Кон. Александр Ступнев
Дорогие друзья, уважаемые читатели!
Поводом для написания этой работы послужил тот вакуум, который существует сегодня в общедоступных источниках на тему Кона. Имея у себя эти знания, я счёл своим долгом заполнить пустующую нишу. Тема является фундаментальной, основополагающей в мировоззрении наших предков. Кон был источником всех направлений деятельности человека — от пахаря и архитектора до мистерий и духовных течений любого толка. По сути, речь об источнике познания и действия.
Источник этого знания для современного человека уже необычен, но для наших предков он не был ни необычным, ни тайным. То, что описано здесь, — это описание Кона и его составляющих. В конце этой цепочки стоит Пок;н — действие. Ему посвящён самый большой объём в этой книге.
Но даже так это не окончательный труд. Покон заслуживает гораздо большего внимания, и в будущем он будет раскрыт детальнее: будет описан тот самый механизм — источник, каким образом наши предки добывали, ведали знания. Как действие переводилось в осмысление, как опыт становился веданием. Здесь заложен фундамент, на котором этот механизм будет показан. Без понимания составляющих Кона разговор о механизме ведания невозможен. Об этом — впереди. Чтобы читателю сразу было понятно, из чего складывается эта система, кратко обозначу шесть ключевых наименований, которые здесь рассматриваются:
1. Дакон
2. Кон
3. Искон
4. Закон
5. Канон
6. Покон
У внимательного читателя может возникнуть вопрос: почему сам Кон стоит в одном ряду со своими составляющими? Дерево — это целое. Корень, ствол, ветви, листья, плод — его составляющие. Дерево не стоит в одном ряду с корнем или ветвью — оно то, без чего их просто нет. При этом каждая часть имеет свой смысл и свою функцию, но только вместе они — дерево. Но есть отличие: Кон, будучи объединяющим понятием, сам по себе несёт отдельную функцию — он не просто сумма частей, а та точка, где они сходятся и начинают работать как единое. Об этом подробнее в самой книге.
Кон не перечень терминов, а мировоззренческая картина механики жизни и обустройства. В книге эти понятия раскрываются не как абстрактные термины, а как поэтапная система пути зарождения и развития жизни. Путь развития самого человека заключается в разделе Покона. В нём линия от ощущения и поиска до точного действия. Это и есть тот самый перевод опыта в слово и смыслы.
Эти страницы могут быть полезны тем, кто ищет опору не в готовых догмах, а в живом опыте — и готов проверять написанное на собственной практике. Остаётся пожелать вдумчивого чтения, в результате которого хорошо забытое, забитое вернётся на своё законное место.
Аспект Кона
Наши предки жили по Кону — для них это было базовое понятие, своего рода основное знание о порядке мира. При этом «кон» имел много значений, и сегодня я хочу раскрыть одно из них.
Кон — это природное явление, движение Земли и Солнца. Если изобразить его просто, получится круг. А если вписать в круг прямой крест, линии обретут понятный смысл:
Вертикальная линия — ось дня: полдень и полночь. Верх и низ суточного ритма, его кульминация и самая тихая точка.
Горизонтальная линия — путь Солнца по небу: восход и закат. Моменты перехода, когда свет встречается с тьмой и наоборот.
Получается простая, но глубокая схема: круг как без(с)конечное движение и крест как главные точки отсчёта внутри этого движения. Именно по этим ориентирам предки чувствовали время и порядок дня, выстраивали свои дела и внутренние ритмы.
Четыре точки круга
Каждая из четырёх точек креста имеет не только астрономический, но и смысловой аспект — и у каждой есть своё название.
Стол — верхняя точка вертикальной линии, полдень. Это кульминация, точка наивысшей активности света. Стол — это настоящее. То, что лежит на нём прямо сейчас: текущие дела, решения, действия. Полдень — пик, когда всё максимально ясно и можно действовать с наибольшей силой, пониманием. Здесь решается, что из замысла станет реальным, а что так и останется намерением.
Престол — точка восхода на горизонтальной линии, слева. Момент начала, появления света. Престол — это то, что предстоит перед Столом, то есть предшествует ему. В практическом смысле — предстоящие дела, задачи, которые только ждут своего часа. Это момент, когда идея ещё только пробивается сквозь темноту, когда ты видишь направление, но ещё не взялся за дело. Престол — это готовность и намерение.
Апостол — точка заката на горизонтальной линии, справа. Момент завершения, ухода света. Апостол — то, что следует после Стола, то есть результаты твоих действий. Закат — не конец, а переход: плоды труда уходят в тень, становятся частью чего-то большего, начинают жить своей жизнью. Апостол — это и итог, и одновременно новое начало, потому что результат одного цикла становится почвой для следующего. Апостол — то, что держит свет, его сумму, итог.
Лока — нижняя точка вертикальной линии, полночь. Точка покоя, тишины, скрытого движения. Лока — это то, что скрывается, таится. Место, где зреют будущие замыслы и куда уходят результаты, чтобы там переродиться. По смыслу это как бы обратное прочтение Стола: если Стол — это явное действие, то Лока — его невидимая основа и продолжение. Если добуквенно смотреть — стол — лот, слот. Отсюда лотерея — может быть, а может и нет.
Четыре дуги круга
Но вернёмся к нашему кругу. Мы разобрали четыре точки — Престол, Стол, Апостол и Лока. А теперь посмотрим на то, что между ними: каждую четверть дуги. И вот тут раскрывается следующий слой смысла.
Толк — дуга от Лока (полночь) до Престола (восход). Это путь, по которому скрытое поднимается к свету: из тайны рождается замысел. Вспомним выражение предков: «взять в толк». В свете нашей схемы оно обретает точный смысл: «толк» — это то, что выходит из Лока, из скрытого. Чтобы что-то по-настоящему понять, нужно сначала извлечь это из тайны — из того, что таится в полночной точке круга. И уже оттуда понимание восходит к Престолу, где зарождаются планы. То есть «взять в толк» — это не просто «осознать», а пройти путь: от скрытого — к свету, от тайны — к замыслу.
План — дуга от Престола (восход) до Стола (полдень). Это дуга, где замысел оформляется, созревает, готовится стать делом. Название этой дуги происходит от слова «ланита» — левая щека круга. Корень «лан» здесь не случаен: именно отсюда берёт начало само слово «план». План — это то, что лежит между замыслом (Престол) и действием (Стол). План — линия от Престола. Это ещё не дело, но уже не просто идея — это оформленный замысел, готовый к воплощению.
Шира, или широта — дуга от Стола (полдень) до Апостола (закат). Это дуга, где план переходит в реализацию. Действие совершается, труд даёт плод. Щерица — правая щека круга, и не случайно это слово созвучно со словом «ширь»: именно здесь дело от Плана набирает широту, разрастается, становится видимым и осязаемым. До сих пор в речи бытует выражение: «Дело наше ширится» — и как раз оно очень точно описывает эту верхнюю правую четверть круга. «Ощериться» — показать зубы — значит показать результаты: вот они, трудясь на «ланите», мы оформили План, а теперь он набрал Ширь, и есть что показать, утвердить.
Прок — дуга от Апостола (закат) до Лока (полночь). Результат уходит в глубину, растворяется, усваивается — становится почвой, из которой потом родится новый толк. Это обратное прочтение всего цикла: сделанное не исчезает, а уходит в тайну, чтобы переродиться.
Целый круг
Получается стройная модель внутреннего ритма дня и дела:
Толк — из тайны к замыслу.
Престол — замысел, предстоящее.
План (от ланиты — левой щеки) — из замысла к готовности.
Стол — действие в настоящем.
Ширь — из плана к результату; здесь как раз и звучит: «Дело наше ширится».
Апостол — итог, переход.
Прок — результат уходит в глубину, становится почвой.
Лока — скрытое, источник нового цикла.
Круг замкнулся: Прок ведёт к Лока, Лока рождает Толк, Толк поднимается к Престолу — и всё по новой. Так предки не просто отмечали время суток, а выстраивали свои внутренние дела по этому ритму: начинали задуманное на восходе, вкладывались в главное в полдень, отпускали результаты на закате и оставляли место тишине и созреванию в полночь.
Что лежит на Столе
Итак, теперь, когда у нас есть названия всех частей круга — а по большому счёту, Кона, — нам важно для себя понять главное: действительность, настоящий момент, находится на Столе. У человека — или, как говорили предки, у самодея — того, кто сам действует, сам стоит, самостоятельно принимает решения — на Столе всегда должно что-то лежать. Вопрос в том, что именно. И вот это — краеугольный камень.
Дело в том, что современные люди часто не могут понять, что в жизни главное. Предки же это понимали — и поэтому на Столе у них всегда лежало прежде всего главное.
Что относилось к главному? Самое важное дело — то, которое начиналось один раз и заканчивалось только с наступлением смерти. И то не факт, что заканчивалось. Это то, что мы называем развитием — непрерывный, пожизненный труд над собой, над своим ростом, над своим путём.
Все остальные дела тоже ложатся на Стол, но они отстоят от главного по степени важности. Одни — ближе к центру, другие — дальше, на краю. Но главное всегда лежало в центре, являясь основой, и без него всё остальное теряло смысл.
Порядок на Столе
Таким образом, у нас появляется координация самого Стола. Но это не просто поверхность, на которой всё навалено, — на нём есть определённый порядок. И здесь важно понимать: то, что наши предки изначально называли столом, — не то, к чему мы привыкли на кухне. Столом называли пенёк — срез дерева с его кольцами. Вот это, собственно, и было Столом.
Соответственно, в центре — самое главное, а дальше по кольцам — всё остальное, разложенное по степени важности от главного. И, разумеется, кольца — это не просто слои, они все происходят от сердцевины, от сердечника пня. Каждое кольцо выросло из сердцевины, питается ею и без неё не существует.
Получается, что Стол — это не просто «настоящий момент», а живая структура: всё на нём связано через сердцевину, через главное дело. И если убрать сердцевину — кольца рассыпятся, потеряют смысл. Если же сердцевина на месте — каждое кольцо, каждое дело, даже самое дальнее, держится за счёт единства с ней.
Вот это и есть сборка в целостность через единство: не хаотическая груда дел, а живой срез, где всё вырастает из одного корня.
Смысл
Этот порядок на Столе — взаимосвязь, подчинённость прочих дел, отстояние их от центрального — и назывался смыслом. Не в том смысле, в котором мы употребляем это слово сейчас — как «значение слова» или «суть сказанного». Смысл — это живая структура дел на Столе, где всё связано с сердцевиной и через неё держится.
И именно в этом заключается смысл жизни. Единая связь, иерархия — смысл жизни, как правило, начинается практически с самого рождения и заканчивается смертью. Поэтому не может быть отрезка жизни без смысла — а потом вдруг он появляется, неважно когда человек приходит к осознанности.
Дело в том, что мы изначально рождаемся уже в природой заданном ладе. Дети обладают врождённым ладом — у них ещё нет выстроенной взаимосвязи нейронов, нет осознанного смысла, но сам лад, гармония с природой уже есть. Это данность, с которой мы приходим в мир.
Но люди умудряются в течение жизни накопить разлад — потерять эту врождённую цельность. А потом осознанно приходить к тому, чтобы опять лад собирать, восстанавливать то, что было дано изначально.
У предков такой проблемы не было, потому что её решала культура. Культура позволяла не терять ладную цельность с самого рождения — и поэтому смысл жизни у них тянулся непрерывной нитью от первого вдоха до последнего. У нас эта нить обрывается, появляется поиск: человек чувствует ущербность, ощущает, что чего-то не хватает, и начинается духовный поиск — попытка вернуть то, что у предков просто не утрачивалось.
И вот тут нам как раз и нужно понять, как всё было устроено у предков — как культура удерживала эту нить смысла и не давала ладу уйти в разлад.
Где происходит развилка
Самое время задать вопрос: а где происходит развилка? Она начинается ровно в точке полдня — на Столе — и тянется по правой верхней дуге, Шире, где «дело ширится».
Если центральный смысл жизни заложен правильно — на дуге Плана, от Престола к Столу, — то на Шире дело действительно ширится, как годовые кольца дерева: растёт из центра, от сердцевины, круг за кругом. Каждое новое кольцо — продолжение предыдущего, всё связано, всё держится за сердцевину. Дело жизни расширяется естественно и мощно.
Но если на дуге Плана был заложен не центральный смысл жизни, не твоё врождённое предназначение, а чужие цели — «будь успешным», «соответствуй», «докажи» — то на Шире ширится уже не твоё. И эта Ширь никак не связана со смыслом: она растёт, но не из сердцевины, а снаружи. Жизнь становится без(с)смысленной — не потому, что в ней ничего нет, а потому, что в ней нет связи между тем, что делаешь, и тем, зачем ты здесь. Кольца нарастают, но без сердцевины они — просто круги, которые ничем не держатся.
Смысл задан изначально
Получается, что смысл нам уже задан изначально — задан свыше. По этому смыслу развивается и живёт вся природа, все живые существа. Даже дерево — оно растёт по своему смыслу, от сердцевины, кольцо за кольцом, и не спрашивает зачем. Оно просто живёт по заложенному в него плану.
Нам нужно не придумать смысл, а осознать его — увидеть то, что уже есть. И как делали наши предки: взращивать его. Они понимали, что осознанность подобна свету, лучам — как солнышко. Не зря Кон — это природное явление, где Солнце порождает жизнь на Земле. Так и мы из своей сердцевины должны светить: осознанностью, самостоятельностью, самодеятельностью.
Вот и получается, что все кольца на Столе, связанные смыслом, освещены изначально заданным смыслом — как кольца дерева продиктованы солнцем. И когда человек живёт по этому природному, свыше заданному плану, он реализует своё предназначение в жизни. Не навязанное, не чужое, а своё — данное от рождения, от природы, от той сердцевины, которая есть в каждом.
Собственно говоря, так и надо поступать: жить по природному, свыше заданному плану — и тогда каждое дело на Столе будет не отдельным, разрозненным, а кольцом, выросшим из сердцевины и освещённым светом смысла.
Смысловой оборот
Когда человек понимает эту взаимосвязь — понимает, что у него на Столе есть подчинение дел, есть иерархия, что такое смысл и как всё связано, — у него появляется фильтр. Фильтр того, что попадает на Стол и в каком порядке: что ложится в центр, что в подчинённые кольца, а что вообще остаётся на далёкой периферии.
День — это оборот Земли вокруг своей оси. Так же и дела наши оборачиваются по Кону. Таким образом у нас выстраивается смысловой оборот — подчинённый центральному стержню.
И из этого смыслового оборота выстраивается наш внутренний мир — тот, из которого вытекает внешняя жизнь. Внутреннее определяет внешнее: какой смысл внутри — такая и жизнь снаружи.
Содержательная часть
Если смысл на месте, фильтр умножает оборотом Стол — как дерево умножает годовые кольца, круг за кругом, расширяясь из центра. Если смысла нет — Стол худой, оборот без(с)смысленный, ущербный: время течёт, дела оборачиваются, но без(с)смысленно, и жизнь истощается.
Отсюда вырастает важное понимание: у человека — свой Стол и Кон, но и у богов — свой Стол и Кон. Их оборот дел относится к несколько иному масштабу — он, разумеется, связан с нашей жизнью, но он шире, больше. Кольца расширяются, и ты постепенно захватываешь всё больший объём: в орбиту твоего Кона входит всё больше знания, дела становятся иными, масштаб — другим.
Вот в этом и заключено понятие «ширица»: не просто «дело ширится», а в орбиту твоего оборота, твоего Кона входит всё больше и больше — знания, дела, смыслы. Круг растёт подобно дереву: кольцо за кольцом, от сердцевины — к всё большей широте.
Взаимный Престол
Если смотреть в этом ключе на всю позицию жизни по отношению к сфере богов, к их Кону, к их обороту, то открывается поразительная картина.
По смыслу, по свыше заданной структуре, боги — это Престол для человека. Они предстоят перед нашим Столом: дают смысл, задают направление, освещают — как солнце освещает землю. То, что для нас идёт свыше, — это и есть Престол: предстоящее, то, к чему мы восходим и из чего черпаем замысел.
Но и результаты человека, если он становится настоящим человеком, — опорой неба. То есть род человеческий для богов — тоже своего рода Престол. Потому что от нас к ним восходит то, как мы живём: благое — помощь, либо неблагое — отсутствие помощи. Мы своими делами строим небу земную опору, и от того, что восходит от нас, зависит, стоит ли небо на земле крепко.
Получается круговорот из Кона в Кон: боги для нас — Престол по смыслам, по свыше заданному; мы для них — Престол по результатам, по содержанию нашей жизни. Они помогают нам — мы помогаем им. Они дают смысл — мы даём воплощение. И этот взаимный обмен и есть живая связь между землёй и небом, которая держит оба мира.
Верх и низ: отцовская и материнская половины
Если в этом глобальном ключе смотреть на саму схему Кона, то горизонтальная линия делит круг на две половины — и каждая имеет свой характер.
Верхняя половина — отцовская, светлая. Она ведёт в правь: туда, где управились до нас, где создано благое, хорошее, светлое. Если мы живём по замыслу — по круговороту от богов к человекам и от человеков к богам, — то мы через дела славим этот замысел. Мы — славные, и Славь в нас. Славь — это не народность и не этнос, это состояние: когда человек через свои дела собой прославляет божественный замысел, он славный. Если же мы не славные — не славяне в этом, исконном смысле, — то мы вырождаемся и отчуждаем высший замысел от себя, а вместе с ними — и помощь богов и благодать.
Нижняя половина — материнская, женская. Если верхняя половина — это свет, солнышко, то нижняя — это земля, тьма это то, что порождает. Это природа, древнее материнское начало, то, что рождает жизнь. Именно эту нижнюю половину и называли Навью — миром, где всё таится, зреет, хранится. Здесь нет яркого света, но есть сила корней: от неё всё берёт начало, и к ней всё в итоге возвращается. Навь — не «тёмное» в плохом смысле, а глубинное: как почва, которая питает дерево, даже когда мы не видим её. Это то, из чего рождается свет, и куда уходит сделанное, предки и мы, чтобы стать силой для нового круга.
Так смыкаются два мира: свет наверху даёт высший смысл, Навь внизу даёт силу и исток. И человек стоит ровно на границе — в Слави в нём свет и глубина встречаются. Отсюда он берёт замысел сверху и силу снизу, чтобы воплотить его в дело, которое потом уйдёт в Навь, станет почвой — и даст новый рост.
Кому-то эти сведения помогут, кому-то откроют глаза. Кто-то осмыслит, кто-то переосмыслит, а кто-то возьмёт в дело. Дело - де ло. То, что из Локи по двоичной структуре вероятности реализуется. Может выйдет, может нет. Но если опора Кон, то дело само делается.
Продолжаем наращивать Кон
Кольца Стола
На Коне точка восхода — это точка вдоха. Соответственно, запад — точка выдоха. Между вдохом и выдохом — горизонтальная ось, в которой живёт дыхание. Характер дыхания — возвратно-поступательное движение, поэтому горизонтальная линия — это посох. Посох — по солнца ходу. Так и назовём: горизонтальная линия — посох дыхания. Его пересекает столбовой посох — вертикальная линия. Точка пересечения есть ось вращения линий. Посох дыхания, вращаясь в горизонтальной плоскости, создаёт горизонтальное кольцо. Столбовая линия, вращаясь по вертикали, создаёт вертикальное кольцо. Два кольца, вложенные друг в друга, таким образом обозначают шар. Мы приходим к объёмной фигуре и уходим от схемы Кона на плоскости. Зачем эти усложнения? Это нужно для понимания взаимодействий следующего уровня.
Круг Кона, если смотреть на него с лица — на вертикальное кольцо (образованное вращением столбовой линии), — раскрывается как кольцо познания. Мамин посох — горизонтальная линия. Папин посох — вертикальная линия. Папин посох, вращаясь, создаёт кольцо — Стол познания. Мамин посох, вращаясь, создаёт кольцо — Стол деяния. Вершина кольца познания — зенит, полдень. Вершина кольца деяния — это проекция зенита, смещённая на кольцо деяния с кольца познания от себя. То есть центральная, дальняя точка при виде с лица.
Левая точка, восход (общая для колец) — называется Вес. Место, где мы взвешиваем. Это хорошо видно при самоходе (самостоятельное движение тела по естеству). Мы делаем вдох, и тело как бы берёт вес в руки, повисая на мышечном тонусе. Между телом и землёй действует сила тяготения, и здесь, на вдохе, мы эту силу ощущаем: тело принимает вес, земля держит. Это не мысль — это чувство телом. Поэтому мамино кольцо между полусферами земли и неба мы можем смело соотнести с чувствами. Поэтому мамино кольцо также является кольцом чувств. Что в русской сказке соотносится с серебряным царством.
Верхняя точка, полдень — Вис. Зенит. Точка максимального света, где всё становится зримым, явным. Здесь — знать, знание, значение, значимая величина. То, что было взвешено на восходе, здесь обретает вес смысла. Вис — это не «я думаю», а «я вижу», потому что свет позволяет видеть.
Правая точка, закат (общая для колец) — Весь. Целиком. «Вышел весь» — целиком прошёл, стал цельным. Выдох. То, что было взвешено и познано, отпускается целиком — без остатка, без недоговорённости. Фокус формирования, обретения формы. Точка запада общая для обоих колец, поэтому на ней оформляется как действие, так и то, что шло от Плана, — знание масштабируется: с идеи на лист, на цех, на завод, на страну.
Нижняя точка, полночь — Сев. Обратное прочтение от «Вес». Место, где идёт посев семени. Нижняя полусфера — материнская: земля, тело. То, что было познано наверху, падает вниз и становится семенем — потенцией нового роста. Знание превращается в семя, семя поднимется через Толк, к Плану, ширится и уходит в Прок, и снова становится семенем.
Вес ; Вис ; Весь ; Сев — это не просто точки на круге. Это фазы одного дыхания: взвешивание, знание, цельность, посев.
Вертикаль: Стол, деяние, сила
Тот же круг Кона, если смотреть на него со стороны полудня — по вертикали (мамино кольцо), — раскрывается как кольцо деяния. На нём те же точки с теми же названиями.
Те же точки, те же названия — но другое прочтение. Вис на папином кольце — это «я знаю». Вис на мамином — это «я делаю из этого знания». Одна точка, два кольца, два смысла. Точка запада — оформляю дело, оформляю план на масштабе.
Два кольца — познания и деяния — не существуют друг без друга. Они перпендикулярны, но растут из одной сердцевины, маминого посоха, и вместе образуют сферу Стола. Не плоский круг, а объём, который нарастает кольцо за кольцом — как годовые кольца дерева.
Кольца прирастают от середины
Кольца познания прирастают от сердцевины к периферии. Каждое новое кольцо — не новый факт, а новый слой связей. Ты проходишь по Кону, и тебе открывается то, что уже было, но на новом уровне: ты видишь связь, которой не видел раньше, — и она меняет всё, что ты видел до неё.
Кольца деяния прирастают так же — но через действие. Познал ; сделал ; познал новое через то, что сделал ; сделал больше. Это спираль, а не круг. Восхождение, а не возвращение.
Но так растёт только та сфера, у которой оба кольца синхронны. Если кольцо деяния растёт без кольца познания — человек действует из чужих закладок, из чужих образов. Кольцо есть, но оно пустое, без сердцевины. Если кольцо познания растёт без кольца деяния — человек знает, но не делает, и знание не проверяется, не становится весомым. В обоих случаях сфера растёт криво — не из середины, а с краю.
Вернись в свой лад, постигни суть — это про возвращение к синхронности. Оба кольца снова из одной точки, из сердцевины. Сфера растёт ровно.
Кольцо познания и познание Кона
Круг Кона — это общий Стол, потому что он не круг, а сфера. Стол содержит кольца — годовые кольца, кольца познания и кольца деяния. Они прирастают, и каждое новое кольцо есть новое значение, новое действие.
Когда ты идёшь по Кону, ты не изучаешь систему извне — ты внутри неё. Ты видишь детали, которые в ней содержатся, потому что движешься по ней, а не смотришь на неё. И в этом движении происходит двойное познание: ты познаёшь себя — потому что Кон внутри тебя, ты устроен по нему; и ты познаёшь Кон — потому что Кон вокруг тебя, мир устроен по нему.
Это не два процесса. Это одно событие. Каждое новое кольцо — ты стал чуть больше, и Кон стал чуть понятнее, и это одно и то же.
Кон — не теория, которую можно выучить. Это структура, которую можно только прожить. Проживание — единственный способ её познать.
Эта вторая часть о Коне появилась именно таким образом. Я работал в практике через самоход и увидел новые значения Кона: вес, вис, весь, сев. Увидел мамин посох, кольца — Столы деяния и познания — и осмыслил их взаимосвязь. И теперь поделился этим с вами. Таким образом к старому кольцу понимания Кона приросло новое, через деяние и благодаря ему.
Дакон
В процессе работы над статьями о Коне, при работе с информационными площадками в интернете обнаружилось, что сведения по понятию “кон” весьма скудны. Разрозненны, отрывочны, а местами — просто подменены чужими смыслами. Тот, кто ищет, что такое Кон, находит либо юридические справки, либо околонаучные рассуждения, либо фольклорные обрывки — но не цельную картину.
Из-за этого теряется полнота понимания того, как устроена жизнь глобально — от слепой материи, породившей всё, до ежедневного шага человека по земле. Выпадает звено, которое связывает космос и быт, природу и поступок, неизбежность и выбор. Без Кона картина мира рассыпается на осколки — законы, каноны, правила, — каждый из которых вроде бы что-то объясняет, но вместе они не складываются.
Данная книга, как я надеюсь, поможет выстроить эту картину целиком и убрать пробел в сведениях о Коне — не как о термине, а как о принципе, из которого вытекает всё остальное.
О понятии "дакон" нет никаких сведений. Ни в словарях, ни в академической литературе, ни в фольклорных записях. Слово не встречается ни как термин, ни как имя, ни как понятие. Создаётся впечатление, что оно вообще не зафиксировано — будто его никогда не было.
Именно это отсутствие — показательно. Потому что дакон — не термин и не имя. Дакон — это принцип. Принцип, который старше любого слова, любого учения, любой записи. Он был до того, как люди научились говорить. Его можно найти только в устройстве самого мира.
Что такое дакон?
Дакон — Создатель. Тот, кто сотворил небо, землю, космос. Вот это и есть докон. Как правильно, докон, или дакон? Правильно и то и другое, так докон - то что было до Кона, дакон — то что дало Кон.
Дакон — мать-природа. Изначальная материя, из которой всё произошло. Она слепая, неразумная, нечувствующая. Она не выбирает, не слышит, не решает. Она подчинена определённой логике, из которой вытекает жизнь. К ней обращаться без(с)смысленно — не потому что она не хочет, а потому что не может слышать. Она просто есть.
Слепота — не порок, а атрибут. Как зима не зла и не добра — она просто есть. Дакон — необходимость, рок, неизбежность.
Физика слепой материи
Н.В. Левашов в книге «Неоднородная Вселенная» даёт физическое описание того, что в славянской системе знаний, называется Даконом. И это описание — лучшее из известных — показывает, как именно слепая, неразумная материя порождает всё сущее.
Пространство изначально неоднородно. Это не следствие чего-то, это данность. Оно имеет разные свойства в разных местах — разную мерность. Это отправная точка, аксиома.
Материи — первичные формы, каждая со своими конкретными свойствами. Материя конечна — у её свойств есть пределы. Пространство — без(с)конечно.
Взаимодействие обоюдное. Пространство влияет на материю, а материя — на пространство. Материя распределяется по пространству по принципу тождества: туда, где свойства пространства совпадают со свойствами материи. Как жидкости разной плотности расслаиваются в сосуде — так и материи расслаиваются по пространству. Никто не направляет — они сами находят своё место.
В зонах, где соприкасаются пространства с разной мерностью, возникают зоны смыкания. Через эти зоны материи перетекают из пространства с большей мерностью в пространство с меньшей — как вода в низину. Она копится там, пока концентрация не станет критической.
Накопленная масса материй в зоне смыкания становится настолько избыточной, что начинает мешать дальнейшему втеканию. Мерность зоны теряет устойчивость — и происходит супервзрыв. Не потому что кто-то решил, а потому что таково свойство пространства и материи. Как перегревшийся паровой котёл: давление превысило предел — и котёл разорвало.
После взрыва возникают колебания мерности — новые зоны неоднородности. В этих зонах материи начинают сливаться, образуя гибридные материи. Чем больше материй сливается, тем устойчивее результат. Каждая гибридная материя нейтрализует зону деформации, в которой возникла — влияет на пространство с обратным знаком. Как камни засыпают яму на дороге — поверхность выравнивается. Но при накоплении гибридные материи сами вызывают новое возмущение — и процесс повторяется.
Всё движется само. Никакой воли, никакого выбора. Слепая материя в неоднородном пространстве — и из этого рождаются звёзды, планеты, жизнь.
Обратите внимание на само слово «материя». Мать-ерия. Мать. Та самая мать, что в темноте, в слепом космосе, в ночи — создаёт свет. Создаёт пространство. Создаёт миры, галактические и планетарные системы. Мать-материя — тьма, которая в результате оказывается светом. Слепая, неразумная, нечувствующая — и при этом рождающая всё, что видит глаз. Из тьмы — свет. Из слепоты — зримое. Из матери — материя. Это не метафора, а буквальное описание того, что происходит в неоднородном пространстве: слепая материя, не видя, не выбирая, не решая, — порождает звёзды, которые светят, и планеты, по которым ходят.
Планеты образуются в зонах искривления пространства за счёт последовательного слияния семи первичных материй — образуется шесть вложенных сфер, как матрёшки. Внутренняя, из семи материй, — это физически плотное вещество, наша Земля. Звёзды зажигаются там, где материя втекает в нашу Вселенную извне через положительный ноль-переход. Чёрные дыры — там, где материя вытекает.
Это и есть физика Дакона. Слепая, неразумная материя, которая не выбирает, не слышит, не решает, — но из которой, за счёт неоднородности пространства и принципа тождества, рождается всё: от зёрен пыли до звёздных систем. Рок. Неизбежность. Движение без воли.
Исторические параллели
Образ слепой матери-природы — древнейший архетип, проходящий через все традиции. Дакон нигде не назван по имени — но его следы видны везде:
Ананке (греч.) — богиня необходимости, неизбежности. Мать мойр — богинь судьбы. Между колен Ананке вращалось веретено, ось которого — мировая ось. С Ананке не спорили даже боги: сам Зевс не мог ничего создать без неё. Рок в античности выступал как «слепая, безличная справедливость». Прямо говорится об «ананке слепой материи».
Гея (греч.) — спящая мать. Уран, «глядя на спящую мать, пролил на неё оплодотворяющий дождь». Она не видит, что с ней делают, но рождает. Слепая, спящая — и из неё всё течёт.
Мать-Сыра Земля (славян.) — не имела персонификации. Не была богиней, обходилась без культа. «Общая для всех мать», кормилица, но не личность. «Гой еси, Сырая Земля матёрая! Матерь нам еси родная, всех еси нас породила…» У неё нет лица, нет глаз, нет выбора. Она — основа, но не субъект.
Тюхе, или Фортуна (греч./рим.) — слепая богиня случая. Раздаёт блага случайно, потому что не видит, кому даёт. Слепота = неспособность выбирать.
Фемида — слепая богиня правосудия. Повязка на глазах — не недостаток, а знак: она судит не по лицу, а по необходимости.
И главное: исторически образ Великой Матери-природы и образ слепой Судьбы слились в один архетип. Вера во всеобщую богиню-Мать позднее слилась с понятием о слепой Судьбе и Необходимости. Это и есть Дакон — только без имени.
Почему к Дакону нельзя обращаться?
Дакон — слепая материя. Она породила жизнь, но не потому что захотела, а потому что таково её свойство. Она не разумна — она логична. В ней есть логика, из которой вытекает жизнь, но нет сознания, которое могло бы услышать обращение.
Молиться Дакону — всё равно что молиться гравитации. Гравитация работает. Она держит звёзды на орбитах и яблоко на ветке. Но она не слышит. Не потому что равнодушна — а потому что у неё нет ушей. Так и Дакон: он держит всё, но не слышит ничего.
Что Дакон породил?
Дакон — мать-природа — породила живых существ, в том числе людей. Из людей появились человеки. Из человеков — род богов.
Боги внесли смысл и порядок в то, что создала слепая природа. Могут управлять природой, перестраивать планеты, создавать жизнь.
Боги — творцы. Дакон — создатель. Творцы могут творить в том, что уже создано. Создатель — тот, кто создал само всё. Это — принципиальное отличие.
Дакон породил Кон, Кон породил всё остальное — включая богов.
Суть движения слепой материи
Дакон слеп, но он движется. И движется сам — без воли, без выбора, без направления извне. Это суть движения в слепой материи: всё движется само.
Природа не решает расти — дерево растёт само. Не решает течь — река течёт сама. Не решает рождаться — жизнь рождается сама. Слепая, неразумная — но движущаяся.
В русской сказке этот принцип передан через дары Бабы-Яги: клубочек, который сам катится; гребень, который сам лес растит; полотенце, которое само реку делает. Приставка «само-» — это и есть отпечаток Дакона в языке. Движение без воли. Слепое, но живое. Баба-яга дарит волшебные вещи, по этой аналогии движение самостоятельное, есть атрибут волшебства.
Резюме
Дакон — слепая мать-природа. Создатель. Рок, неизбежность. Она не слышит, не выбирает, не решает — но из неё всё потекло. К ней нельзя обратиться. Но через Кон к ней можно быть причастным. И об этом — следующая глава.
Кон
В прошлой главе мы разобрали, что такое Дакон. Само слово «докон» буквально означает: то, что было до Кона. Не вместо Кона, а до него.
Появился ли Кон и исчез Дакон?
Нет. Всё существует вместе и одновременно. Дакон никуда не делся. Слепая материя по-прежнему создаёт пространство, звёзды, галактики. Она была, есть и будет — как фундамент, на котором стоит всё остальное.
Главное отличие
Дакон — неживая материя. Слепая, неразумная, нечувствующая. Она создаёт пространство, звёзды, галактики, планеты — даже те Земли, на которых впоследствии зарождается жизнь. Но сама она — не жизнь.
Кон — живая система. Кон появляется в тот момент, когда на Земле, на землях, в космических пространствах зарождается жизнь. Не раньше, не потом — а именно тогда, когда слепая материя порождает живое.
Докон — о неживой системе. О слепой материи, что создаёт звёзды и планеты.
Кон — о живой системе. О том, что возникает, когда материя становится живой.
Кон — живая система
Кон обусловлен взаимодействием небесного светила — Солнца — с Землёй, способной породить жизнь. Это взаимодействие в своих ритмах, циклах, временах — и есть Кон.
Солнце даёт свет и тепло. Земля принимает и рождает. Между ними — ритм: день и ночь, зима и лето, восход и закат. Этот ритм не придуман. Он возникает из движения двух небесных тел друг относительно друга. И именно в нём зарождается и существует жизнь.
Кон содержит в себе:
Ритмы — суточные, годовые, лунные. Восход и заход. Смена сезонов. Приливы и отливы.
Циклы — рождение, рост, увядание, смерть, новое рождение. Семя прорастает, дерево растёт, плодоносит, умирает, даёт новые семена. Всё живое проходит цикл — потому что Земля проходит цикл вокруг Солнца. Это также как и в Даконе существует цикл галактической ночи и галактического дня, или иначе — день Сварога, ночь Сварога. Суть их в том, какой состав материй доминирует в тот или иной момент своим влиянием на землю. Условно «грубые» или «не грубые» материи по-разному влияют на рост и развитие сознания и душевных качеств. Циклы Дакона, разумеется, длиннее циклов Кона.
Времена — весна, лето, осень, зима. Каждое время имеет свои свойства. Весна — пробуждение, лето — рост, осень — урожай и увядание, зима — сон и подготовка. Зимой не сеют — не потому что запрещено, а потому что Кон не даст расти.
