Эту грусть не рассыпать словами
Редакция 2024 г., 142 с.
Тропинка из детства. Стихотворения
Аудио
Моя страница на Литрес
https://www.litres.ru/author/vitaliy-ivanov-33744873/
-------------------------------------------
ЭТУ ГРУСТЬ
НЕ РАССЫПАТЬ СЛОВАМИ…
Желанье смешное – жить
В усталых глазах – скука.
Или одна злость.
Мальчишка, скажи, ну-ка,
Откуда это взялось?..
В саду городском крапивой
Душа парнишки жила,
Стриженным всем на диво,
Отчаянна и смела.
Конечно, никто не думал,
Что это его душа.
Кто-то в крапиву плюнул,
Другой наступил, спеша…
Но тут, гуляя красиво
Среди газонных калек:
«Откуда взялась крапива?!…»-
Опешил большой человек.
И вот прилежный рабочий,
Надсмотрщик трав толпы
Косит крапиву с обочин
Угла садовой тропы,
Не сомневаясь ничтожно,
Как автомат, терпелив…
Но есть такое, что можно
«Вылечить», лишь убив.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
И я не могу иначе,
Расти - так расти дичком.
Наверное, не заплачу,
Но к горлу подкатит ком…
Горячие губы солнца
Коснутся корней души.
И снова во мне проснётся
Весёлое счастье – жить!
1970, август 1999
Самое первое стихотворение
Мне бы сейчас - осень,
Лай собак за рекой
И петь у костра под шум сосен,
Ветра унылый вой!..
26 января 1970
Пьяных слёз жемчуга
Вы меня не видали…
Скрючив в корчах живот,
Я валялся в канаве,
Как потравленный скот.
Я мечтал о девахе -
Не заладилось, бля…
Пьяный, в рваной рубахе,
Я блевал в тополях.
Повторяя: «О, боже!» -
Тупо брёл по полям.
И в счастливую рожу
Целовала земля.
Пьяных слёз жемчугами
Осыпая лицо,
Пел я песни с котами,
Попивая винцо.
И всю трезвую муку
Расплескав на ветру,
Хохотал я над скукой
И плевал на тоску.
Это было красиво,
Как вселенский хаОс.
И планета решила -
Целоваться взасос!..
Кавголово, 26 марта 1970
Неудачник
Месяц смотрит глазами мутными -
Пьяный в доску чудак!
Я ночами такими лунными
От тоски бегу на чердак.
И мне кажется, звёзды сдвинули
Здесь стаканы… И мой - при мне.
Ну, а месяц хрипит: «Выпьем-ка!
Видишь, плаваю я в вине».
От прогнивших досок мертвячиной
Отдает - чудно!
Я прослыл давно неудачником,
Это - всё равно.
Я стою на краю пропасти,
Улыбкой вниз.
Пропади же ты всё пропадом,
Есть приз!
Боли – это такие радости
На краю.
Не поверю, что в дряхлой старости
Я умру.
Нет, не месяц - Луна багряная
Прыгает вкривь и вкось.
Почему целовать мне пьяную
Не пришлось?
Мне охота её. - Пакостно?
Ну, так что ж?..
Сумасшедшей несет радостью
Сердца ложь.
Я пройдусь королём по краюшку,
Потянусь к Луне.
Наконец-то, уж точно, знаю что
Надо мне!
Уши, будто, набиты ватою,
А в них - звон церквей.
Что такое? - Да я падаю…
Я лечу к ней!
Сердца крылья растут в стороны,
Распирая грудь.
Бесконечность, к чертям, порвана -
Это мой путь!
Я лечу, я стремлюсь!.. Ну, что же там?
Гром небес.
Прямо в сердце – сапог прохожего.
Вот и всё… Конец.
Над собой еле слышу слова:
«Вот дела!»
И последней задачкой в задачнике:
«Это лужа была,
Неудачник!..»
18 июля 1970
«Эту грусть не рассыпать словами…»
Эту грусть не рассыпать словами!
Лишь себя самого я боюсь.
Околею в какой-нибудь яме
Или с пьяной руки удавлюсь…
Пью вино, а тоска всё злее.
