Гений. Часть 1. Черновик
Станция RG-125 (Вегера-5). 00:35 по земному времени
На большой орбитальной станции, погружённой в полумрак, царила тишина, лишь изредка прерываемая негромким писком или потрескиванием множества разнообразных приборов. Квантовые часы давно пропели «отбой» и большая часть обитателей грандиозного космического сооружения смотрели десятые сны – за исключением дежурных диспетчеров и связистов, работавших в ночную смену, а также охраны. Хотя был так же ещё кое-кто, кому не спалось в эти часы – пятидесятитрёхлетний профессор Энджи Дорман и его несколько более молодой помощник Эммануэль Рено. Но если второму просто не спалось от тревожных сновидений и разнообразных мыслей, которые никак не хотели покидать его беспокойный мозг, то первый был с головой погружён в куда более серьёзное дело, о котором пока никто из находящихся на станции ещё ничего не знал.
Как вы уже догадались, профессор работал. Точнее – он творил, четвёртую ночь подряд корпя над своим будущим произведением биоинженерного искусства и отлучаясь лишь ненадолго в светлое время искусственно созданных суток, чтобы поесть, немного поспать, справить сугубо личные дела или дать очередные распоряжения своим коллегам.
Доктору Рено такая занятость шефа по ночам казалась очень подозрительной – доселе тот никогда не был столь фанатично предан своей работе и не стремился проводить научные эксперименты в одиночку. Скорее всего, думал он, профессор умудрился, как ещё многие до него, связаться со скандально известной на всю Галактику корпорацией Юнилэнд (ранее называвшейся несколько по-иному) и получить спецзадание, которое нужно было выполнить точно в установленный срок и прислать подробный отчёт непосредственно в Главный Штаб.
Усиливал его беспокойство и тот факт, что незадолго до этих странных событий профессор Дорман совершил полёт на Сендай вместе со группой учёных, работающих непосредственно на эту корпорацию. С какой целью он туда летал? И что там нашёл такое, что напрочь лишило его полноценного сна, аппетита и, пардон, интереса к противоположному полу?
Большое прямоугольное окно не было занавешено даже тонким прозрачным тюлем, поэтому глазам доктора Рено открылась подробная картина того, чем занимался начальник. А именно: тот сидел за монитором, старательно изучая какой-то сложный чертёж или схему. И попутно поглядывал на стоящий справа прозрачный сосуд, на дне которого под сканирующими разноцветными лучами находилось небольшое количество какой-то биомассы – исследуемый образец. Ничего, казалось бы, нового, стандартный генетический анализ. Однако любопытный коллега заметил, что профессор время от времени что-то меняет в схеме, переставляя местами, убирая или добавляя детали, а тончайшие разноцветные лучи в стеклянном сосуде при этом меняли своё расположение, словно исполняя замысловатый танец.
«Что он делает? – с тревогой подумал доктор Рено. – Редактирует геном? Создаёт мутанта или какое-то гибридное существо или, наоборот, исправляет генетические повреждения? А чего нам всем следует от этого ждать?»
Без сомнения – связавшись с Юнилэндом, стоило ожидать скорого появления каких-нибудь жутко агрессивных чудовищ либо какой-нибудь особо опасной заразы. Ничего более позитивного от таких работ, как правило, не получалось, и чаще всего такие эксперименты заканчивались трагически для экипажей межзвёздных кораблей, персонала орбитальных станций и иногда целого населения планет. Рено был в курсе не столь давней драмы, разразившейся на терраформированной около трёх сотен лет тому назад колониальной планете Эсфор, где, собственно, родился Энджи Дорман: за «непослушание» и желание идти собственным путём развития, отличающегося от общего плана Галактических властителей, те запустили в биосферу опаснейший патогенный реагент, называемый Тёмной Субстанцией. Ни у кого из обитателей планеты не оказалось к ней иммунитета, поэтому в очень короткий срок она превратилась в огромное кладбище людей и животных. Но это было ещё не всё: применение смертоносного вещества привело так же к появлению на Эсфоре множества жутких монстров разных пород и обличий – впрочем, через некоторое время сожравших все запасы продовольствия и умерших от голода либо впавших в анабиоз. Когда Дорман узнал об этом из трансляции последних новостей три с небольшим года назад, он пришёл в такую ярость, что едва не разгромил свою лабораторию и поклялся во что бы то ни стало когда-нибудь отомстить за гибель своих родных и близких. Что же теперь заставило его связаться с верховным руководством Юнилэнда и начать выполнять его поручения? Желание получить щедрое вознаграждение за выведение очередной разновидности космических убийц? Или же это такой оригинальный способ мести?
Рассуждая так, Эммануэль Рено негромко чихнул, надеясь, что это останется незамеченным. Однако профессор обернулся.
- Опять он за мной подглядывает, - проворчал он на Общем языке Галактических колонистов. – Мог бы просто подойти и поприветствовать, а не чихать под окном.
От этих слов Рено осмелел и вошёл внутрь – дверь была не заперта.
- Прошу прощения за чрезмерное любопытство. Только хотел спросить – что вы делаете, профессор Дорман? И почему работаете без ассистентов?
- Полагаю, в данной работе помощники не требуются, - ответил тот, вставая с вертящегося стула с бархатной обивкой. – Если бы он был мне нужен, я бы позвал вас, доктор Рено. Как видите, я тут занимаюсь творчеством.
- Творчеством? Создаёте гибридные или химерные организмы по заказу Юнилэнда?
В ответ профессор усмехнулся.
- Думаю, то, что я тут сейчас творю, они не заказывали и точно такого не ожидают. Хотя заказ от Юнилэнда, разумеется, был, вернее, задание, на выполнение которого дали полтора месяца.
- А что будет, если задание не будет выполнено в срок? – поинтересовался не слишком посвящённый во все эти дела доктор Рено. – Они прилетят и убьют всех нас?
- Нет. Просто не заплатят деньги. Хотя могут и убить, если я покажу им результат своей работы. Эррону и его команде это вряд ли понравится.
- Я бы не стала заигрывать с Юнилэндом, - раздался позади них звучный женский голос. – С ними шутки плохи, и вы это знаете.
- Конечно, знаю, - деловито ответил профессор Дорман. – И поэтому всё просчитал заранее. Я вижу, вам тоже не спится, Рассел?
- Я на дежурстве, если что, - напомнила ему высокая светловолосая женщина в голубовато-сером костюме – Эмелинда Рассел. – Да, и… если вы решили создать монстра с ментальным настроем против Эррона и его компании, отправляйте его сразу в Главный Штаб Юнилэнда, в специальном контейнере с внутренним защитным покрытием, чтобы эта тварь не разгуливала по нашей станции и не трогала наш персонал.
- Я вас понял. Но скажу следующее: тот монстр, которого я собираюсь создать в нашей лаборатории, будет для нас безопасен и отправлять его прямиком к Эррону надобности не будет. Убедитесь в этом скоро сами. А пока, пожалуй, я продолжу работать над своим творением.
