Цветочная поляна Часть 3 Сергей

ЦВЕТОЧНАЯ ПОЛЯНА

Сергей

Сергей всю дорогу до дома Марии крутил в голове одно и то же: зачем она меня туда тащит? Ну, познакомиться. Ну, подруга, наставница, старшая. Он не любил такие встречи — обычно на них смотрят с прищуром и спрашивают, кем ты работаешь и что собираешься делать с жизнью.

— Она хорошая, — сказала Полина, сияя. — Правда хорошая. Ты не волнуйся.

— Я не волнуюсь.

— Ты руль слишком крепко держишь.

Он засмеялся и отпустил руль.

Дом стоял на самом краю города, у реки. Полина позвонила в дверь, и Сергей вдруг понял, что десять дней назад он просто шёл рядом со случайной девушкой по тротуару, а сейчас стоит на пороге чужого дома и знакомится с её наставницей. Десять дней. Он даже не знал, как это назвать.

Дверь открылась.

— Мария, — сказала Полина, просияв ещё ярче, — знакомься, это мой Сергей! Он удивительный.

И осеклась.

Потому что лицо Марии изменилось. Не сильно — уголок рта, взгляд. Но Сергей успел заметить, как она закусила губу, как застыла на секунду, будто увидела не гостя, а что-то совсем другое. И он, глядя на неё, вдруг тоже застыл.

Парк. Скамейки напротив друг друга. Мужчина в прокурорской форме.

Он узнал её сразу.

— Вы… — сказал Сергей.

— Вы, — сказала Мария одновременно.

Полина переводила взгляд с неё на него и обратно.

— Вы знакомы?

Никто ей не ответил.

— Как давно ты его знаешь? — спросила Мария — не Полину, а его. Голос у неё был ровный, но Сергей слышал, как под этим ровным что-то натянулось.

— Около месяца, — сказал он. — Я его подвозил. Компанию. Тогда они казались обычной компанией. А потом я узнал из новостей, что эту группу судят. Меня вызвали. Следователь спрашивал: не я ли их водил? Я сказал, что отказался. Но меня не отпустили. — Он сглотнул. — Он говорил мягко. Понимаете? Мягко. И от этого мороз по коже. Намекнул, что мои свидетельские показания легко переквалифицировать в обвинительные. Дал понять, что следователи с ним связаны и действуют так, как он скажет. Потом дал свой номер, взял мой и сказал, что позвонит. И позвонил. Пару раз. Странные разговоры. Как будто у него есть ещё что-то, куда он хочет меня затянуть. Прямо не говорит. Но я это чувствую.

Он замолчал и понял, что сказал «чувствую» — и что это слово здесь почему-то важно.

Мария кивнула медленно. Потом лицо её смягчилось, и она сказала тише, теплее:

— Видишь ли, Сергей. Ты попал в самую середину борьбы, которая ведётся без твоего ведома. И ты здесь действительно ни при чём. Но это противостояние идёт вне судебной системы. — Она помолчала. — А как давно ты знаешь нашу Полину?

— Десять дней. Неделя и три дня.

— Десять дней, — повторила Мария и улыбнулась. — Полина говорила мне о тебе по телефону. Теперь я вижу, что ты — это ты.

Сергей не понял, что она имеет в виду, но почему-то от этих слов стало теплее.

— Пойми, — сказала Мария. — Он хочет втянуть тебя не в судебную систему. Он хочет поставить тебя под свой контроль. Он ищет своих последователей. У него свои идеи. Противоположные нашим. Это не что-то подозрительное, не секта и не заговор. Это… духовное начало внутри каждого человека. И вот две основы столкнулись.

Сергей хотел усмехнуться — «духовное начало», «две основы», — но не усмехнулся. Слишком серьёзно она это сказала. И слишком мягко.

Мария помолчала и вдруг спросила:

— Сергей. Ты меня извини. Но как ты относишься к Полине?

Он смутился. Посмотрел на Полину — та стояла, опустив глаза, и щёки у неё горели. Потом сказал, прямо, как умел:

— Она мне нравится. Очень.