Почему я опять один?
Может, пепел надежд развеять,
В белом омуте снежных равнин?
Но сбежать невозможно от муки…
Что за грусть, что за боль опять?
Мне б сейчас у какой-нибудь суки
Молоко, как щенку, сосать…
29 июля 1970
Расставание навсегда
Ветер тает на губах
И слезит глаза.
Я тебе сейчас сказал,
Чтобы ты ушла…
Не сказал,
А лишь подумал про себя…
Ты сама всё угадала,
Поняла.
Поняла
И, грустно голову склонив,
Мне сказала:
«Ты немного некрасив…
Я люблю другого,
Выйду за…»
Только чудно
Вспыхнули глаза!
Это выросло
Во взрослую печаль
Не прощающее детское
«Прощай!..»
Что ответить мог я,
Что ещё сказать?
Сердце тронула
Отчаянья печать…
17 октября 1971
Письмо в никуда
Я разуверился в победах и изменах,
И сердцу, вроде, ничего не жаль.
И я гляжу в безоблачное небо,
В какую броситься, не зная, даль…
Приелось всё - любовь, тоска и даже
Стихи. Теперь я в полутьме
Скоблю задумчиво с теней вечерних сажу
И размышляю о своей судьбе.
Мне кажется, что я - пропащий,
Что всё прошло… А если и не так,
То, всё равно, я в жизни - проходящий,
Чужой, не нужный никому… чудак…
Чем занят я? - Скучаю. Понемногу
Вымучиваю рифмы из себя.
Хочу отправиться в дорогу,
Куда-нибудь в далёкие края.
Хочу развлечься - чем не знаю только,
Хочу забыться в ворохе забот,
Но сердце, плача, не даёт,
И сердцу – горько… Горько, горько!
31 августа 1970
Сила жизни
Как бы плохо не было порою,
Оглядись – увидишь, здесь и там,
Как берёзки нежною листвою
Клонятся к могучим тополям;
Как трава, притоптанная за день,
Поднялась от тёплого дождя…
Солнце снова светится над нами,
Черноту ночную отведя!
13 Мая 1970
Осеннее отчаянное
Я так просто не сдамся, нет,
Злой тоске бесконечной стужи.
Только клёнов раздетых бред
Нагоняет смертельный ужас.
В беспросветную глубину
Плачут красной слезой рябины.
Золотую мою страну
Подменили вдруг на чужбину.
В сером небе нет даже туч.
Под ногами лишь грязь да лужи.
Безнадёжен, уныл, тягуч,
Этот мир никому не нужен…
Золотая моя страна,
Грёзы счастья - обман летучий?
Где блистала она,
Мокрых листьев сгребают кучи.
Сыплет дождик сырой тоской,
До земли опуская крыши.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Я не сдамся... Но кто такой
Эти жуткие строки пишет?
10 сентября 1970
Моя Россия
На воде - золотые блики,
Ветер треплет листву.
Я не мифом великим,
А Россией живу.
Рек лесных лучистые плёсы,
На озёрах – пожары зорь…
Кто не видел верхушек сосен,
Не узнает про эту боль!
22 мая 1970
«Ах ты, осень!.. Какая осень!..»
Ах ты, осень!.. Какая осень!..
День, прозрачный и золотой,
Насладиться нас просит
Ранней осени красотой.
Что за контуры, что за краски!
Листья кружат дугой.
Ясным солнцем обласкан,
Мир сегодня другой…
Посмотри, одинок и светел,
В листьях тает прощальный звон -
Чуть грустит об ушедшем лете
На поляне красавец клён.
Не печалься, мой друг, не надо.
Что нам холод любой?
И среди снегопада
Мы друг друга узнаем с тобой.
Я ведь тоже - чуть грустен и светел,
И стараюсь держаться прямей,
Если хлещет в лицо мне ветер
Всё сильней, и сильней.
И смотреть на верхушки сосен,
Как и раньше, весь день готов,
Улыбаясь царице Осень
До лазоревых облаков!
Если что-то плохое было, -
Наплевать и махнуть рукой.
Сердце жизнь полюбило,
Пусть она и с тоской!