- Надо же! – проворчала дежурная, когда они с доктором Рено послушно покинули лабораторию и притворили за собой дверь. – Как вы думаете, доктор Рено, чем для нас всех обернётся этот странный эксперимент нашего профессора?
- Откуда мне знать? Я сам в раздумьях и намерен за ним понаблюдать. В случае чего оповещу всех и доложу куда следует.
- Пожалуй, это самое разумное, что можно придумать, - похвалила его Рассел. – Хорошо, что у нас ещё есть те, кто не подкуплен Корпорацией.
- Это потому, что мы относимся к Независимым колониям, - напомнил Рено. – А вот тем, кто оказался в полной власти этих безумцев, не позавидуешь. К несчастью, наш уважаемый профессор родом с планеты Эсфор, которая находится в пределах их нынешних владений и они, как я понимаю, намереваются в дальнейшем…
В ответ Рассел нахмурилась.
- Давайте не будем говорить о политике и строить столь мрачные прогнозы. Лучше понаблюдайте за Энджи Дорманом, как решили, а потом сделаем выводы – возможно, наши опасения окажутся напрасными.
Она была чертовски права. И поэтому доктор Рено принял твёрдое решение наблюдать каждую ночь за тем, что творит начальник.
Глава II. ТАИНСТВЕННЫЙ ПОРТРЕТ
С этого момента жизнь доктора Рено превратилась в почти беспрерывную слежку за профессором. Он даже не успевал выполнять свою работу в лабораторном комплексе по изучению живого мира Вегеры и поэтому поручил большую её часть своим коллегам и практикантам. И даже почти перестал столь тщательно, как раньше, проверять результаты, поскольку его гораздо больше занимало совсем другое. И к тому же он почти перестал спать по ночам.
- Вы выглядите неважно, доктор Рено, - однажды заметила одна из его коллег-космозоикиологов – миловидная особа лет тридцати пяти, в элегантных очках и с густой копной каштановых волос. – Почти как профессор Дорман. – Скажите, что побуждает вас не спать по ночам и почти не есть?
- У нас очень много работы, Браун, - ответил тот, зевая. – Поэтому я поручаю вам координировать работу по изучению природных условий и биосферы планеты Вегера. Что нового вы нашли там за последнее время?
- Пока ничего особенного. Живой мир планеты может представлять интерес для науки, но природные условия и атмосфера не слишком пригодны для жизни людей с Земли. При этом местные виды разумных существ до сих пор не найдены. Пожалуй, больше интересного вам могут рассказать исследователи недр планеты – они нашли там много полезных ископаемых, включая ценные редкие металлы и минералы.
- Ясно, - Рено снова зевнул. – Чего вы, собственно, ожидали найти
на планете диаметром почти на треть больше земного и с довольно плотной атмосферой, содержащей всего семнадцать и три десятых процентов кислорода? Кто из вас до сих пор одержим мечтами обосноваться на так называемых суперземлях?
- Ну, положим, семнадцать и три десятых процентов кислорода в атмосфере при содержании углекислого газа не более, чем в воздухе на нашей станции – не так уж и мало, особенно для тех, кого называют Обращёнными. Хотя среди нашего персонала таких пока что нет.
- И, я надеюсь, никогда не будет! – горячо воскликнул доктор Рено. – Это всё происки чокнутых инженеров Юнилэнда, мечтающих вывести некую особую породу людей, более сильных и выносливых, чем мы, и способных выживать в большем диапазоне природных условий. С одной стороны, звучит неплохо, а с другой – вы, надеюсь, знаете, каким образом получаются такие особенные люди.
- Да, я понимаю, - спокойным тоном ответила Лин Браун. – Но, если мы не отстоим наши права, то Юнилэнд не пропустит случая заселить Вегеру этими самыми Обращёнными, если те способны производить на свет таких же детей. И тогда они составят серьёзную конкуренцию нам, обычным выходцам с Земли.
- Эти так называемые Обращённые не имеют выраженного иммунитета к Тёмной Субстанции, - вмешался в разговор один из студентов, по-видимому, обладающий повышенной степенью любознательности и эрудиции. – И при её воздействии на их организм превращаются в жутких агрессивных монстров, справиться с которыми могут далеко не все люди. Так что, если это общество Обращённых и их потомков начнёт противиться воле своих властителей, то все его представители рискуют потерять человеческое лицо раньше, чем…
- Откуда ты это всё знаешь, Фоггс? – спросил побледневший доктор Рено.
- Я догадливый, - с некоторой гордостью ответил студент. – К тому же много читаю. О таких случаях и экспериментах говорят и пишут уже давно, но, к счастью, Независимые колонии пока что от этого свободны. И планета Земля тоже.
- Планета Земля – наша прародина, её трогать нельзя, - напомнила ему доктор Браун. – И там хватает своих разборок между её жителями. Хотя кто знает, что могут придумать эти воротилы из Юнилэнда? Попытки протащить на Землю всякую инопланетную дрянь уже были, и об этом тоже писали.
- Ладно, хватит об этом, - остановил их доктор Рено. – Принимайтесь за работу, а я поужинаю и немного отдохну перед тем, как отправиться помогать профессору Дорману.
Никто не стал возражать. Поэтому, дождавшись полуночи в рамках симулированных земных суток, он прямиком отправился в лабораторию шефа. Тот, как и сутки назад, сидел за лабораторным столом, выполняя свою крайне загадочную работу. Но в этот раз в ней было кое-что новенькое, чего Эммануэль Рено ещё никогда не видел: биомасса в стеклянном сосуде была будто залита чернилами и вела себя довольно странно: изгибалась, приподнималась на месте и даже время от времени звездообразно вытягивалась в разные стороны. А затем его взгляд упал на светящийся голографический экран с изображением живых клеток крупным планом. Рено разглядел, что каждая из этих клеток активно поглощала капельки какой-то вязкой угольно-чёрной жидкости и темнела на глазах, заметно увеличиваясь в размерах и меняя свою форму. Его прошиб холодный пот: профессор проводит свой опыт с использованием Тёмной Субстанции! Неужели он и впрямь занят созданием очередной разновидности чудовищ по спецзаказу от Юнилэнда, причём, судя по его усердию, за довольно солидное вознаграждение? А в следующую минуту он увидел, как зловещие чёрные пузырьки внутри этих клеток постепенно светлели, приобретая зеленовато-жёлтый оттенок, а затем выбрасывались наружу. Вскоре «чернила» в колбе заметно побледнели и позеленели, а странная биомасса прекратила своё хаотичное движение.
- Порядок, - сказал сам себе профессор Дорман. – Ещё несколько последних штрихов – и можно будет приступать к самому главному.
- К чему, профессор Дорман? – не удержавшись, спросил подошедший сзади доктор Рено.
Тот вздрогнул и обернулся.
- Опять явились за мной шпионить? Я вижу, моя работа вас так заинтересовала, что вы готовы принять в этом непосредственное участие?