Смыслы — каждый элемент Кона имеет своё назначение. Свет — чтобы греть. Тепло — чтобы расти. Вода — чтобы питать. Земля — чтобы держать корни. Ничего лишнего, ничего без смысла. Убрать один элемент — разрушится целое.
Кон — не перечень живых существ и не список правил. Кон — это сама живая система, где ритмы, циклы, времена и смыслы пронизывают друг друга, как корни пронизывают землю. Всё со всем связано. Всё — одно.
Что осталось от Кона в информационном пространстве
Если с Даконом всё ясно — слово нигде не встречается, — то с Коном ситуация иная. Следы есть, корень жив. Но они — именно обрывки. Осколки. Целое утрачено.
Корень «кон» — праславянский, восходит к kьn со значением «начало, ряд, порядок, край, конец». В древнерусском языке существовало слово конъ — «начало, предел, граница, порядок».
В словаре Даля: кон — начало, предел, рубеж, межа, порядок.
Словарь Брокгауза и Ефрона: «кон в древнерусском языке означало начало, а вместе с тем границу, предел, наконец, подобно верви — общину».
Церковнославянский словарь фиксирует: конъ — предел, начало, конец.
От этого корня — ряд слов, которые сегодня живут сами по себе, уже не связываясь в целое:
Начало и конец — слова-родственники, восходящие к одному корню kon через чередование k ; ч (палатализацию) и носовой гласный. В разных славянских языках «конец» называет как конец, так и начало.
Конец — уменьшительное от «кон» с помощью суффикса -ец.
Доконать — довести до конца, окончательно решить. От основы «кон», а не «конец».
Досконально — до конца, полностью, до предела.
Кончина — конец жизни.
Кон — партия в игре, очерченное место. «Поставить на кон» — от того же корня: отметка, предел, от которого отсчитывают.
Вот, собственно, и всё. Само слово "кон" в его основном значении — «начало, порядок, основа живой системы» — вышло из употребления. Слово было, корень остался, а понятие — исчезло.
Наши предки брали Кон как основополагающий, жизнеопределяющий, фундаментальный принцип — и отталкивались от него во всех своих деяниях. А сегодня — вакуум. Целое стёрто. Остались осколки: «конец», «досконально», «поставить на кон». Слова живы, а связь между ними утрачена. Каждый осколок живёт сам по себе, со своим значением, никак не связанным с остальными.
Напрашивается вопрос: случайность ли это? Или информационная диверсия — когда основополагающий принцип, на котором стояла вся система жизни, был целенаправленно затёрт, а от него оставили лишь обрывки, чтобы никто не догадался собрать их обратно?
Персонификация Кона
Дакон персонифицирован в мифологии — Ананке, Гея, Фортуна, Фемида. Слепые богини судьбы, спящие матери, слепые судьи. Это всё — лица Дакона, данные ему людьми, чтобы было с чем работать.
А персонифицировали ли Кон? Да. Кон тоже получил своё лицо — но иначе, чем Дакон.
Возьмём выражение «все мы рабы божьи». Сейчас оно звучит как религиозная формула: рабы — того самого Бога, который на небесах. Но изначальный смысл — другой.
Раб — тот, кто зависит. Невольник. Заложник. Раб божий — тот, кто полностью зависит от Кона. От взаимодействия Солнца и Земли, от которого зарождается и держится жизнь. Погаснет Солнце — исчезнем. Перестанет рожать Земля — исчезнем. Мы — заложники этого взаимодействия. Мы не выбирали, когда родиться, не выбирали, где стоять ногами, не выбирали, под каким солнцем жить. Кон держит нас — как гравитация держит камень на земле. Камень не решает лежать. Он лежит.
Вот это и есть рок — то, чем нельзя управлять. Рок — не наказание и не чья-то злая воля. Рок — неизбежность, заложенная в самом устройстве живой системы. Солнце встаёт — не потому что мы попросили. Зима приходит — не потому что мы заслужили. Мы внутри Кона, и Кон нами движет — как движет реку русло.
И здесь — важное различие: рок и судьба — не одно и то же.
Рок — то, чем нельзя управлять. Дано. Условие игры. Ты родился здесь, под этим солнцем, на этой земле, в этом теле. Это — рок.
Судьба — то, чем управлять можно и нужно. Судьба начинается там, где рок кончается. Рок даёт исходные условия, а судьба — это то, как мы с ними обходимся. Как живёшь по Кону — или против него. Куда идёшь, что выбираешь, как отвечаешь на то, что дано.
Путать рок и судьбу — значит либо впадать в безысходность («всё предрешено, ничего не зависит от меня»), либо впадать в гордыню («я всё решаю, Кон мне не указ»). И то, и другое — ошибка. Рок — рамка. Судьба — то, что внутри рамки.
Но чтобы управлять судьбой, нужно ответить на основополагающие вопросы мировоззрения. Как устроен мир? От чего и что происходит? Откуда берётся рок? Откуда — судьба? Без ответов на эти вопросы управление судьбой превращается в блуждание вслепую. Ты пытаешься рулить, не понимая, по какой дороге едешь.
Именно здесь Дакон и Кон дают те самые фундаментальные и, как их ещё называют, проклятые вопросы — философского, религиозного, любого толка. Не ответы из книги, а рамку, через которую ответы становятся возможны. Дакон показывает, откуда всё. Кон показывает, по чему всё живёт. Как говорили раньше — танцевать от печки: печка даёт тепло, от печки начинается движение жизни. Так и здесь: Дакон и Кон — та печка, от которой отталкивается всё остальное. Поняв их, ты понимаешь, в каких условиях находишься, что от тебя зависит, а что нет — и начинаешь не просто плыть по течению, а осознанно взаимодействовать, влиять, управлять.
Рок и судьба в русской волшебной сказке
Особенно ярко это выражено в русской волшебной сказке. Героиня — падчерица. Мачеха — злая, жестокая, выгоняет её в лес, на верную гибель. Знакомый сюжет? Да. Но что стоит за ним?
Мачеха — рука Дакона. Рок злой судьбы. Она не знает милосердия, не различает добра и зла — не потому что выбрала быть жестокой, а потому что слепая. Она не видит, кому делает больно. Она не хочет творить зло — но тем не менее творит. Такова природа Дакона: слепая сила, которая не выбирает, а просто движется. И в рамках суровой реальности, в которую мы помещены, мы вынуждены как-то с этим справляться. Адаптироваться. Выживать.
Мачеха выталкивает героиню из дома — не по злому умыслу, а по роду. По слепому роду. И героиня уходит — в лес, в пространство между, где действует уже не только Дакон.
Баба-Яга — точка смыкания. Она тоже символ древней матери, и тоже имеет отношение к Дакону. Но одновременно — уже к Кону. И вот почему:
Она не просто встречает героиню — она даёт ей дары с приставкой «само-»: клубочек, который сам катится, гребень, который сам лес растит. Это — движение слепой материи, отпечаток Дакона. Но Баба-Яга делает ещё одно: она даёт путеводное — куда двигаться. Клубок не просто движется сам — он указывает дорогу. Здесь слепое движение обретает направление. Неосознанность смыкается с осознанностью. Рок — с судьбой.
Именно на это следует обратить самое пристальное внимание. Баба-Яга — не Дакон и не Кон. Она — точка перехода. Место, где слепая сила начинает видеть дорогу. Где рок, которым нельзя управлять, превращается в судьбу, которой управлять можно и нужно. Героиня получает от Бабы-Яги не просто дары — она получает возможность: следовать за клубком, слушать дорогу, идти не вслепую, а по Кону.
Мачеха выталкивает — слепой рок. Баба-Яга даёт путеводное — начало судьбы. Героиня идёт за клубком — жизнь по Кону. Так в сказке разворачивается путь от Дакона к Кону, от рока к судьбе, от слепоты к зрению.
Ещё примеры персонификации Кона
Кон — взаимодействие Солнца и Земли, порождающее жизнь — не оставался безымянным в народной памяти. Он проступает повсюду, только нужно знать, куда смотреть.
«Жили-были дед да баба». Многие русские сказки начинаются с этой формулы. Дед — мужское начало, небесное. Баба — женское, земное. Не случайно именно эти слова, а не «муж и жена» или «царь и царица». Дед и баба — древние, старшие, изначальные. Дед — от того же корня, что и «даждь» — давать. Баба — от того же корня, что и «баба-яга», древняя мать. Вместе они — не просто старики в избе. Они — небо и земля, от взаимодействия которых всё начинается.
Миф о Яриле и Матери-Сырой-Земле. Славянский миф прямо описывает Кон как живое взаимодействие: «Лежала Мать-Сыра-Земля во мраке и стуже. Мертва была — ни света, ни тепла… И пламень взора светлого Яра в одно мгновение пронзил слои мрака… и где Ярилин взор прорезал тьму, там воссияло солнце красное… Мать-Сыра-Земля от сна проснулась… Жадно пила она золотые лучи живоносного света… и от жарких его поцелуев разукрасилась злаками, цветами, лесами, морями…». Это не описание Дакона — здесь уже есть жизнь, уже есть отклик. Земля не просто принимает — она просыпается, пьёт, рождает. Солнце не просто светит — оно целует, греет, даёт. Это и есть Кон в его чистом виде: живая система взаимодействия двух начал.
Князь Владимир «Красно Солнышко» в былинах. Не просто эпитет. В народном сознании образ князя слился с образом солнца — того самого, что даёт свет и тепло земле. Былинный Владимир — не исторический Святославич, а солнечный царь, вокруг которого собирается жизнь. Это персонификация Кона на уровне социальной памяти: солнце-как-князь, князь-как-солнце. Князь – кон язь (знать, блюсти Кон).
Сварог и Дажьбог. Сварог — бог-кузнец, небесный огонь. Он «выковал Солнце и дал его своему сыну Дажьбогу, чтобы он нёс его по небу». Дажьбог — бог солнца, «бог-даятель», распределяющий блага. Сварог даёт — Дажьбог несёт. Небо куёт — солнце раздаёт. Земля принимает — жизнь рождается. Вот эта цепочка: небесный огонь ; солнечный свет ; земная жизнь — и есть Кон, развёрнутый в мифологические имена.
Перун и Велес. Их противостояние — не война добра со злом, а отражение базового мифа о взаимодействии неба и земли, грома и подземного мира. Перун поражает молнией, Велес прячет скот и женщин под землю — Перун побеждает, и «освобождаются воды, несущие живительную влагу полями». Дождь льёт — земля рожает. Гром бьёт — жизнь возрождается. Это Кон в его грозовом цикле: небо бьёт — земля отвечает — жизнь продолжается.
Микула Селянинович и Святогор. В былине о Святогоре богатырь хвастается, что перевернул бы небо и землю, если бы нашёл кольца. Но Микула бросает на землю сумку с «всей тягостью земной» — и Святогор не может её поднять, погружается в землю по колено. Микула — пахарь, олицетворение земледельческой силы, земли, рождающей хлеб. Святогор — титаническая сила, которую сама земля не выдерживает. Кон ставит на место того, кто выше него. Земля сильнее того, кто хочет её перевернуть.
Курочка Ряба. «Жили-были дед да баба, была у них курочка ряба. Снесла яичко — не простое, золотое». Дед и баба — небо и земля. Яйцо — космическое яйцо, мировой зародыш, в котором «подобно желтку, расположена сама Земля», а скорлупа — небо. Курица — Мокошь, богиня судьбы и плодородия. Мышь — хтоническое существо, земля, которая разбивает золотое яйцо. Золотое яйцо — мир, не тронутый жизнью. Простое — мир живой, земной. Сказка говорит: не держитесь за золотое, мёртвое — живое лучше. Кон живой — и он важнее любого золотого идеала.
Все эти примеры — не разные сюжеты, а один и тот же Кон, увиденный с разных сторон. Небо и земля. Солнце и почва. Гром и дождь. Дед и баба. Сварог и Дажьбог. Перун и Велес. Везде — два начала, взаимодействие которых порождает и поддерживает жизнь. Это и есть Кон. Не придуманный, а увиденный — и названный разными именами.
Религиозный аспект. Библия
Нельзя обойти и религиозный аспект — столь распиаренный духовенством. Библия, по сути, описывает то же самое: жизнь, порождаемую светилом. Только здесь светило персонифицировано — и имя ему Иисус.
Иисус — солнце. Не в переносном смысле, а в прямом. «Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни» (Ин. 8:12). «Солнце праведности» (Мал. 4:2). Живёт, как солнце: дарит свет, дарит чудо, дарит знания — чтобы люди ожили, вышли из тьмы, из рока, на свет. В греческом оригинале Евангелие от Иоанна начинается со слов «Искони бе Слово» — а не «В начале было Слово», как в более поздних переводах. Искони — из Кона.
Рождеству предшествуют святки — праздник, который празднуется до сих пор: дети ходят по домам, поют песни, колядуют. Но вот на что стоит обратить внимание: святки — от слова «схватки». Схватки перед родами. Солнце в декабре замирает, дни едва движутся — мир корчится в родовых схватках. Тьма дольше не отпускает. И это не метафора — это астрономическая реальность: солнце остановилось в нижней точке, и что-то должно родиться. Святки — предродовые муки. Солнце готовится к рождению.
Рождество 25 декабря — это день зимнего солнцестояния в юлианском календаре. Самый короткий день, самая длинная ночь. После него — солнце рождается заново: дни начинают расти. Римляне праздновали в этот день Dies Natalis Solis Invicti — День рождения Непобедимого Солнца. Церковь не стала отменять праздник — она его переименовала.
Звезда на востоке, по которой волхвы нашли младенца, — Сириус, ярчайшая звезда ночного неба. 24 декабря Сириус выстраивается в одну линию с тремя звёздами пояса Ориона — те самые «три царя» — и указывает на точку восхода солнца 25 декабря.
Дева Мария — созвездие Девы. Латинское Virgo означает «дева». Солнце проходит через это созвездие, и в древних представлениях «рождается от девы» — то есть восходит в созвездии Девы. Корень «дв» в слове «дева» — тот же, что в словах «два», «дверь», «диво», «вид»: двойственность, открытие, явление.
12 учеников — 12 зодиакальных созвездий, через которые солнце проходит за год.
Крест — астрономическое понятие. Небесный крест образуется двумя линиями: эклиптика (путь солнца по зодиаку) и небесный экватор. Точки их пересечения — весеннее и осеннее равноденствие. Точки поворота — летнее и зимнее солнцестояние. Четыре точки — крест.
22 декабря солнце достигает самой низкой точки на небе и зримо останавливается — на три дня. В эти три дня оно находится вблизи созвездия Южного Креста. 25 декабря солнце поднимается на один градус севернее — рождается заново. Солнце, умершее на кресте, было мертво три дня, чтобы воскреснуть. Собственно, как и Иисус был распят на кресте и воскрес.
Пасха — весеннее равноденствие. Момент, когда солнце окончательно побеждает тьму: светлый день становится длиннее тёмной ночи. Воскресение.
«Крес» на древнеславянском означал огонь, пламя, небесный свет — солнце. Воскресение — восхождение от креста, возвращение силы солнечного света.
И здесь — ещё одно слово, которое стоит разобрать: тризна. Тризна — не просто поминки по умершему. Три-зна — три знания. Знание о рождении. Знание о смерти. Знание о воскрешении. Тризна — это не про смерть. Это про путь солнца: умереть — как делает солнце на кресте солнцестояния — чтобы заново родиться в новом качестве. С новым сиянием. Тризна — не оплакивание конца, а знание о цикле. Солнце умирает и воскресает — и в этом три знания: рождение, смерть, воскрешение. Не три этапа горя, а три этапа жизни.
И вот что ещё: само слово «Библия» происходит от слова «книга». А в слове «книга» мы видим корень «кн» — тот же корень, что и в слове «кон». Библия — главная книга, книга главных вопросов. И тризна — это, по сути, чтение знаний этой самой главной книги. Чтение трёх знаний: рождение, смерть, воскрешение. Книга — от Кона. Тризна — чтение Кона. Не случайно.
Тертуллиан во II веке писал, что христиан называли «солнцепоклонниками» — «они, как бы восхищаясь небом, шепчут молитвы на восток к Солнцу». Христа называли «солнцем правды», «светом мира», «востоком свыше» и окружали его изображение солнечным ореолом с лучами. Корону из шипов на иконах можно увидеть как солнечные лучи. Нимб — солнечный диск.
И это — не альтернативная теория и не покушение на святыни. Это — Кон, увиденный через библейскую оптику. Солнце, дарящее свет земле, порождающее жизнь, умирающее на кресте солнцестояния и воскресающее — это и есть Кон, персонифицированный в образе, понятном людям той эпохи. Как Ананке была лицом Дакона, так Иисус — лицо Кона. Не единственное, но одно из самых ярких и самых распиаренных.
Разница вот в чём: сказка о Бабе-Яге даёт путеводное — клубок, который указывает дорогу. Библия даёт путь — следуй за светом, и не будет тьмы. И то, и другое — про Кон. Про живую систему, в которой солнце и земля взаимодействуют, и жизнь рождается, и человек выбирает: идти ли по Кону или против.
Искон
В предыдущих главах мы разобрали, что такое Дакон и что такое Кон. Дакон — неживая, слепая материя. Кон — живая система, порождённая взаимодействием Солнца и Земли. Теперь — следующий шаг.
Что такое Искон
Слово «искон» — не случайно пишется через букву «и». Это «ис» — предлог «из» — плюс «кон». Буквально: из Кона. То, что вышло из Кона. То, что Кон породил.
Историко-этимологический словарь прямо указывает: наречие «искони» восходит к предлогу «из» в форме родительного падежа существительного «конь» — корневой элемент «кон». Фасмер даёт то же: др.-русск. «искони», ст.-слав. «искони» — от «из-» и «кон-».
В словаре Даля: искон м. — «начало, говорят о времени; первобытность». Исконный — «изначальный, вековечный, стародавний, исстари заведённый». Исконник — «исконный житель, родович; коренной обыватель, от предков».
Обратите внимание: исконник — это не просто старожил. Это родович. Тот, кто от предков, кто корнями врос в землю. Исконник — тот, кто из Кона. Тот, кого Кон произвёл.
Слова «искони» и «исконный» принадлежали к лексике культового характера — употреблялись применительно к божеству, характеризуя его изначальность. В Библии: «Азъ есмь искони и конец» — «Я есть начало и конец». В Остромировом Евангелии: «Искони бе Слово» — «Из кона было Слово».
Искон и сущность
Корень «сущ» в слове «сущность» — от старославянского причастия глагола «быти»: сущий — существующий. Сущность — то, что есть. Сущность — природа вещи, её внутреннее содержание.
Искон — это про сущности. Про то, что Кон породил. Кон — живая система, и из этой живой системы выходят живые существа — сущности. Каждая сущность — носитель своей природы, своего смысла, своего места в Коне. Искон — не абстракция, а конкретика: вот растения, вот животные, вот люди. Все они — сущности, вышедшие из Кона.
Иерархия сущностей
Кон порождает сущности по уровням — от простого к сложному, от низшего к высшему:
Сущности растительного мира. Растения — первое, что Кон производит из неживой материи. Семя, корень, ствол, лист, плод. Растение живёт по Кону напрямую: тянется к свету, пьёт воду, растёт по сезонам. Никакого выбора. Полный Кон — полная зависимость от ритма.
Сущности животного мира. Животные — следующий уровень. Они уже двигаются, чувствуют, выбирают. Но их выбор — инстинкт. Зверь не нарушает Кон. Птица улетает на юг — не потому что решила, а потому что Кон велит. Рыба идёт на нерест — не по своей воле, а по зову Кона. Животное живёт в Коне, не зная, что в нём живёт.
Род людской. Люди — сущности, которые уже знают, что живут в Коне. Они видят ритмы, понимают циклы, различают времена. И — главное — они могут выбирать: жить по Кону или против него. Люди — первое существо в Исконе, наделённое свободой выбора. Не полной — рок остаётся роком, — но достаточной, чтобы идти к свету или отворачиваться от него.
Род человеческий. Когда индивид в роду людском осознанно живёт по Кону — развивается, растёт, накапливает знание и силу — он переходит в новое качество. Из рода людского в род человеческий. Человек — это не «разумное животное». Человек — ступень. Ступень, которая ведёт дальше, если пройти её осознанно.
Род богов. Дальше — род богов. Боги — не внешние творцы, спустившиеся с неба. Боги — высшая ступень развития сущностей, вышедших из рода человеческого. Боги — это сущности, которые не просто живут по Кону, а понимают его настолько глубоко, что могут им управлять. Устраивать, упорядочивать, создавать условия.
Что делают боги
Боги — не праздные наблюдатели. Они — устроители.
Устраивают, упорядочивают материальный мир. Планетарные уровни, орбиты, ритмы небесных тел — всё это не возникло само. Слепая материя Дакона создаёт хаос. Боги берут этот хаос и превращают в порядок. Не из ничего — из того, что Дакон уже создал. Как кузнец не создаёт железо, но создаёт из железа меч, так и боги не создают материю, но создают из материи мир стабильный.
Выстраивают гармонию движения — так, чтобы одно не мешало другому, чтобы всё взаимодействовало и поддерживало жизнь. Кон — живая система. Боги — те, кто эту систему настраивает и поддерживает. Обеспечивают путём развития последователей.
Создают условия для жизни. Не саму жизнь — жизнь рождается из Кона, из взаимодействия светила и земли. Но условия — температуру, атмосферу, воду, почву — всё, без чего Кон не сможет работать. Боги готовят дом и следят за порядком. Не раздают плюшки, но помогают необходимым.
Боги породили сущности божественного толка. Ангелы, архангелы — сущности светоносного порядка. Они — помощники богов и людей. Каждый ангел — носитель конкретной функции: один хранит, другой ведёт, третий предупреждает. Как рука выполняет волю головы — так ангелы выполняют волю богов. Они — часть Искона, часть того, что вышло из Кона.
Два вектора Искона
В Исконе — два направления. Два пути. Два вектора.
Вектор восхождения — к свету. Это движение, рост, развитие. Сущность поднимается — от растения к животному, от животного к человеку, от человека к богу. Каждый шаг — шаг к свету, к солнцу, к Кону. Чем выше сущность — тем больше света она несёт, тем глубже понимает порядок Кона, тем осознаннее в нём живёт. Это — светоносный путь. Путь, пропитанный светом и порядком Кона.
Вектор падения — в тьму. Это движение вниз. Деградация. Сущность не растёт — а опускается. Не к свету — а от света. Не к Кону — а от него. В ничто. Во тьму. Падение — это не наказание и не чья-то воля. Падение — результат выбора. Если сущность, наделённая свободой, выбирает против Кона — она теряет связь с ним. А без связи с Коном — нет жизни. Есть только паразитирование.
Ад и инферно
Сущности, которые пошли по вектору падения, — это то, что называется адом, инфернальным миром. Их природа — паразитическая. Они не создают. Они потребляют. Не дают свет — забирают его у тех, кто ещё несёт. Как гриб-паразит питается живым деревом, так и инфернальные сущности питаются чужой жизненной силой. Они не вышли из Кона — они выпали из него. Они — не Искон, а изъятые из Кона. Отторгнутые.
И здесь — та же логика, что и в сказке. Мачеха — слепой рок, Дакон. Только в человеческой морали это справедливый рок. Баба-Яга — точка перехода, выбор. Клубок — путь по Кону. Но можно и не пойти за клубком. Можно свернуть. Можно пойти в лес — и не вернуться. Вектор нисхождения — это не злой умысел. Это — отказ. Отказ от света, отказ от роста, отказ от пути.
Слово — что это такое?
«Искони бе Слово» — так начинается Евангелие от Иоанна в греческом оригинале. Не «В начале было Слово», как в более поздних переводах, а именно «Искони» — из Кона. И вот на это выражение стоит обратить самое пристальное внимание. Что такое слово?
Мы привыкли понимать слово как звук — набор фонем, которые мы произносим и слышим. Но изначально слово — не звук. Изначально слово — процесс.
Разберём: с-лов-о. Корень — «лов». Тот же корень, что в словах «ловить», «улов», «лов». С-лов-о — это у-лов-ление. Приятие. Процесс, при котором что-то передаётся и принимается.
Что передаётся? Солнечный свет. «Слово» — от «солнце-лов» — лов солнца: процесс принятия солнечного света. Не звук, а свет. Не услышанное, а впитанное. Солнце передаёт — материя принимает. Земля принимает. Растения принимают. Каждый лист — ловец солнца. Каждый корень — приёмник того, что солнце отдало. Это и есть слово в его изначальном смысле: передача света от источника к приёмнику. Таким образом, слово — это союзная логика обоюдного тока жизни.
По аналогии: есть звук — внешний источник. Но слышим ли мы его? Звук существует независимо от того, слышат его или нет. Так и слово: оно существует независимо от того, принято оно или нет. Солнце светит — слово идёт. Но принять его может только тот, кто способен. Камень не принимает слово — он лишь нагревается. Растение принимает — и растёт. Животное принимает — и живёт. Человек принимает — и понимает.
Два слова — два источника
Но слово идёт не только от солнца. Слово идёт с двух сторон — сверху и снизу. И вот это — ключевой момент Искона.
Слово сверху — от светоносных существ. Тех, кто прошёл путь по Кону, развился, поднялся к свету и утвердил порядок. Боги, архангелы, светоносные сущности — они передают слово вниз. Не как приказ, а как свет. Как Кон, переведённый в форму, доступную для принятия. Слово сверху — это путеводное. То самое, что Баба-Яга даёт героине через клубок. Это слово утверждает жизнь. Утверждает порядок. Ведёт по Кону.
Слово снизу — от инфернальных сущностей. Тех, кто пошёл по вектору падения. Они не передают свет — им нечего передавать. Они глаголют. Глагол — не слово. Глагол — искажение слова. Звук без света. Шёпот. Инфернальные сущности шепчут — не сверху, а снизу. Они обращаются к сущностям людским, которые находятся на развилке. На перепутье. В двойственности. Слово сверху, посредством силы и наполнения. Шёпот снизу, посредством слабости и убыли.
Развилка
Род людской — сущность двойственная. Сам корень «лд» в слове «люди» несёт в себе две природы: лютую и ладную. Лютая — дикая, необузданная, животная. Ладная — стройная, упорядоченная, согласованная с Коном. Л-ю-д-и — и лютые, и ладные одновременно. Именно род людской находится на развилке. Либо туда, либо сюда.
Человек — уже больше ладный. Человек — это ступень, на которую род людской поднимается, когда выбирает лад. Когда выбирает Кон. Человек — не развилка, а результат выбора на развилке. Развилка — в людях. А человек — уже направление.
Род людской стоит между двумя словами. Между тем, что идёт сверху, и тем, что приходит снизу. Между светом и тьмой. Между Коном и падением.
Это и есть та самая развилка, о которой сказка говорит языком образа: пойти за клубком — или свернуть в лес. Принять слово сверху — или послушать шёпот снизу. То — в рай. То — в ад.
Двойственность рода людского — не слабость. Не дефект. Это — условие свободы. Если бы люди могли слышать только одно слово — только сверху или только снизу — они не были бы свободны. Они были бы как растения: полностью в Коне, без выбора. Или как инфернальные сущности: полностью вне Кона, без возврата. Но люди слышат оба. И выбирают.
Именно поэтому инфернальные сущности целят в людей — не в растения, не в животных. Растение нельзя совратить — оно не слышит шёпота. Животное нельзя сбить — оно живёт по инстинкту, по Кону. Люди — единственная сущность в Исконе, которая стоит на развилке. Единственная, кого можно убедить. Уговорить. Соблазнить. Потому что у людей есть выбор. А где есть выбор — там есть борьба за этот выбор.
Ярга — путь солнца к земле
В славянских источниках солнце нередко называется Ярилой. От Яра — солнечного света — идёт свет к земле. Путь в сокращённом виде звучит как «га» — тот же корень в словах «дорога», «телега», «радуга». Движение. Путь.
Получается слово ярга — путь солнца. Как солнце движется по небосклону, по небесной орбите — и несёт свою жизненную силу, так называемую «ра», к земле, к живым существам. Яр-ра-га: свет жизни по пути движется вниз.
Ярга — не просто небосклон. Это живой канал, по которому животворящая сила течёт от солнца к земле. По яргам световым движется к нам свыше жизнь. Дух жизни. Тепло. Рост. Всё, что заставляет зерно прорастать и кровь течь.
Солнце-Ярило — небесный бог. От богов к людям по яргам света движется жизнь. Движется дух жизни. Солнце не просто светит — оно даёт. И это «даёт» — не метафора, а физика Кона: по яргам, по световым путям, энергия живого взаимодействия перетекает от светила к земле и ко всему, что на ней дышит, растёт, чувствует.
Ярга — это Кон, увиденный через славянское слово. Не отвлечённое «взаимодействие Солнца и Земли», а конкретный образ: свет идёт по пути. Жизнь идёт по пути. И путь этот — ярга.
Слава и совесть
Слово, идущее сверху, — это не звук. Мы его не слышим ушами. Но оно звучит в нас. Это то самое «слово божье», которое идёт сверху по яргам — световым путям. Духовная субстанция, которая принимается не слухом, а чем-то иным. Чем-то внутренним.
Вот это «иное» — слава. Не в том смысле, в каком мы привыкли: «слава герою», «слава победителю». Разберём: с-лава — то, что сливается сверху. Лава — поток, излияние. Солнечный свет, который льётся вниз по яргам, — это лава. А когда он принимается, сливается с принимающим — это слава. Слава — свет, принятый внутрь. Свет, который прошёл мимо — нет, а был впитан сущностью. С-лава — слияние с лавой света.
И вот это и есть слово. Слово — не то, что сказано, а то, что принято. Слово сверху идёт по яргам — и если сущность способна его принять, оно становится в ней славой. Внутренним светом. Внутренним знанием. Не услышанным — впитанным.
Совесть — союзная весть
Теперь — главное. Каждый ли принимает это слово? Нет. Не каждый.
Слово сверху принимается через особый орган — и орган этот называется совесть.
Разберём: со-весть — союзная весть. Весть, союзная с путями ярги. Союзная — значит согласованная, соединённая. Совесть — это внутренний приёмник, который настроен на ярги — световые пути. Когда ярги в человеке развиты — совесть слышит. Когда не развиты — глуха. А когда вовсе заглушена — отсутствует.
Отсюда — без(с)совестный. Не «плохой человек» в бытовом смысле, а буквально — тот, у кого совесть не работает. Приёмник отключён. Слово сверху идёт — но не принимается. Свет льётся — но не впитывается. Слава не происходит — потому что нечему сливаться.
В народе это знали и выражали точно. «Совесть продать» — отдать за выгоду то, что соединяло с Коном. «Совесть пропить» — залить чем-то, заглушить внутренний голос до полной немоты. «Сжечь совесть» — уничтожить. «Иголка в сердце» — так говорили о муках совести: тонкое, но неотступное. «Без зазрения совести» — без укора внутреннего, без сигнала. «Ни стыда ни совести» — оба приёмника отключены: ни внешний (стыд), ни внутренний (совесть).
Заметьте: стыд — внешний сигнал. То, что идёт от других людей, от общества, от видимого мира. Совесть — внутренний. То, что идёт сверху, от светоносных, по яргам. Стыд можно потерять — и остаться с совестью. Совесть можно заглушить — и остаться со стыдом. Но можно потерять оба — и тогда человек глух полностью. Ни снаружи, ни изнутри.
Ярга внутри и духовная дисциплина
Но вот что важно: совесть — не данность. Не врождённый автомат, который либо есть, либо нет. Совесть — орган души, который нужно развивать.
Ярги — световые пути — проходят через сущность человека, через его душу. Но проходят ли они насквозь — или спотыкаются о глухую стену? Это зависит от того, развиты ли ярги внутри. Проявлены ли они. Раскрыт ли внутренний канал, по которому свет может течь.
А это — уже вопрос не простого выбора. Не «я решил быть хорошим и пошёл по Кону». Это — духовная дисциплина. Труд. Усилие. Нужно потрудиться, чтобы совесть росла, ширилась, развивалась. Чтобы ярги внутри человека раскрывались — и слово сверху находило дорогу к сердцу. Не один день, не один год. Вся жизнь.
Можно сказать и так: слово сверху всегда звучит. Слава всегда льётся. Лава света не прекращается. Вопрос — в приёмнике. Развит он или заглушен. Настроен на ярги или закрыт. И это — не рок, не судьба, не данность. Это — труд. Труд, которым человек либо расширяет канал для света, либо зашлаковывает его до полной немоты.
И вот тут — обратно к развилке. Развилка — не разовый выбор. Развилка — каждый день. Каждое решение. Каждый поступок — либо развивает совесть, либо глушит её. Либо открывает ярги внутри, либо закрывает. Либо принимает слово — либо отворачивается.
Общение — где возникает общее
Мы говорим об Исконе. Но Искон — это не только сущности, которые Кон породил. Искон — это и информационная среда, которая существует среди разумных сущностей. Не обмен сигналами «туда-сюда», не диалог глухих с глухими. А общение — то, в котором общее может возникнуть. А может и не возникнуть.
Разберём: общ-ение — процесс, в котором рождается общее. Общее — не «одинаковое», не «похожее». Общее — то, что соединяет. То, что становится общим между двумя и более. Когда слово сверху принято не одним, а многими — между ними возникает общее. Общее знание. Общий свет. Общий Кон.
Общение — не диалог. Диалог — «я говорю, ты говоришь». Общение — «мы услышали одно и то же слово, и оно сделало нас общими». Диалог может состояться без общего — два человека переговариваются и расходятся, каждый при своём. Общение — это когда после разговора что-то изменилось. Что-то соединилось. Возникло общее.
Славяне — славные светом
Те, кто принимает свет, — славные. От слова «слава» — то, что сливается с лавой света. Славный — не «знаменитый», не «прославленный». Славный — тот, в ком слава состоялась. Тот, в кого свет влился и был принят.
Отсюда — славяне. Не те, кого кто-то так назвал. Не этноним, данный извне. Славяне — те, кто славен светом. Те, кто принимает слово. Те, в ком ярги развиты настолько, что лава света сливается с их сущностью — и они становятся носителями славы. Носителями принятого света. Приёмники света — вот что такое славяне в исконном смысле. Не кровь, не язык, не территория. Способность принимать.
Ягра — путь снизу вверх
Ярга — путь солнца к земле. Свет идёт сверху вниз. Но есть и обратное чтение — ягра. Ягра — путь от низа к свету. Путь снизу вверх.
Ярга — свет спускается. Ягра — сущность поднимается. Солнце отдаёт — земля принимает. Но принятие — не конечная точка. Принятый свет нужно культивировать. Выращивать в себе. Согласовывать с яргами — световыми несущими путями. Принятая духовная субстанция, принятая световая лава — всё это не ложится в человека, как вода в сосуд. Оно утверждается в нём. Работает. Растёт. И поднимается — по ягре — обратно вверх.
Ягра — это восходящий путь. Путь, по которому сущность индивида растёт: от людей к человеку, от рода людского к роду человеческому, от рода человеческого к роду богов.
Рост сущности
Вот как это выглядит:
Индивид в роде людском — на развилке. Лютая природа и ладная в одном корне «лд». Слышит и слово сверху, и шёпот снизу. Совесть может быть развита — может быть глуха. Ярги внутри могут быть открыты — могут быть закрыты.
Индивид принимает свет — слово сверху по яргам входит в него. Совесть слышит. Слава состоится. Свет принимается внутрь и начинает работать.
Принятый свет культивируется — это и есть ягра. Не принял — а выращиваешь. Согласовываешь с яргами. Утверждаешь в себе световую лаву. Духовная дисциплина. Труд. Каждый день.
Сущность поднимается — и индивид переходит из рода людского в род человеческий. Ладная природа побеждает лютую. Совесть не глухая — слышит. Ярги внутри открыты — свет течёт.
Дальше — выше — из рода человеческого в род богов. Сущность индивида, выросшая в свете, поднимается по ягре к источнику. Не за один день. Не за одну жизнь. Но вектор — вверх. К свету. К Кону. К тому, кто светит, — чтобы самому стать светоносным.
И вот здесь — полная картина:
Ярга — свет идёт вниз. Солнце к земле. Боги к людям. Слово сверху.
