретарь Анжела». «Не открывай, – закричал Роман. – Сейчас я обезврежу ее электрошокером». Анжелла открыла дверь электронным ключом и тут же упала, парализованная электрошоком.
– Бежим!
– Не выходи! Все выходы перекрыты. Сотовая связь отключена, но руководство по каналам спецсвязи должно информировать большую Землю.
– Никому не открывай: продуктов и воды хватит на неделю.
– Куда ты, Роман?
– Мне надо помочь детям. Эти существа осаждают школу.
Вскоре над городом закружили вертолеты, с которых пытался высадиться армейский спецназ. Один вертолет врезался в крышу здания, экипажи двух других были уничтожены при попытке посадки. Пауки методично расстреливали солдат, которые старались поразить их из огнеметов. Наконец один из вертолетов приземлился на плоской крыше нашего здания. Солдаты заняли круговую оборону.
В городе начались пожары. «Люди! Кто живой – выходите!» – кричал в громкоговоритель полковник в форме ВДВ. Из нашего здания вышли я и еще пять человек. Нас поместили в бронетранспортер. В свете восходящего солнца предстали жуткие картины: на улицах лежали обезображенные тела людей и части тел репликаторов. Стена, окружающая город, была местами разломана и вокруг шли перестрелки снайперов спецназа с электронными солдатами, пауками и репликантами. Полковник попросил меня указать здания, где производили репликантов. «Конвейер до сих пор производит солдат», – сказал он.
«Выведите детей из школы, полковник!». Тот ответил, что этим уже занимается батальон МЧС и Росгвардия.
«Они прорвутся в города и села!».
«Нет, уже не прорвутся: за пределами города бои ведут мотострелки».
«Почему вы не стреляете по центральному зданию, где электронный мозг?».
«Нам категорически запретили это делать, мы только его обесточили, взорвали ЛЭП», – ответил полковник.
Так закончилось мое пребывание в чудо-городе будущего.
Я до сих пор ничего не рассказывал об этом. Официальная информация говорила о большом пожаре и взрыве на складе химреагентов в городе будущего с многочисленными человеческими жертвами. Родственники убитых и раненных получили приличные компенсации, кроме того, компания полностью оплатила расходы на похороны.
Роман не упоминался в списке убитых и раненных, значит, он продолжает свою работу.
Так неожиданно закончился мой контракт, но однажды, просматривая интернет, я увидел объявление: В корпорацию «Город будущего» требуются опытные специалисты – генетики, физиологи, медики, химики, математики и программисты, зарплата от 30 000 долларов. Желающие могут заполнить анкету, размещенную на сайте по адресу …, и пройти конкурсный отбор


Рецензии