Лицо Марии посветлело, и Сергей понял, что этот ответ был важнее всех предыдущих.

— Хорошо. Это важно. И вот почему. Этот Зельт вышел на тебя не просто так. Он тоже чувствует. Возможно, Полина этого не почувствовала — она ещё научится. В тебе есть то же, что и в ней. Только у неё это глубоко, явно. А у тебя — пока нет. И он хочет перехватить тебя. Научить своему. Ты сильный. Возможно, ты просто ещё не понял этого. — Она помолчала. — Скажи. Ты замечал, что что-то почувствуешь, подумаешь — а потом это сбывается?

Сергей кивнул.

— Ну, это же просто интуиция. Она у всех есть.

— Не совсем, — сказала Мария. — Это глубже. Большинство людей этого не замечает. А ты замечал. И мог бы научиться это чувствовать. Понимать. Управлять. Просто Зельт вышел на тебя раньше, чем мы.

— Научиться? — Сергей усмехнулся. — Чему? Он же прокурор. Он следит за соблюдением закона.

— Он не только прокурор, — сказала Мария. — Он один из нас. С другой стороны. И делает то, что кажется ему правильным.

— А что ему кажется правильным?

— Скажу прямо. Воздействие на людей. Против их воли. Он внушает толпе, что она должна делать ужасные вещи. Теракты. Убийства. Самоубийства.

Сергей усмехнулся — вышло криво.

— Кто это даст?

— Он так живёт. Так действует. Это движение энергии. Прости за эзотерику, но так оно и есть. Со временем ты научишься понимать. Позволь научить тебя. Ты можешь ему противостоять. — Она смотрела прямо. — Его оружие — страх и сомнения. Он внушает тебе, что знает о тебе что-то большее. Ну, сам подумай. Что он может тебе предъявить? Что ты подвозил каких-то негодных людей? Ты таксист. Это твоя работа.

— Я ему так и сказал, — отозвался Сергей. — А он ответил, что это можно квалифицировать как моё соучастие. Якобы я был их водителем. И что это зависит от того, как показать судье. Он прокурор. Его доказательная база имеет вес.

— Именно так он и хочет тебя прибрать к рукам. Контролировать и дёргать за ниточки. Чтобы потом научить тёмной стороне. Он считает её правильной.

— А вы считаете правильной светлую?

— Я считаю, что без ночи не бывает дня, — сказала Мария. — Но я на стороне дня.

Сергей долго молчал. Потом спросил:

— И что мне делать?

— В первую очередь — не бояться. Страх на его стороне. Я научу тебя. Ты можешь. Ты должен ему противостоять. — Мария помолчала. — Он тебя уже вызывал?

— Вызывал. Допрашивали. Я подписывался за каждое своё утверждение.

— Вот и хорошо. Это работа следователей, но тебе нечего бояться. Ты сказал, как было. Переквалифицировать против тебя ему на самом деле непросто. Его оружие — твои сомнения и страх. Если бы он перетянул тебя на свою сторону, тебе и нечего было бы бояться — и ты был бы в его власти. А сейчас тебе тоже нечего бояться. Что бы он ни говорил — это пустые слова. Ты просто делал свою работу. Ты не обязан знать, кого подвозишь. Те, кто уехал, ехали на такси. Ты не был их водителем. Не был их соучастником. Как бы он ни хотел это перевернуть. — Она смотрела ему в глаза. — Стой на своём. Даже если он будет пугать тебя новым вызовом. Всё это пустое. И он это знает. Ему нечего тебе предъявить.

— А если он всё-таки попробует? — тихо спросил Сергей.

— Не обязан ты бежать к нему каждый раз, когда он позвонит, — сказала Мария. — Ему надо — пусть вызывает. А у тебя работа. Личная жизнь. Только так, твёрдо стоя на своём, ты сможешь слезть с его крючка. Поверь, тебе есть что терять. — Она улыбнулась. — Да, он нашёл тебя раньше. Это ещё ничего не решает. Твоя свободная воля. Воля вселенной встретила… — она посмотрела на Полину, — волю Полины. Найти того, кто будет ей дорог. Вселенная организовала вашу встречу.