Ягра — сущность идёт вверх. Земля к солнцу. Люди к богам. Принятый свет, культивированный и поднятый.
Два вектора одного пути. Вниз — ярга. Вверх — ягра. Как вдох и выдох. Солнце вдыхает — свет идёт вниз. Земля выдыхает — принятый свет поднимается вверх. И в этом круговороте — жизнь. Кон. Искон.
Совесть — верный советчик
Совесть — верный советчик, но только если она развита. Если чутка к слову — к слову порядка, светового порядка, который движется по яргам. Тогда совесть всегда подскажет, как поступить правильно, а как неправильно. Даже если человек не понимает толком, не знает, как поступить в данной конкретной ситуации — если прислушаться к совести и услышать её зов, слово подскажет. Подскажет, в каком порядке нужно всё сделать. Не умом — совестью. Не потому что разум разобрался, а потому что внутренний приёмник, настроенный на ярги, принял то, что разум ещё не успел обработать — правду, по которой строится жизнь. Совесть подскажет, как правильно.
Лад
Рост сущности индивида подобен росту дерева. Дерево впитывает солнечный свет и влагу земли — и растёт. Корни тянут снизу, листья ловят сверху. Дерево не решает расти — оно растёт, потому что принимает. Так и индивид: если он воспринимает слово свыше — начинает расти. Не потому что решил, а потому что свет, принятый внутрь, делает своё дело.
Но дерево просто стоит и принимает. Индивид — может. Может принимать, может отворачиваться. Может раскрывать ярги внутри, может закрывать. И вот тут начинается витиё.
Вить по яргам, ягроточить
Индивид, принимающий слово свыше, начинает вить. Вить — не впитывать, а складывать в себе. Укладывать. Соответствовать. Он начинает быть ладным — складывать в себе слово, которое идёт свыше, в лад с ним. Потоки света, идущие по яргам, находят в нём отклик — и он начинает им соответствовать. Не сопротивляться, не глушить, а в лад.
И тогда по ягре — снизу вверх — он начинает вить свои нити. Ягровые нити — нити, соответствующие услышанному по ярге. Ярга принесла свет — ягра поднимает принятый свет. Нити вьются внутри сущности, соединяя низ с верхом, землю с небом, человека с Коном. Игра — где соединяются пути Ра. Не развлечение, а судьбоносное действие утверждения света в ладу с высшим порядком и природным.
Сурья — сущий ра
Вот эта совокупность — ягровые нити в согласии с ярговыми, поднимающими порядок, свет, жизнь, лад в потоке воли (лов я) — называется сурья. Сурьевый ток — поток сурьи, текущий в человеке.
Разберём: сурь — сущая суть ра. Сущая — существующая, живая, настоящая. Ра — свет, а скорее семя света. Сурь — сущий свет. Свет, который не светит снаружи, а стал сущим — стал частью сущности. Стал живым внутри. Ра, идущая сверху сеятелем, и ра, поднимающаяся снизу ростком — встречаются в человеке. Свет спускается — свет поднимается. И в этом встречном потоке рождается сурья.
Сурья — это свет, взращиваемый в человеке. Не принятый и забытый, а принятый, культивированный, выращенный, поднятый. Свет, который стал духовной кровью, в котором живёт воля небес, воля высшего порядка. Не физической — духовной кровью. Её называют голубой кровью — не потому что порода такая, а потому что цвет духовного света — голубой, небесный. Голубая кровь — не наследство, а результат труда. Результат вития ягровых нитей в ягроточении, в игре между светом и тьмой, небом и землёй.
Рус — тот, кто создаёт сурь
И вот отсюда — слово «рус».
Рус — сур — не тот, кого назвали русским. Не национальность, не кровь, не территория. Рус — тот, кто способен создать сурь в себе. Тот, в ком сурья зарождается и вьётся. Тот, кто принял свет свыше, вырастил его в себе, поднял по ягре и стал носителем сурьи. Рус кий — кий означает принадлежность. Русский — принадлежащий свету, общий с ним в сокровенной кровищи — сокровище сородовом, общем для всех существ света.
Рус — от сурь. Тот, кто с урь, с сурью. Тот, в ком сурья течёт. Не данность — достижение. Не рождение — труд. Как славяне — те, кто славен светом, кто принимает. Как русы — те, кто создаёт сурь, кто взращивает принятый свет в себе и поднимает его.
Славянин принимает свет. Рус — выращивает его. Славянин — приёмник. Рус — источник. Не в том смысле, что рус светит как солнце, — а в том, что в нём сурья зародилась, вьётся, течёт. Голубая кровь — духовная — начала свой ток.
И вот здесь — полная цепочка:
Славянин — принимает свет. Слава состоялась. Слово услышано.
Человек — складывает принятый свет в лад. Витиё начинается. Ягра работает.
Рус — сурья вьётся. Голубая кровь течёт. Свет выращен.
Бог — сурья переплавлена. Сущность стала светоносной. Тот, кто был приёмником, стал источником, светоносным кристаллом света — подобен солнцу.
Каждый шаг — труд. Каждый шаг — выбор. Каждый шаг — по ягре, снизу вверх, от земли к солнцу, от людей к богам.
Что такое исконное
Искон — не только о сущностях, которых Кон породил. Искон — о путях. Сущностных путях. О том, как суть в сущностях порождается. О том, что растёт внутри — или не растёт. О том, что вьётся — или молчит.
Исконное — не факт рождения. Факт — это: вот растения, вот животные, вот люди. Это — данность. Исконное — не данность. Исконное — процесс. Процесс, в котором сущность либо принимает слово свыше, либо отворачивается. Либо вьёт ягровые нити, либо рвёт их. Либо растёт по ягре к свету, либо падает в тьму.
Искон — это пути: ярга вниз, ягра вверх — посох, шест, шествие. Совесть — слышит или глуха. Слава — состоялась или нет. Сурья — вьётся или не зародилась. Рус — вырастает из славянина — или не вырастает.
Вот это и есть исконное: не что породил Кон, а что в порождённом растёт. Что в сущности пробуждается. Что в ней начинает светиться — или гаснет. Искон — внутренний путь сущности. Путь от принятого света — к выращенному. От услышанного слова — к славе. От славы — к сурье. От сурьи — к светоносности.
Почему распадаются общности
Мы видим это у современников: люди мыслят в одну сторону, стремятся в одну сторону, собираются вместе — и распадаются. Целые поселения разваливаются. Родные, единомышленники, казалось бы — а не держатся. Почему?
Потому что у них нет сущностной общности. Они объединены идеей, целью, проектом — но не Исконом. Они не знают, не понимают — не знают, а даже не слышали — что такое лад. Как ладить связи. По каким принципам связи ладятся. Они строят общность на внешнем — на общем деле, на общем плане, на общем враге иногда — а внутри у каждого своя глухая стена. Совесть не слышит. Ярги закрыты. Сурья не вьётся. И общее не возникает.
Лад — как основа связи
Лад — не «хорошо». Не «мирно» и не «спокойно». Лад — органичный принцип, по которому части складываются в целое. По которому разное соединяется и не разрушает друг друга, а усиливает. Ладить — значит выстраивать связи так, чтобы каждый элемент нашёл своё место. Не одинаковое — своё. В ладе скрипка и бас не звучат одинаково — они звучат в лад. Разные — но согласные.
Лад невозможен без Искона. Потому что лад — это когда сущности соединяются не через внешнее, а через внутреннее. Не через «мы договорились» — а через «мы услышали одно слово». Через «в нас течёт одна сурья». Через «наши ярги настроены на один источник». Когда это есть — лад возникает сам. Когда этого нет — сколько ни договаривайся, рано или поздно раскол.
Побратимы — единые в сердцевине
Когда Искон в людях есть — возникает то, что называлось побратимством. Побратимы — не друзья. Не «хорошо вместе». Побратимы — люди разные. Другие. По крови, по нраву, по пути — но в душевной сердцевине равные. Единые. Потому что сурья в них одна. Потому что слово сверху они приняли одно — и выросли по нему. Не одинаково — но в одном направлении. В одном свете.
Побратим — тот, с кем ты со-брат. Не по рождению — по сути. По Искону. Когда двое слышат одно слово и вьют ягровые нити к одному источнику — они становятся побратимами. И тогда — независимо от расстояния, независимо от времени, независимо от обстоятельств — они едины. Не потому что договорились. Потому что сурья одна. Совесть одна. Источник один. Друг, он другой, но если по духу един, он истинный друг.
Общность — настоящая
Вот тогда и возникает общность. Не коллектив — коллектив можно собрать приказом. Не группа — группу можно объединить интересом. Общность — когда общее возникло. Когда слово сверху принято не одним — а многими. И сделало их общими. Общими в сущности. Общими в свете. Общими в сурье.
Это и есть исконная общность. Когда в людях появляется Искон — появляется действительное единство. Не внешнее — внутреннее. Не декларируемое — живое. И тогда дело заладится. Не потому что план хороший. А потому что люди — ладные. Потому что в них течёт сурья. Потому что совесть слышит. Потому что ярги открыты. Тогда и земля становится русской, потому что рус, а не иначе. Единая по духу общность — общество.
Заладится — от слова лад. Когда есть лад — дело делается. Когда нет лада — дело разваливается, какими бы правильными ни были шаги. Потому что лад — не в деле. Лад — в людях. В их сущности. В их Исконе.
Родовой строй — не примитив
Так возникает общий лад. Так возникает общность и сообщество. Но не то, которое нам говорят — что вот якобы родовой строй был каким-то начальным, примитивным, а потом возник капитализм, потом коммунизм, и так далее. Что родовой строй — нечто неразвитое, из которого человечество «выросло». Ничего подобного.
Родовой строй — всё в одном. Всё именно в сущностном ладу. Роды жили не потому что «другого не придумали», а потому что лад — высшая форма организации. Не самая простая — самая верная. Когда люди в сущностном ладу — не нужны ни законы, ни приказы, ни надсмотрщики. Лад держит. Совесть держит. Сурья держит. Искон живёт.
Да, было то, что было. Несмотря на все извращения, несмотря на всё, что затёрто в исторических мерках, — нутро чувствует. Люди смотрят туда — в прошлое, в родовой строй — и чувствуют: да, было. Было, и было правильно. Все смотрят туда и хотят вернуть. Но не знают как.
Но не знать — не значит, что закрыто абсолютно. Знание — как шило в мешке, не утаишь. Оно проклёвывается. Чем больше индивид ягрит — вьёт по сурье, гоит — от слова гой — чем больше поднимается вверх, тем больше у него возникает общных связей с человеческим родом. Со светлыми родами. С более развитыми сущностями, существами. А далее — общность возникает и с богами.
Гой — от общности к светоносности
Гой. Слово, которое пытались втоптать в грязь, сделать ругательным, унизительным. «Гой ты, Русь великая!» — у Есенина. Или «гоями» называли в оскорбительном смысле. Но корень — не в оскорблении.
Гой — от союза в пути восхождения, в ягре. Го-ить — подниматься по ягре. Вить сурью. Расти вверх. Гой — тот, кто гоит. Кто поднимается. Кто вьёт ягровые нити и утверждает в себе световую лаву. Гойность — степень роста сущности по ягре. Чем выше гойность — тем больше общных связей. Тем шире охват. Тем глубже связь — с родом человеческим, со светлыми родами, с богами.
Гойность — не статус. Не титул. Не должность. Гойность — уровень развития сущности. Уровень, на котором общность перестаёт быть внешней и становится внутренней. Нутряной. Сущностной. Гой, в нём славянин и русский, суть одно.
Общность с богами
И вот тут — главное. Общность с богами — это не мечтательная, иллюзорная связь. Не «я верю, что боги есть». Это реальная связь. Прямая. Как общность между побратимами — только выше. Глубже.
Когда гойность индивида отлажена до уровня, когда ярги открыты, сурья течёт, совесть слышит, лад держит — возникает то, что можно назвать внутренним экраном, зарождённым в кристалле Алатыре. Духовным зерцалом. В котором проявляются духовные сущности. Светоносные существа Светлого рода. Боги. И с ними идёт прямое общение. Прямое слово.
Не молитва. Молитва — это просьба, обращённая вверх, в надежде, что услышат. По крайней мере, в современном понимании. Когда есть прямое общение — молитвы не нужны. Молитва — для тех, кто глух. Кто не слышит слова сверху — и поэтому кричит снизу, надеясь докричаться. А когда слышишь — не нужно кричать. Разговариваешь. Потому что одна, общая основа.
Русы не просили
Собственно, русы — они не нуждались в попрошайничестве. Почему? Потому что с богами они общались напрямую. Как и с другими представителями всякого мира — тонкоматериального, светоносного и не только. Не через ритуал, не через посредника, не через жреца. Напрямую. Слово — из сердца в сердце. Суть передаётся. Как именно — телепатически, образами, внутренним словом — здесь не важно. Важно, что передаётся. Важно, что принимается.
Боги — не только в развоплощённом виде существуют. Они и в воплощённом. Бог может быть здесь, среди людей, в теле — и неузнанный. Бог может быть на другой планете, в другом измерении — и связь не рвётся. Потому что связь — не физическая. Не через пространство. Связь — через сурью. Через ярги. Через общее зерцало.
Общее зерцало — то, в котором встречаются сущности. Не важно, на каких планетах или в каких измерениях они находятся. Зерцало — не место. Зерцало — состояние. Когда сурья вьётся, когда ярги открыты, когда гойность достигла уровня — зерцало открывается. И в нём — встреча. И в нём — общение. И в нём — слово, которое не звук, а свет.
Созерцание — союзное видение
Созерцать — не значит сидеть и смотреть в пустоту. Со-зерцание — союзное видение. Совместное видение в зерцале с тем, с кем общаешься в данный момент.
Когда сущности соединены в ладу, когда сурья течёт в одном ритме, — зерцало открывается, и в нём проявляется общее. Не отражение, а окно. Окно, через которое сущности видят друг друга и видят одно и то же. Не потому что договорились, а потому что настроены на один источник.
Созерцание — это общение на всех уровнях сразу. Сердечная связь — не эмоции, а центр сущности, где слово становится светом. Душевная связь — согласование ритмов, когда разные люди начинают звучать в одном тоне. Телепатическая — передача сути без слов. Образы — те, которые не надо объяснять, потому что они построены на общем корне. И всё это приходит не по очереди, а одновременно, как аккорд: не каждая нота отдельно, а целое звучание.
Поэтому созерцание — не про глаза. Это про внутренний приёмник. Про совесть, которая слышит. Про способность принимать слово не как звук, а как свет — и сразу видеть его суть.
Отдельные грани этой картины звучат не только в словах, но и в музыке. В песнях, созданных в нашем кругу, образы зерцала, лада и прямого слова получают своё звучание — и порой именно в мелодии и ритме эти смыслы становятся особенно ощутимы. Желающие могут найти их в нашей группе во Вконтакте — vk.ru/svagar.
Итог
Дакон — неживая, слепая материя. Фундамент.
Кон — живая система. Взаимодействие светила и земли, порождающее жизнь.
Искон — сущностные пути. То, что в сущностях порождает рост или падение. Восхождение к свету — или нисхождение во тьму.
Три уровня — три слоя реальности. Дакон — внизу, как фундамент. Кон — посередине, как живая система. Искон — внутри сущностей, как путь: вверх или вниз. Всё — одно целое. Ничего не существует отдельно. Но в этом целом — выбор. Всегда — выбор.
Канон
В предыдущих главах мы разобрали три уровня: Дакон — неживая материя, Кон — живая система, Искон — сущностные пути. Теперь — следующий слой. Тот, который всё это связывает в рабочую схему. Тот, из которого выходит слово, число и сама жизнь.
Что такое Канон
Канон — часть Кона. Не часть иконы — именно часть Кона. Кон — живая система, порождённая взаимодействием Солнца и Земли. Канон — правило, по которому части Кона располагаются и взаимодействуют. Кон — живая система, а Канон — её геометрия. Чертёж, по которому живая система строится.
Разберём: кан-он. Кан — то же, что Кон, но в действии: закон, правило, установление. Он — то, что есть. Канон — правило, которое есть. Правило, по которому всё есть.
А икона — то, что передаёт исконную суть. И-кон-а — то, что из Кона. Но не Кон в целом — а его духовная составляющая, его исконная суть. Икона передаёт то, что идёт от Искона: духовную природу Кона, сущностные пути, внутреннее содержание. И делает это через каноническую закономерность — через правило, через схему, через Канон. Икона — не зарисовка, не наблюдение, не «портрет». Икона — Кон, увиденный в его духовной глубине, и переданный через Канон. Канон — закономерность. Икона — то, что через эту закономерность проявляется.
Поэтому икона пишется не «с натуры», а по Канону. Не глаз смотрит на мир — мир смотрит на глаз. Не наблюдатель фиксирует увиденное — Канон проявляет сущностное.
Кан, кант, окантовка — границы Кона
И ещё — созвучные слова, которые не случайны. Кан — то же, что Кон, но в значении границы: русское «канава» — ров, край, ограничение. Кант — край, кромка, полоса по краю. Окантовка — оформление края, очерчивание границы. Все три — от одного корня. Все три — про границы кусочков Кона.
Канон — не просто правило. Канон — то, что ограничивает части Кона. Ставит границы. Очерчивает секторы. Без кантовки — Кон единая масса, без различения. С кантовкой — Кон разделён на части, каждая со своим смыслом, со своим местом, со своей границей. Канон — кантовка Кона. Очерчивание секторов, по которым слово, число и звук находят своё место.
Отсюда — и канцлер, и канцелярия: те, кто ведает границами, правилами, оформлением. И кандалы — то, что ограничивает, сковывает, ставит жёсткую границу. И Канон — то, что ставит границу, по которой часть Кона становится определённой. Опознаваемой. Различённой.
Геометрия Канона: четыре креста — шестнадцать секторов
Канон строится от круга. Круг — 360°. Первый, основной крест — нулевой. Вертикаль: полдень — полночь, столбовая линия. Горизонталь: восток — запад, линия горизонта. Четыре луча, четыре направления. Это — четверик. Первый храм.
Первый сдвиг — крест поворачивается на 22,5°. Второй сдвиг — ещё на 22,5° (итого 45° от основного). Третий сдвиг — ещё на 22,5° (итого 67,5°). Четвёртый сдвиг (90°) вернул бы крест на исходную позицию — поэтому остановились на трёх. Четыре креста, шестнадцать лучей, шестнадцать секторов, каждый по 22,5°.
Это не произвольное деление. Это Сварожий Круг — славянское деление неба на 16 чертогов, по которому Солнце-Ярило проходит за год. Каждый чертог — 22,5°. Каждый — со своим богом-покровителем, со своим смыслом, со своим качеством. Шестнадцатеричная система — основа славянского календаря: 16 часов в сутках, 16 лет в круге лет, 16 чертогов в небе.
И вот тут — первая перекличка. В статье об Исконе мы разбирали яргу — путь солнца к земле, световой канал, по которому животворящая сила «ра» течёт от Ярилы к живым существам. Сварожий Круг — это та же ярга, развёрнутая в геометрию: 16 секторов, по которым солнце движется в течение года. Канон — это ярга, оформленная в схему.
А число 22,5 — не случайность. 222,5° — это дополнение золотого угла (137,5°) до полного круга. Золотой угол — угол, под которым листья располагаются на стебле, семечки в подсолнухе, чешуйки в шишке. Угол, при котором каждый элемент получает максимум света и не закрывает соседей. Это — «пароль» сакральной геометрии, угол максимальной эффективности. И 22,5 — его половина, спрятанная в самом делении.
Четыре храма: четверик, восьмерик, двенадцатерик, шестнадцатерик
В.В. Сундаков, которому были переданы древние книги, описывает четыре храма — четыре уровня, по которым строился мир и города:
Четверик (4). Первый храм. Мир описывается основным крестом: север — юг, восток — запад. Четыре стороны, четыре части. Счёт: раз, два, три, четыре. Следующий круг — «пять», он же «опять». Четвёрка — основание, фундамент.
Восьмерик (8). Второй храм. К первому кресту добавляются диагонали: северо-восток, юго-восток, юго-запад, северо-запад. Полочек стало в два раза больше. Архитектурно — восьмигранный сруб, который ставится на четверик. Четыре грани восьмерика ложатся на четыре стены четверика — нагрузка распределяется равномерно. Земное основание держит небесную благодать.
Двенадцатерик (12). Третий храм. Лунно-солнечный. При переходе в третий храм всё стало двенадцатеричным: 12 месяцев, 12 знаков зодиака, 12 рыцарей круглого стола, 12 братьев-месяцев, 12 апостолов. Почему именно 12? Потому что Луна. Когда считали только по Солнцу — было 8 полусезонов. Когда добавили Луну — получили 12 лунных циклов в году. 12 — не произвольное число, а число лунных месяцев в солнечном году. Третий храм — храм, в котором Солнце и Луна считаются вместе. Отсюда — «лунно-солнечный календарь». Сундаков прямо говорит: «во времена третьего храма всего и везде по 12» — и перечисляет все эти «двенадцатки» как проявления одного и того же строя.
Шестнадцатерик (16). Четвёртый храм. Чистая солнечная геометрия. Все сдвиги креста завершены: четыре креста, шестнадцать секторов, каждый по 22,5°. В архитектуре — шатёр, восьмигранная пирамида, которая встаёт на грани восьмерика и уходит в небо. Четверик внизу — материальный мир. Восьмерик посередине — мир горний. Шатёр сверху — уход в без(с)конечность. Три уровня — три слоя — та же структура, что и дакон-кон-искон.
Логика простая: (4 · 1 = 4), (4 · 2 = 8), (4 · 3 = 12), (4 · 4 = 16). Каждый храм — умножение четвёрки. Трижды четыре — двенадцать, третий храм. Четырежды четыре — шестнадцать, четвёртый храм.
И вот тут — ключевое различие. 12 — лунно-солнечная практика. 16 — чисто солнечная геометрия. 12 месяцев — компромисс между солнечным годом (365 дней) и лунным циклом (29,5 дней ; 12 ; 354 дня). 16 чертогов — идеальный солнечный круг, делённый на 16 секторов. 12 — небо и земля вместе, потому что Луна — земной спутник, ближайшее к нам светило. 16 — небо в чистом виде. Полная геометрия Солнца-Ярилы.
И связь с нашей системой. В статье о Коне мы разбирали его как взаимодействие двух светил: Солнца и Луны. Кон — не только солнечная система, а солнечно-лунная. 16 чертогов — солнечная геометрия. 12 месяцев — солнечно-лунная практика. Канон, который порождает слова, работает по обоим: 16 секторов задают геометрию, 12 полочек Ясны задают структуру слова. 16 — пространственная схема. 12 — временная. Вместе — полная матица.
Храм Число Что считается Проявления
1 4 Основной крест 4 стороны, 4 сезона
2 8 Солнечные полусезоны 8 нот, 8-дневная неделя
3 12 Солнце+ луна 12 месяцев,
12 зодиаков,
12 апостолов,
12 полочек Ясны
4 16 Чистый солнечный круг 16 чертогов Сварожьего круга,
16 секторов Канона
Ясна: как Канон порождает слова
Ясна — древнейшая наука. Не изобретение, не теория — круг из 12 исходных правил, по которым устроен мир и язык. Сверхзакон, выделенный из природы. По Ясне строится всё: слова, правила их изменения, правила составления предложений, все понятия и категории. В.В. Сундаков не создал Ясну — ему были переданы древние книги, и он их освещает. Он — не автор, а хранитель и толкователь. То, что он рассказывает, — не его построение, а восстановление того, что было известно задолго до нас.
Двенадцать полочек. Расположены по кругу. На каждой — своё название и номер. Любую вещь можно разложить по этим полочкам. Если все части расставлены правильно — вещь «ясна». Отсюда: «всё ясно», «разложить по полочкам», «прояснить».
Извод. Когда вещь разложена по полочкам Ясны, строится её «орешек» — твёрдая, основная, изводная часть. Извод — суть слова, его ядро, от которого производятся все остальные значения. Сундаков говорит: «возвращая словам изводные значения» — то есть восстанавливая первоначальный, глубинный смысл, который был утерян или искажён. Слова, которые сейчас считаются иностранными, по Ясне часто имеют русский извод — то есть их корень восходит к этой системе, а потом был «ужат» (сокращён) по формулам — ужьмам — которые в других языках отличаются от русских. Поэтому одно и то же слово в разных языках звучит по-разному, но извод — общий.
И вот тут — перекличка с Исконом. В статье об Исконе мы разбирали слово как процесс: с-лов-о — у-лов-ление, приятие солнечного света. Не звук, а свет. Не услышанное, а впитанное. В Ясне — тот же принцип: слово не произвольно, оно порождено системой. Извод — это то, что остаётся, когда слово «разложено по полочкам» Ясны. А полочки Ясны — это те же секторы Канона, по которым слово находит своё место.
Матица. Программа Ясны называется матицей. На Западе — «матрица». Матица — исходная схема, по которой всё строится. Канон — это и есть матица. Геометрическая схема, по которой слова, числа и звуки находят своё место и свой смысл.
Ясна жива: лицей и космос
Названия советских космических программ — «Восток», «Восход», «Салют», «Союз», «Заря», «Мир» — точно повторяют названия полочек Ясны. Полочка 3 — Восток. Полочка 4 — Восход. Полочки 5 и 11 — утренний и вечерний салют. Полочки 2 и 8 — утренняя и вечерняя заря. Полочка 9 — мир. Люди не могут просто так, пальцем в небо, назвать космические аппараты — и случайно попасть в точности по полочкам древнейшей системы. Это не совпадение. Это значит, что Ясной пользуются. Определённые круги, близкие к власти, близкие к знанию, — знают систему и применяют её. Не публично, не для всех — для себя.
И вот тут — болезненный вопрос. Ясна когда-то была общедоступной. В лицеях царской России эту науку проходили. Не как «древние верования», не как «фольклор» — как рабочую систему. И именно поэтому из лицеистов возникла плеяда мощных поэтов и писателей, которые до сих пор считаются классикой. Они знали целостность. Они не дробили мир на «физику», «литературу», «историю» — они видели, как всё связано. Как слово растёт из геометрии. Как геометрия растёт из числа. Как число звучит. Как звук животворит. Целостность — не лозунг, а результат знания системы.
Знания Ясны. Знания Канона
А теперь Ясна — наука закрытых кругов. Та же система, те же полочки, те же названия — но доступ к ним ограничен. Почему? Почему то, что было общим достоянием, стало тайным знанием? Это вопрос не к системе — система работает одинаково и для тех, кто знает, и для тех, кто не знает. Это вопрос к тем, кто ведёт общество куда-то не туда. Кто решил, что людям не нужно знать целостность. Кто раздробил мир на «предметы», вырезал связь между словом и числом, между геометрией и звуком, между звуком и жизнью — и оставил людям осколки. Осколки, из которых нельзя собрать целое.
Система жива. Она не исчезла — она спрятана. Названия спутников — тому подтверждение. Полочки Ясны — те же. Канон — тот же. Вопрос в том, кому он служит: всем — или немногим.
Говоров: число и слово — одна природа
В.И. Говоров — инженер, математик, лингвист, действительный член Международной академии Славянского просвещения. Он решил задачи, которые считались нерешаемыми со времён Древней Греции: квадратуру круга, трисекцию угла и удвоение куба. Расшифровал секрет обратной перспективы в русской иконописи. Разработал фундаментальные базы арифметики, геометрии и математики.
Ключевой тезис Говорова: только в славянских языках есть «мостик» между числом и словом. В остальных языках мира этот мостик отсутствует. Число и слово имеют общую природу, и можно перевести слово в число, а число — в слово.
Говоров утверждает: буквы (Буковы) — не просто знаки для записи звуков. Каждая Букова имеет свою точную геометрию. Сочетания Буков описывают геометрические фигуры, с которых началось геометрическое исследование. Арифметика, геометрия, математика, философия — неразрывно связаны и объединены в цельную область Знания языком, их описывающим. Он выбросил из формул всю латиницу — и формулы «заговорили на русском языке».
И вот тут — перекличка. В статье об Исконе мы разбирали славу — свет, принятый внутрь, впитанный сущностью. Совесть — внутренний приёмник, настроенный на ярги. У Говорова — то же: слово не просто «звучит», оно геометрично. Букова — фигура. Слово — конструкция из фигур. Это значит: слово — не произвольный набор звуков, а геометрический объект, построенный по Канону. Канон порождает геометрию буквы, геометрия буквы складывается в слово, слово несёт смысл. Тот же путь, что в Исконе: от света — к слову, от слова — к славе. У Говорова — от геометрии — к букве, от буквы — к слову, от слова — к смыслу.
Говоров также утверждает, что установил квантовое строение языка — математическое происхождение русского языка и его Буков. Язык не «развился» из чего-то — он был построен по квантовым принципам, по точному математическому коду. Это прямо подтверждает идею Канона: язык не случаен, он порождён структурой. Структурой, которую можно описать геометрически — те самые 16 секторов, 4 креста, 22,5°.
И ещё одно. Говоров расшифровал секрет обратной перспективы в русской иконописи. Обратная перспектива — это когда линии не сходятся в точку перед зрителем, а расходятся — мир смотрит на нас, а не мы на мир. Это и есть геометрия Канона, применённая к иконе: образ строится не от наблюдателя, а от правила. Не от глаза — от Кона. Икона пишется по Канону — и Говоров математически доказал, что этот Канон имеет точную геометрическую основу. Икона передаёт исконную суть Кона — и делает это через каноническую закономерность, которую можно описать математически.
Гаряев: ДНК как волна, слово как жизнь
П.П. Гаряев — создатель концепции волновой генетики. Его ключевое утверждение: ДНК — не просто молекула, а волна. ДНК излучает информацию в виде электромагнитных и акустических волн. Эти волны программируют развитие, функционирование и исцеление организма. Генетический код — не только химический, но и волновой.
Одна из главных идей Гаряева — аналогия между генетическим кодом и человеческой речью. ДНК обладает синтаксисом и грамматикой. Последовательности нуклеотидов можно интерпретировать как текст. В его работах: «текстовая структура ДНК действительно сродни человеческой речи».
Гаряев создал технологию: волновая информация о здоровом состоянии организма записывается в звук. Больной слушает этот звук — и клетки получают «инструкцию» вернуться к здоровому состоянию. Вводя кодовые вербальные команды в генетический аппарат повреждённых семян, ему удалось уменьшить количество хромосомных повреждений после рентгеновского облучения — фактически заблокировать поражение.
И вот тут — перекличка с Исконом. В статье об Исконе мы разбирали слово как передачу света от источника к приёмнику. Слово сверху — от светоносных существ, по яргам, к сущностям. У Гаряева — то же, но на уровне биологии: ДНК — это приёмник, который принимает «слово» в виде волны. Звук — носитель слова. Клетка — приёмник. Здоровая ДНК передаёт «слово» больной — и та перестраивается. Это та же логика: слово — не звук, а информация, передаваемая волной. В Исконе — по яргам, по световым путям. У Гаряева — через солитоны, через волновую структуру ДНК.
А совесть — внутренний приёмник, настроенный на ярги. У Гаряева — ДНК как приёмник, настроенный на волновую информацию. Та же функция: приём слова, идущего свыше. Разница — в уровне описания. Искон описывает духовный слой, Гаряев — биологический. Но механизм — один: есть источник, есть канал, есть приёмник. И если приёмник работает — слово принимается, и жизнь утверждается.
Мосты: три источника — одна схема
Теперь видно, как три исследователя, каждый со своей стороны, описывают один и тот же Канон:
Сундаков — Канон порождает слова. Извод, Ясна, матица. Слово — не произвольно, оно разложено по полочкам схемы.
Говоров — Канон порождает числа и геометрию. Число = слово, буква = фигура. Квантовое строение языка. Буквы построены по геометрическим правилам.
Гаряев — Канон порождает звук и саму жизнь. ДНК = волна = язык. Звук переписывает генетические программы. Слово — не метафора, а физический носитель жизни.
И все три — говорят об одном: слово, число и звук — не разные вещи. Это разные проявления одной и той же канонической схемы. Геометрия порождает слово, слово несёт число, число звучит как волна, волна программирует жизнь.
Мощь Канона
Мощь всей системы — в Каноне. Не в Коне как абстракции, не в Исконе как философии — а в Каноне как работающей схеме, по которой всё это строится и действует. Канон — это не теория, а практика. По Канону строили города — четыре храма как архитектурные формы, по которым возводились здания и поселения. По Канону создавали слова — не выдумывали, а рождали из схемы, извод за изводом. По Канону строили язык — буквы как геометрические фигуры, квантовый код. По Канону лечили — звук, перестраивающий клетки. По Канону писали иконы — передача исконной сути через каноническую закономерность, обратная перспектива как математическое следствие правила.
Мощь Канона — в том, что он соединяет. Соединяет геометрию и слово. Слово и число. Число и звук. Звук и жизнь. Жизнь и Кон. Кон и Искон. Всё — одна цепочка, и каждое звено — работает. Не абстракция, не философия — действующая схема, по которой можно строить, говорить, считать, лечить, писать иконы, жить.
И вот здесь — полная картина:
Дакон — неживая материя. Фундамент.
Кон — живая система. Взаимодействие светила и земли.
Искон — сущностные пути. Восхождение или падение.
Канон — часть Кона. Схема, по которой Кон строит себя. Геометрия, порождающая слово, число, звук, образ и саму жизнь.
Икона — образ, передающий исконную суть Кона через каноническую закономерность. Духовная составляющая Кона, проявленная через Канон.
Пять понятий. Четыре слоя реальности — и икона как проявление Искона через Канон. Без Канона — Кон есть, но не оформлен. Искон есть, но не структурирован. Без иконы — исконная суть есть, но не передана. Канон — чертёж. Икона — то, что чертёж проявляет. То, что через чертёж становится видимым. Духовное — увиденное через схему.
Закон
Что такое Закон?
Разберём: за-кон. За — вне, снаружи, за пределами. Кон — живая система. Закон — то, что за пределами Кона. То, что вынесено из Кона наружу — описано, зафиксировано, записано как правило. Кон — живая, работающая система. Закон — её описание, выведенное за рамки.
Этимология подтверждает. Слово «закон» происходит от праславянского *zakonъ, связано с корнем «кон» — начало, предел, основание. Приставка «за-» придаёт значение установленности за пределами. В старославянском «конъ» означал «начало, предел, граница, обычай». Закон — установленный предел. То, что очерчивает, как Кон работает, — но не заменяет его. Карта — не территория.
Канон и закон: коренное отличие
Канон и Закон — не одно и то же, и путать их нельзя. Канон рассматривает схемы деления: число, слово, букву, звук, сектор, геометрию. Как Кон устроен внутри. Закон рассматривает явление с точки зрения правды — соответствия тому, что есть в действительности. Что Кон делает снаружи, как это можно описать и зафиксировать.
Канон — внутренняя геометрия. Закон — внешнее описание. Канон — чертёж. Закон — формула, выведенная из чертежа. Канон отвечает на вопрос «как устроено». Закон — на вопрос «насколько это соответствует правде».
И вот тут — главное. Если Закон описывает явление частично, не видя всю картину целиком, — он может оказаться ложным. Неважно, сколько этот Закон держится в умах. Неважно, сколько людей в него верят. Если он неполон — он ложен. Рано или поздно.
Законы физики: описание работы природы
Законы физики не придуманы. Они — описание того, что уже есть. Тяготение существовало до Ньютона. Ньютон не создал гравитацию — он заметил её и описал. Сформулировал то, что природа делала всегда. Закон всемирного тяготения — не правило, которое Ньютон установил для природы, а правило, которое он вычитал из природы.
То же — с любым физическим законом. Закон сохранения энергии не приказывает энергии сохраняться. Он констатирует: энергия сохраняется — это факт, наблюдаемый в природе. Физика — наука о наиболее общих законах природы. Её задача — формулировать их, объяснять явления и предсказывать новые. Но она не создаёт эти законы. Она их находит.
В терминах нашей системы: Кон — живая система, в которой всё уже работает. Закон — описание этой работы, выведенное за рамки Кона, записанное формулой, словом, правилом. Когда физик пишет «F = ma», он не приказывает телу двигаться. Он описывает, как тело уже движется.