- Нет. Я просто обеспокоен тем, чем вы занимаетесь. И считаю свои долгом напомнить вам, что опыты с биоматериалом интеров*, а также их разведение и гибридизация с другими биологическими видами запрещены Конвенцией Безопасности Союза Независимых Колоний. Вас могут привлечь к серьёзной ответственности.
- Хочу вас успокоить, Рено. В моём научном арсенале такого биоматериала нет. А проба, над которой я работаю, имеет иное происхождение.
- Вы хотите сказать, что Юнилэнд…
- При чём здесь вообще Юнилэнд?! – вспылил профессор Дорман. – Если бы вы внимательно смотрели на экран, стоя за моей спиной…
- Да я всё видел. Вы решили создать существо, устойчивое к воздействию Тёмной Субстанции и даже способное её нейтрализовать? Да, это как-то не похоже на эксперименты по их заказам.
- Вот видите! Кто вам вообще сказал, что я работаю на эту чёртову корпорацию? Я ещё не забыл, что родился на Эсфоре, всё население которого было уничтожено, и поэтому готовлю им большой сюрприз.
Профессор Дорман произнёс это с мстительной полуулыбкой, а пытливый взгляд доктора Рено тем временем «выцепил» из окружающего пространства предмет, который тут же вызвал неподдельное любопытство. Им оказался небольшой портрет в металлической рамке, стоявший на тумбе немного справа от профессорского рабочего места. С немного пожелтевшего от времени полотна на Эммануэля смотрела молодая женщина. Выражение её лица, чуть вздёрнутый нос и взгляд тёмно-карих глаз казались ему несколько дерзкими, а роскошная волнистая шевелюра цвета воронова крыла в сочетании с лёгкой улыбкой придавала особый шарм и подчёркивала дерзость образа, столь необычного для данной обстановки и текущего времени. Судя по всему, эта дама жила, по меньшей мере, несколько сотен лет тому назад.
- Кто это? – слегка нахмурившись и покосившись на профессора, спросил доктор Рено.
- Где? А, вы про этот портрет… Да так…
- Как так? Быть может, это ваша прапрабабушка, какая-нибудь её родственница или вроде того?
- Какая вам разница, Рено? – профессор слегка смутился, снял с тумбы портрет неизвестной особы и сунул в ящик стола. – Просто портрет, который я нашёл в развалинах одной старой фотогалереи на планете Земля.
- Вот как? И что вам даёт этот образ давно умершей землянки? Какие-то особые чувства? Вдохновение? И вообще, кто она такая, как её звали?
Профессор Дорман пожал плечами.
- Я не знаю. Портрет был без подписи и валялся в углу, я его просто подобрал и взял себе в личную коллекцию. Самому любопытно узнать, кто на нём изображён, но вряд ли мы это сейчас узнаем.
Однако доктор Рено ощущал нутром, что профессор лукавит и на самом деле знает об этом гораздо больше. Но если уж Дорман решил чего-то не говорить – то не скажет. Что ж, пусть будет так. Пока что.
И тут доктора Рено осенило:
- Неужели вы решили создать гибридную форму человека, устойчивую к воздействию Живой Тьмы?
- А вы на редкость догадливы, Эммануэль, - поправив съехавшие очки и продолжая загадочно улыбаться, ответил начальник. – Вы видели совсем немногое из моего эксперимента и поэтому даже не можете себе представить, сколько времени и сил я потратил на то, чтобы получить такой удачный образец. Но результат, надеюсь, вас очень удивит.
Дорман произнёс свою речь с такой гордостью, что скептически настроенный коллега уже начал представлять себе колоссальность его труда. И тут же мысленно задался вопросом, какое отношение к его опытам имеет загадочная женщина на портрете. Но вслух выдал совсем другое.
- Знаете ли, уважаемый профессор… До сих пор ни одна попытка учёных создать идеальную форму жизни на основе гибридизации полиморфного инопланетного вида XX121 с разными другими видами, включая человека с Земли, не привела к желаемому результату. Все эти попытки неизменно приводили лишь к появлению разнообразных гибридных пород чудовищ, несущих смерть всему живому, начиная со своих создателей и их коллег. А обработка биоматериала Тёмной Субстанцией делала получаемых тварей особенно смертоносными, практически непобедимыми и к тому же наделёнными сверхспособностями. Вы же считаете, что сможете создать на той же основе какое-то особое человеческое существо и направить основной вектор его личностного развития в конструктивное русло?
«Да уж, подумал при этом доктор Рено. - Наверняка каждый из предшественников самонадеянного Энджи Дормана так считал, прежде чем увидеть воочию результат своей кропотливой работы».
- Почему бы и нет? Тем более, если я лично никого ни с кем не скрещивал, а нашёл уже готовый материал?
Брови у Эммануэля поползли вверх.
- И кого же вы нашли для этих целей?
- Я вижу, вы хотите знать всё и сразу. Ну хорошо, я поведаю вам кое-что как своему помощнику, которому можно доверять. Я взял пробу из останков погибшей инсарии, найденных на планете Сендай. Корпорация отправила меня туда именно за этим материалом.
- Вот как? Значит, решили особо не мудрить…
- Да, я всего лишь откорректировал геном, добавил в него ещё некоторые детали и испытал на полученных образцах Тёмную Субстанцию, которую мне прислала Корпорация. А теперь тот из образцов, который наиболее успешно прошёл испытание, я намереваюсь загрузить в ростовую камеру. Всё замечательно, а не так, как было у моего прадеда и его шефа.
Рено хмыкнул. Да, пожалуй… Он читал в Универсальной Сети кое-что из одной трагикомической истории, произошедшей около ста с небольшим земных лет тому назад. Но предпочитал не думать о том, что профессор Дорман приходится правнуком одному из негодяев, описанных в сетевых публикациях некой А. К., о которой ходили весьма странные слухи. Однако он не мог знать наверняка, что речь шла о той самой женщине, которая, согласно слухам… И вовсе не факт, что профессор Дорман нашёл именно её останки – Обращённых за последние полсотни земных лет стало достаточно для того, чтобы по праву называть их новой расой людей Галактики. Особенно после того, как в Главном Штабе Корпорации Юнилэнд смекнули, что неплохо было бы проводить процедуру инсарирования всем желающим улучшить свои физические, биохимические и физиологические параметры, а не только спасать от гибели тех, кому «посчастливилось» словить интера в межзвёздной экспедиции, на рабочем месте, на отдыхе или у себя дома на какой-нибудь из жилых станций или колонизированных планет. Казалось бы, просто бизнес, хотя и пахнущий экстримом. Однако во всём этом был определённый подвох: Корпорация, в которой мерзких чудовищ с дурным нравом любили гораздо больше, чем людей, смотрела на обращённых не иначе как на промежуточное звено между человеком и совершенным, по их понятиям, существом, в которое его можно было превратить при помощи Тёмной Субстанции. А потом изучать их далее в своих лабораториях, заселять ими пригодные для жизни планеты либо использовать как боевую силу против всех несогласных с режимом Эррона и его команды.
