Эпизод 14. 3 Турция
Вроде бы она должна была бы быть не такой жесткой, как Африка, подумаешь, чуть погорячее, чем родные пенаты. Зато – с историей, уходящей к корням, к самой земной магме.
Он потом думал, может зря он поспешил с такими сравнениями. Накликал, может?
В Турции до всех этих исторических деталей даже и не дошло. Потому как встреча получилась скомканной. С первых минут все пошло не так.
Не гостеприимна как-то Турция к нему отнеслась. Очень хмуро встретила. Землятрясением.
Смешно получилось: не успел сойти с самолета, как тряхануло. Прямо вместе с линкольном, встречавшим его частный самолет. Ну и сам самолет так же.
Шофер не подал виду, только газку вдавил – подальше от самолета и от зданий. А сам наш герой, путешествующий в одиночестве, испытал множество эмоций.
Рывком обернувшись к заднему стеклу, он следил глазами за удаляющимся самолетом, одиноко раскинувшим крылья на летном поле — словно приветствуя... а на самом деле напоминая, что как только хозяин захочет вернуться, вот он я. Всегда готов ко взлету. И, по ощущениям в удаляющемся салоне авто, нервно вздрагивающем то ли на кочках, то ли на поворотах, а может и на подрагивающей земле, этот одинокий самолетик на широком пустом пространстве был самым безопасным местом в данной ситуации. Вроде бы он даже и не дрогнул.
Зато дрогнуло все вокруг.
Птицы взвились стаями в воздух, их ор заглушил оставшиеся звуки, даже машинное радио.
Некоторые домики качнули крышами. Видишь такое, и сразу кажется, что перебрал с алкоголем. Потом вспоминаешь, что и не было никакого алкоголя.
Башни высокие, из тех, при строительстве которых сэкономили на материале, покосились. Вдалеке — он с наблюдал собственными глазами в окно машины, словно это был экран телевизора, а не настоящая картинка перед глазами – медленно ухнула чья- то крыша, и так же задумчиво, никуда не спеша поехала в сторону, как будто крышку с кастрюли сдвигала чья-то невидимая огромная рука.
С тех зданий, что были повыше повалились пласты отделки, какие-то балки, посыпалась пыль, крошащийся бетон, похожий на серую муку. Он высыпался кучками, комками, тонкими струйками и толстыми потоками, казалось бесконечно — где там его столько хранилось? Серая пыль развеивалась по воздуху, металась вокруг, потом тихо оседала, неравномерно, клочьями, напоминая материализовавшийся дым от обезумевшего джина, раскурившего свой гигантский прогорклый кальян .
С оглушительным грохотом ухнул вниз целый блок, отколовшись от одного из зданий , пластом, аккуратно отрезанным ломтем, отделившись, перекосился, из строго прямоугольника превратился в ромб, сложился вдвое и с треском опустился вниз, вздымая груды пыли, обнажая скелет из арматуры, гордо торчавший во все стороны своими ржавыми железными прутьями. Несколько секунд здание флегматично наблюдало это образовавшуюся дырку в середине собственного тела, а потом, словно до нее дошел смысл содеянного, так же трагично ойкнуло, запричитало скрипя и кряхтя и, скривившись, набросилось на груду разломанных плит и разорванных железных прутьев, словно безутешная мать, закрывающая всем своим телом пострадавшего ребенка.
В воздухе к истошному крику птиц добавились крики людей. Визги, плач, нечеловеческая ругань. Стоны.
Шофер включил музыку погромче. Наш герой набрал на телефоне номер пилота.
-Нам здесь не рады. - не здороваясь, впечатал он в трубку. - вылетаем назад. - и развернул машину.
Свидетельство о публикации №226112100047