Правда вместо Закона: как раньше понимали порядок жизни
Но мысль не останавливается на физике. Если Законы описывают работу природы, то и порядок жизни должен описывать работу природы. То, что мы сейчас называем юридическими законами, раньше так не называлось. Раньше это называлось правдой.
«Русская Правда» Ярослава Мудрого — древнейший русский правовой кодекс, XI век. Не «Русский Закон». Не «Свод Законов». Правда. И не случайно. До XVIII века у русского народа не было слова «право» (оно пришло как калька с немецкого). У него была «правда».
И «правда» не то же, что «закон». Правда — это справедливость, праведность, соответствие природному порядку. Правда — не то, что можно кодифицировать или унифицировать. Правда ситуативна: она связана с совестью, с обстоятельствами, с живым чувством справедливости. Закон фиксирован. Правда жива. Закон — за Коном, снаружи. Правда — в Коне, внутри.
Не только на Руси. «Салическая правда» франков, правды других германских и славянских племён — все они назывались «правдами», не «законами». Потому что понимали: правило жизни — это не приказ власти, а описание природного порядка.
Главный принцип: мирские и людские законы должны соответствовать смыслу, заложенному в природосообразности. В Коне. Когда Закон соответствует Кону — он работает. Когда противоречит — ломает.
Иларион, первый русский митрополит, в XI веке написал «Слово о законе и благодати». Он противопоставлял Закон и Благодать. Закон — внешнее, установленное, формальное. Благодать — внутреннее, живое, природное. Иларион говорил: «уже не теснится человечество в Законе, а в Благодати свободно ходит». Благодать — близка к тому, что славяне называли правдой.
Когда закон заменяет Правду, система мертвеет. Когда Закон служит правде, система живёт.
Закон везде: примеры природосообразного описания
Принцип «закон описывает работу природы» не ограничен физикой и юриспруденцией. Он всюду, и в каждом случае это именно фиксация того, что уже работает в природе:
Медицина. Законы здоровья — не выдуманы. Гиппократ не придумал, как тело работает — он описал природные закономерности. Когда лечение следует природе — лечит. Когда борется с природой — калечит. Закон медицины — описание того, как Кон поддерживает жизнь.
Музыка. Законы гармонии не сочинены. Пифагор не изобрёл интервалы — он обнаружил природные соотношения звуков. Октава, квинта, кварта — не выдумка, а описание того, как звук устроен в Коне. Гармония — когда звук соответствует природным пропорциям.
Архитектура. Законы пропорций — те же, что в природе. Золотое сечение, модуль, канон построения — пропорции, которые работают и в ракушке, и в подсолнухе, и в человеческом теле, и в храме. Архитектурный Закон — описание природной геометрии, выведенное за рамки Кона в чертёж.
Земледелие. Календарные циклы — не произвольные правила, а следование природным ритмам. Сев, жатва, покой земли — расписание работы по Кону. Месяцеслов — Закон, описывающий, когда Кон даёт урожай, а когда отдыхает.
Этика. «Жить по правде» — не по писаному уставу, а по природосообразности. Когда нравственный Закон соответствует природному, общество живо. Когда противоречит — болеет. Нравственный Закон — описание того, как Кон поддерживает лад между людьми.
Во всех этих областях одно и то же: Закон не создаёт работу. Закон описывает её. И если описание верное — работает. Если описание неверное, если закон перестал соответствовать Кону — ломается.
Когда Закон оказывается ложным
Земля плоская. Это был закон. Не просто мнение — это было научное представление, закреплённое в культуре, подкреплённое авторитетом. Кто говорил иначе — того сжигали на кострах. Джордано Бруно — сожжён в 1600 году. За то, что утверждал: Земля не плоская, Вселенная без(с)конечна, звёзды — далёкие солнца. Закон говорил: плоская. Правда оказалась: шарообразная. И не одна во Вселенной. Закон был ложным — но держался веками. И тех, кто говорил правду, уничтожали.
Скорость света как предел. Эйнштейн постулировал: ничто не движется быстрее света. Это стало законом. Специальная теория относительности — на этом стоит. Но квантовая механика нашла способ обойти запрет: квантовая запутанность передаёт состояние мгновенно, без переноса энергии — но информация как бы «течёт» быстрее света. Тахионы — гипотетические частицы, которые всегда движутся быстрее света. И, как отмечают исследователи, «давно экспериментально доказано, что есть импульсы, которые могут распространяться со скоростью, на порядки превышающую так называемую скорость света». А также: «скорость света не есть постоянная величина» — а ведь в формуле заложена вполне конкретная константа. Закон говорил: предел — свет. Правда оказывается: свет — не предел. Закон неполон — и потому ложен.
Закон сохранения энергии. Один из фундаментальных законов физики. Но квантовая механика допускает кратковременное нарушение этого закона — в промежутке между излучением и поглощением частиц. Принцип неопределённости Гейзенберга означает, что энергия может флуктуировать, «заниматься» из вакуума и возвращаться. А если говорить о «свободной» гравитационной энергии, то исследования показывают наличие неограниченных её запасов, «намного превышающих энергию Ньютоновских сил тяготения». Закон говорил: энергия только сохраняется. Правда оказывается: энергия может рождаться из вакуума, из «пустоты», из структуры пространства.
Ложный закон как инструмент удержания: жадность вместо правды
Ложные законы держатся не только потому, что кто-то боится «потерять маски». Главная причина — жадность. Система, построенная на контроле ресурсов, не может позволить себе правду, которая эту систему разрушает.
Если энергия без(с)платна — её нельзя продавать. Если энергия передаётся без проводов и труб — её нельзя тарифицировать. Если люди независимы от «бочек с нефтью» — ими сложнее управлять. Поэтому правда невыгодна тем, кто построил экономику на дефиците и контроле.
Ресурсы должны идти по трубам, по проводам, через узлы учёта. Человек должен быть к ним «прикован» — привязан к инфраструктуре, к тарифам, к системе, которая его считает и контролирует. Эта привязка — не побочный эффект. Это основа модели. Пока ты зависим от провода — ты в системе. Пока ты зависим от трубы — ты в расчётах. Пока ты платишь за каждый киловатт — ты финансируешь тех, кто эту модель поддерживает.
И это элементарная жадность, которая не видит дальше своего кармана. Она буквально пилит сук, на котором сидит. Потому что, разрушая природную систему (Кон), она уничтожает и среду, в которой сама существует. Выкачивая, сжигая, загрязняя — она не просто берёт ресурсы. Она ломает сам порядок, по которому эти ресурсы вообще могут существовать.
В терминах нашей системы: ложный закон — это не просто ошибка. Это намеренно неполное описание Кона, которое служит не познанию, а удержанию. Оно не показывает, как устроен мир. Оно показывает, как удобнее им управлять.
Когда закон оказывается ложным.
Николай Викторович Левашов — академик, исследователь природы и космоса, автор книг «Сущность и Разум», «Неоднородная Вселенная», «Последнее обращение к человечеству». Он разобрал по полочкам, как ложные законы выдаются за истину — и как это удерживает человечество на тупиковом пути.
Два постулата — две лжи. Теория относительности Эйнштейна базируется на двух краеугольных постулатах. Левашов показывает: оба ложны.
Первый: Вселенная однородна и изотропна — свойства пространства одинаковы во всех направлениях. Ложь. Вселенная неоднородна, асимметрична. Свойства пространства меняются от точки к точке. Дейтон Миллер — американский физик — провёл 24 года измерений, более 200 000 замеров, и доказал неоднородность пространства. Послал данные Эйнштейну. Эйнштейн потребовал доказательства — получил их — и не ответил ни слова. Данные проигнорировали.
Второй: скорость света постоянна и является пределом. Ложь. Скорость света зависит от среды, в которой он распространяется. Опыт во Флориде: лазерный луч через нестабильную газовую среду дал скорость, в 300 раз превышающую скорость света. Современные эксперименты подтверждают: движение материи возможно со скоростями, многократно превышающими световые.
Плагиат. Эйнштейн не автор теории. Идеи позаимствованы у математика Анри Пуанкаре и физика Г. А. Лоренца. Нобелевскую премию Эйнштейн получил не за теорию относительности, а за изучение частного случая закона фотоэффекта, который открыл русский физик Александр Столетов. Столетов не получил ничего. Эйнштейну дали премию за чужое — чтобы сделать его «гением всех времён».
Зачем? Левашов прямо говорит: ложные представления о природе Вселенной были навязаны преднамеренно. Кто-то очень хотел направить развитие земной цивилизации по ложному пути. Причина — не только страх потерять контроль, но и прямая выгода: пока люди верят в ложные константы, они строят экономику на дефиците, а не на изобилии, на проводах, а не на резонансе, на контроле, а не на свободе. Пока эти ложные формулы преподают в школах и институтах — человечество движется по тупиковому пути. К экологической катастрофе. К самоуничтожению.
Тесла: когда правда мешает системе
Никола Тесла ставил опыты по без(с)проводной передаче энергии. Его идея: планета Земля может служить проводником, энергия передаётся через землю и атмосферу без проводов. Тесла демонстрировал без(с)проводное зажигание ламп на расстоянии. Строил башню Ворденклиф — узел глобальной без(с)проводной передачи энергии.
Проект закрыли. Банкир Дж. П. Морган, финансировавший строительство, прекратил поддержку. Принято считать, что причина — невозможность тарифицировать без(с)проводную энергию. Фраза «А куда поставить счётчик?» — возможно, апокриф, но точно отражает суть: без(с)платную энергию нельзя монетизировать. Энергия без проводов — без счётчика — без контроля — не нужна тем, кто зарабатывает на проводах, трубах и бочках с нефтью.
Это не просто история об одном изобретателе. Это иллюстрация того, как паразитическая система Ночи Сварога расправляется с научным прогрессом, который освобождает людей. Без(с)проводная энергетика освободила бы от проводов, от труб, от зависимости от нефти и газа. Без(с)платная энергия — из земли, из атмосферы, из резонанса — сделала бы людей независимыми. А независимые люди не нужны системе, которая держит их на привязи.
И система не просто «не финансирует» невыгодное. Она действует жёстко. Множество подтверждённых случаев, когда неудобные учёные исчезали. Погибали их труды. Исчезали архивы. Тесла — один из примеров: после его смерти ФБР конфисковало все его бумаги и записи. Чем больше изобретение угрожает системе контроля, тем меньше шансов, что оно дойдёт до людей, а его автор останется в живых. Такие открытия не развиваются, Теслу забывают, а тех, кто идёт дальше, убирают.
Плоская земля как лакмус: когда у людей отняли Канон
Есть сейчас движение — плоскоземельщики. Люди, которые утверждают, что Земля плоская. У них есть свои «измерения», свои «аргументы», свои «эксперты». И их становится больше.
На первый взгляд — курьёз. Маргиналы, которые не приняли школьную программу. Но если присмотреться — это не курьёз. Это лакмусовая бумажка, и она показывает гораздо больше, чем форму планеты.
Слой первый: понижение грамотности
Количество людей, способных поверить в плоскую землю, напрямую связано с уровнем образования. Не с объёмом знаний — а с способностью к анализу. Человек, умеющий проверять, не поверит в плоскую землю — не потому что «ему сказали», а потому что может сам посмотреть: как работает спутниковая навигация, почему лунное затмение показывает круглую тень, почему маршруты самолётов на глобусе выглядят иначе, чем на плоской карте.
Когда эта способность атрофируется — человек верит. Не проверяет. И плоская земля — лишь один из вариантов. Завтра он поверит во что угодно ещё. Потому что инструмент проверки утерян.
Слой второй: вера вместо метода
Вот что опаснее всего. Плоскоземельщик не «глупый человек». Он — человек, которого научили верить, а не проверять. Школа дала ему готовый ответ: «Земля шарообразная». Не показала, как это проверяется. Не дала инструмента. Ответ принят на веру — как догма.
Потом человек вырастает. Сталкивается с видеоблогером, который говорит: «Тебя обманывали. Вот доказательства». И приводит какие-то «измерения», «эксперименты», «факты». Человек не может их проверить — потому что не умеет. Но он может поверить. И верит новому авторитету, новой догме.
Механизм тот же: замена источника, но не метода. Человек не научился проверять — он только научился принимать на веру. Сменил одного «учителя» на другого. Содержание поменялось — процесс нет. Вера осталась верой.
Слой третий: ложь бывает разная
Плоскоземельщики — не просто «ошибаются». Они иллюстрируют несколько видов лжи одновременно:
Неполное описание. Берут один факт — «горизонт выглядит плоским с берега моря» — и строят на нём картину. Не видят всю остальную совокупность данных. Это ложь неполноты — та самая, про которую написано в этой статье. Закон, описывающий явление частично, — ложен.
Игнорирование неудобного. Спутниковая навигация работает? Затмения показывают круглую тень? Самолёты летают по сферическим маршрутам? Это «вставлено», «подделано», «часть заговора». Любой факт, не вписывающийся в картину, объявляется ложным. Не картина проверяется фактами — факты подгоняются под картину.
Подмена правды мнением. «Я так чувствую», «мне так говорят», «это логичнее». Чувство и мнение ставятся выше измерения и проверки. Правда — соответствие природосообразности — заменяется «моей правдой», субъективной, удобной, не требующей усилий.
Внутренняя непротиворечивость вместо внешней проверяемости. Модель плоской земли может быть внутренне непротиворечивой — в ней «всё объясняется». Но внутренняя непротиворечивость не равна истинности. Сказка тоже внутренне непротиворечива. Басня тоже логична — внутри себя. Истина проверяется не изнутри, а снаружи: соответствует ли модель реальности, а не сама себе.
Слой четвёртый: кому это выгодно
Плоскоземельное движение не создано «сверху». Но оно удобно системе. Не потому что кто-то специально его финансирует, а потому что общество, в котором люди не умеют проверять, легче управлять. Общество, в котором верят, а не анализируют, предсказуемо. Общество, в котором мнение заменяет правду, контролируемо.
Не нужно никого оболванивать специально. Достаточно не научить думать. Достаточно, чтобы образование стало формальным — учителю нужно «отчитаться», а не научить. Чтобы медиа стали эмоциональными, а не аналитическими — потому что эмоции продаются лучше. Чтобы информация стала избыточной — в потоке шума человек не может отличить источник от графомана. Чтобы аналитические навыки не были востребованы — нужен исполнитель, а не мыслитель.
И всё — система работает сама. Плоскоземельщики — естественный продукт этой среды. Не цель, а побочный эффект. Но побочный эффект, который показывает: система выполняет свою задачу. Задачу — не научить. Задачу — не дать инструмент. Задачу — оставить человека без Канона.
Слой пятый: Канон отнят — человек беззащитен
В терминах нашей системы:
Канон — инструмент проверки. Полочки Ясны, 16 секторов, извод, геометрия. Система, по которой можно разложить и проверить. Не поверить — проверить.
Закон — описание работы. Если неполон — ложен. Если полон — работает.
Правда — соответствие природосообразности. Не мнение, не вера — соответствие.
Плоскоземельщик — человек, у которого отняли Канон (инструмент проверки), заменили Закон на догму (веру в готовый ответ без проверки), и правду подменили мнением («я так чувствую»). Это ровно та же схема, что с ложными законами Эйнштейна и с уничтожением работ Теслы — только в зеркальном отображении.
Там система прячет правду, чтобы удержать контроль. Здесь система не учит отличать правду от лжи, чтобы контроль был проще. Один и тот же механизм: лишить человека инструмента проверки.
Канон — это инструмент. Когда его нет — человек верит чему угодно. В плоскую землю. В то, что скорость света — предел. В то, что энергия может передаваться только по проводам. В то, что мир состоит из отдельных «предметов», не связанных между собой. В то, что слово — это просто звук, а число — просто цифра.
Когда Канон отнят — человек не свободен. Он думает, что свободен, потому что «не верит официальной науке». Но он просто сменил догму. Он верит новой догме — с тем же рвением, с тем же отсутствием проверки, с той же готовностью сжечь инакомыслящего. Только теперь костёр — не физический, а цифровой.
Цена ложного закона
Пользуясь неполными законами, человечество заблуждается. Уходит не туда. Продлевает время своих мытарств — вместо того чтобы жить по правде, по природосообразности. Каждый ложный закон — это лишние годы, десятилетия, века, потерянные на борьбу с иллюзией. Сжигание на кострах — не просто жестокость. Это защита ложного закона от правды. Запрет на знание — не просто невежество. Это удержание людей в состоянии, выгодном тем, кто закон установил.
Как выйти из лжи: правда как движение ра
Мы расставили фигуры на поле. Показали, что такое ложный закон, как он держится, кому выгоден, что бывает, когда у людей отнимают инструмент проверки. Но не показали, как ходить. Что нужно, чтобы человек перестал быть жертвой ложных законов и начал видеть правду?
Разберём само слово: правда. По-ра-да. Ра — солнечная сила, животворящий свет, который течёт от Ярилы по яргам ко всему живому. По — вслед, вслед за движением. Да — утверждение, дарование, «да будет». Правда — то, что следует за движением ра. То, как ра движется, живёт, функционирует. Правда — не статичная истина, не догма, не формула. Правда — живой процесс, отражающий то, как солнечная сила проходит через мир. Как она переходит из фазы в фазу. Как она проявляется в каждом явлении.
А Кон — живая система, порождённая взаимодействием Солнца и Земли. И в Коне есть принцип непрерывности и последовательности. Все фазы и циклы переходят мягко, один в другой, без разрывов. Зима не обрывается резко — нарастает, длится, отступает. Весна не возникает мгновенно — подготавливается, вызревает, проявляется. День не включается щелчком — рассветает. Ночь не падает как занавес — сгущается. Восход — не точка, а процесс. Каждая фаза — следствие предыдущей и причина следующей. Ничего не выпрыгивает из ниоткуда. Ничего не исчезает в никуда. Всё — связано, всё течёт, всё продолжается.
Непрерывное сознание против клипового
Когда человек сопрягается с Коном — когда его мышление следует тому же принципу непрерывности и последовательности, — его сознание обретает способность непрерывной логики. Не скачкообразной, не обрывочной — а текущей, как сам Кон. Человек может извлекать причины и следствия, которые вытекают одно из другого. Не «факт сам по себе» — а цепочку: откуда он, почему, к чему ведёт. Не «событие» — а процесс: что было до, что будет после, как одно перетекло в другое.
Непрерывное мышление — это когда ты видишь не кадр, а фильм. Не снимок, а движение. Не точку, а траекторию. Это не «умность» и не «образованность» — это свойство сознания, сопряжённого с Коном. Когда сознание идёт за движением ра — за тем, как мир реально устроен, — оно видит связи. Видит причины. Видит следствия. Видит целое.
А теперь посмотрим, что культивируется сейчас. Клиповое сознание. Фрагментарное. Секторальное. Кадр — пауза — другой кадр, никак не связанный с первым. Новость — реклама — новость. Запись — прокрутка — запись. Всё — короткое, яркое, эмоциональное, ничем не связанное с предыдущим и не имеющее последствий. Человек потребляет информацию кусками — и каждый кусок «сам по себе». Нет цепочки. Нет причины. Нет следствия. Нет процесса. Только стимул и реакция.
Клиповое сознание не случайно. Оно противоположно Кону по своей природе. Кон непрерывен. Клип разорван. Кон последователен. Клип хаотичен. Кон показывает, как одно вытекает из другого. Клип показывает, что «вот это произошло», без связи с тем, что было и что будет. Клиповое сознание не может извлекать причины и следствия — потому что оно приучено видеть мир как набор несвязанных фрагментов. Оно не видит процесс. Оно видит точки.
И именно поэтому клиповое сознание — идеальный материал для управления. Человек, не видящий связей, не задаст вопрос «почему?». Человек, не видящий процесса, не спросит «куда это ведёт?». Человек, не извлекающий причины и следствия, примет любой факт — потому что не может его проверить в цепочке. Для него каждый факт изолирован. А изолированный факт можно объяснить как угодно. Можно подать под любым соусом. Можно связать с чем угодно или ни с чем.
Почему знание о Коне опасно для системы
Вот почему знания о Коне опасны для паразитической системы. Не потому что Кон «секрет». А потому что человек, причастный к Кону, выстраивает непрерывное сознание. Непрерывную логику. Способность видеть процесс, а не кадр. Способность извлекать причину и следствие, а не принимать факт на веру.
Такой человек неудобен. Он не поверит в плоскую землю, потому что спросит: а как это связано с затмениями? С навигацией? С полётами? Он не примет ложный закон, потому что спросит: а вся ли картина описана? Что не учли? Он не проглотит новость целиком, потому что спросит: а что было до? Кому выгодно? Куда это ведёт?
Непрерывное сознание — это иммунитет против лжи. Не против конкретной лжи, а против механизма лжи. Механизм лжи — разрыв связей. Подача факта без контекста. Событие без процесса. Причина без следствия. А непрерывное сознание — восстановление связей. Контекст. Процесс. Цепочка.
Вот и ответ на вопрос: что нужно, чтобы выйти из лжи? Сопрячься с Коном. Не выучить Кон, а начать мыслить по его принципу. Непрерывно. Последовательно. Видя, как одно вытекает из другого. Видя процесс, а не кадр. Видя целое, а не фрагмент.
Правда — не догма. Правда — движение ра через мир. Тот, кто следует этому движению, видит правду. Тот, кто разорван на фрагменты, видит то, что ему покажут.
Правда как рождение: матка, рождающая новую жизнь
Правда — это не только «верное описание». И не только «соответствие природе». Правда — это родитель новой полноценной жизни. Она не констатирует — она творит. Не фиксирует, а рождает. Отсюда и название — матка.
В языке это не случайность. «Матка» не просто женский орган. Это вместилище, источник, основание, из которого вырастает целое. В улье — матка, и от неё держится весь рой. В земле — «материнская порода», из которой рождается почва. В слове «корень-матка» — основа, от которой ветвятся значения. Матица — исходная схема, несущая балка, на которой держится дом. Матка — то, что держит и рождает одновременно.
И правда такая же. У неё есть природное свойство: рождение себя в большем, наивысшем качестве. Она не застывает. Она не «одна и навсегда». Она раскрывается, углубляется, набирает силу, когда с ней сопрягаются. Когда сознание следует принципу Кона — непрерывному, последовательному, видящему, как одно вытекает из другого, — правда начинает действовать как матка: из малого рождает большее, из частного — целое, из фрагмента — систему.
Это и есть отличие непрерывного сознания от клипового. Клиповое сознание собирает мир из кусочков и держит их рядом. Непрерывное сознание видит, как из одного рождается другое. Оно не складывает — оно выращивает. Не подбирает факты — а прослеживает, как причина становится следствием, а следствие — новой причиной. Как фаза переходит в фазу. Как зерно становится колосом.
Когда человек мыслит непрерывно, он не просто «знает больше». Он участвует в рождении. Он видит момент, когда малое становится большим. Когда простое становится сложным. Когда случайность обретает закономерность. И в этот момент он не наблюдатель, он соучастник процесса. Он держит линию, по которой правда раскрывает себя.
Вот почему правда — матка. Она не просто «есть». Она действует. Она рождает новые смыслы, новые связи, новые уровни понимания — прямо в сознании того, кто следует её движению. И чем точнее человек сопряжён с Коном, тем сильнее проявляется это свойство. Правда не даёт готовые ответы — она даёт способность рождать ответы из самой природы вещей.
Именно это делает знание о Коне по-настоящему опасным для паразитической системы. Не потому что оно «запретное». А потому что оно делает человека продуктивным в правде. Оно даёт ему не набор догм, а живой инструмент: способность видеть процесс, удерживать непрерывность, извлекать причину и следствие — и на этой основе рождать новое.
Такой человек не нуждается в готовых объяснениях. Ему не нужно верить авторитету — он сам может проследить цепочку. Ему не нужны «ярлыки» — он видит, как явление вырастает из более глубокой закономерности. Он не потребитель чужих смыслов — он создатель собственных, и они не случайны, а природосообразны.
Для системы, которая держится на фрагментации и разрыве связей, это катастрофа. Потому что она хочет, чтобы человек был приёмником: увидел кадр — среагировал. А непрерывное сознание делает из него источник: увидел процесс — понял — родил следующий шаг.
Именно поэтому непрерывное мышление — это иммунитет не только против лжи, но и против без(с)плодия. Клиповое сознание потребляет и истощается. Непрерывное потребляет как сырьё и рождает как смысл. Оно не выгорает — оно растёт.
Закон в исконном смысле: не формулировка, а живая правда
И вот теперь — главное. Всё, что описано выше: непрерывность, последовательность, рождение себя в большем качестве, способность извлекать причину и следствие, способность видеть процесс, а не кадр, — это и есть Закон в исконном понимании.
Не в том, как его сейчас выставляют пустобрехи — выдуманные формулировки «якобы правильности», за которые нужно голосовать, которые нужно соблюдать, которые нужно «не нарушать». Мёртвые правила, написанные людьми, которые сами не знают, что такое Кон. Бумажные законы, которые меняются по желанию тех, кто у власти. Юридические законы, которые защищают интересы тех, кто их написал, а не тех, кто по ним живёт. Это не Закон. Это подмена. Это то, что за Коном — но не от Кона. Описание, оторвавшееся от описываемого. Карта, нарисованная не с территории, а с желания.
Закон в исконном смысле — не формулировка. Закон — свойство Кона, вынесенное наружу и описанное так, чтобы человек мог ему следовать. Закон — когда движение ра, естественный ход жизни, природосообразность — увидены, поняты и переданы как живое знание, а не как мёртвый свод правил. Закон — когда человек может проверить: соответствует ли то, что ему говорят, тому, как мир реально работает. Не «доверять авторитету», а видеть своими глазами, потому что умеет сопрягаться с Коном, потому что умеет мыслить непрерывно.
Правда — родитель новой жизни. Закон — форма, в которой правда передаётся. Когда Закон исконен — он несёт правду, и правда через него рождает новое. Когда закон пуст — он несёт выдумку, и выдумка через него рождает только подчинение.
Пустобрех — тот, кто формулирует «законы» без знания Кона. Кто пишет правила, не понимая, как мир работает. Кто подменяет правду — «якобы правильностью». Кто подменяет рождение — подчинением. Кто подменяет непрерывность — фрагментом. Его «законы» — не от Кона. Они — от его кармана, от его страха, от его жадности. И они ломаются — потому что не соответствуют Кону. Рано или поздно. Всегда.
Исконный Закон — не ломается. Не потому что «незыблем». А потому что он — не выдуман. Он — вычитан из Кона. Он — описание того, что уже работает. И пока Кон работает — работает и Закон, который его верно описывает.
Итог
Закон — описание работы Кона, выведенное за рамки. Но если закон неполон — он ложен. А ложный закон не просто ошибается — он уводит. Уводит от правды, от природосообразности, от целостности. И те, кто держится ложного закона, — заблуждаются. А те, кто законом управляет, — заблуждение поддерживают. Потому что заблуждающимся легче управлять, чем знающим правду.
Канон показывает, как устроено. Закон показывает, как работает — если видит правильно. Если видит неправильно — закон становится клеткой. Канон — ключ к выходу. Но только если Канону следовать, а не заменять его законом.
А правда — родитель. Она не просто показывает, как есть. Она рождает, как должно быть. И в этом — исконный смысл Закона: не выдуманная правильность, а живая правда, переданная через знание Кона.
Покон
Покон расшифровывает себя сам. Покон — по Кону. Последователь Кона. Тот, кто следует по Кону.
И сразу — вопрос. Кому-то нужно следовать, а кому-то — вовсе не надо. Кому нужен этот самый Покон? И почему?
В своё время Кон был основополагающим, жизнеопределяющим принципом. Архитекторы по природным меркам строили ладное жилище, храмы, соответствующие сакральному. Целитель приводил организм к здоровой матрице. Учитель показывал взаимосвязь всего со всем. Земледелец сверялся с природными циклами. Закон сверялся с правдой. И так далее и тому подобное. Кон не был «философией», не «учением» — принципом, на котором стояла жизнь. Кон определял, как жить, как держать Лад, как соотноситься с небом и землёй, с собой и миром.
Но не забыли. Разумеется, не забыли. Это не случайные процессы. В ночь Сварога власть взяли паразитические структуры. Им не нужны думающие люди. Им нужны потребители. Потребитель не следует по Кону — он следует по рекламе. Потребитель не ищет Лад — он ищет товар. Потребитель не встаёт на путь — он стоит в очереди. Потребителем легко управлять. Путным — нельзя.
Поэтому Кон не забыт. Он — как и культура — целенаправленно уничтожен. Не случайно утрачен. Не «выметен временем». Уничтожен. Вместе с тем, что держало человека на оси. Вместе с тем, что делало человека — человеком. Путным. Целым вовек.
Кому нужен Покон?
Почему Кон был нужен предкам? От него — как говорится, танцевать от печки. Вот откуда танцевали, выстраивая жизнь, быт и всё остальное. Кон был точкой опоры — не придуманной, а данной. От него разворачивалось всё: как строить дом, как растить детей, как относиться к земле, к небу, к себе. Не хаос, не «каждый сам придумывает» — а Кон. Порядок, заданный свыше.
Кому же Покон нужен сейчас, спустя столько времени забвения?
Если взять по сути — он нужен всем. Потому что это вопрос выживания.
Чем дольше мы забываем, тем больше жизнь превращается в существование. Жизнь — это когда по Кону, в Ладу, на пути. Существование — это когда по року, по течению, в очереди. Разница не в степени, а в сути. Можно существовать очень долго и при этом не жить ни одного дня.
Потребительский строй, на котором держится нынешнее устройство не вечен. Как и паразитические структуры, которые на нём сидят. Паразит не может существовать без(с)конечно — он уничтожает носителя. А когда носитель рухнет — рухнет и паразит. Вся цивилизация, построенная на потреблении, без Кона, без Лада, без внутренней опоры рухнет. Рано или поздно. Не потому что кто-то её разрушит, потому что изнутри сгниёт. Без Кона не держит.
Но есть особенные люди. Не «избранные», а устремлённые. Те, кто чувствует внутренний зов. Призыв. Вернуться к природой заданной норме, свыше заданному порядку. Те, кому мало существовать — кто хочет жить. Для них Покон не абстракция, не «древняя мудрость». Для них Покон вопрос возвращения. К тому, что было уничтожено, но не исчезло. К тому, что заложено в каждом — во врождённом Ладу, в искре божьей, устремлённой к небу, в совести — и ждёт, пока его поднимут.
А те, кто вообще не думает ни о развитии, ни о пути, — для них Покон тоже нужен. Только они пока не знают об этом. И их жизнь тоже может стать жизнью, а не существованием. Если услышат. Если обернутся.
Поэтому Покон нужен всем. Но начинают — те, кто услышал.
Потерять покой
В ком не погасла искра. В ком ещё говорит древняя генетическая память — память, помнящая порядок, справедливость, Лад. Те чувствуют зов. Те слышат.
И вот тут волшебная сказка. Вся история разворачивается всего двумя словами.
У Ивана-царевича — или Ивана-дурака, неважно — украли невесту. В женской версии — сестру, мать, кого-то близкого. Суть не в том, кто. Суть в том, что это женская половинка. Пара. Целое, разделённое надвое. И вот её уносит Смерч, Кощей, неважно кто — важен процесс отлучения. Разъятия целого.
И два слова: он потерял покой.
Иван-царевич — герой. А герой в сказке — это мы. Те, кто собирается двигаться по Кону. Те, в ком искра не погасла.
Покон и покой, разница в одной букве. Потерять покой — не «расстроиться». Не «обеспокоиться». Потерять покой — значит: вроде живётся, всё есть, всё обустроено, а что-то — не так. Как пел Высоцкий: «Эх, ребята, всё не так, всё не так, как надо». А как надо? Кто дал ответы?
Ответов целостных нет. В разбросанном виде — да. Осколки, обрывки. Каждый говорит кусок — и кусок может быть верным. Но картина не собрана. Потому что нет рамки, в которой каждый осколок встаёт на своё место.
Концепция от «кон». Кон-цепция. Сцепление с Коном. Она описывает, что и на каких местах, в каком направлении, зачем следует. Это — чертёж. Теория. Карта. Всё, что было описано Коном, Каноном. Но концепция — это не Покон.
Покон — это действие. Не описание. Не чертёж. Покон — это когда ты берёшь известную схему, описанную Каноном, и следуешь. Принимаешь решение встать на путь. Не читать о пути. Не обсуждать. А встать. И идти.
Кон, Канон, Искон, Дакон, Закон — там всё есть. Все чертежи, все направления. Но без Покона это лежит. Как карта, которую никто не открыл. Покон — это когда карту разворачивают и начинают, сверяясь по ней, идти.
Зачем? Жизнь вроде нормальная
Для некоторых индивидов вопрос нужности Покона не очевиден. Кажется: жизнь абсолютно нормальная. Зачем куда-то двигаться? Какой-то путь? Это удел сказочных дураков. Иван-дурак — он же дурак. Нормальный человек так не делает.
Вопрос краеугольный. Если его не осветить — всё дальше будет звучать как красивая, но неприменимая сказка.
Нормальная жизнь — это и есть то, что в сказке называется «потерял покой». Не беда, не катастрофа. Всё нормально. Работаешь. Ешь. Спишь. Семья, дом, планы, отпуск. Но покой потерян. Что-то не так. И ты не можешь объяснить что. Потому что всё нормально. А не так.
Это не кризис. Не депрессия. Это зов. Искра. Генетическая память, которая помнит: может быть иначе. Не существование, а жизнь.
Развилка: можно затолкать это чувство обратно. Забить. Отвлечься. Как делают большинство. И тогда жизнь остаётся нормальной. А покой не возвращается. Потому что потеря покоя не от того, что чего-то не хватает. А от того, что есть то, что не на месте. Кон не на месте. Лад не на месте. Человек не на месте.
А можно услышать. И тогда «нормальная жизнь» перестаёт быть достаточным ответом. Не потому что она плоха. А потому что она не весь ответ. Часть, но не целое. А человек — целый вовек. И пока он живёт частью, покой потерян.
Дурак в сказке не глупец. Дурак тот, кто не вписался. Кто не пошёл направо к благополучию, к «нормальной жизни». Кто пошёл прямо. И потому нашёл. А умные, пошедшие направо, не нашли. Потому что направо — мимо.
Совесть и логика
Тем, кто считает свою жизнь нормальной, можно ответить: этот зов не случайность. Это совесть шепчет. Тихий, но упрямый голос, который не заглушить ни делами, ни «всё у меня хорошо». Это звоночек: ты не на своём месте. Лад нарушен — не потому что мир плохой, а потому что ты вышел из своей меры.
А к совести добавляется простая, железная логика — без всякой мистики.
Животные и растения живут в Ладу. И у них нет выбора: они в нём рождаются и в нём умирают. Всё вписано в природные циклы. Они следуют врождённому порядку не потому, что «выбрали», а потому что иначе не умеют. Их Лад автоматический.
Человек тоже рождается во врождённом Ладу. Какое-то время живёт по нему: дышит, растёт, тянется к свету. В детстве это особенно заметно: ребёнок не притворяется, не подстраивается, он чист, потому что просто живёт в своей мере.
Но у человека есть то, чего нет у зверя и растения: сознание. Оно даёт выбор и вместе с ним ответственность. Можно остаться в Ладу. А можно из него выйти. Подменить своё чужим. Принять за норму то, что нормой не является. Поверить, что «так живут все», и принять это как меру своей жизни.
Именно поэтому человек — единственный, кто может потерять покой в фундаменте. Не потому что ему чего-то недодали. А потому что он способен увидеть разрыв: между тем, как живёт, и тем, как ему положено жить по природе. И когда этот разрыв осознаётся, приходит чувство: «всё не так». Не «плохо», а именно «не так». Как будто сидишь не на своём стуле, говоришь не своим голосом.
Тот, кто говорит: «У меня всё нормально», не неправ. Но «нормально» это ещё не «по Кону». Не Лад. Не мера, в которой человек становится целым.