Да, Эррон… прямой наследник тех, кто превратил некогда вполне обычную торговую компанию в мощную Корпорацию, которая метила не иначе как в главенствующую партию, правящую той частью Галактики, которая была заселена выходцами с Земли и их потомками. Сами они при этом были по своему происхождению такими же землянами. Хотя ходили слухи, что Эррон ради достижения своих целей превратил себя в инсария (поскольку интеры и всякие их разновидности с гибридами не трогали таковых, считая своими генетическими сородичами и проявляя к ним своего рода уважение) и заставил всё своё ближайшее окружение сделать так же, а также ведущих учёных, работающих под началом его ближайшего помощника в научной сфере Аполлона Теодориса. Это положило начало целой эры, в которой кровожадные чудовища начали занимать чуть ли не главенствующие позиции и стали одним из основных орудий тотального контроля над обществом людей, вышедших за пределы Земли и Солнечной системы. Но всё дело было в том, что сам Эррон и его первый помощник являлись такими же инсариями, как и их подопечные, а значит, могли быть точно так же превращены в лишённых рассудка и здравого смысла монстров интероидного типа в том случае, если биоинженеры устроят бунт. Поэтому заветной мечтой Эррона и Теодориса было обрести если не физическое бессмертие, то хотя бы просто иммунитет к опасной жиже, которая была в арсенале почти каждого из этих учёных.
- А вы точно уверены, профессор, что обработка вами биоматериала инсарии Тёмной Субстанцией не приведёт к появлению чудовища, от которого будут одни проблемы? – на всякий случай спросил Рено.
- Я уже говорил вчера, но могу повторить. Даже если существо, которое я намерен создать, будет похоже на монстра, оно будет на нашей стороне. Во всяком случае… Что я такого смешного сказал? – неожиданно сурово спросил профессор, уловив со стороны своего коллеги лёгкий смешок.
- Да так… Ну ничего, клоны растут быстро, поэтому через несколько недель посмотрим на результат вашего праведного труда. Спорить не будем – я не так нынче богат.
- Спорить можно и не на деньги, - заметил Энджи Дорман. – И потом, если вы так рассуждаете, значит, не уверены в истинности своего утверждения. А если не уверены – значит, спорить нет смысла. Я прав?
- Пожалуй, да. Но в любом случае, если ваше творение окажется не тем, чем бы вам хотелось, его всегда можно уничтожить, не выводя из стазиса. Если вы только не заинтересованы в том, чтобы разводить всяких монстров и высаживать их на поверхность Вегеры.
- Упаси Боже! К чему такое недоверие? Я, конечно, получил конкретное задание от Корпорации, но, как уже говорил, выполнять его не намерен. И точка. Я знаю, что рискую своей головой и, быть может, ещё и вашими, но Гений даёт мне знать, что мой труд не пропадёт даром и принесёт свои плоды несколько позже.
- Что ж, спасибо, профессор… Да, и… о каком таком гении вы говорите? Это метафора, не так ли?
- Если вам так нравится, то пусть это будет метафорой, - усмехнулся тот.
При этом лицо его приняло столь загадочное выражение, что доктор Рено решил про себя… нет-нет, вовсе не то, что начальник станции «Вегера-5» тронулся умом, вдарившись во что-то сверхъестественное. Хотя определённая доля мистицизма во всём этом была – в частности, ко всему этому наверняка был каким-то образом причастен старый портрет, который профессор Дорман поспешил убрать с глаз долой. Однако в голове заведующего лабораторным комплексом по изучению инопланетной флоры и фауны беспрестанно вертелись совсем другие мысли – о том, что профессор явно что-то скрывает.
«Хорошо, посмотрим… посмотрим, - подумал он про себя. – Но… неужели он не понимает, что всё это не только очень любопытно, но и чертовски страшно?»
Глава III. ПЕРВЫЙ СЮРПРИЗ ДЛЯ КОРПОРАЦИИ
Главный штаб Uniland Corporation, космическая резиденция Юстаса Эррона в звёздной системе RD-478 (в 3,2 световых годах к югу от системы Альфа Центавра)
- Какие у нас новости, Орбан?
Говоривший не спеша, с чувством собственного величия, повернул голову в сторону вошедшего начальника космической разведки и слегка выставил в его сторону правую руку. Это был поистине королевский, если не сказать больше – императорский жест, который неизменно обязан расцениваться как проявление милости и доброго расположения духа Владыки Космоса. Хотя это была, скорее, репетиция – статус Галактического Императора и неограниченная власть над всеми населёными и колонизированными мирами Млечного Пути Эррону пока что только снились. Да и голову его императорская корона пока что украшала. Вместо этого на ней красовалось частично вживлённое в мозг устройство для улавливания ментально-энергетических сигналов от разных объектов и субъектов, бывших в поле его наблюдения. Стоит также упомянуть, что Юстас Эррон был не просто дорвавшимся до власти инсарием – он был ещё и частично киборгом. Искусственный интеллект в голове, взаимодействуя с живым мозгом Обращённого и входя в волновой резонанс, наделял нынешнего клаву Корпорации умственными способностями, в десятки раз превышающими человеческие, позволял без особого производить сложнейшие расчёты и принимать решения, от которых порой зависела судьба целых звёздных систем и их населения. Для этого Эррону не нужны были даже традиционные вычислительные и нейрогенерирующие устройства и, ко всему прочему, имелся прямой ментальный доступ к информационной базе Главного Квантового Компьютера. К тому же он мог передавать ментальные послания андроидам, которые затем беспрекословно исполняли его приказания. Однако, будучи столь влиятельной персоной, Эррон был типичным представителем данной Корпорации, имеющей дурную славу уже почти во всей Галактике и уже, возможно, за её пределами. Начисто лишённый милосердия, любви ко всему живому, разумному и прекрасному, а, главное, совести, он думал преимущественно о двух вещах – абсолютной власти и способах неограниченного продления собственной жизни для того, чтобы править вечно. Гены интера, которого он добровольно принял в своё тело, чтобы получить ряд физических и интеллектуальных преимуществ над обычными людьми, не давали ему того, о чём он мечтал: Обращённые могли прожить всего вдвое дольше тех, кто не проходил процедуру инсаризации, и при этом не обладали устойчивостью к действию Тёмной Субстанции – самого мощного и страшного биооружия во вселенной. И участь их в случае применения этого оружия либо аварии или неосторожного обращения была более ужасна, чем у обычных людей. Юстас Эррон, его помощники и подчинённые, сделавшиеся по его приказу такими же инсариями, разве что не вживившими себе в мозг запчасти андроида, прекрасно это понимали. И поэтому более всего они опасались бунта инженеров, в руках у которых была Субстанция, хотя определённая их часть так же, поддавшись модному веянию, намеренно заразилась крайне опасным паразитом, чтобы затем избавиться от него хирургическим путём за час или полтора до ожидаемой гибели, а затем пройти недельный курс коррекционной терапии и в итоге стать частично гибридным существом наподобие Эррона и его приближённых.
