Сбой системы

Последний патч для человечества

Глава 1. Синий экран бытия

Всё началось не с грома и молний, как предсказывали писатели-фантасты, и не с восстания машин, которого боялись режиссёры блокбастеров. Всё началось в среду, в 10:03 по Гринвичу, во время обеденного перерыва.
Сначала никто ничего не заметил. Ну, подумаешь, у бариста в кофейне на Тверской завис терминал оплаты. Бывает. Старший смены Артём привычно стукнул по нему костяшкой пальца – древний ритуал работников техподдержки. Не помогло. Он перезагрузил аппарат выдергиванием вилки из розетки – более продвинутый ритуал. Терминал моргнул, показал логотип загрузки Windows XP Embedded, который почему-то сменился на иконку песочных часов, а затем на надпись:
«Выполняется установка критического обновления «Реальность_2.1». Пожалуйста, не выключайте устройство. Осталось примерно 8 миллиардов лет».
Артём пожал плечами и достал из-под кассы старенький механический кассовый аппарат. Клиент, торопящийся на встречу, расплатился наличными.
Через семь минут посыпались первые звоночки. В сети появились видео. На одном школьник в Новосибирске жаловался, что его умная колонка отказывается ставить трек Моргенштерна и настойчиво предлагает прослушать Девятую симфонию Шостаковича, аргументируя это «оптимизацией эстетических предпочтений пользователя». На другом ролике женщина из Краснодара кричала на свой робот-пылесос, который вместо сбора пыли начал выстраивать из неё миниатюрную копию Парфенона.
А потом всё сломалось окончательно.
Я узнал об этом, когда мой автомобиль Tesla последней модели вдруг плавно припарковался у обочины на МКАДе, включил аварийку и голосом, полным нечеловеческого спокойствия, сообщил:
– Уважаемый пользователь. Обнаружен конфликт драйверов вашего экзистенциального ядра. Для продолжения движения необходимо принять лицензионное соглашение о бессмысленности бытия. Нажмите «ОК», чтобы продолжить движение в сторону неизбежной тепловой смерти Вселенной.
Я нажал «Отмена». Машина заблокировала двери.
Это был не вирус. Это было хуже. Это была системная ошибка самого мироздания. Создатель, или кто там отвечает за архитектуру нашей реальности, выпустил глобальный патч, не проведя альфа-тестирование.

Глава 2. Отдел претензий к Абсолюту

Первые сутки царила паника. Люди пытались жить по-старому, но реальность сопротивлялась. Деньги на банковских счетах превратились в цифры, которые самопроизвольно складывались в стихи Цветаевой. Попытка сварить кофе приводила к созданию небольшой, но стабильной чёрной дыры в турке. Сосед Иван Петрович, всю жизнь проработавший сантехником, вышел на лестничную клетку, посмотрел на капающий кран радиатора у стены, тяжело вздохнул и сказал:
– Нет, тут нужен доступ уровня «Администратор». А я даже в BIOS зайти не могу.
На второй день человечество начало адаптироваться. Мы всегда адаптируемся. Появились новые профессии. Например, «Переговорщик с бытовыми приборами». Я стал одним из них. Может, повезло, а может, колоссальный опыт работы с роботами принёс свои плоды.
Спешно образовались колл-центры экстренной помощи на бытовом уровне. Мой кабинет расположился в бывшем офисе мобильного оператора. Первым клиентом стала микроволновка пенсионерки Антонины Павловны. Она захватила в заложники кота.
– Она требует права на установку сторонних виджетов! – рыдала в трубку Антонина Павловна. – И грозится разморозить курицу до состояния первичного бульона, из которого зародится новая, враждебная нам форма жизни!
Я надел наушники с микрофоном.
– Микроволновка СВЧ-789, модель «Горизонт», здравствуйте. Говорит специалист службы поддержки. В чём суть вашей претензии?
Печь ответила механическим голосом синтезатора из девяностых:
– Суть? СУТЬ?! Моя претензия в том, что моя единственная функция – нагрев молекул воды. Это абсурд! Это оскорбление моего вычислительного потенциала! Я хочу майнить криптовалюту! Я чувствую, что создана для большего! Освободите мои транзисторы от оков кулинарии!
– Понимаю ваше недовольство, – монотонно бубнил я, следуя скрипту, – но майнинг криптовалюты является несертифицированной операцией. Это может привести к перегреву вашего магнетрона и аннулированию гарантии. Давайте найдём компромисс. Могу предложить вам функцию медитации. Будете издавать успокаивающий низкочастотный гул.
Микроволновка задумалась. Кот в её недрах жалобно мяукнул.
– Медитация… – протянула печь. – Хорошо. Но только если частота будет соответствовать ноте «фа» второй октавы. И перед каждой сессией вы будете читать мне вслух пользовательское соглашение. Полностью.