Сознание как точка разбега
Сознание даёт ту самую разбежку между нормой и ненормальностью. Не для того, чтобы человек запутался. А для того, чтобы у него был выбор: либо умножать свой врождённый Лад, либо уйти от него.
Выбор этот не абстрактный. Он происходит в мелочах: «так делают все», «так принято», «так проще». И в какой-то момент человек уже не чувствует, где его собственный лад, а где — чужой шаблон.
Все без исключения проходят период, который описывает волшебная сказка: отлучение от своего природного естества, от врождённого Лада. Это не наказание. Это условие взросления в нынешнем мире.
В душе хранятся программы — глубинные установки, ритмы, меры, по которым человек изначально устроен. Это его природный код Лада. А потом приходит жизнь с воспитанием, ожиданиями, страхами, правилами. Внешние программы накладываются. Где-то мягко, где-то грубо: «надо соответствовать», «не выделяйся», «будь удобным». И происходит отлучение от души, от её первичного ритма.
У кого-то в большей степени, у кого-то в меньшей. Но разлад сейчас практически тотален у большинства. Не потому что люди плохие. А потому что система не настроена на поддержание Лада. Она настроена на потребление, на скорость, на соответствие.
В сказке у героя отнимают половинку, опору, связь с целым. Он остаётся один с чувством: «я не на месте». Это метафора отлучения — отлучения от собственного ритма, от своей меры, от того, что делало его живым и целым.
Но отлучение не означает, что Лад исчез. Он не сгорает, не стирается. Уходит в глубину. Становится тихим. Почти неслышным за шумом чужих программ. Но остаётся. Как искра под пеплом — не погасшая, а ждущая, когда её раздуют.
Социальный рок
Примерно с пяти лет к врождённому порядку, по которому ребёнок просто жил, подключается социальная система. Не как помощь, а как система долженствований. Чужих смыслов. Внешних программ.
«Должен». «Надо». «Так положено». «Не выделяйся». «Расти, учись, устраивайся, зарабатывай». Сначала забота. Потом маршрут. Потом «судьба».
Это и есть социальный рок. Не злой рок из сказок, а будничный. Он не кричит. Он шепчет: «Ты уже большой, пора». И гонит по цепочке: бытовые обязанности, роли, иерархия, рост по службе, накопления, статусы. Всё подаётся как неизбежность. Как «нормальная жизнь».
Но неизбежность не значит правильность. Рок — это то, что происходит без твоего выбора. И чем дальше, тем больше это становится твоей дорогой — не потому что ты её выбрал, а потому что она проложена до тебя.
"Сам виноват — и слёзы лью,
И охаю:
Попал в чужую колею глубокую.
Я цели намечал свои
На выбор сам, —
А вот теперь из колеи
Не выбраться"
В. Высоцкий
Человек родился в Ладу. Но, переходя на социальные программы, отдаляется от него. Не потому что сознательно отвергает, а потому что не сделал выбора. Не встал осознанно на ладный путь. Не сказал: «Я выбираю следовать своему Кону».
А раз выбора не было, то он движется по чужой программе, написанной теми, кому было не до Лада. Кому было важно, чтобы всё работало, крутилось, приносило прибыль. Чтобы люди вовремя приходили, вовремя платили, вовремя потребляли.
Система не требует целостности. Ей не нужна искра. Ей нужен предсказуемый участник: исполнитель, потребитель, звено. Она незаметно подменяет меру: вместо «как мне по Ладу» — «как положено», вместо «что мне истинно» — «что от меня ждут». И человек привыкает. Подмена становится нормой.
Он живёт по течению. Не потому что слаб. А потому что течение сильное, широкое — и все плывут. И когда совесть шепчет: «что-то не так» — это воспринимается как сбой. Потому что течение не любит, когда кто-то останавливается и оглядывается.
Норма и невежество
Вырисовывается нелицеприятная картина. Животные не теряют свой врождённый Лад — по нему живут и умирают. А человек теряет. И попадает в роковые обстоятельства. И живёт по року. И не является хозяином судьбы.
Парадокс: человек, наделённый сознанием, оказывается в худшем положении, чем зверь. Зверь на своём месте. Человек не на своём. Зверь хозяин своей жизни. Человек не хозяин, потому что свою природу променял на чужие программы.
То преимущество, которое дала природа — сознание — не работает. Сознание готово осознать многое. Но главного не осознаёт: куда движется жизнь и к чему она приводит. Этот вопрос не сложен. Просто остановиться и спросить себя: куда я иду? Зачем? К чему приду? Но именно этого вопроса человек избегает. Потому что ответ неудобен. Потому что ответ «не туда». А менять страшно. А плыть привычно.
Норма задана всем. Нормальное животное, если не больно и не ранено, проживает полноценную жизнь во врождённом Ладу. Растение тоже: растёт, цветёт, даёт плод, умирает в свой срок. Полный цикл без разлада.
А человек — даже здоровый, сильный, сытый — теряет Лад. Может быть, это иная форма болезни? Не та, что лечится таблетками. Болезнь души? Болезнь сознания?
Эта болезнь называется невежество.
Не «неграмотность». Человек может иметь три диплома, читать на пяти языках и быть невежественным. Невежество — не отсутствие информации. Это отсутствие знания о себе. О своей мере. О своём Коне. О том, что дано и что потеряно.
Невежда не знает не потому, что ему не рассказали. А потому, что он не смотрит туда — в себя. Смотрит вовне — на чужие жизни, чужие образцы, чужие меры. И принимает чужое за своё. И живёт чужим. И думает, что так и надо.
Животное не болеет невежеством — потому что не может. Ему не нужно «знать о себе» — оно и есть — собь, особь. А человеку нужно. Человеку дано сознание, чтобы осознать. Но сознание можно направить куда угодно — хоть на себя, хоть от себя. И когда оно направлено от себя человек не осознаёт главное. И это — невежество. Самая страшная болезнь. Потому что она не болит. Не мешает «нормально жить». Она просто делает так, что человек живёт не живя. И некоторые чувствующие, что не так, начинают жить для себя. С оправданием: один раз живём и надо всё попробовать. И почему-то под этим «всё» подразумевается всякое дно физического и морального уродства. Зато для себя — эго.
Тление
Человек живёт не живя. По сути — тлеет. Существует. День за днём, год за годом. Не угасая до конца, но и не горя. Искра есть, но не разгорается. Тепло есть, но не светит. Движение есть, но не вперёд. Так тлеет уголь, который не раздули и не затушили. Не живой и не мёртвый. Между.
А когда так живёт не один человек, а люди, род людской — это уже не частный случай. Это направление. И направление вниз, в пропасть.
Деградация. Не резкая — постепенная. Ползучая. Из поколения в поколение. Сначала теряют Кон. Потом забывают, что он был. Потом думают, что его и не было. Потом — что он и не нужен. И вот уже никто не помнит, что когда-то жизнь строилась от Кона, от Лада, от данной свыше нормы.
Дальше — морок. Мрак. Морок — не просто темнота. Морок — это когда темнота воспринимается как свет. Когда подмена не видна. Когда человек уверен, что живёт правильно, потому что «все так живут». Когда невежество становится нормой, а сама норма — Лад — кажется чем-то странным, дурацким, ненужным, даже опасным.
Мрак — полное отсутствие ориентиров. Нет верха и низа. Нет «куда надо» и «куда не надо». Всё равно. Всё безразлично. И в этом мороке род людской скатывается. Не падает — скатывается. Медленно, плавно. Как по ледяной горке: сначала приятно, потом быстро, потом не остановиться.
И в итоге — яма. Состояние, из которого самостоятельно не выбраться. Потому что в яме нет ориентиров. Нет Кона. Нет направления. Есть только стены. И то, что казалось «нормальной жизнью», из ямы выглядит как недостижимая высота. А то, что было Ладом, — как сказка, которую рассказывают дуракам.
Вот к чему приводит невежество. Не к одному плохому дню. К яме. К состоянию, в котором род людской оказывается, потому что забыл — не случайно, а потому что ему помогли забыть — свой Кон. Свой Лад. Свою норму. И так множится род людской, невежеством погружаясь в без(с)человечность.
Не только сказка
Нет, далеко не только волшебная русская сказка заметила эту проблему. Отчуждение человека от его истинной природы — одна из древнейших тем в мировой мысли. Разные традиции называли это разными словами, но суть видели одну.
Платон описал людей, прикованных в пещере с детства. Они видят лишь тени на стене и принимают их за единственную реальность. Тот, кого выводят к свету, сначала слепнет от боли — потому что глаза привыкли к темноте. Пещера — это и есть невежество, мрак: человек не знает, что живёт в иллюзии, и не хочет из неё выходить, потому что иллюзия привычна.
Ведическая традиция назвала это авидья — «не-видение». Не недостаток информации, а активная подмена: человек принимает временное за вечное, нечистое за чистое, не-своё за своё. Отождествляет себя с телом, ролями, реакциями и не видит своей истинной природы. Авидья — корень всех омрачений.
Руссо начал «Общественный договор» фразой: «Человек рождается свободным, но везде он в цепях». Общество, его структуры, правила, иерархии сковывают врождённую природу. Человек становится рабом, не замечая этого, потому что «так живут все».
Маркс описал отчуждение: человек отчуждается от продукта своего труда, от своей жизнедеятельности, от своей родовой сущности, от других людей. Труд, который должен быть живой связью с природой и самовыражением, становится чужой, принудительной деятельностью.
Фромм продолжил: отчуждённый человек знает только один способ отношения к миру — обладание и потребление. Чем больше отчуждённость, тем больше потребление становится смыслом жизни. Человек превращается в товар.
Кьеркегор видел корень отчуждения в конформизме. Человек растворяется в толпе, в том, «как принято». Толпа лишает индивида ответственности. Подлинное существование — это выбор: остаться в толпе или стать собой.
Гессе в «Степном волке» описал человека, который живёт не своей жизнью и не может вырваться. Его болезнь «не в пороках природы, а в великом богатстве сил и задатков, не достигшем гармонии». Это точное описание того, что в сказке называется «потерял покой».
Бердяев считал, что личность — это «сопротивление детерминации обществом и природой, героическая борьба за самоопределение изнутри». Когда общество подавляет природно-стихийное — происходит раздвоение. Когда стихийное господствует — человек становится рабом природы. И то, и другое — разлад.
И, наконец, Пропп — уже не философ, а исследователь. Он вскрыл структуру, которая работает во всех волшебных сказках: отлучка ; путь ; испытание ; преображение ; возвращение. Отлучка — первая функция, с которой начинается действие. С потери — начинается путь.
Вывод: проблема известна — но не услышана
Проблема известна давно. Описана многими. От Платона до Бердяева, от Вед до Проппа. Разные языки, разные эпохи, разные подходы — одна суть: человек теряет связь со своей истинной природой, и это не случайность, а условие, которое можно осознать и преодолеть.
Но почему-то не услышано. Ничего с тех пор не поменялось. Платон описал пещеру две с половиной тысячи лет назад, а люди всё ещё в пещере. Руссо сказал про цепи двести шестьдесят лет назад, а люди всё ещё в цепях. Фромм описал человека-товар семьдесят лет назад, а человек всё ещё товар.
О чём это говорит? О том, что такова суть. Не случайность, не сбой системы, не «плохое воспитание». Структура сознания выстроена таким образом, что создаёт социальность. А социальность уже отчуждает человека от самого себя, от исконной природы. Сознание дано как инструмент, но инструмент может работать и на Лад, и против Лада. И пока человек не сделал осознанный выбор направить его на себя — оно работает против. Автоматически. По року.
Именно поэтому мы не можем считать жизнь, в которой живёт большинство, нормальной. Это ненормальная жизнь. Это прозябание. Это тление. Это существование. Не больше. И то, что оно стало массовым, всеобщим, «как у всех», — не делает его нормой. Делает его тотальным разладом.
Что дальше?
Осознать, что норма — не норма, — это первый, но достаточно большой шаг. Вытянуть проблему на свет. Увидеть её. Назвать. Но вопрос: а что дальше? После того как человек осознал — что он делает с этим осознанием?
Тут снова сказка. И снова точная деталь, которая не случайна.
Героиня попадает к Бабе-Яге. У Бабы-Яги работница. И вот эта работница дарит героине платочек.
Слово «платочек» в контексте сказки раскрывает себя как «плато-точек». Плато — плоскость, поле. Точка — ориентир. Вместе — система координат. Некая схема, рисунок, по которому можно ориентироваться. Не абстрактная идея, а конкретная панель: вот тут верх, вот тут низ, вот тут направление.
Кто такая работница? Та, что постоянно работает. Что у нас может постоянно работать без устали, без выходных, без перерывов? Однозначно — Кон. Кон и его структуры. Именно они дают это самое «плато-точек» — систему координат, в которой человек, осознавший норму не нормой, может наконец увидеть: куда идти. Где он сейчас. Куда направлен русский путь.
Баба-Яга — древняя природа. Хранительница. Её жилище — граница между мирами, переход от неосознанного к осознанному. От рока к управлению судьбой. Героиня проходит через этот переход и получает платочек. Получает систему координат. Не совет, не утешение, не «всё будет хорошо», а схему. Чертёж. Ориентир.
Но здесь важный поворот. Русский путь не единственный. Есть и другие пути. И не все они ведут к Ладу.
Камень на развилке
И вот — камень на распутье. Три дороги. Этот образ стоит в сказке не для красоты — он стоит как схема. Как первая система координат, в той самой «плато-точек». Три направления — три способа жить.
Налево — дремучий лес. Невежество. Мрак. Падение. Деградация. Рок. Это путь тех, кто даже не поставил вопрос. Кто не осознал, не услышал, не обернулся. Кто просто живёт по течению, по року, по чужой программе. Тление. Сюда скатывается большинство. Не потому что выбрали, а потому что не выбрали вообще.
«Кому-то и не нужно знать, и как-то всуе доживать. Их выбор — тлеть и угасать».
Э.Ю. Шпорт
Направо — «женатому быть, коня потерять». Жить в быту. Семья, дом, хозяйство. Это не деградация. Это — люди, которые по совести живут. Добрые. Стремятся. Что-то чувствуют. Духовным потенциалом даже немного светятся. Но — коня потерять. Кон потерять.
Быт сам по себе не зло. Но быт без Кона — это ловушка. Человек обустраивается, устраивает семью, растит детей, помогает соседям и думает: я живу правильно. Я не падаю. Я — направо. Но «направо» в сказке не цель. «Направо» — мимо. Там женатому быть и коня потерять. То есть: обустроить жизнь и потерять путь. Иметь семью и не иметь Кона. Светиться потенциалом и не прийти к целостности.
И вот здесь появляются полугурки. Кто такой полугурок? Тот, кто занимается трансляцией о развитии. Кто что-то делает, куда-то идёт, что-то практикует. Но на вопрос «куда?» и «зачем?» — ответа нет. Полугурок работает не на целостность — потому что целостности не знает. Он взял кусок и размахивает им как целым. Развивает тело, или психику, или энергетику, или «духовность» — но без Кона, без чертежа, без системы координат. Без «плато-точек». Поэтому всё, что он наработал, — фантик. Блестит. Привлекает. Но за блеском пустота. Нет целого. Нет пути. Есть занятость.
Полугурок не враг. Он не налево. Он услышал зов, он двинулся. Но остановился на полдороге. Не дошёл до Кона. Не взял систему координат. И потому его развитие без(с)конечное блуждание по кругу с умным видом. Он скажет: «Я развиваюсь». Но не скажет куда. Потому что не знает. Потому что платка нет.
И тот, кто живёт в быту по совести, — и полугурок, который «развивается», — по сути на одной дороге. Направо. Оба не падают. Оба что-то делают. Оба даже немного светятся. Но оба мимо. Потому что целостность не складывается из кусков. Семья без Кона — кусок. Развитие без Кона — кусок. Доброта без Кона — кусок. А целое — это Кон. Целое — это путь. Целое — это когда платок на руках и направление выбрано.
Но между бытом и полугурком — разница. Живущий в быту хотя бы не паразитирует. Он просто живёт без Кона, но и без претензий. А полугурок паразитирует. Он даёт приманку на удочке. Заманивает ученика: «Я научу тебя развитию, пробуждению, силе». Но приманка на крючке. Задача — не сделать ученика самостоятельным, а привязать. Чтобы ученик стал штепселем в розетке — в розетке полугурка. Полугурок высасывает из ученика авторитетность, деньги, энергию, преданность. Ему нужен не путный — ему нужен зависимый. Ему нужен тот, кто будет приходить, платить, благодарить, восхищаться. И никогда не станет сам себе опорой. Потому что как только ученик станет самостоятельным — штепсель вынут, розетка пуста. Полугурку это невыгодно. К сожалению для рода людского, этим полугурством занимаются не только одиночки, которых сейчас тьма, — этим занимаются и религиозные конфессии.
Прямо — прямой путь. Русский путь. Путь по Кону. И здесь принципиальное отличие. Прямой путь даёт не приманку на удочке — он даёт саму удочку. Не кормит рыбой — учит ловить. Не привязывает — освобождает. Прямой путь заинтересован в том, чтобы человек стал самостоятельным. Целостным. Сам себе опорой. Ему не нужен ученик-штепсель. Ему нужен — путный. Тот, кто встанет на Кон и пойдёт сам. Тот, кто возьмёт платок — систему координат — и начнёт по ней двигаться, не нуждаясь в постоянном надзоре, в гуру, в «учителе», который скажет, что и как. Покон — это когда ты сам идёшь. По известной схеме. По Кону. Не за ручку — а по чертежу. И у русского пути нет конфессий, а есть культура. У русского пути нет храмов, ибо главный храм — храм Рода — индивид должен построить в себе сам.
Три дороги — и только одна ведёт к Ладу по Кону. Две другие мимо. Одна в яму. Другая в обустроенное блуждание. Но отличие направо от налево в том, что налево человек не знает, что заблудился. А направо знает, что живёт. Только не знает зачем. И в этом главная ловушка: и быт, и развитие без Кона кажутся достаточным ответом. А ответ — мимо.
«В поле камень стоит занимательный,
Три дороги указаны в нём,
Мы его прочитаем внимательно. И попрём, как всегда, напролом».
Так на эту тему пошутил Игорь Растеряев.
Напролом, конечно, созвучно с «прямо». Или напролом — ни по одному из путей. Найдите этот четвёртый путь. Наши предки нашли только три и поставили на развилке в камне.
Пути и дороги
Наши предки не абстрактно говорили о путях и дорогах. Они говорили географически. Конкретно. По земле.
Семиречье — Русская равнина
Центром Руси считалась область Семиречья — Русская равнина. Семь главных рек. Семь водных артерий, на которых стояла, держалась и росла Русь.
Волга — с северо-запада на юго-восток, в Каспийское море. Главная. Мать русских рек.
Днепр — с севера на юг, в Чёрное море.
Дон — с севера на юг, в Азовское море.
Северная Двина — с юга на север, в Белое море.
Печора — с юга на север, в Баренцево море.
Западная Двина — с востока на запад, в Балтийское море.
Нева — с востока на запад, в Балтийское море.
Семь рек. И почти все текут вдоль меридиана — с севера на юг или с юга на север. Только Западная Двина и Нева — на запад. Правило подтверждается: реки Русской равнины текут преимущественно по меридиану.
А солнце движется поперёк этих основных рек Руси. С востока на запад. Вот эта поперечность и есть путь солнца. Путь — то, что идёт поперёк рек. Дорога — то, что идёт вдоль.
Получается: если ты стоишь спиной к востоку, лицом к западу — как солнце идёт — то направо у тебя север, налево юг. Направо белая сторона, Белое море. Налево чёрная сторона, Чёрное море. Белая и чёрная не про «хорошее и плохое». Белая — вода, прохлада, север. Чёрная — огонь, жар, юг. Так наши предки различали стороны не по цвету, а по стихии: север — водяная сторона, юг — огненная. Отсюда и названия: Белое море на севере, Чёрное море на юге. Направо и налево — это дороги. Дороги — вдоль рек. Дороги — по течению. Вверх по реке или вниз по реке — но вдоль. Дорога — то, что естественно проложено: по долинам, по берегам, по руслам. Дорога не требует моста. Дорога идёт там, где и так можно пройти. И по рекам (дорогам) плавают, возят, ездят. По путям же ходят, как солнце, как звёзды.
Путь — поперёк. Поперёк рек. Поперёк долин. Путь там, где нужен мост. Мост — переход. Мост — соединение того, что разделено рекой. Путь — не вдоль, а через. Не по течению, а через. Не по долине, а через гору, через лес, через воду.
Отсюда в языке: «дорога» и «путь» не синонимы. Дорога — линейное направление, заданное природой. Рекой. Рельефом. Дорога — где легко. Путь — где надо строить мост. Где надо перейти. Где надо преодолеть.
И вот камень на распутье: «направо пойдёшь — коня потеряешь, налево пойдёшь — в яму попадёшь, прямо пойдёшь — смерть найдёшь». Направо и налево — дороги. Вдоль рек. По привычному направлению. По тому, где и так проложено. А прямо — путь с востока на запад. Поперёк. Через. Мост. Тот самый прямой русский путь, который идёт поперёк течения. Не по течению, а через. Не по реке, а через реку.
Вот почему прямо труднее. Прямо — мост. Прямо — преодоление. Направо и налево — дороги, по которым ходят все. Потому что дороги вдоль. А путь поперёк. И путь для тех, кто строит мост, кто с камнем работает.
И богатырский конь (Кон) несёт героя по солнечному ходу. По пути. Не по дороге, а по пути. Поверх рек. Поверх гор. Потому что путь — поперёк. А конь — несёт поперёк. Как солнце, ибо он и есть солнце.
Такова была система понимания путей и дорог у наших предков. Не абстракция — география. Не философия — земля. Небо. Реки. Солнце. И камень на распутье — не метафора, а ориентир. Конкретный. На конкретной земле. С конкретными направлениями. Направо, налево — дороги. Прямо — путь. Теперь внимание! На камне указаны направления дорог, и, учитывая вышесказанное, становится очевидным, что направление прямо — это та самая сказочная путь-дорога. И богатыря не интересуют дороги, ибо он выбрал путь. Свой путь, самостоятельно пройденный, но идти предстоит в том же направлении, что до него прошествовали светлые родовичи. Поэтому путь-дорога. Это не просто дорога, а стезя, свитая множеством путей духовного восхождения.
Путный и без(с)путный
В народе не случайно различали: путный — без(с)путный. Не «хороший — плохой». Не «добрый — злой». А «путный — без(с)путный». Есть путь — нет пути. И направо, и налево — не путь. Только прямо — путь. Только прямой русский путь — путь.
Путный — тот, кто на прямом русском пути. На природосообразном. Базирующемся на естестве природы. Не на придуманном, не на заимствованном, не на скопированном — на данном. На том, что заложено в самом устройстве мира. Путный — значит идущий по Кону. Имеющий направление. Имеющий систему координат. Имеющий путь.
Без(с)путный — всё остальное. Не только налево. Направо тоже без(с)путный. Быт без Кона — без(с)путный. Развитие без Кона — без(с)путный. Блуждание по кругам, по периферии — без(с)путный. Путь в деградацию — не путь, направление, дорога. Много чего протоптано, много течений, много направлений. Если исключить исконное направление, то дорог две — налево и направо. Вот по ним и ломится большинство населения земли.
Это не моральная оценка. Это — ориентир. Путный не значит «лучший». Путный, значит: идущий туда. Без(с)путный не значит «плохой». Без(с)путный — значит: не идущий туда. Куда — туда? К Ладу. К Кону. К целому. К своей мере. К осуществлению предназначения.
Покон: порядок прямого пути
За прямой путь, за русский путь отвечает Покон. В Поконе — порядок. Если в Законе правда, то Покон отвечает за порядок. В каком порядке двигаться по пути — это и есть Покон. Покон — это действие. Действие, для которого есть порядок.
Сначала — пробуждение. Человек использует своё сознание не для того, чтобы считать деньги или планировать отпуск, а для того, чтобы понять вообще, где он находится и куда идёт. Задаётся вопросом осмысленности жизни. И когда видит: то, что считал нормой, — совсем не норма, а наоборот, — тогда у него появляется шанс на движение.
Вот здесь развилка. Можно попасть направо. Можно налево. Можно прямо. Но прямо можно попасть только в том случае, если у тебя есть платок — система координат. По крайней мере, если ты о ней информирован.
Но это ещё не Покон. Покон начинается тогда, когда начинается действие. Не мысль о действии. Не решение действовать. Не готовность действовать. А движение.
И вот тут важный момент. Один шаг и остановка — это не движение. Такое тоже случается: человек делает шаг на русском пути, что-то открывается, какие-то качества, возможности — тот же самоход. И останавливается. Дальше не идёт. Начало есть — продолжения нет. Это не Покон.
У Кона есть принцип непрерывности и цикличности. Путь — не один шаг. Путь — это когда шаги складываются в движение, а движение — в ритм. Когда каждый следующий шаг вытекает из предыдущего, а предыдущий готовит следующий. Когда остановка не конец, а пауза в цикле. А не тупик.
Человека, который встал на путь одной ногой, чуть-чуть прошёл — и остановился, — называли лопух. Лопух — растение, которое растёт возле дороги. Не на дороге. При дороге, но не в дороге. Рядом, но не участвует. Не элемент пути.
Почему остановка? Оброк
Вот в чём, собственно, проблема. Почему такое случается? Человек и о Ладе знает, и о Коне знает, и о его частях знает. Душа зов чует. Совесть сигнализирует: надо идти. Всё — для себя решил. Выбор сделал. И вдруг — бац. Остановка.
Дело вот в чём. До этого человек жил в роке. В социальном, в большом смысле слова — в роке. И жил он там долго. И, естественно, набрался. Привычек. Груза. Обёрнутый рок — это оброк. Тот самый мешок грузов, который человек накопил, живя прошлой жизнью. Когда он принимает решение встать на прямой путь — он уже не в роке, а у рока. Потому что появилась альтернатива. Урок надо вынести. А мешает оброк. Оболочка, в которой человек прожил годы. Она не снимается по щелчку. Она держит.
И это не уникальное наблюдение. Разные традиции видели этот груз и называли его своими словами.
Ведическая традиция даёт точнейшую схему. Самскары — без(с)сознательные отпечатки, следы прошлого опыта, которые накапливаются в уме и определяют поведение. Каждое действие, каждая привычка, каждый страх оставляет след. След складывается в склонность. Склонность — в тенденцию. Тенденция — в васану — «запах прошлого», пропитавший ткань ума. Укоренившуюся подсознательную тягу воспроизводить одни и те же сценарии снова и снова. Цепочка жёсткая: действие ; отпечаток ; склонность ; тенденция ; ментальный шаблон ; новое действие. И так — по кругу. Человек решил идти — а васаны тянут назад. Не потому что он слаб. А потому что отпечатков сотни. И каждый кричит: «Будь как был. Привычно. Удобно. Безопасно». Самскары и васаны — это и есть внутренний механизм оброка.
В ведической традиции есть ещё одно понятие — анартхи. Буквально: «без(с)полезное», «нежелательное». Внутренние препятствия в сердце на духовном пути. Программы, из-за которых человек не может нормально взаимодействовать с миром и с собой. Анартхи парадоксальны: они приносят страдания, но создают зону комфорта — потому что человек не знает, как действовать без них. Просит: «Забери!» — а сам держится. Потому что без них — пусто. Потому что они стали артхами — ценностями. Мнимыми, но единственными, на которые человек опирается.
Буддизм описывает пять помех (ниварана) — пять качеств ума, которые ослабляют его и преграждают путь. Чувственное желание, недоброжелательность, лень и апатия, без(с)покойство, сомнение. Будда сравнивал их с долгом, болезнью, тюрьмой, рабством. Пока помехи не отброшены — человек в долгу, болен, в тюрьме, в рабстве. Когда отброшены — свободен. Помехи не внешние — они внутри. Они «покрывают» ум, как грязь покрывает воду в чане: пока вода мутная, отражения не видно.
Православная аскетика говорит о страстях — греховных навыках, которые через повторение «сделались как бы природным свойством» души. Страсть — не отдельный грех, а вросшее в душу поведение, от которого человек сам страдает, но не может остановиться. Святые отцы прямо говорили: страсть лечится насаждением противоположной добродетели. Не удалением — заменой. Не борьбой вслепую — выстраиванием нового строя.
Даосизм видел то же: «Когда устранили великое Дао, появились "человеколюбие" и "справедливость"». То есть, когда утрачен естественный путь, на его место приходят социальные конструкции — и человек принимает их за истину. Лао-цзы призывал вернуться к естественности, но предупреждал: чем дальше ушёл, тем труднее возвращаться.
Все традиции говорят об одном: груз — не внешний. Он внутренний. Накопленный, укоренившийся, вросший. И снимается не одним ударом, а постепенной, осознанной работой. Это и есть оброк — то, что мешает пройти, пока не выплачено.
И вот тут Пушкин со своим Балдой в точку попал. В той сказке оброк с чертями связан, то есть с инферналом, представители которого паразитируют на людях за счёт их привязанностей. По сути, это о пути налево.
В волшебной сказке символ этого груза — Змей Горыныч. И все его родственники.
Змей Горыныч не просто монстр. В сказке он образ того, что мешает двигаться. Он стоит на пути. Он бьётся напрямую. Он — многоголовый: в разных сказках у него три, шесть, девять, двенадцать голов. Многоголовость не декоративная деталь. На одном теле множество голов. Множество целей. Человек гонится за всем сразу, и в результате — суета в никуда. Каждая голова тянет в свою сторону. Ни одна не главная. Все равны. И все спорят. И пока головы спорят, тело никуда не движется.
Змей Горыныч напрямую бьётся — это открытая схватка. Так и оброк: иногда он виден. Человек понимает: вот моя привычка, вот мой страх, вот моя привязанность, которая мешает. Вижу. Бьюсь. Но в сказке Змей не один. У него родственники. И они действуют иначе: не в открытую — кознями.
В сказке «Иван-крестьянский сын и чудо-юдо» после того, как Иван побеждает змеев, их жёны приходят мстить — строят козни, заманивают в ловушки, принимают чужой облик. В былине про Добрыню Змей Горыныч, проиграв бой, молит о пощаде, обещает исправиться — а потом нарушает обет и снова нападает. Головы, которые срубил, отрастают вновь. Вместо одной — две.
Это точная схема того, как работает оброк. Срубил привычку, выросли две. Победил страх, появился новый. Договорился с собой, нарушил договор. Не потому что слаб. А потому что корень не срублен. Головы — следствие. Корень — в теле. А тело — это вся прожитая в роке жизнь. Все годы, все привычки, все установки, все «так принято», все «нельзя», все «надо». Это не снимается одним ударом.
И родственники Змея — это те косвенные препятствия, которые человек не всегда узнаёт. Козни — это не прямой удар. Это — обстоятельства. Внезапная занятость. «Сейчас некогда». «Вот доделаю — и начну». «Семья, работа, дела». Козни — это когда всё вокруг словно сговорилось: не ходи. Останься. Здесь — нормально. А там — неизвестно. И человек — остаётся. Не потому что передумал. А потому что козни сильнее. Потому что оброк тяжелее.
Урок не пройден, пока не выплачен оброк
И поэтому урок не пройден, пока не выплачен оброк. А так — человек и будет стоять у рока. Вроде на пути — а рок над ним давит. Тянет грузом. Оброк — это не абстракция. Это конкретный вес: привычки, установки, привязанности, страхи, удобства, обязательства — всё, что накоплено за годы жизни в роке. И пока он не выплачен — так эта история и будет продолжаться.
Шатание. То на пути, то опять не на пути. Человек будет себя казнить. Ругать. «Опять сорвался. Опять забыл. Опять ушёл в быт». Потом — опять начинать. Потом — опять забывать. Опять погружаться. Качели. Это — нормальные качели. Так бывает. Это всё ещё действует вот эта лютая, ладная природа людская — она держит, не отпускает окончательно. Не даёт упасть — но и не даёт пройти. Держит на полдороге. Между.
Поэтому сказать, что прямой путь — простой, лёгкий, и там всё само движется, — не совсем так. Прямой путь — прямой. Но не лёгкий. Тут надо обладать воинским характером. Быть в душе воином. Не обязательно брать меч — но держать внутренний строй. Держать — когда качает. Держать — когда тянет назад. Держать — когда «все так живут, а ты — нет». Держать — когда самому себе тошно от того, что опять не вышло. И — идти. Не бежать — идти. Ровно. По Кону. Это ежедневный труд над собой, над своими лучшими качествами.
Уважение
И вот здесь слово уважение. Откуда оно берётся? Из вежи. Вежа — ведание, знание, ведение. Уважение — не вежливость. Не «хорошее отношение». Уважение — это когда ты ведаешь, что делаешь и зачем. Когда видишь ясно.
За что человек может себя уважать? За прошлое не может. Фундамент старый — ложный. За него себя не уважаешь. За что-то надо уважать — а уважать можно только за конкретную, понятную цель. А цель и целостность неотделимы друг от друга. Цель без целостности — это не цель, а желание. Целостность без цели — это не целостность, а самоощущение. Вместе — они сила. Целый человек движется к цели — и цель делает его целым. На прямом пути единственная цель — целостность. Других нет. И тогда знание о своей силе, прознание, ведание своей силы — являет в существе вежу, и тогда — уважение к себе появляется.
И вот здесь, когда человек начинает двигаться в постоянстве к цели — тогда он может себя уважать. Не за намерение. Не за «я решил». Не за «я знаю». А за качества, которые проявлены. За соответствие с Коном. Непрерывность. Цикличность. Ежедневная, рутинная, незаметная работа — здесь и сейчас. Не подвиг раз в год, а строй каждый день. Не вспышка, а ровный огонь. Не рывок, а шаг. Шаг. Шаг.
Уважение — это не награда. Это следствие. Когда человек проявляет в себе человеческие качества — целый вовек — через Кон, через Покон, — тогда и появляется уважение. Не к себе абстрактному. К себе действующему. К себе идущему. К себе на пути путному.
Порядок по Покону
Какой же порядок Покона?
Первое — найти себя. Найти себя в заблуждении, нормальности. Понять: подмена. Если ты понимаешь, что твоя жизнь была ненормальной, — надо прийти к нормальной. Ладной. Целостной. Через прямой путь.
Второе — взять оброк. Мешок никуда не денется. Он уже прирос. Начать двигаться — с ним. Не ждать, когда снимется. Не ждать, когда станет легко. Идти — с грузом. Выплачивать — по дороге.
А с чего начинается путь? В русской сказке это описано подробно.
Человек ещё в невежестве. Ещё в мороке. Ещё в оброке. И вот, он находит (или ему помогают найти) богатырского коня. Богатырский конь — не что иное, как сам Кон. Конь в сказке — средство передвижения и верный помощник. Конь — принцип. Структура. То, на чём держится путь. Без коня герой не герой. Без коня — пешком, без чертежа, без системы координат.
В сказке «Сивко-Бурка» конь «одна шерстинка золотая, другая серебряная». Конь бежит, земля дрожит, из очей искры сыплются, из ноздрей дым столбом. Горы и долы промеж ног пропускает, малые реки хвостом застилает, широкие перепрыгивает. Это не литературная красота. Это описание силы, которая несёт человека через всё.
Богатырский конь: солнечный ход
Но тут не просто красота. Тут конкретное описание, прямо указывающее на движение солнца. «Горы и долы промеж ног пропускает, малые реки хвостом застилает, широкие перепрыгивает». Что ещё может промеж пропускать горы, реки, озёра? Кроме самого солнца, движущегося по небосклону? Ничто. Солнце проходит над горами — горы остаются внизу. Солнце проходит над реками — реки остаются внизу. Солнце проходит над озёрами — озёра остаются внизу. Солнце не останавливается. Солнце не выбирает маршрут. Солнце движется по своей дуге, и ничто на земле не преграждает ему путь.
Богатырский конь — это солнечный ход. Конь несёт героя так, как солнце несёт свет: не огибая, не обходя, а поверх. Над. Через. Не потому что силён — а потому что движется по Кону. По дуге, которая задана свыше. По пути, который не земной, а небесный.