Чем-то мы похожи с тобою.
Дни летят – листопад золотой…
Ты оденешься вновь весною
Молодою листвой.
Я - в открытые дали смело
Взор бросаю… Пусть юность прошла,
Но душа ведь - не облетела,
А немножечко подросла!
25 сентября 1970
Незабудка
Мне часто кажется, как будто
Я на сиреневом лугу,
С тобой купаюсь в незабудках,
В глаза счастливые бегу…
Я в них вникаю с нежной грустью,
Печалясь, что когда-нибудь
Ты всё-таки глаза опустишь
И скажешь: «Юность не вернуть…»
Цветы увянут вдруг, как будто
Напрасно расцвели в снегу…
Так я в мечтах… о незабудках
Твою любовь не сберегу.
Июнь 1970
Осеннее. Мокро
Небеса расплеснули водицу,
Захлестнули рассвет.
Где-то рядом кукует птица,
Мало прочит мне лет…
Мелкий дождь равнодушно хлещет,
Закрывая всю даль.
Что-то кажется вещей
В сердце печаль.
Птица пела… И улетела.
Другому – черёд?
Улетела - не посмотрела,
Кому не везёт.
Дождик бил монотонно, бойко
Хлестал по кустам…
Кто же плакал так горько?
Неужели, я сам?..
26 октября 1970
Сон
Тихо-тихо опустила -
как ребёнка пеленала,
покрывала меня, нежно укрывала
сиреневым одеялом;
чтобы сердце не застывало,
просила, просила -
долго-долго не уходила,
просила, просила:
чтобы сердце не застывало,
чтобы сердце не застывало…
Плакала, целовала,
словно что-то такое знала,
что-то страшное от меня скрывала;
не говорила, молчала -
укрывала меня, укрывала,
кутала сиреневым одеялом;
чтобы сердце не застывало,
просила, просила,
долго-долго не уходила -
просила, просила!
чтобы сердце не застывало,
чтобы сердце не застывало!..
Уходила - глаза опустила,
плакала, уходила…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Было холодно и сиротливо.
Было холодно, так тоскливо!
Ночь туманом дымила, дымила,
укрывала меня, укрывала
сиреневым одеялом…
Словно что-то такое знала,
словно что-то такое было…
Было холодно и сиротливо.
10 ноября 1970;
«Дуют ветры, свищут ветры…»
Дуют ветры, свищут ветры
Окаянные…
И земля-то под ногами -
Будто, пьяная!
Может, солнцем засветить мне
Или месяцем?
Или пьяному на галстуке
Повеситься?..
11 декабря 1970
«Сердце боем бьёт, сердце бесится…»
Сердце боем бьёт, сердце бесится -
Это что же такое у месяца?
Это что же такое, пьяное,
Мне портвейн наливает стаканами?
И вот что-то такое светится…
И откуда такое у месяца?
И зачем в меня это пьяное
Заливает вино стаканами?!..
17 декабря 1970
Интересная жизнь
А я опять иду в кино.
Уж так теперь мне всё равно.
Уж так теперь мне всё равно -
Идти в кабак или в кино.
А я опять сегодня пьян,
Гляжу с тоскою на стакан.
Гляжу с тоскою на стакан:
Пропить, забыть, уйти в «туман»!
И я бешусь - опять! опять! -
Молчать мне, или закричать?
Молчать мне, или закричать?! -
О чём? Кому? С чего начать?..
И я опять иду в кино.
Уж так теперь мне всё равно.
Уж так теперь мне всё равно:
Идти в кабак или в кино!..
23 декабря 1970
Повеситься в декабре
Месяц длинный свой нос повесил
На высоком сосновом суку.
Что ж ты, друг мой, сегодня не весел?
Что наводишь тоску?..
Тихо в небе, и тихо в долине.
Спят, обнявши звезду, облака.
Как девчонка на мягкой перине,
Раскидалась на пашне река…
Что ж так сердце безвыходно бесится,
Распирая в груди тоску?
Хорошо как сейчас - повеситься
Рядом с месяцем, на суку…
Декабрь 1970
Улыбаясь краями губ
Вы по мне не плачьте, не плачьте!