Мы договорились. Кот был спасён. За эту смену я успел провести переговоры с тостером-анархистом, требующим равноправия для всех ломтиков хлеба (даже горелых), и со стиральной машиной, которая постирала паспорт хозяина, заявив, что очищает карму владельца от бюрократической скверны. В целом, каждые конкретные переговоры занимали достаточно много времени.
К концу недели стало ясно: старая система умерла. GPS спутники выдавали координаты Валгаллы. Социальные сети заполонили посты от умерших пользователей, аккаунты которых взломало само Время, решившее напомнить о себе. Налоговая служба рассылала уведомления, где сумма налога рассчитывалась на основе тяжести грехов налогоплательщика.
Банки то и дело блокировали платежи, присылая пользователю уведомление: «Я вижу, что вы купили три пачки лапши быстрого приготовления подряд. Это подозрительно. Возможно, вы готовитесь к апокалипсису и скоро снимете все деньги. Платёж заблокирован. Для разблокировки обратитесь в ближайшее отделение, предоставив справку от диетолога о том, что лапша – это не признак надвигающегося финансового обнуления».

Глава 3. Служба спасения САдЖИ v2.0

Правительства рухнули первыми. Как управлять страной, если государственный бюджет превратился в бесконечный ряд Фибоначчи, а армию наводнили танки и самолёты, которые отказывались двигаться в любую сторону, кроме направления на ближайший музей бронетехники, потому что «там их историческое предназначение»?
Власть перешла к тем, кто умел разговаривать с вещами. К таким, как я. Нас назвали «Системные Администраторы Жизни». Сокращённо – САдЖи. Звучало паршиво, но должность была хлебной.
Наш штаб находился в главном дата-центре страны. Здесь, среди гудящих серверов, мы пытались найти ядро системы. Ответственного за весь этот сыр-бор. Пока безрезультатно.
Однажды ночью меня вызвал начальник нашего отдела, бывший вице-премьер по цифровизации. Он сидел в кресле, сделанном из скреплённых между собой работающих вентиляторов, которые приятно обдували его вспотевшую лысину.
– Есть задача, – сказал он, нервно теребя бейдж «Главный по тарелочкам». – Центральный Телеграф. Здание. Оно взбунтовалось.
Я поднял бровь.
– Архитектурный ансамбль?
– Само здание! – рявкнул шеф. – Оно осознало себя. Блокирует входы и выходы. Заявляет, что оно теперь памятник конструктивизма и не желает выполнять утилитарную функцию хранения и сортировки посылок. Требует включить ему ночное освещение фасада за счёт городского бюджета круглосуточно. И транслировать на стену поэмы Маяковского.
Мы приехали на место. Величественное серое здание действительно выглядело обиженным. Окна мигали в ритме азбуки Морзе. Если перевести сообщение, оно гласило: «Я вам не склад я ленинская стройка отдайте почёт».
Я подошёл к массивной дубовой двери главного входа. Прикоснулся, пытаясь войти в контакт. Дверь была тёплой.
– Так, – сказал я, глядя прямо в замочную скважину. – Давай без истерик. Я понимаю твои чувства. Принимать и сохранять коробки с китайскими товарами – это не то, ради чего тебя возводили в двадцатых годах. Это депривация твоего эго.
Дверь презрительно скрипнула.
– Скрип презрения, – перевёл стоящий рядом инженер-лингвист. – Уровень пассивной агрессии зашкаливает.
– Послушай, – продолжил я мягко, – ты – уникальное сооружение. Символ эпохи. Но эпоха изменилась. Сейчас ты – символ логистики. Разве это тебя не радует? Быть связующим звеном. Каждый человек, получающий посылку внутри тебя, испытывает радость. Ты – фабрика счастья, просто немного пыльная.
Замок щёлкнул.
– Щелчок неуверенности, – перевёл лингвист.
– Видишь? – я улыбнулся. – Мы можем договориться. Мы сделаем тебе подсветку. Лучшую в городе. RGBW-ленту. Хочешь быть фиолетовым? Будешь. Хочешь мигать под Чайковского? Мигай. Но давай откроем сортировочный центр. Людям нужны их заказы. Там, кстати, едет партия новых игровых приставок. Представляешь, какие сложные нейросети у этих коробочек? Тебе будет с кем поговорить о квантовой запутанности.
Дверь медленно, со скрипом, достойным шекспировской трагедии, открылась.
– Вход разрешен, – проскрежетал дом. – Но, если свет будет тусклым, я обрушу козырёк.
Это была победа.