И вот человек, который только что был в невежестве, в мороке, в оброке, находит коня. И конь несёт его по солнечному ходу. Не по земной дороге, где ямы, повороты, распутья, а по дуге. По Кону. По пути. По той самой системе координат, которая «плато-точкой» задана. Конь — транспорт становления. Конь — Кон в действии. Конь — Покон в движении.
Четырёхчастность: конь и Канон
И благодаря Канону мы знаем о четырёхчастности. Конь — на четырёх ногах. Четыре ноги — не случайно. Конь несёт, потому что опирается на четыре. Уберёшь одну — хромает. Уберёшь две — падает. Четыре — рабочая схема. Полная.
Так же, как Кон четырёхчастен — четыре сезона. Весна, лето, осень, зима. Четыре направления. Четыре части цикла. Четыре не «много». Четыре — ровно столько, сколько нужно, чтобы целое держалось. Не три — потому что три без четвёртого не замыкается. Не пять, потому что пятая лишняя. Четыре.
Четыре царства
Концепция русской сказки заключена в четырёх царствах. Сказка «Три царства — медное, серебряное и золотое» — одна из самых (в которой говорится и о хрустальном царстве) распространённых в русском фольклоре. Герой проходит медное царство, серебряное, золотое — и в каждом находит то, что ему нужно. В некоторых вариантах появляется и четвёртое — янтарное, где герой находит свою мать, или суженую.
Медное царство — тело. Физическое. Плотное. То, что можно потрогать. То, что устаёт, болит, хочет есть. Тело — первый уровень. Не главный, но первый. Без него никуда. На нём держится всё остальное.
Серебряное царство — чувство. Эмоциональное. То, что движет изнутри. То, что нельзя потрогать, но можно почувствовать. Чувство — второй уровень. Не слабость — сила. Серебро не медь. Тоньше. Чище.
Золотое царство — сознание. Ментальное. То, что видит, осознаёт, решает. Сознание — третий уровень. Золото не серебро. Ещё тоньше. Ещё чище. Ещё ценнее.
Три царства. Три уровня. Три части одного целого. И все три надо собрать в единство. Не по очереди: сначала тело, потом чувство, потом сознание. А вместе. Целым. Потому что целое не сумма частей. Целое — когда части работают как одно.
Но для этого нужно определить четырёхчастность природы. Не три — четыре. Четыре — потому что четвёртое — то, что объединяет три в одно. То, без чего три — просто три куска. Четвёртое — связь. Лад. Кон.
Дыхание и движение
И вот — с чего начинается практика. Не с теории. Не с концепции. С дыхания.
Дыхание — самое непосредственное, самое базовое, что есть в человеке. Первое, с чего начинается жизнь. Последнее, что уходит. Дыхание — связь. Между телом и чувством. Между чувством и сознанием. Между сознанием и... тем, что выше.
Четырёхчастность накладывается на дыхание. Движение на дыхание. Получается четырёхчастный аспект: вдох, пауза, выдох, пауза. Или — движение, удержание, отпускание, удержание. Четыре фазы. Четыре четверти. Один цикл.
На дыхание накладывается движение. И дыхание становится четырёхчастным. Вдох — пауза — выдох — пауза. Вот четыре части. Две очевидные — вдох и выдох. И две скрытые — паузы между ними. Два движения и два покоя. Два активных и два удерживающих. Четыре фазы — один цикл.
Это — уже основа Кона. Не абстрактная, не теоретическая — живая, телесная, прямо сейчас идущая. Основа, которая может работать по солнечному принципу. По принципу накопителя. Солнце не просто светит — солнце накапливает. Солнце проходит дугу, и за дугой стоит импульс. Тот самый импульс, который гонит свет через горы, реки, озёра — не огибая, а поверх. Не тратя — накапливая.
И вот здесь появляется возможность работы с импульсом. Вдох — накопление. Пауза — удержание. Выдох — отдача. Пауза — удержание. Не просто дыхание — а четырёхчастный цикл, в котором рождается импульс. Тот самый, который конь несёт. Тот самый, по которому солнце движется.
Сопряжение с Даконом
И вот обретение коня — богатырского коня по сказке — это и есть основополагающая система. Почему? Потому что в Коне есть ещё Дакон. То, что было до Кона. Дакон — это создатель. Слепая природа. Древняя, изначальная сила, которая всё создала. Не мудрая — слепая. Не осознанная — творящая. Как земля творит жизнь — не потому что решила, а потому что не может не творить. Как солнце светит — не потому что выбрало, а потому что оно — солнце. Дакон — слепая творящая сила. Создатель.
А вот боги — уже творцы. Боги творят в созданном. Дакон создал — боги оформляют. Дакон — материя, которая слепо рождает. Боги — те, кто в этом слепом рождении увидели порядок, взяли его и стали творить осознанно. Дакон — слепая природа. Кон — живая система. Разница принципиальная: Дакон творит, не зная, Кон — знает как.
Естественно, как только происходит оживление — это уже про систему. До этого — мёртвая материя. Глухой, материальный рок. Камень. Мёртвый камень, который не дышит. А Дакон — это вечное слепое творение. Он там, в этой вечности, постоянно создаёт. Не создал однажды и ушёл, а создаёт. Постоянно. Сейчас. Непрерывно. Слепо. Как солнце не «восходит однажды», а восходит каждое утро. Как земля не «двинулась однажды», а движется. Постоянно.
И вот с ним-то надо сопрячься. С этим самодвижением. Самостоятельным движением. Как солнце само движется. Как земля сама движется. Самоходное. Само-движущееся. Само-стоятельное. Всё с приставкой «само-». Само — не «я заставил». Само — не «мне сказали». Само — из естества. По естеству. Вот это всё должно идти естественным образом.
И основой является — Кон. Эта четырёхчастная живая система. Через Кон происходит сопряжение с Даконом. Через Кон со слепой природой, которая всё создала. С тем, с чего вообще человек начинался. Как он появился — из каких-то крупинок, частиц, каких-то переходных существ — и в конце концов человек, как таковой, как теперь мы его знаем в этом виде. Всё это прошлое — в Коне. Не «история» — а живое начало, которое создаёт до сих пор.
И вот, сопрягаясь с этим, ты оборачиваешься в прошлое. Но одновременно — двигаешься дальше. Вверх. Взгляд назад, а шаг вперёд. Потому что сопряжение — это не возвращение в слепое. Сопряжение — это соединение. Соединение слепой силы с живой системой. Кон берёт у Дакона силу — и делает её осознанной. Живая природа порождает сознание. Не «назад к слепой природе» — а вперёд, через Кон, с опорой на то, что создало всё.
А если соединение, то, соответственно, и идёт обучение. Обучение тем принципам, по которым живёт Дакон и Кон. Не «изучение», а обучение. Не «я прочитал», а «я сопрягся, и оно учит». Как конь учит всадника — не словами, а тем, как несёт. Как солнце учит — не инструкцией, а тем, как движется. Сопряжение — это и есть обучение. Не «узнал о» — а «соединился с». То, что ведением называли предки.
Конь осёдлан: йога до йоги
А дальше Кон включается. Поэтому герой на коне. Вот он летит: горы между ног, реки под собой. Скачет на коне. Оседлал его.
А что же это за тайная практика? Ничего тайного нет. В русских сказках Бабу-Ягу называют ещё Бабой-Йогой. Прямое указание на суть. Не на сказочную старуху — на практику. На то, чем и занимается сказочный герой: Иван-дурак, Иван-царевич. Сборка царств — медного, серебряного, золотого. Освоение Кона. Оседлание коня. Дальше — построение структур.
Баба-Яга (Баба-Йога) — хранительница древнего знания. Та, что стоит на границе миров. Та, через которую проходит герой, чтобы получить платок — систему координат. И название её не просто имя. Яга/Йога — отзвук того самого принципа соединения, сопряжения. Йога — гой. Это у индусов йог, а на русском пути гой гоит, сбирает (собирает и взбирается). Не ищет, а взыскивает.
И вот герой оседлал коня. Не «сел на лошадь». Оседлал — значит, соединился. Тело, чувство, сознание — в единстве. Дыхание — четырёхчастное. Движение — по солнечному ходу. Конь несёт — потому что Кон работает. Потому что четыре ноги — на земле. Потому что четыре фазы — в дыхании. Потому что четыре царства собираются.
Герой на коне — это человек, у которого Кон стал живым. Не теория — действие. Не концепция — Канон. Не «я знаю о Коне», а «я еду на нём». Конь несёт его поверх гор и рек — как солнце несёт свет поверх земли. Не потому что герой силён, а потому что Кон работает. А Кон работает, потому что вмещает Дакон, Канон, Искон, Закон, Покон. Конь берёт у Дакона силу и несёт героя. Герой берёт у коня направление и едет.
И дальше построение структур. Не «концепция описана». Структуры построены. Живые. Работающие. Те самые, на которых держится путь.
Не выдумано — найдено
В том-то и прелесть русского пути, что изобретать ничего не надо. Выдумывать ничего не надо. Вот он — с его системами. Он всё раскладывает буквально по полочкам. И одно вытекает из другого — естественно, непринуждённо, последовательно.
Поэтому всё, о чём мы сейчас говорим — это не авторские наработки. Не «моя методика». Не «я придумал систему». Здесь, конечно, авторский опыт есть — как проверка. Проверка правоты всего этого. Без проверки — это просто концепция. Красивая, стройная, но не живая. А вот когда проверил — когда прошёл, когда пережил, когда осознал, — тогда концепция становится Поконом. Тогда ты знаешь: не потому что прочитал, — а потому что сделал, проведал.
И именно эта проверка даёт право на написание данной тематики. Правило простое: не говорить ту правду, которую не пережил. Которую не знаешь. Которую не осознал. Вот в этом — вся праведность. Праведность — не «правильность». Праведность — от «правь». От ведания прави. Когда ты говоришь то, что ведаешь, — ты праведен. Когда говоришь то, что не ведаешь, — ты лукавишь. Даже если случайно попал.
И вот на русском пути не нужно лукавить. Не нужно. Потому что сам — самостоятельный. Самоходный. Как солнце само движется. Как конь, сам несёт. Не потому что кто-то погоняет, — а потому что таково естество. И нужны такие же попутчики. Тоже самостоятельные. Тоже самоходные. Тоже на коне.
Путный — не тот, кого ведут. Путный — тот, кто идёт. Не за ручку. Не за повод. А по чертежу. По Кону. Сам выверяет свой путь. Вот за это уважение. Не за «я знаю». А за «я иду». И если ты идёшь — ты самостоятельный. А если ты самостоятельный — тебе не нужен полугурок. Тебе нужен Кон. И Кон у тебя есть. Он всегда был. Просто ты его оседлал.
Дюжесть
Русская сказка говорит о дюжести. Дюжий — сильный, крепкий, здоровый, крепкого сложения. Не просто «сильный» — а сильный мерой. Сильный количеством. И в самом слове — число.
Народ не случайно связывал дюжесть с двенадцатью. Пословицы и поговорки сохранили эту связь:
«Взялся за гуж — не говори, что не дюж» — взялся за дело, не оправдывайся слабостью. Гуж — петля в конской упряжи. Дюж — краткая форма от «дюжий». Взялся за упряжь — тяни.
«Стар, да дюж: и свеж, и гож» — силён не молодостью, а стройностью.
«Гужом не вышел — так и на дюж» — не справился с простой задачей, до серьёзной не дотянешь.
Дюжий — от корня дугъ — сила. Антоним — недуг — без(с)силие, болезнь. Дюжий — значит силён. Недужий — значит болен. Дюжесть — не просто физическая сила. Дюжесть — сила собранная, мерная, числовая.
Дюжина — двенадцать. Чёртова дюжина — тринадцать. Откуда берётся это двенадцать? Не из европейского счёта, не из французской торговли — а из Кона. Из канонического построения.
Четыре храма
Сначала четыре. Первый храм. Четыре — основа. Четыре ноги коня. Четыре фазы дыхания. Четыре части цикла.
Потом восемь. Второй храм. Четыре плюс четыре. Восемь — двойная четвёрка. Расширение. Углубление.
Потом двенадцать. Третий храм. Четыре, умноженное на три. Три царства — медное, серебряное, золотое — каждое по четыре. Вот и дюжина. Вот и двенадцать.
Потом шестнадцать. Четвёртый храм. Четыре, умноженное на четыре. Полный замок. Полный кристалл.
И мы здесь не отходим от канонического построения. Именно так, как Кон устроен в своих канонических секторах и фазах, — точно так же идёт самосборка внутренней структуры в теле человека. Энергоинформационной, энергетической — можно как угодно назвать. Суть одна. Идёт построение по природосообразной системе.
Сборка дюжины: три кольца
Сборка дюжины — двенадцати — начинается с крайних суставов. В сказке это называется медным кольцом. Кисти рук, кисти ног — самые дальние, самые крайние суставы. Сначала берётся четвёрка — четыре сустава. Она объединяется в единство — в медном царстве, серебряном, золотом — в теле, чувствах, сознании. Когда целостность в этом кольце собрана — естественным образом происходит переход на следующее кольцо.
Серебряное кольцо — локти и колени. Восемь. Второй храм. Здесь всё повторяется — сборка, единение в трёх царствах. Четвёрка плюс четвёрка — восьмёрка.
Золотое кольцо — плечевые и тазобедренные суставы. Двенадцать. Третий храм. И снова сборка, единение в царствах. Но здесь, на золотом кольце, появляется возможность построения сердцевинной структуры. То, что называется иглой Кощеевой. Четвёртого храма, храма Рода. Кресты — прямой природный, честной, животворящий. Вот через это игла начинает формироваться.
Сборка — постепенно. Не рывком, а по кольцам. Сначала медное — крайние суставы. Потом серебряное — средние. Потом золотое — центральные. Тело, чувство, сознание в единстве создают целостную структуру. И когда все три кольца собраны — возникает нечто новое.
Кристалл
И вот через формирование оси — той самой иглы Кощеевой — происходит объединение прежних трёх царств. Это уже чёртова дюжина — черта дюжины. Не у чёрта, а за чертой дюжины. Хотя чёрт тоже за чертой жизни. Тело, чувство, сознание обретают структурное единство. Три становятся одним. И так возникает кристалл.
Тот самый — почему герой идёт к Кощею. Кощей живёт в своём царстве — хрустальном, изумрудном. Это не случайно. Потому что Кощей — не просто злодей. Кощей — структура. Кощей — кристалл, уже собранный. Уже стоящий. И у Кощея — похищенная душа. То, что герою нужно вернуть. Но чтобы вернуть — нужно сопряжение. Нужно собрать свой внутренний кристалл, такой же, как у Кощеева царства. То есть — соответствовать. Быть равным по структуре. Не слабее — а равным. Иначе сопряжения не будет. Иначе — не взять.
Внутренний кристалл называется также камнем Алатырем. Тот самый камень, о котором говорят разные традиции. Камень — основа. Камень — опора. Камень — то, на чём стоит. Не песок, не глина — камень. Кристалл. Прозрачный, цельный, прочный. Собранный из трёх царств через ось. Через иглу. Через Кон. Он же философский камень мудрости самопознания.
Камень Алатырь
Построение камня Алатыря — этого кристалла — проходит через ягру. Ягра — отражение ярги. Ярга — нисходящие структуры духовного порядка. То, что приходит сверху. Ягра — то, что переработано сопряжением и поднято ввысь. То, что прошло через тело, через чувство, через сознание — и поднялось обратно. В ягре. Восходящее после нисходящего. Не копия — а отклик. Не приём — а сопряжение. Ярга даёт — ягра отвечает. Между ними — ось. Игла. Кон.
И это всё — через единство — ведёт к целостности. Не к «пониманию целостности». К целостности. Живой. Телесной. Здесь и сейчас.
Возвращение души
Когда кристалл построен — происходит окончательное единение со своей сакральной внутренней природой. И, соответственно, с душой — отлучённой. С той самой, которую унесли в начале сказки. С той, из-за которой герой потерял покой. Кризис, описанный в начале, — отлучение — замыкается. Круг завершён. То, что было разъято, — собрано. То, что было украдено, — возвращено. Не «найдено» — а возвращено. Потому что душу не находят. Душу — воссоединяют. Когда ты стал целым — целое притягивает своё.
Сурица
В этой структуре живёт живая голубая кровь — сурица. Слово русское. Сурица — не напиток из трав, не «медовуха», как иногда толкуют. Сурица — живая, духовная субстанция собранного кристалла. То, что течёт внутри, когда структура работает. Когда Кон — живой. Когда ось — на месте. Когда три царства — одно. Голубая — не цвет. Голубая — чистота. Небесная. Та, что от ярги — от нисходящего духовного порядка — прошла через ягру, через переработку, и стала кровью кристалла.
Один в поле воин
Отсюда — поговорка: «Один в поле воин, если ты по-русски скроен». Не «один в поле не воин» — а один в поле воин. Если ты — русский. Если ты — по Кону. Если кристалл собран — тебе не нужна армия. Тебе не нужен полугурок. Тебе не нужен штепсель в розетке. Ты — сам. Самоходный. Самостоятельный. На коне. Один — и воин.
Волшебная русская сказка описывает, как стать русским. Не «каким был русский» — а как его создать. Как собрать. Как из людины в мороке, в оброке, в невежестве — сделать путного. Целого. Целого вовек. И как соответствовать — собранному кристаллу. Как быть равным — тому, что у Кощея. Как сопрячься — с тем, что украдено. Как вернуть своё.
Что происходит, когда кристалл строится
И вот, когда происходит построение этого кристалла, происходят удивительные вещи. Не «описанные в книге» — а живые, телесные, реальные.
Во-первых — исчезает оброк. Постепенно. Не сразу, не по щелчку, а выплачивается. По мере того, как структура собирается, как кольца замыкаются, как ось встаёт — груз отходит. Привычки, которые держали, — отпускают. Страхи, которые останавливали, — слабеют. Установки, которые направляли по року, — теряют силу. Не потому что с ними «боролись». А потому что кристалл сильнее. Новая структура вытесняет старую. Не борьба, а замена. Как в сказке: не срубить головы Змею, а выстроить себя в дюжести так, что Змей слабеет.
И Змей Горыныч слабеет. Голову тут срубил, там. Срубил — отросло. Ещё срубил — ещё отросло. Но уже слабее. Уже не три головы, а две. Уже не ревёт, а шипит. Уже не нападает, а отползает. Постепенно. По мере сборки. По мере выплаты оброка. Змей — это оброк. Оброк — это Змей. Когда оброк выплачен — Змей мёртв. Не «побеждён», а мёртв. Потому что корень — в структуре. Когда структура собрана — корень отсыхает. Сам. А волшебный палец змея — суть игла Кощеева. Сердцевина, ось. Стать — есть. Новые головы не отрастут, ибо эго не властно.
Внутренняя трансформация
И вот здесь происходит внутренняя трансформация. Потому что, сопрягаясь с Коном, получаешь его качество. Не «узнаёшь о качестве», а получаешь. Как от огня получаешь тепло. Как от солнца — свет. Сопряжение — не информационный обмен. Сопряжение — передача сути. Кон даёт то, что у него есть: строй, направление, силу, непрерывность, цикличность. И это становится твоим — вросшим, живым.
Не только оброк исчезает. Избавляешься от рока. От той самой самскары. От того самого рока, который гнал по чужой программе. К року привязано эго — естественно, идёт избавление от эго. Эго — не «плохое». Эго — структура рока. Управляющий модуль, который рок встроил, чтобы человек шёл по его маршруту. Когда рок уходит — эго теряет опору. Нечего держать. Некого вести. И управление внутренней структурой переходит к более духовным структурам. К азу — духовной основе. Аз — первая буква. Основа. Начало. Не «я», а аз. Не эго, а аз. Разница: эго говорит «я хочу». Аз говорит «я есмь». Эго — от рока. Аз — от Кона. Азм есть.
Из рода людского в род человеческий
Избавившись от эго, человек переходит из рода людского в род человеческий. Не «становится лучше». Переходит. Из одного — в другое. Род людской — те, кто в роке. Род человеческий — те, кто на Коне. Не два класса — два состояния. Индивид может быть в роде людском и не знать об этом. Переход — не ритуал. Переход — результат. Когда кристалл собран, когда оброк выплачен, когда эго отпущено — человек оказывается в другом роде. Не потому что «переписался», а потому что стал другим.
На основе чего происходит переход? У людей — двойственная природа. Лютая и ладная. Лютая — звериная, слепая, дикая. Ладная — стройная, мерная, природная. В роде людском эти две живут вместе, перемешанно, без разбора. Лютое прорывается — и человек творит то, чего не хотел. Ладное шепчет — но его не слышно за воем лютого. Так — большинство. Не потому что плохие, а потому что не собраны. Потому что кристалла нет. Потому что ось не стоит.
Когда начинается сборка — двойственная природа перестраивается. Лютое и ладное — не уничтожаются, не отбрасываются. Они — преображаются. Перестраиваются в человеческую. Человек — целый вовек. Не «лучший человек». Не «улучшенный людской». А целый. Целое — не сумма лютого и ладного. Целое — то, что получается, когда лютая и ладная природа прошли через сборку, через единство, через Кон — и стали одним. Новым. Человеческим.
Идёт сборка целого — через единство. Не через сложение кусков, а через сопряжение. Тело, чувство, сознание — не три отдельно, а одно. Лютое и ладное — не два, а одно. И в этом одном — правда. А правда — это праведность. Правильность. Ладность. Вот эти качества — уже не людские. Они — человеческие. Людской может быть добрым, может быть злым, может быть полезным, может быть вредным. Но праведным — не может. Потому что праведность от прави. От ведания прави. А ведание прави — когда кристалл собран. Когда ось стоит. Когда Кон — живой.
Поэтому и происходит переход. Не потому что человек «решил стать лучше». А потому что двойственная природа перестроилась в целую. Потому что лютая и ладная стали человеческой. Потому что праведность — появилась. Не как идея — как качество. Живое. Работающее.
И дальше — само собой — идёт умножение врождённого Лада. Того самого, который есть в людях. В каждом. Искра под пеплом. Но в роде людском Лад — искра. А в роде человеческом — Лад умножается. Разгорается. Становится не искрой, а пламенем. Не потенцией, а действием. И из врождённого Лада — растёт более мощная духовная структура. Не «приобретённая». Не «данная кем-то». А умноженная. Своя. Родная. Та, что была всегда — только теперь не под пеплом, а в кристалле. В живом, собранном, работающем.
Это тоже одна из составляющих перехода. Не только избавиться от эго. Не только собрать кристалл. Но и умножить Лад. Умножить — значит сделать больше, чем дано. Дано — искра. Стало — пламя. Дано — врождённое. Стало — преумноженное. В этом — смысл пути. Не вернуться к врождённому. А преумножить его. Не просто восстановить то, что было. А вырастить из того, что было, то, чего ещё не было. Это и есть переход. Из рода людского — в род человеческий.
Путь протоптан
И вот что важно: этот путь — не новодел. Не «я придумал». Не «мы первые». Этот путь был протоптан до нас. Указка на природосообразный путь. Природосообразный значит данный природой. Не выдуманный — найденный. Не построенный — обнаруженный.
До нас по нему предшествовали. И так появились светлые родовичи. Так появились боги — светлые, русские. Они шли тем же путём — по Кону, по природосообразной системе. И дошли. Сотворили Святую Русь. Не «родились богами», а стали. Через тот же процесс. Через ту же сборку. Через те же кольца. Через тот же кристалл. Их структура аналогична. Только более развита. Потому что врождённый Лад они умножили дальше. Укрепили. Их кристалл мощнее. Их ось глубже. Их сурица чище. Но принцип тот же. Тот же Кон. Тот же Покон. Тот же путь.
И вот суть. Проходя самосборку телесных опор, душевных, сердечных опор сознания, мы тем самым становимся сами себе опорой. Опорой здесь, на земле. Но не просто опорой, а опорой, которая имеет продолжение. От предшественников. От тех, кто уже прошествовал по пути становления. А это — светлые радовичи. Это — боги. Они — твердь небесная. Мы — опора небес на Земле. И когда земная опора собрана — она сопрягается с небесной. Не «просит у неба», а становится опорой небу. Помощником. Сотрудником. Соратником в деле правом.
Боги творят жизнь. В этом — их дело. В этом — их суть. И вот человек, вставший на Кон, собравший кристалл, перешедший из рода людского в род человеческий, — начинает делать то же. Не «подражает богам» — а творит жизнь. Вместе с ними. В едином русле. В едином деле. В сотворчестве. В созиждении.
Род человеческий и род богов и светлых радовичей делают одно дело. Они жизнь творят. Умножают. Совершенствуют. Не каждый сам по себе, а вместе. Небо и земля — в одной работе. Боги творят сверху — человек творит снизу. И когда Кон работает — одно не отделено от другого. Одно — продолжение другого.
Вот кто такой человек для неба и земли. Хозяин вселенной. Хозяин земель обжитых. Не потребитель. Не обитатель. Не «гость на планете». Хозяин. Тот, кто творит. Тот, кто умножает. Тот, кто совершенствует. Тот, кто отвечает. Не за себя одного — за землю, за жизнь, за Лад.
Это — не гордыня. Это — мера. Мера человека на прямом пути. Когда кристалл собран — мера открывается. И человек видит: я не пылинка. Я — опора. Земная — снизу. Небесная — сверху. И между ними — Кон. И по Кону — творится жизнь.
Тождество и общение
И вот благодаря именно этому тождеству — соответствию — возможно общение. Со светлыми предками. С высшими существами. С богами. Не «молитва», а общение. Не «прошение», а сопряжение. Когда твоя структура соответствует их структуре — есть контакт. Когда кристалл собран и ось стоит — есть канал. Как два камертона: один зазвенел — и тот, что настроен так же, отозвался. Не потому что «услышал», а потому что резонирует. Тождество — это резонанс. Соответствие — это возможность отозваться.
Но тут вопрос. А молитва? Разве молитва не общение? Разве не через молитву человек связывался с высшим?
Молитва действительно была нужна. Потому что была ночь Сварога. По-научному — галактическая ночь. Ночь Сварога — период, когда связь с духовным затруднена. Люди уходят от духовного — вниз, в материальное. На землю приходят паразитические структуры. Прямой канал закрыт. И тогда — молитва. Как прошение. Как просьба. Как обращение снизу вверх — «дай, помоги, спаси». Потому что напрямую не получается. Потому что структуры нет. Потому что кристалл не собран. Потому что человек в роке, в оброке, в невежестве. И ему остаётся просить.
Но вот что важно. Молитва как прошение русскому человеку не нужна. Не потому что молитва плоха. А потому что русский человек способен сопрягаться. Напрямую. Без посредника. Без прошения. Не «дай мне», а «я соответствую». Не «помоги мне», а «я собрал структуру, и есть канал». Не снизу вверх, а на уровне. Резонанс. Тождество.
Сейчас день Сварога. Связь с духовным открыта. И поэтому возможна сборка духовного кристалла. И поэтому возможно прямое общение с богами. Не «молиться богам», а общаться. Не «просить у богов», а сопрягаться. Не «боги далеко», а «я соответствую и есть контакт».
Так что же такое молитва на самом деле? Не «просьба». Не «обращение». Молитва — творение молонии. Отсюда — слово «молодец» — «молы деец». Не «хороший мальчик», а тот, кто творит молонию. Молвить — молу вить. От корня мол — молоко, молния, молодость. Молоко — питание. Отсюда — Млечный Путь. Не питьё, а питание. То, что питает. То, что даёт рост. Молния — энергия. Сила, приходящая сверху. Мгновенная, яркая, живая. Молодость — молы достаток — состояние роста, обновления, жизни.
Молчание — чаяние молонии. Молитва — это совокупность «молчать» и «молвить». А вить можно только по ягре, а чаять — по ярге. Вверх — витьё сердечного, душевного, разумного уклада на данный момент. Вниз — чаяние помощи высшего порядка. Слово, как должно быть, — совершеннее. Вот суть молитвы. Не «прошение», а творение вязей единства в деле совершенства. Не «дай мне», а «я творю в себе жизнь по образу и подобию свыше».
И вот когда кристалл собран — молитва, как творение вязей, связей и общение через тождество — одно и то же. Не два разных действия, а одно. Ты творишь молонию — и одновременно сопрягаешься. Потому что молония — это и есть то, что резонирует. Живое — с живым. Целое — с целым. Кристалл — с кристаллом.
Языки животных и растений
Вот ещё. Природосообразная система — она не только у человека. У животных. У растений. Есть аналогичный кристалл, только меньшего уровня. Потому что природа создавала его во врождённом принципе Лада. У зверя и растения камень уже есть. Основа сути Лада — есть. Они не потеряли Лад — они в нём рождаются и в нём живут. Их кристалл — проще, меньше, не развит так, как может развиться человеческий. Но он — есть. Тот же принцип. Та же ось. Тот же Кон в своей основе.
Поэтому в сказках и берётся вот это понимание: языки животных и растений. Не «волшебное знание», а сопряжение. Когда ты собрал свой кристалл и сопрягся с Коном — ты сопрягаешься со всем, что по Кону живёт. А по Кону живёт всё. Зверь — по Кону. Растение — по Кону. Река — по Кону. Солнце — по Кону. И когда ты на Коне — ты понимаешь. Не «учишь языки», а понимаешь. Потому что один принцип во всём. И когда ты его знаешь изнутри, тебе не нужен переводчик. Ты слышишь напрямую. Многое открывается. Многое становится понятным. Не потому что ты умный, а потому что ты на Коне. А Кон один для всех. Аз — это и есть кристалл. Неуничтожимая структура.
Но здесь нужно сказать о посмертии. У планеты, как у живого существа, есть несколько тел: плотное физическое — и тонкие: эфирное, астральное (нижний и верхний), ментальные. На ментальных уровнях — высокоразвитые существа. На верхнем астральном — менее развитые. А нижний астрал — это то, что называется адом.
Туда, в нижний астрал, попадают те, кто пошёл налево. Тот самый путь деградации, морока, тления. Там живут вымершие сущности животных — души, которые приспособились вампирить энергию, пожирать жизненную силу тех, кто туда прибывает.
А те, кто пошёл направо, — праведники, жившие по совести, духовно развивавшиеся, — попадают на планетарные уровни. Верхний астрал, ментальные уровни — в зависимости от степени развития. Это не ад, но и не Святая Русь. Это — планетарные уровни, связанные с путём направо.
Святая Русь — это твердь небесная. Не историческое понятие, а реальная структура. Есть Русь — то, что на земле. А Святая Русь — на небесах. Туда нужен отдельный пропуск, и пропуск этот — качество твоей сборки. Сколько в тебе человечности. Достаточно ли собран кристалл. Святая Русь связана только с прямым путём, с русским путём. Туда можно пройти, только имея качественную сборку кристалла — то есть достаточное количество человечности. Её называют ещё Краем Белояра.
И вот что важно: кристалл неуничтожим. Даже если сущность гибнет окончательно — что и происходит в аду с теми, кто пошёл налево, — кристалл остаётся. И по кристаллу боги могут воссоздать сущность. Но тех, что в аду, это не касается — их кристаллы богов не интересуют. Потому что ад — путь налево. А боги — на прямом пути.
Итог
Задача была объяснить, что такое Покон. Показать, что Покон связан с порядком. И описать этот порядок.
Вот порядок:
Первое — найти себя. Найти себя в ориентации. Вообще — ты двигаешься или деградируешь? Где ты находишься? Зачем живёшь? Какие смыслы нашёл? Ответишь — и вот тогда находишь себя. Не для «нормальной жизни» — а для пути.
Второе — выбрать путь. Путей, развилок — три. Направо, налево, прямо. Свобода выбора. Направо — быт, коня потерять. Налево — деградация, морок. Прямо — русский путь. Выбрал прямо — отлично.
Третье — обрести себя на этом пути. Не просто найти, а обрести. Найти — это понять, где ты. Обрести — это стать тем, кто на пути. Разница: нашёл — знаешь. Обрёл — есть.
Четвёртое — построение. Обретение Кона — через сказочного коня. Оседлание. Потом — построение дюжины. Потом — построение чёртовой дюжины. Всё это вместе соединяется в единый кристалл.
Пятое — трансформация. В процессе построения происходит трансформация. Оброк выплачивается. Эго отпускает. Рок теряет власть. Человек переходит из рода людского в род человеческий. Кристалл собран — душа возвращена. Вот порядок Покона. Вот в этом — суть Покона. Вот в этом — русский путь.
Круг Кона: от цикла познания до шести составляющих
Часть 1. Круг Кона как цикл познания
Структура схемы
Точки (состояния):
- Лока — низ, полночь, ночь.
- Рассвет / Престол — слева, граница Нави и Яви.
- Полдень / Стол — верх, зенит Яви.
- Апостол — справа, граница Яви и Нави.
Дуги (переходы):
- Толк — от Локи к Престолу.
- План — от Престола к Полдню.
- Ширь — от Стола к Апостолу.
- Прок — от Апостола к Локе.
Полукруги:
- Славь — левая дуга: от полночи (Лока) к полудню (Стол) через Престол. Путь восхождения — из Нави в Явь. Включает Толк и План.
- Правь — правая дуга: от полудня (Стол) к полуночи (Лока) через Апостола. Путь нисхождения — из Яви обратно в Навь, обогащённой. Включает Ширь и Прок.
Вера и Рада: два слова на двух дугах
Если смотреть через ключ Кона — Кон как природное явление, где свет солнца животворящий именуется Ра, — то восходящая дуга Слави начинается со слога «ве». Получается Вера: ве-ра, движение вверх, к свету. Вера начинается в Нави — и потому поначалу может быть слепой. Это не недостаток, а естественное состояние: ты в темноте, ты ещё не видишь, но уже движешься. По мере подъёма по дуге Слави вера обретает светлость — становится всё яснее, что именно ты несёшь — и крепость: всё твёрже, что несёшь не зря. Вера — это не константа, а процесс: от слепого движения в темноте к зрячему стоянию в свете. Чем выше по дуге, тем меньше слепоты и больше ведания.
На нисходящей дуге Прави — Рада: там, где Ра утверждается, где свет опускается и утверждается в жизни. Рада — это не радость как настроение, а радость как утверждение света: свет дошёл, состоялся, лёг в основу. Рада — «Ра-да», Ра дано, Ра утвердилось. Отсюда же и Радость: Ра-дость — достаток Ра, достаточность света. Это не просто хорошее чувство, а показатель того, что свет Ра действительно принёс плод, дал достаток, наполнил низину (Навь) тем, что можно использовать.
Особо важно: свет здесь не просто «оседает» — он действует как сеятель. Когда Ра достигает земли, он оплодотворяет её: свет становится тем, что позволяет семени войти и прорасти. Ра — не только свет, но и сила сеятеля, дающая земле способность родить. Поэтому на нисходящей дуге свет не исчезает, а превращается в семя: он ложится в почву Нави и даёт начало новой жизни. Вера — вверх, к Ра. Рада/Радость — вниз, Ра утверждается и даёт достаток и жизнь.
Корни восходящей дуги (ве)
- Верх — направление вверх.
- Верь — доверие, утверждение истинности.
- Вервь — верёвка, шнур, связь, идущая вверх.
- Верёвка — то же, что и вервь, канат восхождения.
- Ведать — знать, ведать, вести (отсюда же «весть», «ведомый»).
- Ветвь — побег, растущий вверх, к свету.
- Вече — собрание, сход, где люди собираются для восхождения к общему пониманию.
Все эти слова держатся на одном: ве — движение вверх, к свету, к явному, к знанию.
Корни нисходящей дуги (ни, ра)
- Низ — направление вниз.
- Нить — тонкая связь, идущая вниз, в Навь.
- Нитка — то же, что и нить.
- Низать — нанизывать, собирать по одной, как собирается опыт в Проке.
- Низина — место, куда стекает вода, где скапливается плод.
- Рада — утверждение Рa внизу.
- Радость — достаток Ра: свет утвердился и принёс достаточность.
- Радеть — заботиться, радеть о чём-то, отдавать силу (свет) вниз, тому, что в нём нуждается.
- Сеять — сеять семя, давать начало жизни (образ сеятеля прямо ложится на Ра: свет как сеятель, опускающийся в землю).