- Громких новостей пока нет, - ответил глава шпионов Корпорации. – А что вы уловили за последнее время, господин Эррон?
- Тоже ничего особенного. Теодорис ещё не вернулся и ничего не может сообщить по поводу работы профессора-биоинженера родом с эсфорианской колонии. Сам я так же не улавливаю с ним связи.
- Вы говорите о Дормане? Он обычный человек, не обладающий особыми способностями для того, чтобы блокировать связь между станционным компьютером и вашим мозгом.
- Тем не менее, связь заблокирована. Никаких отчётов о текущей работе. Вообще непонятно, чем он столько времени занимается на станции «Вегера-5» и почему медлит с выполнением задания.
- Что вы предлагаете сделать в таком случае? – спросил Орбан, нахмурившись.
Лицо босса стало суровым.
- Разве непонятно? Отправить корабль на разведку. Лучше всего, если полетит Джозеф Нейман – до сих пор он справлялся с такими задачами лучше других. Нужно взять с собой на всякий случай нескольких андроидов. Всё проверить. В случае выявления нарушений договора и хода выполняемых работ действовать незамедлительно, но доставить профессора Дормана сюда живьём.
- А если там не окажется никого из живых, кроме монстра? – спросил слегка побледневший начальник разведки.
- Тогда – изловить монстра и доставить сюда живым, а станцию уничтожить.
- Но сэр! Орбитальная станция «Вегера-5» принадлежит не нам, а Союзу Независимых Колоний, как и обитаемая планета, вокруг которой она вращается. Вы хотите с ними военного конфликта?
- Не будь я Юстасом Эрроном, если не сумею уладить этот конфликт ещё до того, как запахнет жареным, - рассмеялся тот. – Действуйте! Это приказ.
Спорить было бесполезно. Поэтому, хмыкнув про себя, Орбан поспешно откланялся и отправился озвучивать распоряжение босса Нейману – потомку знаменитых афроамериканских вояк. Однако тот, едва успев принять освежающий душ после продолжительного отдыха, очевидно, не был готов так скоро отправиться на новое задание.
- Что, я должен лететь прямо сейчас, даже не успев позавтракать? – проворчал он, уставившись в экран видеофона.
- Это приказ нашего босса, Джо. Ослушаться его – значит…
- Да ладно, ладно, знаем мы все эти присказки. Но это не значит, что я не имею право элементарно поесть и выпить чашку кофе. А куда, собственно, я должен лететь?
- Система RG-125, которую иначе называют Вегерой. В общем, это… вполне обычная звезда класса G0, похожая на Альфу Центавра А и окружённая несколькими планетами, одна из которых…
В ответ капитан продолжительно зевнул.
- Ясно. Но должен напомнить вам, что я военный и поэтому проверять, чем там занимаются нанятые Теодорисом учёные, в мои обязанности никогда не входило. Почему вы не поручите это ему?
- Всё дело в том, что Теодорис всё ещё не вернулся . Он в отпуске, понимаете? Отдыхает и восстанавливает силы на Эллионе.
Капитан Нейман хмыкнул. Он сам лично не так давно побывал на этом курорте. Планета, названная столь романтично, вращалась вокруг заурядного жёлтого карлика класса G4 и отличалась от многих других настолько благоприятными природными и климатическими условиями, что вскоре после открытия была объявлена Конфедерацией как одно из лучших мест для отдыха и космического туризма. Она не нуждалась даже в частичном терраформировании, чтобы стать подобием рая для обосновавшихся в Космосе потомков землян. Вдобавок то, что эта планета по своим размерам превышала Землю на 16,4 процента, а площадь суши на ней приблизительно равнялась 1,3 земной, места для приятного отрешения от всего космического там хватало всем желающим.
Что же касалось Аполлона Теодориса – его отпуск длиной почти в три земных месяца был вызван прискорбной необходимостью – медики констатировали у него хроническое заболевание, грозившее преждевременной разбалансировкой систем организма и, как следствие – неминуемой гибелью. Однако своевременное лечение и грамотно организованный полноценный отдых могли помочь восстановить силы и продлить жизнь. Для этого на Эллионе был, помимо всего прочего, построен особый научно-медицинский центр, предназначенный для Инсариев. Впрочем, такие были не только там, однако эллионский считался элитным, поскольку туда обращались высокопоставленные лица из самого Главного Штаба.
- Ясно. Если уж сам Аполлон Теодорис не может проверить, как идут дела у его подопечных…
- Профессор Энджи Дорман не является подопечным Теодориса и его команды, - напомнил ему Орбан. – Однако согласился выполнить задание и подписал договор на довольно приличную сумму. Однако до сих пор, как утверждает наш Главный Начальник, не отправил ни одного отчёта о ходе работы, как будто сбежал или его уже нет в живых.
- Ну, а я здесь при чём? – с усмешкой спросил Нейман, наливая себе горячий кофе. – У меня другие задачи. Впрочем, если Эррону так угодно отправить именно меня…
- Не волнуйтесь, капитан, с вами в качестве навигатора полетит Минна Райан.
- Что?..
Вглядываясь в слегка мутноватый экран, Нейман заметил в правом углу комнаты, где находился его собеседник, молодую симпатичную брюнетку в облегающем костюме обсидианового цвета, с модной асимметричной стрижкой и большими тёмно-серыми глазами. Однако обольщаться не было смысла: девушка была андроидом из числа присланных в качестве пилотов-навигаторов. Смущение вызывало то, что эти андроиды были произведены не Юнилэндом, а другой компанией, которая снабжала кибертехникой преимущественно другие структуры бывшей Конфедерации, включая обособившийся от всех остальных Союз Независимых Колоний. Однако проверка не обнаружила никаких вредоносных программ и установок, поэтому присланных живых роботов было решено включить в штат космической разведки. А Райан, как оказалось, была к тому же очень привлекательной внешне.
- Я сказал… вот же она, капитан.
- Да я вижу… ну, если так, я согласен.
Девушка по ту сторону экрана слегка улыбнулась и это придало капитану воодушевление – он даже почти уже перестал думать, что она не является человеком из природной плоти и крови. Впрочем, он знал уже немало историй, в которых андроидов не могли распознать до последнего момента – настолько те походили на настоящих людей. Но все они были детищами компании, из которой впоследствии выросла вспм известная мегакорпорация. А эти были другого происхождения. Кто-то своровал технологии или производителями этой продукции является какая-нибудь из отколовшихся «дочек» Юнилэнд Корпорейшен?
Все эти мысли развеялись почти полностью уже в полёте не небольшом корабле Космической разведки под названием «Джесси». Капитан Джозеф Нейман и четверо членов его команды даже подивились, как ловко Минна Райан управляется со сложной системой навигации и построения маршрута и как быстро её тонкие изящные пальцы «летают» по клавишам диспетчерской панели. Одним словом – хорошо обученный андроид, прошедший длительную подготовку и серьёзную практику полётов перед тем, как быть выпущенным в прокат.