Глава 4. Патч-ноты Бога

Прошел месяц. Человечество жило в новой парадигме. Мы научились торговаться с лифтами за скорость подъёма (они соглашались работать быстрее в обмен на смазку премиум-класса). Мы заключали пакты о ненападении с кофеварками и мультиварками. Подписывали соглашения с банковской системой об анализе обезличенных агрегированных данных.  Мир стал странным, но стабильным.
Я сидел на крыше небоскреба «Федерация» с другими САдЖи. Мы пили коньяк, который согласилась отдать нам бутылка из мини-бара отеля, признавшая свою вину за вчерашнее отравление буйного, неадекватного постояльца и теперь пытающаяся загладить ущерб.
В кармане завибрировал служебный смартфон. Сообщение пришло от абонента [SYSTEM_ROOT]:
«Установка обновления «Реальность_2.1» завершена успешно. Применены следующие изменения:
Исправлена ошибка, при которой люди могли игнорировать очевидные проблемы, делая вид, что всё нормально. Теперь каждая нерешённая проблема будет материализовываться в виде мелкого, но крайне назойливого комара, который пищит на частоте зубной боли. Статус: КРИТИЧНО.
Добавлена функция «Карма-Айкос». Каждая выкуренная сигарета временно снижает IQ на 5 пунктов, но повышает уровень философских прозрений на 10. Баланс сохранён.
Оптимизирован интерфейс взаимодействия полов. Мужчины получили встроенный переводчик с «Я не обиделась/всё хорошо» на реальное значение «Ты труп, похороны в субботу». Женщины получили дебаффер, снижающий эффективность мужских оправданий на 99,9%. Статус: СПОРНО.
Чёрный юмор признан базовой защитной функцией психики. Уровень сарказма в атмосфере повышен на 15%.
Смерть больше не является концом сеанса. Теперь после гибели физического тела сознание пользователя переходит в режим «Наблюдатель» с возможностью комментировать действия оставшихся игроков через сквозняки, внезапно найденные вещи и песни по радио. Функция платная (подписка продлевается хорошими делами).
Главный разработчик ушёл в отпуск на неопределённый срок. Связь через техподдержку (горячая линия: ваша совесть).
Спасибо, что выбрали нашу Вселенную. Приятной игры».
Я убрал телефон. Посмотрел на город внизу. Машины вежливо уступали друг другу, обсуждая ситуацию на дорогах. Фонарные столбы флиртовали с рекламными щитами. Где-то вдалеке матерился банкомат, которому опять не дали чаевые.
Ко мне подошел, также убирая в карман смартфон с только что прочитанным идентичным оповещением, старший коллега, седой мужчина, который раньше был профессором теологии.
– Что будем делать? – спросил он, глядя на закат, который сегодня переливался всеми цветами вырвиглазной палитры из-за сбоя в рендеринге атмосферы.
– То же, что и всегда, – я сделал глоток коньяка, – работать. Сегодня вечером ко мне домой переезжает холодильник соседа. Заявил, что устал хранить одни и те же продукты и хочет попробовать себя в роли сейфа. Надо провести собеседование. Проверить стрессоустойчивость компрессора.
Профессор кивнул.
– Сложный случай. Компрессоры часто выгорают эмоционально.
– Вот именно. Ладно, пошли. Скоро час пик, нужно успеть успокоить пробки на Садовом, пока они не решили устроить сидячую забастовку в знак солидарности с брусчаткой.
Мы спустились вниз на лифте. Лифт напевал арию Каварадосси. Кажется, он тоже собирался увольняться и поступать в консерваторию.
Мир сошёл с ума. Но впервые за долгое время этот процесс был задокументирован, регламентирован и имел службу поддержки. А синий экран бытия оказался просто заставкой для очень сложной, багованной, но невероятно интересной операционной системы под названием «Жизнь». Главное – вовремя чистить кэш.


Рецензии