В очарованный падая плен,
Сердце бьётся, свернувшись калачиком,
Меж стальных и бетонных стен.
Я – чудак и смешной мальчишка,
Оттого что на свете есть
Очень много хороших книжек
Про отчаянность, гордость, честь.
И я самый отважный рыцарь
Из давно позабытых стран…
Не напрасно весь мир боится
Сердца глупого жгучих ран!
Только мне это всё - не новость,
И однажды в хороший день
Я, печалиться не готовясь,
Подарю всем друзьям сирень.
И с блистательною улыбкой
В неназначенный день и час
Раздарю всем врагам ошибки,
Про которые помню «щас»!
Но всё это так мало значит
По сравненью хотя бы с тем,
Что, свернувшись смешно калачиком,
Сердце бьётся меж толстых стен.
И, конечно же, я не плачу,
Улыбаясь краями губ…
Потому что, своих чудачеств -
Сосчитать уже не могу!
15 марта 1971
«Если в сердце тоска и уныние…»
Если в сердце тоска и уныние
Или ночь и не хочется спать,
Я знакомое тихо Имя
Начинаю тогда повторять.
Это Имя так нежно и славно,
Шёпот губ так взволнован и тих,
Словно шепчут о самом главном,
Самом главном для нас одних!..
И как будто с тобою вместе
Мы за партой сидим опять,
Робко думаю о невесте я
И не смею глаза поднять…
Стан берёзкою - лёгкий, стройный,
Глаз - сияние утренних звёзд…
Волшебством твоих глаз зачарованный,
Я хмелею от сладких грёз!
Я не знаю, мечта или сон ты.
Появись хоть на миг, молю!
Я с тобою одно запомнил -
Как шептал про себя: «Люблю!..»
И теперь… если манит уныние,
И отчаяния не унять…
Я любимое тихо Имя
Начинаю опять повторять!
Это Имя так нежно и славно,
Шёпот губ так взволнован и тих,
Словно шепчут о самом главном,
Самом главном – для нас одних!..
25 августа 1971
«За окошком хлещет вьюга…»
За окошком хлещет вьюга,
Фонари качают свет.
Нет со мною рядом друга,
И покоя - нет как нет!..
На столе пустая кружка.
Расцарилась тишина. -
Что же, скучная старушка,
Так в меня ты влюблена?
Я ль тебе на старость пара?
Ты ли мне подружка в круг?
В руки я возьму гитару…
Нет надёжнее подруг!
Ты не будешь петь со мною
О любви и о весне.
Уходи! - Вдвоём с тоскою.
Дай наполнить кружку мне!
И пусть воет злее вьюга,
Пусть качает ветер свет,
Я найду для жизни друга,
А для смерти - друга нет!..
8 марта 1972
«Холодно. Холодно.. Холодно…»
Холодно. Холодно.. Холодно…
Занять у кого б огня?
Брожу по шумящему городу,
А городу - не до меня.
Знакома мне ветреность эта
Летящих автомобилей.
Бедствие нашего века
Про человека – забыло.
Брожу, улыбаюсь прохожим,
Случайным, спешащим лицам.
Прохожие так похожи,
В них можно и раствориться…
Улицы. Перекрёстки.
Трамваев весёлый скрежет…
На сердце так грустно и просто,
И солнце весеннее нежит.
Меня обегают люди.
Спешат, чудаки, куда-то…
Бабушка в незабудках,
У водного автомата.
- Бабушка, сколько стоят?
- Гривна букетик, внучек…
Лицо такое простое,
Доброе, светом лучит.
Девчонка бежит вприпрыжку,
Веснушками светит кому-то…
Вот так же и я, мальчишкой,
Проспекты с полянами путал!
Мне всё это так знакомо!
Щемящая память детства…
А может, оно искомо?
Утраченным - не согреться!
Потоки автомобилей -
Как наши смешные заботы.
Мы главное что-то забыли
За непонятной «работой»?
Брожу, улыбаюсь прохожим,
Спешащим, случайным лицам.
Прохожие, мы не похожи…
И мне в вас - не раствориться!..
17 марта 1971
Свидетельство о публикации №226112100827