И тут заговорила Полина — тихо, глядя на него.

— Знаешь, это было настолько стремительно, что я даже растерялась. Я только подумала об этом — и натолкнулась на тебя. — Она улыбнулась. — Я ушла, думаю о таком человеке, как ты. А ты стоишь.

Сергей смотрел на неё и чувствовал, как в груди становится тесно.

— Вы видите, что вы не случайно вместе? — сказала Мария. — Так оно и будет. А сейчас вы проходите испытание. Которое, конечно, пройдёте.

Они ещё постояли втроём, разговаривая. И Сергей вдруг поймал себя на странном чувстве: как будто он давно их знает. Как будто они родные. Это было необъяснимо — он знал Полину десять дней, а Марию видел второй раз в жизни, — но это было.

Полина, видимо, чувствовала то же. Мария — в меньшей степени. А ему просто было хорошо. Как будто он пришёл домой.

— Знаете, — сказал он вдруг, — я хотел отвезти Полину в одно место. Это хорошее место. Я его знаю недавно. Оно моё. Мне оно нравится, и я хотел бы, чтобы Полина пошла со мной. Оно здесь рядом. — Он показал рукой в сторону парка отдыха, к реке. — Вон туда.

Мария улыбнулась.

— Иди. Я вас догоню. Мне надо закрыть дом.

Они спустились к реке. Сергей шёл первым, раздвигая высокую траву, и вдруг остановился:

— Смотри.

Перед ними открылась поляна. Небольшая, вся в цветах, сбегающая к воде. Ветер шёл по ней волнами, и цветы кланялись.

Полина тихо ахнула.

— Цветочная поляна, — сказала она и засмеялась.

— Что? — не понял Сергей.

— Ничего. Просто это то, как мы между собой называемся. — Она посмотрела на него. — Знаешь, это правда чудесное место. Хорошо здесь. И хорошо с тобой. А цветы — это хороший знак. В каком-то смысле ты сам начнёшь цвести. И уже начинаешь.

— Я? — Сергей усмехнулся. — Я что, научусь летать?

— Не летать, — засмеялась она. — Но кое-чему научишься. Это чувство знания. Оно придёт к тебе. Как пришло ко мне. Помнишь кафе? Мороженое, лотерейный автомат у продавщицы? Это оно и было.

— Я тогда подумал, что ты просто очень уверенная девушка.

— Я просто почувствовала в тебе хорошее. — Она помолчала. — А то, что почувствовала в тебе Мария, я тогда ещё не умела. Это одно из наших умений. Ты тоже будешь цвести. На полянке.

Подошла Мария. Встала рядом, посмотрела на воду.

— Вот вы где.

— Мария, — сказал Сергей, — а это правда, что вы не организация?

— Не организация, — подтвердила она. — Просто круг тех, кто чувствует так же. Мы называем друг друга цветами. Иногда — поляной. Ты не подумай, ничего официального. Мы просто находим друг друга. И тебе будет хорошо с нашими. Я тебя с ними познакомлю.

Сергей смотрел на цветы, на воду, на двух женщин рядом — и чувствовал, что что-то в нём самом тихо сдвинулось. Не понял ещё что. Но сдвинулось.

— Ладно, — сказал он. — А потом — в кино. Я знал, что сегодня мы туда пойдём.

Полина рассмеялась и взяла его под руку.

Вечер был чудесный. Сергей был выходной, Полина никуда не торопилась, и весь мир был как эта поляна — тихий, тёплый, полный света. В кино они опоздали на десять минут и смотрели какой-то фильм, о котором потом спорили до самой машины, и Сергею казалось, что он знает Полину сто лет.

А потом, когда они шли к машине, телефон в его кармане коротко вздрогнул.

Сергей достал его. Незнакомый номер. Он смотрел на экран, пока звонок не оборвался сам.

— Кто это? — спросила Полина.

— Не знаю, — сказал он.

И соврал. Потому что знал. Просто не хотел говорить.
---


Рецензии