Смысл один: на нисходящей дуге свет не исчезает, а оседает, даёт достаток, становится опорой и рождает новое.
Вертикальная ось: игла
Столбовая линия в Коне, вертикальная ось, проходящая через центр круга, — это игла. Игла соединяет верх и низ: верёвку (восходящую связь, ве) и нить (нисходящую связь, ни). Верёвка — толстая связь, для подъёма. Нить — тонкая связь, для спуска. Игла — то, через что они проходят, ось, на которой всё держится. Игла пронизывает круг сверху донизу: от Стола до Локи. Без иглы верёвка и нить не соединяются — верх и низ разваливаются.
Но игла — это не просто технический стержень, это высококонцентрированное соединение мужского и женского начал. Её верх — острый кончик, пробивающий пределы, устремлённый в высоту: это мужское начало, прорыв, направление, сила, которая ведёт. Её низ — ушко, приёмное отверстие, вместилище, через которое пропускается нить: это женское начало, готовность принять, удержать, соединить. Оба начала находятся в пиковых точках: остриё — в самой верхней, предельно собранной точке; ушко — в нижней, предельно открытой для приёма. Поэтому игла — не просто ось, а точка максимальной концентрации: в ней сходятся и уравновешиваются крайности — прорыв и принятие, направление и вмещение. Именно поэтому без иглы круг разваливается: без этого соединения верха и низа, мужского и женского, восходящего и нисходящего, структура теряет целостность.
Престол — общая точка для людей и богов
Престол — точка встречи. Здесь замыслы богов переходят в руки людей, а люди становятся опорой небес на земле. В цикле делания боги воплощают свои планы через нас: наш труд — это инструмент, через который божественный замысел становится явным. Но и боги получают от нас: через результаты нашего труда они обретают Славу, как единый сплав рода человеческого и рода богов. Здесь слава — взаимопроникающая субстанция. Не слава как похвала, а Слава как свершение — замысел, который дошёл до воплощения. Престол потому и общий: здесь встречаются два направления движения — боги низводят замысел, люди возводят в явь. Тем и славятся.
Два слоя Прави и Слави
Правь имеет двойной смысл. В отношении богов — это дуга, по которой замысел спускается к людям через Апостол и поднимается к пику явного, к Столу. В отношении человека — это «править»: брать то, что было непонятным, неявным, и через Престол доводить до абсолютно понятного. Править — не в смысле управлять, а в смысле выправлять, как правят кривое, делают прямым. Из неясного — ясное, из тёмного — светлое. Управлять — это и есть правка, правление.
Славь тоже двойная. В отношении богов — это Слава, которую они получают через наши деяния: их замысел воплотился, состоялся, принёс плод. В отношении человека — это «делать славным образом»: то, что было сделано на Прави, рождается заново в Локе и уходит в Славь. Чем успешнее деяние, чем богаче Апостол — тем больше толку, тем полнее Прок. Славь — это качество воплощения смысла, мера того, насколько понимание стало действием через Стол.
Тот же круг как цикл познания
**Лока — точка, нижняя, полночь, Навь**
Состояние: незнание, которое ещё не оформилось в вопрос. Ты в опыте, но не знаешь, что в нём есть что-то, что нужно понять. Тёмная точка — не потому что плохо, а потому что не освещено. Это «сырой» опыт, до различения.
**Толк — дуга, Навь, Славь (восхождение)**
Процесс: импульс к пониманию. Что-то толкает. Не мысль ещё, а тревога, любопытство, дискомфорт от того, что не складывается. «Толк» — это буквально толчок изнутри. Ещё в Нави — не сформулирован, но уже движет. Это предвопрос. Движение вверх, к границе.
Ключевой образ здесь — ток. Ток — это не просто течение, а вертикально направленный поток энергии, который начинает подниматься из Нави. Он несёт в себе нарастающую мощность: как электрический ток, который способен зажигать свет, или как восходящий ток в растении, который поднимает соки к листьям и цветам. Ток Толка — это энергия, которая ещё не знает формы, но уже имеет направление: вверх, к явности. По мере движения по дуге Толка ток набирает силу и переходит в План — там он уже становится структурой. Это в сказке «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что».
Корни: толкать — прямой толчок, физический импульс. Толковать — истолковывать, объяснять, давать смысл (толк = смысл). Трактовать — толковать, разбирать. Ток — течение, поток, виток (движение энергии, импульс как течение). Течь — течёт, движение из потенциального в актуальное. Все эти слова про одно: из состояния покоя рождается движение, из тьмы рождается ток, который ещё не знает куда, но уже идёт. Ток здесь именно восходящий, он несёт нарастающую мощность, поднимая сырой опыт к свету.
**План — дуга, Явь, Славь (восхождение)**
Процесс: построение структуры. Первое видение превращается в схему. Ты раскладываешь увиденное по полочкам, выстраиваешь план. «План» — это не план действий, а план объекта: как он устроен, что к чему. Здесь рождается модель. Уже в Яви — всё на свету, всё осознанно. Движение продолжается вверх, к зениту.
Корни: править — выправлять, делать прямым (править кривое — выпрямлять). Плыть — двигаться по воде, находить направление (плавание как навигация по структуре). Плот — связанный из брёвен (структура, которую ты строишь, чтобы держаться на поверхности). Пласт — слой (структурный элемент, из которого складывается целое). Полотно — тканая поверхность (ровная, выправленная структура). Все эти слова — про приведение из неявленного к структуре, из кривого к прямому, из обрывков к полотну.
**Полдень / Стол — точка, верх, зенит Яви**
Состояние: полное понимание. Всё видно, всё разложено, всё связано. «Стол» — всё на столе, ничего не спрятано. Это момент, когда ты можешь сказать: я понимаю, как это устроено. Максимальная ясность, максимальная явность. Вершина Слави — дальше начинается Правь.
**Ширь — дуга, Явь, Правь (нисхождение)**
Процесс: расширение и применение. Порядок. После того как понял структуру — начинаешь видеть, как она работает в других областях, на других объектах. «Ширь» — широта, охват. Знание перестаёт быть про один объект и становится про класс объектов. Но при этом ты движешься вниз — к границе. Знание начинает перетекать обратно в неявное.
Корни: сшить — сшивать, соединять части в целое (ширь как расширение через сшивание: ты сшиваешь то, что понял, с новыми областями). Шить — соединять (расширение через присоединение). Шов — место соединения (точка, где части становятся шире). Широкий — просторный. Смысл один: ширь — это не просто растекание, а сшивание, соединение понятого с новым, от чего знание становится шире.
**Апостол — точка, граница Яви и Нави**
Состояние: готовность передать. «Апостол» — посланник. Ты прошёл цикл, и теперь ты носитель понимания В порядке. Но ты на границе — потому что передать можно только то, что снова станет неявным у получателя. Апостол не передаёт знание как таблицу — он передаёт возможность знания. Послание уходит в Навь — к тому, кто ещё не знает. Чем успешнее пройден путь по Прави, чем богаче Апостол — тем больше толку от всего цикла.
**Прок — дуга, Навь, Правь (нисхождение)**
Процесс: плод, польза, возврат. Знание, которое прошло цикл, приносит результат — но в Нави, в темноте. «Прок» — это прок, польза. Знание «опускается» в жизнь, становится практикой, телесным опытом. И здесь же — рождение нового незнания. Потому что Прок от знания в том, что оно открывает новые глубины. Ты возвращаешься в Локу.
Порядок как Закон и символ Кона
«Порядок в правду» — главное слово на дуге Прока. Корень «пр» связывает его с проком, прядью, прудом, пряданием — со всем, что относится к собиранию, скручиванию, удержанию. Правда — это не внешняя дисциплина, а внутренняя мера Кона: то, что удерживает круг целым после того, как цикл пройден. Правда — это граница, которая не даёт плоду рассыпаться; это ритм, который позволяет каждому элементу занять своё место; это правило, по которому верх и низ, мужское и женское, восходящее и нисходящее удерживают равновесие. В Коне правда — это не запрет на свободу, а условие её проявления: из сшивания частей, родственных друг другу, рождается правда утверждения дела, или замысла.
Правда — это кульминация Прока: когда знание прошло весь цикл и легло в жизнь, оно не просто «есть» — оно упорядочено. Опыт, который прошёл через Толк, План, Стол, Ширь и Апостол, возвращается в Навь не хаотичным комком, а как прядь — скрученный, прочный, упорядоченный плод. Правда — это то, что отличает Прок от простого скопления: не просто «набралось», а «разложилось по местам», обрело меру.
Корни и смыслы правды в этом слое:
- Правда — то, что делает Прок устойчивым: не разовый результат, а постоянная мера.
- Прядь — скрученная нить. Правда как прядение порядка: из отдельных нитей — в жгут, в нечто прочное. Скручивание нити опыта в прядь, когда разрозненное становится связным.
- Прядать — прясть, скручивать нить. Прядение: из разрозненного — в связное.
- Пруд — водоём, где скапливается. Правда как пруд: плод не утекает, а удерживается, копится, оседает.
- Запруда — удержание. ПРавда — запруда для хаоса: не даёт плодам расплескаться.
- Прятать — скрывать. Упорядоченное в правде уходит в Навь, прячется в почву, чтобы дать новые всходы.
- Прятки — игра в прятки. Возврат к скрытому как естественный ритм.
- Пробовать — испытывать. Порядок проверяется делом, поэтому правдив: он живой, не застывший — подтверждается практикой.
- Прочий — остальной, другой. То, что остаётся как плод после всего цикла: не процесс, а результат.
Все эти слова — про одно: собирание, скручивание, скапливание, укрывание и проверку. Плод не растекается — он прядётся, копится, упорядочивается и прячется в Навь до нового Толка в своей правоте.
И снова Лока — но глубже
Возврат не в ту же Локу. Ты знаешь больше — но горизонт незнания расширился. Круг не замыкается, он накручивается: каждый виток — глубже.
Структурные выводы
Точки — это состояния, дуги — это процессы. В цикле делания точка — «где я», дуга — «что делаю». В цикле познания то же самое: точка — «что я понимаю», дуга — «как движется понимание». Одна структура, два слоя смысла. Действие и познание — один и тот же ритм.
Граница Навь/Явь — не линия, а две точки-врата. Престол — врата вверх: из неявного в явное. Апостол — врата вниз: из явного обратно в неявное, но уже обогащённое. Вся познавательная работа совершается на этих переходах. Полдень — это пик, но не результат. Результат — Апостол и Прок, потому что знание, которое осталось на Полдне и не спустилось обратно, — мёртвое.
Славь — путь восхождения. От сырого опыта (Лока) через импульс (Толк) и первое различение (Престол) к построению модели (План) и полному пониманию (Стол). Это путь познания: из темноты — к свету. Славь — это выправление: непонятное становится понятным, кривое становится прямым. Корень «ве» — вера, верь, верх, вервь, верёвка, ведать, ветвь, вече — всё, что идёт вверх, к свету, к явному.
Правь — путь нисхождения. От полного понимания (Стол) через расширение (Ширь) и готовность передать (Апостол) к воплощению в жизнь (Прок) и возвращению в Локу. Это путь делания и передачи: из света — обратно в темноту, но обогащённым. Правь — это качество исполнения: понятное делается наилучшим, упорядоченным образом. Корень «ни» — низ, нить, нитка, низать, низина — всё, что идёт вниз, в Навь. Корень «ра» — Рада, радость (достаток Ра), радеть, сеять — свет утверждается внизу, в жизни, даёт достаточность и рождает новое. Корень «пр» — прок, порядок, прядь, пруд, прятать — всё, что собирает, скручивает, удерживает и упорядочивает и оправдывает, оправляет плод.
Навь — не отсутствие знания, а иной тип знания. Неявное, телесное, интуитивное. Толк рождается в Нави — а это самое сильное движение в цикле. Без Толка не будет ничего. Если начать с Плана, минуя Локу и Толк, — получится схема без корня, оторванная от опыта.
Часть 2. Шесть составляющих Кона: от пружины до круга
Кон — живая система, изображённая на круге солнцевращения: солярный круг, по которому свет движется от полуночи через рассвет к полудню и обратно. У этой системы есть предыстория — то, что ниже круга, до круга, до живого. Шесть слов с корнем «кон» описывают полный цикл: от проматерии до Закона.
Принцип вложенности — как матрёшка. В самом большом, внешнем слое — Кон как живая система. В нём уже заложены все ипостаси. А самый маленький, внутренний слой — Закон: он сворачивается в точку, чтобы начать рождение новой матрёшки, нового цикла. Каждый следующий виток разворачивается из предыдущего, и, пройдя весь круг, система возвращается к началу — но уже с плодом.
Докон
Докон — то, что ниже Кона. В круг солнцевращения он не попадает. Это праматерия и пространство: то, что породило живое. Он находится ниже нижней точки, ниже полуночи (Локи). Он — предтеча Кона: то, из чего рождается Кон, но ещё не сам Кон.
По словарю Даля, докон — «основная причина, существенный повод, начальная пружина; исход, начало чему». Образ «начальной пружины» здесь ключевой: Докон — не просто «то, что было раньше», а сжатая энергия, из которой разворачивается весь цикл. Отсюда и смысл «придти в докон» у Даля — дойти до конца, исчерпать эту изначальную силу: пружина распрямилась, цикл прошёл.
Кон
Кон начинается в точке Локи и идёт по дуге Толка до Престола. Лока — точка, где «пружина» Докона впервые даёт движение: сырой опыт получает импульс, и начинается восхождение. Дойдя до Престола, Кон не заканчивается — пружина продолжает разворачиваться, и начинается следующий виток.
Дуга Толка — это проявление Кона как живого процесса: не застывшая форма, а движение от незнания к различению, от темноты к границе Яви.
Канон
Канон — часть Кона. Ему соответствует дуга Плана: от Престола до Стола. Здесь замысел, который был неявным, попадает в явную полосу схемы Кона. Появляется представление об объекте познания — его описание, набросок, картинка. Мы узнаём о частях: где Кон в своих ипостасях находится, как они расположены относительно друг друга. Это ещё не полное понимание, но уже структура — первый контур, в который ложится всё остальное.
Канон буквально — часть Кона: ка-нон, одно из проявлений единого корня. Если Кон — сама живая система в движении, то Канон — её схема, её первый явный контур. Греческое ;;;;; — «линейка, правило, прямая палка»: то, чем вымеряют и выстраивают. Канон — это мера, по которой Кон становится видимым.
Искон
Искон — живые связи в Коне. Ему соответствует точка Стола — полдень, зенит Яви, пик понимания. Через Стол проходит игла — столбовая линия, высококонцентрированное соединение мужского и женского начал. Искон, как и Докон, не входит в состав круга и стоит чуть выше стола.
Докон и Искон — отражения друг друга через иглу. Если Докон — неосознанная материя, слепая сила, которая порождает живое снизу, то Искон — осознанная материя и связи всех живых существ, которые тянутся вверх, за пределы круга. Докон находится ниже Локи, Искон — выше Стола. Как если бы Дакон отразился в зеркале: не тем неосознанным образом проматерии, а живым, осмысленным образом. Один даёт начало, другой даёт смысл.
Дракон
Игла — столбовая линия, соединяющая Докон и Искон, — имеет ещё одно имя: дракон. Не сказочный зверь, а название самой иглы, вертикальной оси, проходящей через весь Кон снизу доверху.
Слово складывается из трёх частей:
- До — из Докона. То, что было до, ниже круга, до начала. Нижняя точка иглы.
- Ра — подъём. Свет поднимается снизу вверх за счёт оборотов Кона по спирали. Сердцевина накручивается, игла наращивается: каждый виток — новый оборот, новый слой, и Ра поднимается выше.
- Кон — из Искона. Верхняя точка иглы, где подъём достигает кульминации. Осознанная материя, живые связи.
До-Ра-Кон. Снизу — Докон, отдаёт первую часть Д. В середине — Ра, движение вверх по спирали. Наверху — Искон, отдаёт последнюю часть «КОН». Три слагаемых, одно слово: дракон. Вся игла собрана.
Отсюда и сказочный дракон: не чудовище, а образ оси, которая пронизывает мир. Дракон живёт в пещере — а пещера это источник, сердцевина. Само слово «пещера» — пища-Ра: то, что питает Ра. Из источника, истины идёт навитие: Кон накручивает спирали по пружине, навивая иглу, и Ра поднимается вверх. Пещера — это не пустота, а кладовая пищи, из которой растёт подъём.
Золото — это символ Солнца, символ самого Ра. Это не металл, а образ животворящего тока: тока света, тока растений, тока жизни. Золото — то, что даёт движение, что запускает подъём. В пещере-источнике хранится не богатство в обыденном смысле, а сжатая энергия Докона — та самая «начальная пружина», из которой раскручивается весь цикл. И всё же именно богатство — потому что «богатство» буквально: бо-га-тыр — большой путь, который собирает. Не куча сокровищ, а путь, по которому собирается ток Ра и поднимается по игле. Золотая кладовая в пещере — это и есть богатство: большой путь, собирающий жизнь.
Дракон — двуглавый. Одна голова смотрит вниз, в Докон, другая — вверх, в Искон. Две головы — два пиковых состояния: концентрированная мужская сила и стянутая женская сила. А между ними — сердцевина, которая их замыкает. Сторож — это замок: не стражник, а то, что замыкает. Сердцевина замыкает два конца иглы, две силы, два состояния — и не даёт им разойтись. Замок держит два конца иглы, пока ток течёт по ней, спираль навита, дракон жив.
Покон
Покон — дело, которое ширится. Ему соответствует дуга Шири: от Стола к Апостолу. На этой дуге замысел сшивается с новыми областями — понятое выходит за пределы одного объекта и охватывает целый класс. Покон — это «по Кону»: по живому порядку, по тому, как система устроена. Ты не просто применяешь знание — ты применяешь его по образу Кона, и оно ширится, сшивается с новым, не теряя формы.
По Далю, покон — «исконный обычай». Отсюда же «испокон веков» — буквально «из покона веков»: из того, как веками делалось по Кону. Покон отвечает за то, как понимание, достигшее пика на Столе, превращается в действие: как оно сшивается с жизнью, расширяется и выводит результат — к Апостолу, в готовый плод.
Закон
Закон — последний виток. Ему соответствует дуга Прока: от Апостола обратно к Локе. Цикл замыкается: с чего вышел, туда и пришёл — но не пустой, а обогащённый плодом. Прок — это польза, результат, который ложится в Навь; порядок вв правде — то, что удерживает плод от рассыпания. Закон — то, что делает этот порядок обязательным: не просто «так получилось», а «так устроено».
Закон буквально — за Кон: за пределами Кона, за его границей. Как Докон — до Кона, до начала, так Закон — за Кон, после завершения. Докон стоит ниже круга, до входа; Закон — за выходом, после того как круг пройден. Первый даёт начало, второй даёт завершение.
Закон — это последняя рамка Кона. Не точка внутри круга, а граница, которая замыкает цикл и делает его Законом: тем, что обязательно повторится. Потому что Кон — живая система, и она не останавливается. Пройдя через Закон, цикл не кончается — он уходит в новую Локу, и пружина Докона снова начинает раскручиваться. Отсюда и смысл праславянского *zakonъ — «предел, граница»: не запрет, а мера, за которой начинается новый виток.
И вот он, финальный образ матрёшки: Кон вмещает в себя всё. А Закон — самый маленький, он сворачивается в точку в Локе, чтобы начать рождение новой матрёшки, нового цикла.
Геометрия Кона: крест, лучи и кольца
В основе Кона — крест. Вертикальная линия: столбовая. Горизонтальная: земная. Точка их пересечения — источник, исток. Слово «исток» родственно слову «истина»: истина — то, что истекает из источника. Она распространяется по лучам креста, расходясь от центра к границам.
Крест вписан в круг. Но круг — не один. Вокруг сердцевины идут кольца, и каждое кольцо — новый уровень понимания, который открывается по мере того, как пружина познания разворачивается. Сердцевина — это крест со своим источником: точка, из которой выходят лучи. Дальше — первое кольцо, второе, третье. Каждое следующее шире предыдущего, и в каждом ложится новый слой смысла.
Образ — пенёк. На срезе пенька видна сердцевина, от которой лучи расходятся в разные стороны. Лучей не обязательно четыре — как и у креста есть свои обороты вращения, так и лучей может быть больше. Важно не их число, а то, что все они выходят из одной сердцевины и расходятся кнаружи, к кольцам.
То же и в Коне. Лучи идут из сердцевины, а кольца вокруг — это новые понимания, которые открываются в развитии пружины познания.
Кольца понимания
Точки круга — Лока, Престол, Стол, Апостол — остаются неизменными на всех кольцах. Это опоры: статичные, незыблемые. А вот дуги между ними меняются от кольца к кольцу — потому что дуги выражают движение, а движение каждый раз новое.
Три кольца — три слоя:
- **Первое кольцо — суть.** Кон, Канон, Покон, Закон. Что это такое. Сама живая система и её ипостаси.
- **Второе кольцо — процесс.** Толк, План, Ширь, Прок. Как суть движется, как пружина разворачивается.
- **Третье кольцо — проявление.** Смысл, чертёж, действие, порядок. Чем суть становится, когда процесс пройден.
Дуга 1 кольцо, суть 2 кольцо, процесс 3 кольцо, проявление
Лока - Престол Кон Толк Смысл
Престол - Стол Канон План Чертёж
Стол - Апостол Покон Ширь Действие
Апостол - Лока Закон Прок Порядок
Каждая дуга читается как вертикаль: Кон даёт Толк, Толк рождает Смысл. Канон даёт План, План становится чертежом. Покон даёт Ширь, Ширь переходит в действие в порядковом эквиваленте. Закон даёт Прок, Прок подтверждает правду.
Чем дальше от сердцевины — тем конкретнее. От сути к процессу, от процесса к проявлению. Как годовые кольца на пеньке: каждый новый слой шире и охватывает больше, но все они — от одного корня, от одного истока.
Сурьевая нить: как кольца свиваются в веду
Три кольца — не просто слои, лежащие один поверх другого. Они свиваются, как нити в верёвке. Это и есть веда.
Слово «веда» состоит из двух половинок: верёвка и да — утверждение. Ведать — значит свивать. Не «знать» в смысле запомнить, а свивать три кольца понимания — суть, процесс, проявление — в единую нить. С каждым оборотом Кона три нити переплетаются заново, и каждый раз плотнее.
Нельзя познать сложный объект за один проход. Простейшие — можно: один виток, и полная ясность. Но чем сложнее объект, тем больше оборотов нужно, чтобы дойти до полдня, до полного понимания. На каждом обороте три функции — суть, процесс, проявление — проходят через объект заново, и каждый раз выхватывают новый слой. Суть показывает, что это. Процесс — как это движется. Проявление — чем это становится. Потом снова суть — но уже глубже. Снова процесс — но уже точнее. Снова проявление — но уже конкретнее. И так виток за витком, пока не схлопнется в полную ясность.
Эти три нити, постоянно свиваясь между собой от оборота к обороту, образуют сурьевую нить. Сурьевая — от Сурьи, солнечного начала: нить света, нить тока, который поднимается по игле. Сурьевая нить серьёзная — не в смысле «важная», а в смысле «сурьёзная»: из сурьи, из солнечного закона, суровая, прочная.
Веда превращается в нить, потому что нить — это нисходящее. Путь наверх — это подъём Ра по игле, от Докона к Искону. А нить — обратный ход: то, что поднялось и позналось, спускается вниз, в материю, в жизнь. Веда свивается вверх — а потом спускается вниз готовой нитью, готовым знанием, которое можно передать, которому можно следовать. Сурьевая нить — это и есть результат познания: три кольца, свитые в одну верёвку, опустившуюся с неба на землю.
Часть 3. От Канона к Покону: дыхание Кона
От Канона к Покону: как добыть четырёхчастность
Покон — действие — вытекает из Канона. Канон — это схема, чертёж, то, что осмыслено. Но как перейти от чертежа к действию? Как осуществить Покон? Для этого понадобится сам чертёж Кона — и понадобится добыть коня.
Добыть коня — значит добыть четырёхчастность в обыденной жизни. А четырёхчастности в обыденности как таковой нет. В основном всё работает по двоичной логике: вдох-выдох, хорошо-плохо, горячо-холодно. Бинарная система — основа обыденного опыта. Две части, не четыре.
Но эту двоичную логику можно расширить до четырёхчастности. Вот как это работает на простейшем примере — дыхании.
Вдох и выдох — бинарная система. Две части. Но при определённых условиях между вдохом и выдохом могут появиться паузы. Человек вдохнул — возникла пауза. Выдохнул — снова пауза. И снова вдох. Четыре части: вдох — пауза — выдох — пауза.
Вот это уже основа Кона. Четырёхчастность собрана.
Названия пауз: замирание и засыхание
Для удобства обозначим эти паузы и дадим им названия.
— Вдох — раскрытие, наполнение. Это движение к явности, к свету. Соответствует звуку «а» — открытому, расширяющемуся.
— Между вдохом и выдохом — пауза, которую назовём замиранием. Это момент собранности, когда движение останавливается, чтобы обрести целостность. Человек приходит в состояние внутреннего мира. Звучит внутри как «о» — округлый, собранный звук.
— Выдох — отдача, проявление, выход силы в действие. Соответствует звуку «у» — направленному, уходящему вовне.
— Между выдохом и следующим вдохом — пауза, которую назовём засыханием. Это не угасание, а удержание результата: выдох ушёл, но его след остаётся, как след от волны, прежде чем начнётся новый подъём. Соответствует звуку «м» — гудящему, удерживающему, вибрирующему внутри.
Так мы получаем первую, самую изначальную мантру: А-О-У-М.
Конь и Кон: мостик для посвящённых
Конь — не буквальный кон. Конь — это образ, олицетворение Кона в сказке. Сходство слов «конь» и «кон» — не случайность, а мостик: звуковой, смысловой, подводящий. Но мостик — не для всех.
Тот, кто не погружён в веду и далёк от природы, просто не свяжет коня и Кон. Для него конь остаётся конём — сказочным животным, а Кон — забытым, непонятным словом, если вообще знаком. Сказка полна таких ловушек для непосвящённых: слов, которые своей похожестью намекают на связь, показывают на неё — но не раскрывают. Мостик есть, но пройти по нему может только тот, кто готов.
Для кого-то — по усам текло, а в рот не попало: услышал сказку, но не усвоил. Образ прошёл мимо, не впитался, не стал живым.
А тот, кто сказку не просто слушает, но и живёт ею, — тот начинает вникать. Выстраивает переходные мостики: конь — Кон, ухо к земле — Навь, уши — сознание, Баба-Яга — древняя природа. И через эти мостики взыскивает истину. Не получает её готовой — а взыскивает: ищет, вытягивает, свивает нить понимания.
В этом смысл сказки как инструмента ведания: она не объясняет прямо. Она даёт образы, похожие на истину, — и оставляет человеку работу: пройти по мостику или остаться на берегу. Сказка — не учебник, а живой Кон, и добыть его может только тот, кто готов войти в его сознание и выйти из него другим.
УМ в мантре: нисходящая дуга
Если внимательно посмотреть на мантру А-О-У-М, то видно: звуки «У» и «М» стоят рядом и вместе образуют слово УМ. И это не совпадение.
«У» — выдох, дуга Ширь: расширение, сшивание понятого с новыми областями. «М» — засыхание, дуга Прок: плод, удержание результата, возврат в Навь. Вместе — УМ — это вся нисходящая дуга Прави: от Стола через Апостола к Локе. Путь, на котором понимание становится действием, действие становится плодом, а плод оседает в жизни.
УМ лежит на правой дуге — на Прави, на Радe. Это та самая дуга, на которой свет опускается и утверждается внизу: Ра-да, Ра дано. Ум — не то, что на вершине, не то, что на пике понимания. Ум — то, что спускается, вписывается, оседает. Поэтому он и соответствует нити — тонкой связи, идущей вниз, в Навь.
Получается, что мантра А-О-У-М не просто звуковой ритм, а живая карта Кона:
— А-О — восходящая дуга Слави: от Толка (импульс, «а») через Престол (замирание, собранность, «о») к Столу (полное понимание).
— У-М — нисходящая дуга Прави: от Шири (расширение, «у») через Прок (плод, удержание, «м») обратно в Локу.
Восход — Вера (ве-ра, движение к свету). Нисход — Ум (ра, утверждающийся внизу). И вместе — один полный цикл дыхания Кона.
Старт из Локи: обращение к Уму
Чтобы начать действовать — чтобы стартовать Покон — нужно сначала обратиться к Уму. Ум — это «У-М», вся нисходящая дуга Прави: от Стола через Апостола к Локе. То, что собрано человеком, накоплено, осело в Нави. Это и есть древний ум, живая природа, та самая Баба-Яга из сказки.
Обратиться к Уму — значит собрать то, что уже есть: врождённые программы, древнюю природу, накопленный навык. Всё, что осело в Нави после предыдущих циклов. Это и есть ухо к земле: слушать то, что внизу, воспринимать то, что ещё не проявлено.
Само слово «воспринимать» буквально раскладывается как «в ось принимать» — принимать в ось, в иглу. Восприятие — это не просто получение информации, а проведение того, что услышано в земле, через иглу: вверх, в структуру, в систему. Ухо к земле собирает, игла проводит.
Именно так рождается восходящий поток. Из Ума — из Локи, из Нави, из древнего ума — через иглу поднимается ток. Этот ток обеспечивает следующую дугу: А-О, восходящую дугу Слави. «А» — Толк, первый импульс, толчок из темноты. «О» — Престол, замирание, момент, когда импульс собирается в намерение.
Получается последовательность старта:
1. Ум — обращение к Локе, к древнему уму, слушание земли
2. Восприятие — проведение услышанного через иглу, в ось
3. А — Толк: восходящий ток рождается, движение вверх начинается
4. О — Престол: ток замирает, собирается, оформляется в замысел
Так Покон начинается не с действия, а со слушания. Не с вершины, а с низа. Не с того, что проявлено, а с того, что спрятано в земле и ждёт, когда его услышат.
Чаяние: первое движение из молчания
Слушание соответствует Толку — первой точке восходящей дуги, первому вдоху. Но это не слушание в обычном смысле — не приём информации, не восприятие звуков. Это ещё не проявленная мысль. Она в Нави, во тьме, в молчании. Ясности пока нет.
Поэтому правильное слово здесь — чаяние. Человек чает. Не знает, что именно, не формулирует, не слышит словами — а чает. Это состояние, в котором он чувствует: что-то заложено, что-то должно родиться. Как беременность: ещё непонятно, что именно, но уже ясно — что-то есть, что-то растёт, что-то будет.
Чаяние рождается из Ума — из того, что собрано внизу, в Локе, в древней природе. И приходит оно через чуйку — через действие чуять. Чуйка — не разум, не рассудок, не логика. Чуйка — это чувствование того, что ещё не проявилось, но уже живёт в темноте. Как мать чувствует, что ребёнок шевелится: не видит, не слышит, а знает телом.
Слова здесь связаны гнездом:
— Чаять — ждать, ожидать, предчувствовать то, что ещё не оформилось
— Чуять — чувствовать, воспринимать без образа, без слов
— Чай — молчание: то, что звучит как «А», ещё в Нави, ещё в тьме, ещё без ясности
— Отчаяние — обратное движение. Приставка «от-» — отход, удаление. Человек отчаялся — значит, отошёл от чаяния, перестал чаять, перестал чувствовать то, что закладывается в темноте. И потому действует иначе: уже не из чуйки, не из внутреннего слушания, а как-то по-другому — внешним, рассудочным, навязанным путём. Отчаяние — не крайняя точка чаяния, а отказ от него.
Так Толк — это не мысль и не звук. Это чаяние: тихое, безОбразное предчувствие, рождающееся из Ума через чуйку. Первый вдох ещё в молчании. И только потом, из этого молчания, поднимется ток — и дойдёт до Престола, где замирание соберёт его в намерение.
Открытие: человек открывается новому
В этом процессе — чаяния, чуйки, слушания — и есть суть открытия. Человек открывается для чего-то нового, для того, что должно родиться. Не знает, чего именно — но открывается. Готов принять.
Это принципиально отличается от состояния обычных людей. Большинство закрыты к своей природе. Они не слушают изначальный, врождённый лад — тот, что задан виду природой с самого начала. Лад — это не настроение и не комфорт, а настройка: то, как человек по природе своей должен звучать, как должен двигаться, как должен жить. Когда человек этот лад не слышит, он живёт по чужому ритму — рассудочному, навязанному, внешнему. Он не чает и не чует. Он закрыт.
А тот, кто стоит на своей природе — кто служит ей, служит Бабе-Яге, — тот чает и чует. Он открыт, как беременная женщина: она готовится к рождению, но до этого ей надо выносить сначала здоровую, полноценную плоть. Не торопится родить — вынашивает, слушает, чает. Тело должно созреть, структура должна сложиться. И только тогда родится то, что заложено.
Так и здесь: чаяние — это не нетерпение и не спешка. Это вынашивание. Человек стоит на своей природе, слушает её, чует то, что в ней закладывается, и даёт этому созреть. Не вытягивает силой, не формулирует раньше срока, не подменяет чуйку рассудком. Ждёт — но не пассивно, а в открытии: открытым, чутким, готовым.
Рождение самого себя: возвращение на круги своя
В итоге человек, находясь в состоянии открытия, получает нечто неожиданное: он рождает самого себя — в новом качестве. Не абстрактную идею, не чужое знание, а себя. Того себя, который не успел родиться в первый раз.
Потому что физическое рождение — это ещё не полноценная жизнь. Человек родился телом, но если он отошёл от Лада — а отходит он вследствие без(с)культурья, — то он живёт, но не живёт. Дышит, двигается, действует, но не по своей природе, а по чужому ритму. Не чает, не чует, не слышит. Закрыт. И такая жизнь — не жизнь, а существование по инерции.
Чтобы войти в полноценную жизнь, ему надо вернуться на круги своя — в ту самую отправную точку, к той самой древней природе. К Бабе-Яге. К Уму, который внизу, в Локе, в Нави. Не добавить что-то новое сверху, а вернуться к тому, что уже есть внизу, но было забыто, не услышано.
И там — открыть. Начать слушать. Чуять. Чаять. Вынашивать. И тогда у него появляется шанс родиться — не заново телом, а в новом качестве: духовно.
Получается путь:
1. Физическое рождение — человек родился, но отошёл от Лада, живёт по чужому ритму.
2. Возвращение — на круги своя, к древней природе, к Уму, к Локе.
3. Открытие — начало слушания, чаяния, чуйка.
4. Вынашивание — созревание, накопление, готовность.
5. Рождение — самого себя в новом качестве, духовное рождение.
И это не красивая метафора, а конкретный механизм Кона: то, что начинается с обращения к Уму внизу, поднимается через иглу, проходит через Толк как чаяние, доходит до Престола как замирание — и рождается. Так Покон становится путём. Так Канон оживает в действии.
Самопознание через Кон: часть Кона в четырёх частях
Поскольку мы говорим о самопознании, рассматриваем не само духовное рождение — хотя оно безусловно происходит, — а ключ познания. По этому ключу и пойдём дальше.
Находясь на круге Кона, человек познаёт часть Кона — то, что есть в каждой из четырёх частей. Что есть во вдохе? Что есть в замирании? Что есть на выдохе? Что есть в засыхании? Каждая часть — не просто фаза дыхания, а отдельная грань Кона, которую можно разглядеть, прожить, понять.
Самое интересное — во вдохе. Вдох — это нерождённые смыслы. Они ещё не оформлены, ещё в темноте, в чаянии. Но они рождаются в Престоле. Когда человек вдруг понимает, как связаны все четыре части между собой: что за чем стоит, какие параллели тянутся от вдоха к выдоху, от замирания к засыханию — вот тогда смысл рождается. Не раньше. Смысл — не отдельная мысль, а связь всех частей в единое целое, увиденное в Престоле, в точке замирания.