- Готово! – обернувшись к собравшейся команде, с торжествующим видом произнесла девушка-навигатор. – Но мы не можем проделать тоннель и совершить межпространственный прыжок в пределах звёздной системы, доя этого следует выбраться из неё и отлететь подальше.
- Умница! – похвалил её один из помощников капитана. – Но я не вижу здесь ещё двоих андроидов. Где они?
- Я отправил их подготовиться к рейду, - сообщил капитан. – Они тоже неплохие ребята, сговорчивые. Если наша операция пройдёт успешно, я сам лично напишу тем, кто прислал к нам этих ребят, благодарственное письмо. В этот момент корабль затрясся всем корпусом, лампы замигали.
- Осторожнее, Райан! – крикнул один из членов экипажа. – «Джесси» довольно дорого стоит, а наши жизни хорошо застрахованы.
- Простите, здесь астероиды, - с немного виноватым видом ответила та. – Немного вырулим и сбавим скорость полёта, хотя в этом случае потратим на него чуть больше времени.
Система тусклого красновато-оранжевого карлика RD-478, вокруг которого вращалось всего пять планет, была по своей протяжённости гораздо меньше Солнечной, поэтому покинуть её можно было довольно быстро. Однако следом за покрытой вечными снегами и льдами третьей планетой, мимо которой корабль Неймана прошёл на почтительном расстоянии, располагалась орбита ближнего газового гиганта, по своим размерам процентов на восемь превышающего Юпитер и окружённого, помимо десяти скалистых планет-спутников, довольно внушительным астероидным кольцом. И, к сожалению, край этого кольца оказался почти прямо по проложенному курсу разгоняющегося корабля.
- Вы точно уверены в её компетентности и надёжности, капитан? – спросил другой помощник, слегка толкнув его локтем в бок.
Тот пожал плечами.
- Посмотрим на наш дальнейший полёт, Салли. Если что-то пойдёт не так, придётся управлять полётом тебе или Броксу. К сожалению, мы находимся не на галактический крейсер или лайнер с полностью автоматизированной системой навигации, для малых кораблей это не предусмотрено.
Звездолёт тряхнуло ещё раз.
- Аккуратнее, чёрт возьми! – прикрикнул Салли на навигатора.
- Корабль летит сам, без моего непосредственного участия, - обернувшись, невозмутимым тоном ответила Минна Райан.
- Но ведь ты задала курс, не так ли?
- Без паники, мы летим дальше.
- Чёрт возьми, наверное, зря я послушал Орбана и взял на борт эту девчонку, - проворчал капитан Нейман.
И про себя подумал:
«Скорректируй курс, дура».
Словно прочитав его мысли, Райан принялась вводить в бортовой компьютер данные для того, чтобы обогнуть злополучный псевдо-юпитер со всеми его спутниками и кольцами. В конце концов ей это удалось и «Джесси» продолжила свой путь дальше, за пределы звёздной системы RD-478, а Нейман и команда отправились на ланч.
- А теперь приготовьтесь к межпространственному прыжку, - всё тем же невозмутимым тоном объявила Минна, когда корабль разведчиков оказался на почтительном расстоянии от звезды и её планет.
Затем же самое было трижды озвучено бортовой системой оповещения, и команда, за исключением андроидов, облачилась в специальные герметичные биоскафандры – так было нужно для сохранения целостности организма и гомеостаза во время перемещений такого рода.
Всё произошло, как и всегда в таких случаях: корпус корабля мелко завибрировал и замерцал, а через несколько мгновений машина со всем её содержимым словно испарилась, провалившись в неведомую пустоту. Полёт в ней длился, казалось, целую вечность. И, наконец, завершился эффектной «материализацией»… неподалёку от двух расположенных довольно близко друг от друга ярко-красных карликов разного размера, вокруг большего из которых пришедший в себя первым Салли заметил несколько планет, одна из которых располагалась очень близко к своей звезде, а вторая приветливо мигала путникам космическим маяком.
- Где это мы, капитан? – спросил он, снимая шлем и тыча другой рукой в иллюминатор. – Это ведь не система RG-125, верно?
- Верно, - хмуро ответил тот. – Осталось теперь выяснить, куда мы, чёрт побери, прилетели.
Лицо его было мрачнее тучи – впрочем, как и у всех остальных.
- Где эта девка?! – Салли поискал глазами, но нигде не нашёл горе-навигатора.
- Обыскать весь корабль! – тут же распорядился командир. – Найти немедленно эту сучку вместе с ещё двоими роботами и высадить на ближайшей из этих планет! А дальше будем действовать сами, корабль поведёшь ты, Салли.
Тот, закусив губу, лихорадочно выискивал в бортовом компьютере маршрутные данные.
- GQ-395, двойная система красных карликов в 12,6 световых годах от Гаммы Цефея… о, чёрт! Вы знаете, что это за звёздная система, капитан?
- Знаю, - процедил тот. – Здесь когда-то находилась одна из военных баз, принадлежащих Северобританским колониям. И здесь, насколько мне известно, не работают каналы связи с нашим руководством.
Повисла томительная тишина.
- Вот что, - заговорил снова капитан Нейман. – Немедленно разыщите эту девчонку и её подельников, пока они не преподнесли нам очередной сюрприз. Живо, я сказал!
Ослушаться командира, тем более приказывающего таким тоном, почти равнялось самоубийству. Поэтому все четверо ринулись было на поиски, но через пару мгновений замерли на месте, услышав слегка насмешливый голос Минны Райан:
- Куда это вы? Мы здесь, как видите.
После чего она, проверив и поправив что-то во внутреннем кармане модной кожаной куртки, едва заметно улыбнулась и с решительным видом направилась к навигационной панели. Салли бросился наперерез.
- А ну стой, мерзкая дрянь! Корабль поведу я!
И тут же был отброшен назад решительным движением руки андроида – физическая сила живой машины заметно превосходила человеческую.
Тут же к ней сзади подскочили ещё двое членов экипажа, а капитан и его второй помощник (тот, что в самом начале путешествия восхищался умом и мастерством Райан) молча и хмуро наблюдали за этой сценой.
- Получай, тварь! – один из разведчиков попытался схватить Минну сбоку, но та ловко парировала это движение - и рослый мужчина с руганью отлетел прямо в сторону панели управления звездолётом.
Однако второму удалось её атаковать в момент некоторого замешательства – но спустя мгновение он уже бился, пытаясь высвободиться из цепких рук двоих подоспевших андроидов мужского пола.
- Прекратите этот цирк! – раздался, наконец, сердитый окрик капитана. – Лучше скажите нам, уважаемая леди, как мы поступим дальше.
- Если перестанете нападать и оскорблять – тогда скажу, - безапелляционно и всё тем же раздражающе-невозмутимым тоном выдала Райан.
- Я этого не делал – поэтому скажи мне. А эти олухи получат строгий выговор за своё поведение и будут лишены премии.
