Великое предательство

Какое же это великое предательство - лгать тому, кто свято верит, что ты говоришь ему правду. Когда человек открывает тебе душу без брони, а ты ювелирно заманиваешь его в капкан обмана. У самого предательства нет и не может быть величия - оно ничтожно по своей природе, но «великим» его делает необратимость последствий, оставляющих шрам навсегда. Это произведение - напоминание о самом тяжёлом грехе. Обманщик может праздновать свой короткий триумф, но ложь ложится тяжким грузом, и линии судьбы неизбежно приведут его к отвесной скале, где обман сорвётся в небытие, оставив лишь тишину.

Какое же это великое предательство -
лгать тому, кто свято верит в правду слов.
Смотреть в глаза и тихо улыбаться,
плести обман из сладких, лживых снов.
Заставить душу до конца открыться
и заманить её в невидимый капкан.

А человек стоит перед тобою,
снял всю броню, открыл свои врата.
Он верит каждому родному слову,
не зная, что внутри лишь пустота.
Ты продаёшь ему стекло за бриллиант,
скрывая в темноте коварный свой талант.

Ведь самый страшный и тяжёлый грех -
не просто ложью веру обмануть,
а выжечь душу дочиста у всех
и яд сомнения в чужую грудь вдохнуть.

Какое же это великое предательство - лгать!
Святую веру на осколки разбивать
тому, кто верит, что ты правду говоришь,
пока ты равнодушно в темноте за ним следишь.

Твоя неправда забирает весь тот воздух,
что в глубине раскрыл сердечный доступ.
И понимать беду становится несложно,
ведь время вышло - слишком поздно!

Теперь в домах застыла тишина,
и каждый вздох приносит только боль.
Была любовь без края и без дна,
но ложь твоя её помножила на ноль.

Обманщик празднует короткий свой успех,
считая честность слабостью чужой.
Но этот грех ложится на нас всех,
и он вернётся горькою слезой.

Ты думал, что умён, искусно пряча след,
но перед Богом скрытых масок нет.
И эта ложь не даст и сотой доли сердца эха -
она останется глухим, бесплодным шумом смерти,
отблеском твоей души, сотканной из мрака чести.

Ты выбил почву у того, кто шёл без страха,
всё обернулось самым страшным чувством ада.
На твоих ладонях ничего не осталось,
линии судьбы твои теперь ведут к обрыву, к краю,
где ложь сорвётся вниз и навсегда в огне исчезнет,
оставив за собой лишь горький шлейф доверий честных.

В предательстве самом величия нет и не будет -
оно ничтожно, мелко и темно.
«Великим» делают его лишь те шрамы в людях,
что остаются навсегда, когда доверие убито и сожжено.


Рецензии