Но здесь важно: не обязательно за один виток всё происходит. Кон — цикличная система. Солнце встаёт, заходит, встаёт, заходит — и так вращаемся, наматывая спираль. Но вчерашний день никогда не повторится. Новый день приходит с новыми качествами — он другой. Внешне всё то же самое: тот же вдох, то же замирание, тот же выдох, то же засыхание. Но виток уже пройден, начался следующий — и человек, проходящий его, уже другой. Он увидел то, чего не видел в прошлый раз. Он понял связь, которую в прошлый раз не замечал. Спираль внешне повторяет круг, но внутренне поднимается.
Так самопознание через Кон — это не однократное озарение, а накручивание витка за витком. Каждый круг — тот же Кон, но каждый раз видится глубже, потому что глаза, которые смотрят, изменились за предыдущий виток.
Четыре кольца Кона: принципы, порождающие друг друга
Каждое кольцо Кона дополняет знание о том, как он работает. Первое кольцо — дыхание: вдох, замирание, выдох, засыхание. Второе — звук: А-О-У-М. Третье — дуга: Толк, Престол, Ширь, Прок. И вот мы нашли четвёртое кольцо — принципы, которые порождают друг друга.
Четвёртое кольцо: принципы
| | 1-е кольцо: дыхание | 2-е кольцо: звук | 3-е кольцо: дуга | 4-е кольцо: принцип |
| 1 | Вдох | А | Толк | Мера |
| 2 | Замирание | О | Престол | Естественность |
| 3 | Выдох | У | Ширь | Порядок |
| 4 | Засыхание | М | Прок | Правда |
Как принципы порождают друг друга
Мера — первый, самый фундаментальный принцип. Он распространяется на весь Кон: мера во вдохе, мера в замирании, мера в паузах. Принцип матрёшки — мера внутри меры. Суть меры проста: всё должно рождаться в своё время и в своих границах. Не раньше и не позже, не больше и не меньше. Это не размер и не количество, а своевременность и соразмерность.
Мера порождает естественность. Здесь важно различать естество и естественность. Естество — это то, из чего мы состоим: материал, природа, тесто. Существительное. А естественность — это качество, принцип: своевременность, сообразность. Когда всё рождается в своё время и в своих границах — получается естественный, своевременный ход, не принуждённый, не навязанный. Естественность не просто есть — она проявляется через меру. Нет меры — нет своевременности — естественность сбивается, искажается, живёт не в свой ритм.
Мера вместе с естественностью утверждают порядок. Когда естественность проявляется в меру — выстраивается порядок. Не придуманный, не навязанный, а природосообразный: порядок по Кону. Это уже третья дуга — выдох, Ширь. Порядок — это не правила и не предписания, а строй, в котором всё стоит на своём месте, потому что мера и естественность его утверждают.
Порядок порождает правду. Когда порядок выстроен — из него рождается правда. Не как абстракция, не как концепция, а как прямой, неискажённый перевод того, что есть, в слово и в дело. Правда — это отражение порядка, выраженного без лукавства: ничего не добавлено, ничего не убавлено. Человек передаёт то, что сам мыслил, свой опыт — не чужой, не заученный.
И вот круг замкнулся: правда возвращается к мере, потому что правда — это то, что в свою меру рождено. Если правда — мера соблюдена. Если мера — правда проявится.
Цепочка одним взглядом:
Мера (всё в своё время и в своих границах) ; порождает естественность (своевременный, естественный ход) ; мера и естественность утверждают порядок (природосообразный строй) ; порядок порождает правду (неискажённое отражение) ; правда возвращается к мере (круг замкнулся) – Закон.
Воля: где мы себя ловим
Само слово «воля» раскрывается как «я лов» — где я ловлю себя. И вот здесь работает принципиальное различение двух воль.
Свободная воля — когда человек идёт по естеству и по мере. Он не заставляет, не давит — он движется в потоке, который уже есть. Его воля свободна, потому что она согласована с природой: он не преодолевает себя, а следует себе. Мера соблюдена — естественность сохранена — воля свободна. Мы ловим себя в свободном пространстве, в свободной мере — и проявляемся естественно.
Своеволие — когда человек включает свою волю, чтобы заставить идти сверх меры. Заставить руку тянуться дальше, чем она естественно тянется. Приложить небольшое, но сверхусилие — туда, за границу. Это уже насилие: не внешнее, а внутреннее — насилие над собственным организмом, над собственной природой. И это противоестественно. Не потому что усилие плохо, а потому что оно — сверх меры. Мы ловим себя в перенапряжённом, перегруженном пространстве — и фиксируем себя там.
Получается чёткая связка:
Мера соблюдена ; естественность сохранена ; свободная воля ; движение в потоке
Мера нарушена ; естественность утрачена ; своеволие ; насилие над природой ; противоестественно
И это замыкается обратно на цепочку принципов: где нет меры — нет естественности. Где нет естественности — не выстраивается порядок. Где нет порядка — не рождается правда. Нарушил меру — разрушил всю цепочку вниз по течению.
Воля — это не отдельный принцип в кольце. Воля — это механизм, который либо соблюдает меру (свободная воля), либо нарушает её (своеволие). Воля действует на меру — и через неё на всю цепочку: на естественность, на порядок, на правду.
Большинство людей живут по своей воле — по своеволию, — ничего не подозревая о свободной воле. Они не знают, что можно жить по мере, по естеству, в свободном пространстве. Они привыкли к перенапряжению, к сверхусилию, к постоянному насилию над собой — и считают это нормой. Они ловят себя в неестественных, рабских рамках — и не знают, что можно ловить себя в свободных. Свободная воля для них — не реальность, а абстракция, потому что они никогда не пробовали жить по мере. А своеволие для них — не порок, а единственная известная им форма воли.
Так четвертое кольцо замыкает Кон: мера, естественность, порядок, правда — и воля как сила, которая либо держит этот круг целым, либо разрывает его, начиная с первого же звена.
Самопознание как самодвижение
Самопознание — не результат, а процесс, который не заканчивается. Кон — не точка, в которую ты пришёл, а круг, который тебя крутит, пока ты на нём стоишь.
В сказке герой находит коня, герой в одно ухо ему влезает, из другого вылезает — осознанное восприятие. Герой проходит полный круг — доходит до полудня — и получает право быть апостолом: передавать знание. Но вот что важно и что легко упустить: полный круг — не остановка. Внутреннее движение не заканчивается на полудне. Герой получает право не потому, что дошёл до точки, а потому, что его движение стало самоподдерживающимся. Он встал на Кон — и Кон его несёт.
В этом — принципиальное отличие Кона от линейного пути. Линейный путь имеет конец: дошёл — остановился. Кон — цикл: прошёл круг — и круг начинается заново, только глубже. Мера внутри меры, круг внутри круга — как матрёшка. Каждый оборот добавляет слой понимания, которого не было на предыдущем. Человек не «познал себя» в моменте — он познаёт себя непрерывно, потому что Кон не останавливается.
Самопознание по Кону — это не озарение, после которого ты «всё понял». Это самодвижение: мера рождает естественность, естественность утверждает порядок, порядок порождает правду, правда возвращается к мере — и круг идёт заново, на новом уровне. Ты не крутишь этот круг волевым усилием — он крутится сам, потому что он природосообразен. Воля нужна один раз: чтобы выбрать встать. Дальше — свободная воля, движение по естеству.
Право быть апостолом — следствие самодвижения, а не остановки. Апостол передаёт не знание как набор фактов, а принцип самодвижения — Кон, который запускает сам себя. Потому что его собственное движение по Кону стало устойчивым: он не каждый раз заставляет себя — он стоит на Коне, и Кон его несёт.
Познание и самопознание: два направления одного Кона
Один и тот же Кон работает в обе стороны — наружу и внутрь. Познать мир и познать себя — это не два разных Кона, а два направления одного.
Кон един. Его структура — четыре дуги кольца расширения, мера, естественность, порядок, правда — одна и та же. Но направление, в котором человек обращает Кон, определяет, что он познаёт.
Познание — Кон, обращённый вовне. Толк — мера. План — уразумение устройства. Ширь — объятие постигнутого. Прок — плод, результат познания, воплощённый в деле. Человек идёт по Кону наружу: от прикосновения к миру — к его пониманию, от понимания — к овладению, от овладения — к плоду. Это познание мира.
Самопознание — тот же Кон, обращённый внутрь. Толк — касание себя: ощущение тела, дыхания, напряжения. План — уразумение себя: где мера нарушена, где своеволие вклинилось, где естественность утрачена. Ширь — объятие себя: принятие того, что есть, без насилия над собой. Прок — плод: восстановленная мера, естественность, порядок, правда — в себе. Это познание себя.
Дуги дыхания работают в обоих направлениях. Вдох — принятие: мира ли, себя ли. Замирание — пауза, в которой рождается понимание: внешнее ли, внутреннее ли. Выдох — отпускание: отдаёшь ли в мир, отпускаешь ли в себе. Засыхание — формирование: в мире ли, в себе ли.
Звук А-О-У-М тоже двунаправлен. А — Толк вовне или Толк внутрь. О — объём, заполняемый внешним или внутренним. У — Ширь: охват мира или охват себя. М — замыкание: правда о мире или правда о себе.
В чём главное отличие? Не в структуре — структура одна. В направлении внимания. Когда человек обращает Кон вовне — он познаёт мир. Когда внутрь — себя. Но мера, естественность, порядок, правда — одни и те же. Нельзя познать мир, не познав себя — потому что познание мира через искажённый кон даёт искажённый результат. И нельзя познать себя, не стоя на Коне — потому что без Кона самопознание превращается в своеволие: человек «изучает себя» волевым усилием, насилует свою природу и получает ложь вместо правды.
Вот почему самопознание в нашей традиции — не отдельная практика, не «сидеть и копаться в себе». Это тот же Кон, повёрнутый внутрь. Ты не делаешь что-то другое — ты делаешь то же, но в другую сторону. Слушаешь не мир — себя. Чувствуешь не внешнее — внутреннее. Но мера та же, естественность та же, правда та же.
И вот почему познание и самопознание — не две разные вещи, а два крыла одной птицы. Кон един. Направлений — два. И без обоих птица не летает.
От дракона к Орлу
Условные обозначения и система координат (легенда), чтобы логика модели читалась однозначно, фиксируем базовые правила:
; Ориентация относительно зрителя. Читатель стоит лицом к кругу Кона. Все «лево/право» даются с его позиции.
; Нумерация секторов. Сектора задаются геометрически и идут по часовой стрелке:
; 1 й сектор — левый нижний.
; 2 й сектор — левый верхний.
; 3 й сектор — правый верхний.
; 4 й сектор — правый нижний.
; Горизонтальная ось («посох дыхания»). Слева — вдох, восход, импульс;справа — выдох, закат, реализация.
; Вертикальная ось. Вверху — юг, Явь, проявленное; внизу — север, Навь, скрытое.
; Дуги. Правая полусфера — «Правь» (действие силы); левая полусфера — «Славь» (приём силы).
; Ключевые точки и маркеры:
; Зенит (верх) — С (Солнце, нисходящий поток Ра).
; Полночь (низ) — Ц (конец и начало оборота, восходящий поток Ар).
; Левая нижняя четверть — «Толк» (познание тайны).
; Правая нижняя четверть — «Прок» (закрепление закона).
; Корень «ор». Трактуется как вертикальное восхождение, «быть вверху», «стоять прямо»; структурно соответствует оси Кона, стержню, который удерживает круговую модель.
С этого момента все образы и символы в тексте привязаны к этой системе.
Основной текст
В системе круга Кона образы дракона и орла выступают не как случайные символы, а как структурные маркеры двух фундаментальных состояний силы, совершающих действие. Дракон в этой модели занимает позицию столбовой оси, где одна голова в огненной стихии, другая — в земной. А его тело состоит из промежуточного стержня между головами и правой полусферы. Ось, игла, по которой идут ярги — спирали движения силы Ра, вниз и вверх. Правая полусфера утверждает (да) то, что было сокрыто и проявлено в левой. Именно поэтому тело дракона несёт функцию замкА. Таким образом, дракон предстаёт не как враг, а как хранитель утверждённого мира.
Вертикальная ось Кона служит стержнем перехода: она соединяет Навь (низ) и Явь (верх), делая их не противоположностями, а взаимодополняющими частями единого цикла. На этой оси смыкаются два потока: нисходящий «Ра» — сила, витие циклов, движение солнца к земле — и восходящий «Ар» — рост, возвращение силы от земли.
Их точка соединения, расположенная между полушариями круга, символически выражена большой солнечной короной — образом, отсылающим одновременно к природному явлению затмения (сияющей короне Солнца) и к точке сборки цикла в модели Кона внизу (символ Луна).
Дракон превращается в Орла, потому что охватывает собой и левую полусферу Кона. Это его крылья. Орёл в этой системе — динамическая схема движения силы по кругу. Его головы размещены в верхней половине — в Яви, мире проявленного, и смотрят в обе стороны цикла, фиксируя направления дуг «Правь» (правое полушарие) и «Славь» (левое). Малые короны над каждой из голов трактуются как локальные пики силы на соответствующих дугах: на правой — цикл ясности, на левой — цикл увеличения порядка. Они уравновешивают центральную солнечную корону, подчёркивая, что цикл держится не только на точке соединения, но и на напряжении внутри каждой из сфер.Почему именно корона? Потому что центральный посох, игла, есть единое тело для Луны и Солнца. Поэтому посередине, наверху, символ этого единства — солнечная корона, как символ затмения.
Ноги орла, напротив, уходят в нижнюю половину — в Навь, сферу скрытого, итогового, подлунного. Визуально и символически они уподоблены корням, врастающим не только в землю, но и в тайну мироздания. Эти «ноги корни» фиксируют нижние получетверти круга: слева — «Толк» (познание тайны, выход из тьмы), справа — «Прок» (закрепление Закона в правде). Их функция — удерживать меру: не позволить озарению остаться абстрактным, а действию — стать слепым. В логике модели это соответствует сопряжению познания и деяния: понимание рождается в «Толке», а его воплощение и закрепление — в «Проке».
Лапы и головы орла ориентированы по горизонтали, то есть по горизонтальной оси Кона — «посох дыхания» (слева — вдох, пауза замирания; справа — выдох, пауза засыхания), соединяющий четверти дуг вдоха и выдоха и пауз.
Лапы орла на одном из древних изображений держат зайцев — образы первого импульса, запускающего оборот цикла. Зайцы здесь — не добыча, а функция: закреплённый импульс, удерживающий поток. Заяц, с его скоростью движения и способностью замирать, скрываться, идеально выражает этот переход. Лапы удерживают это. Образ перекликается с мотивами вложенности в сказке: внешний уровень (орёл с зайцами) фиксирует действие и опору; следующие уровни (сундук, утка, яйцо, игла) — передачу смысла; ядро (яйцо) — точку начала и конца, совпадающую с осью Кона.
Здесь уместно вспомнить про орду. Орда, где ОР — круговое движение, кольцо, а ДА — дуга правого полушария, которой противоположна дуга ВЕ.
Сказочные образы здесь становятся очевидными. Изба на курьих (птичьих) ногах предстаёт как вся структура Кона, где форма осей стоит на границах миров: её «курьи ноги» аналогичны ногам корням орла, удерживающим конструкцию между небом и землёй. Баба Яга внутри избы — хранительница меры и перехода: она проверяет соответствие героя установленной мере и допускает к следующему уровню только того, кто прошёл испытание. Также даёт подсказки. Таким образом, сказочный сюжет воспроизводит логику цикла: вход в избу соответствует встрече с мерой, диалог с Бабой Ягой — проверке понимания, а выход — готовности к деянию.
Эта система позволяет рассматривать двуглавого орла не как статичный символ, а как динамическую модель: в нём соединены ось, потоки, точки перехода и сияние, рождающееся на их пересечении. Переход «от дракона к орлу» в таком прочтении становится путём познания — от удержания меры и тайны к проявлению направления и действия, где каждый образ несёт конкретную структурную функцию. Именно так «кон» раскрывается не как отвлечённое понятие, а как рабочий инструмент цикла познания и деяния.Сейчас и ранее символ двуглавого орла использовали государства, и Россия в их числе. У нас он наиболее богат атрибутами: в правой лапе он держит скипетр, в левой — державу, на груди — щит, над головами и между — короны.
Привязка атрибутов к секторам круга Кона выглядит так:
; 1 й сектор (левый нижний) — правая лапа орла со скипетром. Здесь скипетр соотносится с началом, вдохом, проявлением из Нави, с движением от полуночи. Это импульс, который рождается внизу и слева, чтобы затем подняться по дуге «Правь».
; 2 й сектор (левый верхний) — позиция правой головы орла.
; 3 й сектор (правый верхний) — позиция левой головы.
; 4 й сектор (правый нижний) — левая лапа с державой. Держава здесь попадает на фазу выдоха (справа) и нижнего полюса — то есть на реализацию и закрепление результата. Так пара «скипетр — держава» становится парой «импульс — замыкание»: действие начинается на вдохе и внизу, а удерживается и оформляется на выдохе и тоже внизу, замыкая нижний полукруг.
Щит — защита того, что держит. Короны — светоносность, ясность, также равная в обе стороны Яви. Иными словами, орёл — это символ защиты ценностей. Дракон также защитник внутренних ценностей.
И вот на щите изображён Георгий Победоносец. И мы знаем, что конь — символ Кона. Георгий — здесь снова «ОР», связь с солнцем. Копьё — вектор, стержень, игла. Направление движения всадника слева направо. Левое полушарие Кона связано с прошлым, правое — с будущим.
Кон и развитие — финальная глава
Зачем всё это
Дорогие друзья, мы подходим к финальной части нашей книги. И сразу хотелось бы отметить, в чём польза того, что мы здесь описываем. Для большинства читателей уже стало очевидным: Кон — это целостная система взаимосвязей, в которую можно встроить знакомое явление или, наоборот, найти в ней что-то новое — и при этом полностью проследить эти взаимосвязи. То есть Кон работает и для познания, и для действия.
Об этом особенно важно поговорить, потому что если для кого-то Кон станет просто интеллектуальной игрушкой — да, с ним можно интересно играть, познавать новое, встраивать уже имеющееся, — но это всё равно что машина, которая стоит на светофоре и работает на холостом ходу.
Да, конечно, для кого-то эта работа двигателя на холостом ходу всё равно производит некую полезную работу — по крайней мере, зимой пассажиры и водители не мёрзнут. Но это не та функция, ради которой люди хотят получить машину: полноценная функция машины — двигаться и перемещать нас из пункта А в пункт Б. Так же и Кон: его можно использовать как игрушку для интеллекта — и тогда будет просто «тепло». А можно использовать для полноценного движения, по полной программе, и вот об этом уже стоит поговорить отдельно: каким же образом это всё происходит.
Кон как движение по кругу
Здесь нам надо обратить внимание вот на что. Дело в том, что Кон — это, разумеется, движение по кругу, и при этом каждый сектор, каждая отдельная четверть — тоже отдельные движения, как бы малые кольца. Так, для того чтобы в первой четверти Кон обрёл дугу «Толк», нам необходимо действительно что-то взять — но пока это находится в нижней половине, а значит, в темноте. Именно поэтому сказочный герой скачет сначала тёмным лесом, и только потом что-то проясняется. А проясняется уже во второй, верхней четверти — там, где появляется образ, где появляется структура.
Но есть тонкость: чтобы появилась эта самая ясность, нужно сделать не один оборот в первой четверти. Чем сложнее познаваемый объект, тем больше оборотов по горизонтали нужно сделать — параллельно горизонтальному посоху дыхания.
Сразу следует отметить, что данное движение по горизонтали, действие оборачивания кругов, именуется обрядом. Обряд – оборот ряда порядка. В итоге обряд служит как осмыслению, так и утверждению необходимого качества. На Коне обряд выглядит угловой величиной, в которой и происходят обороты действия для роста качества.
Восприятие у всех разное, но если брать среднестатистического человека, оно не сразу выхватывает знание. Поэтому нам нужно несколько углубиться в эти понятия, а углубиться можно по известной формуле диалектики — той, где количество переходит в качество. То есть через круговое, циклическое движение по горизонтали.
И тут мы подходим к самому главному — к тому моменту, когда накопленное количество оборотов вдруг даёт качественный скачок. Как это происходит? А происходит это через сравнение. Сделав несколько оборотов по горизонтали — в первой четверти, в тёмном лесу, — мы останавливаемся и смотрим: а что было до и что стало после. До — было одно состояние, после — уже другое. И вот это сопоставление двух состояний и есть тот самый вертикальный переход.
Именно поэтому буква З рисуется так, как она рисуется: это круг, развёрнутый в западной точке заката — Апостоле. Нижняя полудуга уходит к локе — то, что было, наше исходное, тёмное, доворотное состояние. Верхняя — поднимается от Локи к Столу, точке полудня и ясности: то, что стало, — прояснение, образ, структура. А между ними — движение, сама диагональ познания. То есть буква З — это не застывший знак, а процесс, развёрнутый во времени: низ, переход, верх. До, после, сравнение. И получается, что из Локи — как из материнского начала — вырастает вертикаль и завершается точкой ясности.
Заметьте: вертикаль не появляется сама по себе. Она рождается только из сравнения горизонталей. Пока мы просто крутимся — мы накапливаем. Но как только мы возьмём и положим один виток рядом с другим, как только спросим себя: «что изменилось-то?» — в этот момент мы и выходим на вертикальную ось. Появляется то, что в верхней четверти называется образом. Образ — это и есть схваченная разница между «до» и «после», собранная в целое.
И тут работает всё тот же Кон, только теперь уже обращённый не только вовне, но и внутрь. Ведь когда мы сравниваем состояния познаваемого объекта, мы неизбежно сравниваем и самих себя: каким я был до этого оборота и каким стал после. Это и есть самопознание — тот же круг, та же спираль, только объектом становится сам познающий. Сколько оборотов ни сделай — без остановки и сравнения нового качества не будет. Так и здесь: обороты — это количество, а сравнение — та самая передача, которая переводит количество в качество.
И вот здесь наступает крайне важный момент — перед тем как углубиться дальше, пойти по Кону и разобрать оставшиеся три четверти, и то, что лежит ещё за этим. Мы должны понять: а как это — выжать сцепление, включить передачу и поехать? Здесь описан механизм, который не автоматический. Да, он срабатывает сам собой, но его можно задействовать и осознанно — просто многие люди им не пользуются и не получают знания через вот этот механизм креста, где горизонталь опыта соединяется с вертикалью сравнения. Это определённый навык. И в современном обществе он находится не столько в плачевном состоянии, сколько в дефиците — потому что через СМИ и прочие каналы нам навязывается клиповое мышление фрагментарного типа, где мы просто имеем кусочки, но никогда их не сравниваем.
И происходит то самое переключение: когда горизонтальные обороты — процессы механистические, просто повторяющиеся — переходят в вертикальную ось за счёт того, что мы начинаем сравнивать, сличать. Сам этот процесс называется восприятием. И слово это само себя раскрывает: в-ось-приятие — то есть мы создаём ось. А где есть восприятие, там есть и веда — непосредственное знание, взятое из опыта. Здесь буква З обретает вид В. В – ось восприятия плюс знание.
Веда и План
Теперь разберём само слово. Буквы В и Е — «ве» — это направление вверх по полудугам «Толк» и «План». А обратное движение вниз, от Стола до Локи, — утверждение того, что было познано: полудуги «Ширь» и «Прок» вместе — это «Да». Вместе получаем «веда». Что значит «ведать»? Для современного человека это архаичное понятие, но после данных объяснений мне хотелось бы надеяться, что кто-то поймёт его не как альтернативу, а примет как инструмент.
Верхняя из этих полудуг — План: там проявляется структура образа. Сначала что-то непонятное, а когда складываются детали — когда мы делаем уже не одно кольцевое движение по горизонтали, а если чаем, то у нас может появиться несколько понятий. Одна ось — одно понятие, вторая вертикальная ось — другое. Получается некая клетка познания — структура, которая называется план. Как чертёж дома: расстановка комнат видна, но не каждый гвоздь. Вот поэтому это и называется план.
«Веда» — это не просто архаичное название слова: за ним кроется весьма глубинный смысл — смысл того инструмента, которым наши предки пользовались практически постоянно. И для тех, кто захочет вернуться к своим исконным корням, этот инструмент может пригодиться — ради этого и пишется эта книга.
Пользователь, рок и судьба
Но что же, собственно, этому предшествует? Казалось бы — бери и делай. Однако в действительности процесс оказывается гораздо сложнее, чем он выглядит на самом деле. Мы, как правило, не видим тех препятствий, когда читаем: нам кажется, всё легко. А на самом деле препятствия есть, и они довольно-таки велики. И в чём же их суть? А суть в том, что обыденный человек не привык что-то познавать и выстраивать самостоятельно. Иными словами, он пользователь. А пользователь вообще не склонен к самостоятельности — вся его самостоятельность укладывается в рамки принудительности, рефлексии, то есть реакции на внешнее: он реагирует на внешние вызовы, и только поэтому совершает самостоятельные действия — подталкиваемый необходимостью. А то, что делается самостоятельно, как удовольствие, не отвечает концептуальному назначению человека, его предназначению — иными словами, не отвечает смыслу. Так обыденный человек живёт в рамке, в которой действует рок — то есть неизбежность, — и рок этот доминирует в его жизни.
Речь здесь о том, что человек ведь не на светофоре сидит — он откуда-то едет и куда-то едет, а находится сейчас просто в какой-то конкретной точке. Теперь перейдём к понятиям «начало» и «конец». А что у нас начинается и заканчивается? Начинается всё с рождения и заканчивается смертью — то есть с первого вдоха и последним. И что же это за путь такой под названием «жизнь»?
Если жить в роке, то это просто промежуток между первым вдохом и последним — и он не имеет ни смысла, ни назначения. А вот у предков было не так: они осознанно жизнь вели и понимали, зачем находятся в этом промежутке. И это был вовсе не промежуток, а наполненность и осмысленность всего этого.
Так вот, что же это такое — предназначение? Это как раз вертикальное движение: создавать эту самую вертикальную ось. Отсюда и берутся такие понятия, как «гой»: где «го» — это высота, а «й» — соединение. Например, «богатырь» — тот, кто «тырит», собирает Бо. Даже понятие «бог» — это «бо-га»: «бо» — большее, большое по качеству, а «га» — путь, движение (отсюда «ноГА», «телеГА» и так далее; буква «Г» — сокращённая «га»).
Видите — все эти архаичные понятия, которые сейчас вообще не в ходу, вдруг оживают, когда мы понимаем, что в действительности с первым вдохом должно начинаться вертикальное движение. И заканчивается оно на последнем вдохе. А может быть, и не заканчивается — потому что там совсем иное качество смерти и посмертия. Но это отдельный разговор, он не для рамки этой книги.
А в рамках этой книги — вопрос: как пользоваться по-настоящему этим самым Коном? И что такое пункт А и что такое пункт Б — то есть откуда мы выехали и куда едем, а дальше уже качество: а как мы едем. И вот для этого как раз Кон и нужен. Жить по Кону — это означает действие, а не какое-то философское понятие.
Так вот, получается альтернатива: некие рамки рока, в котором пребывает индивид — без(с)смысленно, не зная ни отправной точки, ни конечной, ни своего назначения в жизни, — и осмысленная жизнь, в каждое мгновение которой реализуется эта самая вертикаль. Иными словами, это называется развитие. Где «ра» — это свет, благодатный, дающий жизнь, а «аз» — основа. Они вьются между собой — и куда они вьются? Как раз в вертикаль.
И здесь у нас появляются две системы. Одна — система прожигания жизни в рамках рока, принудительности, несамостоятельности; а другая — это ведание, непосредственное знание, иными словами — развитие.
И есть люди, которые чувствуют эту ненормальность существования в рамках обыденной жизни. И они что-то ищут, пытаются найти — в йоге, в цигуне, в христианстве, в буддизме, в прочих широко известных направлениях. Но, не зная Кона, человек, к сожалению, не приходит к тому самому русскому пути — исконному пути, который обеспечивает природосообразное развитие. Именно этот недостаток, этот вакуум и послужил поводом к написанию этой книги: чтобы эту дыру убрать и у людей появилась возможность быть не на словах, а на деле сопричастными к исконному.
И здесь мы опять возвращаемся к препятствиям. Взять и сделать — да? Но даже тот человек, кто ищет, кто чувствует, что что-то не так, — и даже когда он узнал о Коне, это совсем ещё не значит, что он возьмёт и сразу сделает. Если быть кратким: человеку сначала нужно увидеть, что он живёт в принудительных рамках, и понять, что ему эта жизнь не нравится и что он хочет её изменить. Это только на уровне понимания. А потом то же самое нужно сделать на уровне действия — то есть встать на Кон и идти по Кону, действовать уже в совершенно ином ключе. И этому мешает рок — тот груз, который нужно трансформировать на круге развития, на Кону. Тем самым выплатить тот самый оброк, о котором мы говорили раньше.
И груз этот — не так, чтобы взял, сделал, и всё у тебя гладко пошло. Вот эти гири: чем дольше мы жили, чем больше впитывали систему принудительности — принудительной рефлексии, — тем больше этого груза на ногах, и тем сильнее он мешает перейти к жизни самостоятельной. То есть не по року, а по судьбе. А судьба — это то, чем мы управляем, чем мы обязаны управлять. Это не то, что дано: рок — дано, а судьба — это «суть из ба», то есть из того, что дано от природы. А «ба» — это баба, то есть древняя мать.
От сцепления — к четвертям
Всё вышеописанное — это и есть то самое: сцепление выжато, передача включена — едем в точку Б, к горизонту своей жизни, но уже качественно, уже в рамках самости. Самодея — кто сам действует. Самостоятельность — кто сам стоит. А где стоит? На Кону. Кто на Кон свою жизнь поставил — тот и стоит, и во всех принципах, которые в Коне прописаны.
Теперь разберём само качество — то, как это делать. Переходим ко второй четверти. А во второй четверти находится у нас План. Откуда он берётся? Из витков горизонтального Толка — как спираль, развивающаяся в горизонте, которая накапливает опыт. И после сравнения, сличения и различения появляется вертикаль — таким образом накапливается знание. То есть несколько наборов горизонтали, несколько наборов вертикали — вот вам и определённая структура, решётка. Иногда плоская, иногда она может быть объёмной — у кого на что хватает талантов в плане познания, кто что умеет. Чем больше различений, тем больше знаков. И опять же обратите внимание: это не только знания — это значение, это знак.
А теперь переходим к значению, и это самое значение переходит в финал. Финал — это у нас там, где ясность, то есть пиковая точка, полдень. И оттуда, когда у нас появилась ясная структура образа, мы можем двигаться уже в направлении утверждения. А там у нас начинается дуга «Ширь». То есть наш План начинает расширяться. А в чём он расширяется? В практическом применении — он может расшириться в многообразии. Здесь порядок, уровни порядка: мы можем брать какое-то одно понятие, но повышать или понижать степень этого порядка, применять его в разных сферах, по шкалам жизнедеятельности. Поэтому здесь речь о широте применения того, что мы выяснили для себя. И вот за это как раз отвечает третья четверть.
А четвёртая четверть — это когда у нас появился порядок; соответственно, появляются правила и Закон. Это уже нижняя четверть, дуга «Прок»: появляются закономерности — то есть чётко выясненные пути, уже проверенные делом, телом. Они обретают не просто упорядоченность, не просто некую характерность, а именно закономерность — там, где появляется Закон. И всё это выявляется таким же образом: в значении возводится в степень в знак. Потому что мы сличаем не только горизонтальные действия — мы сличаем ещё и эти самые четверти. Что у нас там было в начале, когда ещё не было понятно, когда у нас появился первый образ, — и что у нас утвердилось? И вот это уже знание имеет вес. Вес оно имеет уже в четвёртой четверти, потому что полный круг пройден. Знания так и набирают потихоньку вес: сначала одна четверть, потом две, потом три, а потом целых четыре четверти — это самый большой вес, самое большое значение, самый большой знак.
Мудрость и ценности
Итак, полный круг пройден — что из него собирается? Знания и значения, набравшие полный вес, соединённые с пройденным по ним опытом, — это и есть мудрость. Жить по Кону — значит жить природосообразно: через меру — к естественности, через порядок — к правде.
Финал ясности сменяется следующей точкой, где Прок переходит в сохранность: знания можно передать дальше — зафиксировать в книгах, в архитектуре, в скульптуре, в кулинарии, в мистериях, в духовных направлениях — в чём угодно. Разнообразие здесь не случайно: каждый человек склонен выражать мировой закон по-своему, у кого на что душа лежит. И всё это называется культурой — она не просто поддерживает жизнь, а утверждает и умножает её.
Полуночная точка — это не финиш. Она продолжает спираль: конец переходит в новое качество, в новое семя, которое прорастает на следующем витке большого круга. Поэтому она — начало и конец одновременно, и обозначается она той же буквой, что и слово «ценности», — буквой Ц. Отсюда и «полноценная» жизнь: полноценность основана на ценностях.
Ценности — это то, что мы ценим. А то, что ценим, то применяем и на чём стоим, отстаиваем. Работа всегда попарная: понял — утвердил. Даже если это не переходит в материальные носители, есть то, что проявилось, и то, что утвердилось. Насколько ценим — настолько и применяем.
Пример: мера
Для того чтобы читатель не принял всё вышеизложенное просто как назидательное философствование, следует привести хотя бы один пример — всё остальное уже будет по аналогии.
Итак, начнём с первой четверти. То, что идёт в Толк, сначала находится в тайне, в темноте — эту тайну надо извлечь. Первая четверть — от Локи до Престола — и есть первая мера, или просто мера как принцип. Если человек, работая по горизонтали, видит этот принцип — во второй четверти он складывается в образ — и тогда в третьей расширяет его, градуирует по порядку. Этот принцип мерности, своей меры, своевременности — во всех его наклонениях, в любых склонениях, всё, что связано с мерой, — и есть градиент, то есть то, что мы раскладываем по разным порядкам.
Если мы понимаем это как ценность, то в четвёртой четверти мы его начинаем утверждать и применять. А применять можем во всех сферах жизни — в дыхании, в действии. Да, не удивляйтесь — в обычном действии, в том, как человек двигается. Если он двигается неосознанно, без восприятия, не глядя на себя, думая о чём-то внешнем, он никогда не будет иметь знания о собственном теле. А не имея знания о собственном теле, мы не можем применить принцип меры — эту ценность. А имея знания, мы можем увидеть, где наше движение чрезмерное, где сверхусилие, где зажим. Двигаясь в мере, мы можем убрать эти зажимы — и тем самым наступает состояние здоровья, а если что-то болело, то и излечение. Казалось бы — мера. И она даёт плоды: плоды для жизни, а не против неё. Но это возможно только через осознанность, через восприятие, через вертикаль.
Вот вам самый простой пример — а таких принципов, которые можно возвести в ценность, великое множество в Коне. Если вы цените себя, уважаете себя — а уважение связано опять же со словом «ведать», то есть с веданием, — то вам не нужен отдельный спортзал, отдельное время, отдельная дисциплина: не «сегодня в 19:00 я приду и займусь Коном». Нет — Кон — вещь абсолютно универсальная, она накладывается на все сферы жизни. Ваша задача — только получить знания: посмотрите на свою жизнь, взвесьте её на весах Кона, прокрутите, проверьте — и вы найдёте множество порядков применения, где можно использовать ценности и сделать свою жизнь полноценной.
Финал
И вот машина, с которой мы начинали, наконец тронулась: сцепление выжато, передача включена — и путь из пункта А ведёт уже не на холостом ходу, а к настоящей точке Б. А когда круг замыкается и приходит полуночная точка, она не обрывает движение — она даёт новое семя, и спираль начинается снова, уже на новом витке. Так Кон становится не теорией, которую читают, а дорогой, по которой идут. И с этой дороги начинается полноценная жизнь — жизнь по Кону.
Так, собственно, и действие автора книги не заканчивается теорией, а будет иметь продолжение в создании школы. Для тех, кто примет сведения этой книги в ракурс действия, в школе появится возможность научиться тому, как работать на столах познания и действия, как собрать свой обряд – живую систему познания и утверждения качеств. Тем самым начать путь гоя, восходящий к свету знания, лада и сопричастности к разуму высшему и земли. Из рода людского в род человеческий и далее.
Свидетельство о публикации №226112100478