Райан победно заняла своё место в кресле пилота.
- Нам нужно лететь в сторону маяка. А там уже немного передохнём и проложим курс на систему Вегера при помощи Искусственного Интеллекта станции. Так мы сможем избежать ещё одной досадной ошибки в работе навигационной системы вашего корабля.
Салли присвистнул и легонько толкнул капитана локтем в бок.
- Что-то я ей не доверяю... Что она несёт? Какие ещё, к дьяволу, ошибки?
- Заткнись! – шикнул на него тот. – Здесь не наша территория, поэтому ведите себя прилично, а когда мы вернёмся, то непременно доложим высшему руководству обо всём, что произошло, и назовём им координаты этого места.
Корабль слегка задрожал – Райан включила межпланетную скорость. И тут же установила связь с планетарной станцией – в ответ свет маяка призывно замигал.
Глава IV. ВТОРОЙ СЮРПРИЗ ДЛЯ КОРПОРАЦИИ
По мере приближения к планете номер два сияние постепенно становилось всё ярче. А вскоре на обзорном мониторе появилось объёмное изображение пейзажа – бескрайняя холмистая равнина со скудной растительностью преимущественно синевато-зелёного и тёмно-бордового цвета, преобладающей по берегам небольших озёр и ручьёв. И где-то поодаль, справа – высокая башня космического маяка, за которым виднелись очертания внушительного по своим габаритам комплекса планетарной станции-колонии, величиной с целый город.
- Нам нужно посмотреть по данным наших лучевых радаров, каковы здешние природные условия, - предложил капитан.
- Во всяком случае, там вам понадобятся кислородные маски и термокостюмы. А может быть, и не понадобятся, - резонно добавила она.
- Что это всё значит?!– вскипел Салли, услышав эту последнюю фразу.
- Да так, ничего особенного. Приготовить капсулу для высадки на поверхность планеты! – скомандовала Райан Искусственному Интеллекту корабля.
- Капсулу? – переспросил Джозеф Нейман.
- Да. А что?
- В неё входят одновременно не больше троих пассажиров. Разве ты не хочешь посадить корабль на поверхность планеты?
Райан призадумалась.
- Я полагаю, Кирсу это не очень понравится.
- Кому-кому? – послышался грубоватый голос разведчика, всё ещё потиравшего шишку на лбу. - Кирсу?!
Капитан Нейман и оба его помощника, а также второй разведчик замерли в недоумении. Вот это новости! Сам Дэймонд Кирс, находившийся почти пятнадцать земных лет в Галактическом розыске, оказывается, скрывался в этом захолустье, о котором не знал даже сам Юстас Эррон! Но последнее было поправимо – если хотя бы один из них вернётся в Штаб живым.
- Да, - ответила им девушка-андроид. – Я думаю, капитан Нейман, Салли и Брокс захотят первыми с ним встретиться. А затем мы посадим «Джесси» на поверхность и прибудем следом.
- Что ж, умно, - второй раз за всё время похвалил её Брокс. – Только… где твои двое друзей?
- Они там, - махнула рукой Минна в сторону заднего отсека. – Проверяют рабочее состояние капсулы. Пойду посмотрю.
Поставив скорость на паузу, она направилась в «хвост» корабля но перед тем как открыть дверь полностью, внезапно резко обернулась к пятерым членам экипажа «Джесси».
- Ну что ж… мы были очень рады с вами познакомиться. Вы классные ребята, это правда. Но наше время выполнения задачи истекает и нам пора возвращаться. Дэймонд Кирс и его коллеги ждут нашего возвращения. Прощайте!
- Стоять! – заорал Джо Нейман. – Стреляйте! Не дайте им уйти!
В этот момент гнева он был страшен: глаза по-бычьи налились кровью, а на темнокожем лице проступили багровые пятна.
Трое членов его команды принялись палить из нео-парабеллумов в открытый дверной проём, а четвёртый направил дуло в сторону ускользающей Райан. однако пули отскакивали от прочной мелкоячеистой кольчуги, вшитой в кожаную куртку, и экзоброни и на коленках. И лишь одна из выпущенных пуль застряла в шее андроида, а вторая – в правом бедре, по всей видимости, не причинив вреда и даже боли. Неудачливый стрелок заметил лишь тонкие струйки вытекающего электролита, по цвету и консистенции напоминающего молоко.
- Чёрт бы тебя побрал…
Подскочивший капитан Нейман отшвырнул его за шиворот в сторону, внимательно посмотрел на дважды раненого пилота.
- Глупцы! – прокричал он затем. – Вы решили остановить роботов пулями?! Разве этому вас учили на курсах подготовки кадров военной разведки? Райли и Брокс, тащите огнемёты, сейчас мы их зажарим!
Стрелок поднялся на ноги и вместе с Броксом помчался исполнять приказ. Капитан же вернулся к навигационной панели и понажимал кнопки – она оказалась заблокирована.
- Проклятый Кирс и его засланцы…
- Капитан Нейман, - раздался позади него прохладный женский голос. – Вы отдали неверный приказ. Мы лишь хотели мирно попрощаться с вами и вернуться на базу, но вы на нас напали.
Это нечестно, тем более для такого человека, как вы.
Капитан судорожно сглотнул.
- Лучше скажи, зачем ты заблокировала систему навигации, - яростно прошептал Нейман. – И как её теперь разблокировать.
- Это был ответ Искусственного Интеллекта корабля на вашу стрельбу, я здесь ни при чём.
- Но ты ведь знаешь, как снять блокировку, верно?
- Возможно. Но… погодите, капитан Нейман, здесь, кажется, стало опасно.
Он обернулся: посреди навигационного отсека уже стояли двое разведчиков с заряженными огнемётами.
- Погодите стрелять, - обратилась к ним Минна Райан. – Нужно сперва разблокировать навигационную систему, иначе вы никуда не улетите и даже не сможете сесть на поверхность нашей планеты.
- Что ж… - Брокс вынул сигару изо рта и сплюнул. – Мне лично было бы жаль расставаться с умной симпатичной леди таким неприглядным образом. Поэтому подождём немного.
Райан не спеша, пользуясь лояльностью разведчиков и их командира, проследовала к панели и принялась быстро-быстро нажимать кнопки, вводя известные лишь ей одной буквенно-цифровые коды.
- Эта сучка лукавит, - шепнул Салли на ухо капитану. – Это она заблокировала панель!
- Я знаю. Но другого выхода у нас нет, так что – успокойся, Салли.
- Перестаньте её слушать, говорю, она одна из агентов Кирса и с ней ещё двое, которые наверняка уже заняли капсулу и ждут свою подружку!
Лицо капитана снова побагровело и исказилось гневом.
- Я сказал – заткнись! Иначе пристрелю тебя первым!
- Готово! – Минна повернулась к команде лицом и победно улыбнулась. – А теперь, наверное, попрощаемся и разойдёмся с миром, при условии, что вы не будете стрелять из своих огневых пушек.
Она всё так же не спеша, с чувством явного женского превосходства, направилась к отсеку с капсулой-челноком.
- Стреляйте! – скомандовал капитан.
- Погодите! – возразил пятый член экипажа – 25-летний малый с рыжеватой шевелюрой, характерной для потомка ирландцев. – У неё что-то в руке, очень подозрительное.
Все остальные присмотрелись и остолбенели: в правой руке девушка держала блестящую металлическую капсулу, напоминающую снаряд. И это была не взрывчатка: все знали, что в таких сосудах хранили самое страшное биологическое оружие из всех известных учёным и военным. И это была даже не законсервированная кровь интеров.
- Так, стоп! – капитан первым унял дрожь в коленях и обратился к Райан. – Знаешь хотя бы, что это такое?
- Конечно, знаю, капитан Нейман! В моих руках – Тёмная Субстанция, добытая нами в хранилище на вашем корабле! И нам известны ваши планы – вы хотели распылить это вещество на исследовательской планетарной станции Вегера-5…
- Ошибаешься! Нам дали лишь приказ проверить, чем на этой станции занимаются профессор Дорман и его коллеги. И всё!
Райан отрицательно замотала головой.
- Нет. Вторая часть задания была – ликвидировать персонал в случае выявления нарушений или несоответствий с договором, подписанным с вашей Корпорацией. Мне всё известно из вашей информационной базы и эти сведения уже переданы нашему руководству. Ещё немного – и об этом узнают во всех Независимых колониях и на планете Земля. Так что, если вы убьёте меня, то ничего не измените, сделать это нужно было ещё в самом начале.
Последняя фраза Минны прозвучала с нотками насмешки – она ведь прекрасно знала, что никто из них не видел в ней врага вплоть до самого прибытия «не туда, куда надо»!
- Нам следует убить тебя раньше, чем ты вскроешь эту штуку, - в сердцах заявил Салли.
Однако эти его слова были роковой ошибкой, поскольку металлический сосуд тут же очутился в левой руке противницы, а правой она без особого труда несколькими быстрыми движениями отвинтила крышку.
- НЕТ!!!
- Ну что, теперь поиграем, ребятки? – осклабилась коварная роботесса и взболтала зловещую чёрную жидкость.
- Остановись, или мы все умрём! – вопил Салли, бросаясь к ней и пытаясь отобрать вскрытый сосуд с «живой смертью».
Однако было уже поздно: брызги смертоносной жижи взметнулись в воздух от размашистого движения руки Минны Райан и понеслись в окружающее пространство, дробясь на мельчайшие невесомые капельки. И тут же она бросила сосуд с остатками вещества на пол, под ноги остолбеневшим шпионам Юнилэнда.
- Вот вам, получайте! Будь вы все чуточку умнее – у вас был бы шанс выжить и даже вернуться домой. Никто не заставлял вас нападать на меня и пытаться убить!
И исчезла в дверном проёме машинного отсека, тщательно прикрыв за собой вход и заблокировав его с другой стороны.
- Чёрт… ну и дела! – пробасил Брокс. - Что будем теперь делать, капитан?
- Насколько я знаю, от этого пока что нет нейтрализующей сыворотки, вакцины или антидота, - печально пробубнил Райли. – Нам остаётся только умереть в страшных мучениях. Никто из нас не в силах это остановить.
- Мы все идиоты, - буркнул капитан. – Что ж, есть только одно решение.
- Какое же? – поинтересовался рыжий.
- Пока у нас есть время – посадим наш корабль на эту чёртову планету рядом со станцией и выпустим заразу наружу. Это нас не спасёт, зато будет нашей местью. Я прав, не так ли, О'Нил?
- Я против! – простонал Райли, выронив из рук тяжёлый огнемёт – ему, похоже, уже начинало становиться плохо. – Тёмная Субстанция уничтожит на планете весь животный мир. Останутся только растения, которые через некоторое время погибнут сами, и эта проклятая банда роботов, как их там… Братство Стали.
- Я знаю, Райли, что тебя отличает любовь к природе, - проворчал капитан, вытирая рукавом кровь, капавшую из носа на кнопки пульта управления. – Но таких планет множество, а негодяй Кирс и его подельники прячутся именно на этой!
- Сэр! – подал голос Брокс. – Насколько мне известно, он прирождённый представитель расы Инсариев. Это значит, что от этой заразы он не умрёт.
- Зато превратится в обезумевшее мерзкое чудовище, которое нападёт на своих же товарищей и поломает своих собственных андроидов, - с усмешкой вставил Салли. – Давайте рискнём, всё равно нам нечего терять.
Джо Нейман вздохнул.
- Что ж… значит, будет так, как я решил. Обидно будет умереть, не совершив возмездия.
Его начинало мутить, перед глазами возникла пелена. Однако, собрав силы, Нейман принялся нажимать на кнопки пульта.
- Вот же дерьмо! Система по-прежнему заблокирована… Эта девка нас провела по полной программе!
В отчаянии он стукнул кулаком по клавиатуре и тут же заметил, что между двумя кнопками вверху справа торчал зажим для волос, оставленный здесь, несомненно, пилотом Райан.
- Ненавижу эти дамские штучки!
Резко выдернув треклятую заколку и со злобой отшвырнув её в сторону, капитан «Джесси» облегчённо вздохнул: система навигации заработала! Просияв, он принялся набирать коды краткого маршрута до поверхности ближайшей планеты, которая хорошо была видна в обзорный иллюминатор, однако осёкся, увидав входящую в атмосферу капсулу со сбежавшими андроидами. И тут же в верхней части панели замигали две золотисто-зелёные лампочки и металлический голос трижды провозгласил об автоматическом построении маршрута и включении режима автопилота.
Вся команда прильнула к видеомонитору, изучая выстроенный системой маршрут. Увы, путь был иным и вёл не на планету с маяком, свет которого уже успел погаснуть, а… прямиком в раскалённые недра звезды, которая служила ей солнцем!
- Похоже, месть отменяется… что ж, тогда… сделаем это в следующей жизни, если повезёт. Или же… пусть за нас отомстит Юнилэнд.
Пошатывающейся походкой, преодолевая нарастающую слабость в руках и ногах, он проследовал к своим товарищам и опустился рядом с ними на прохладный мраморный пол. Лужица зловредной чёрной жидкости продолжала испаряться и образовывать сероватый туман, который проникал в их тела через нос, глаза, кожу и поры одежды. Все пятеро знали: смерть наступит не сразу, перед нею им придётся испытать все неописуемые ощущения, характерные для катастрофического разрушения организма изнутри – оно будет медленным и мучительным. Поэтому, собрав последние силы, капитан голосом приказал ИИ корабля прибавить скорость до звездолётной. Затем он закашлялся напару с Броксом. А после все пятеро, устремив затуманенные взоры в иллюминатор, наблюдали постепенное приближение светила, которое было для них теперь не заурядным красным карликом, коих было мириады в этой Вселенной, а гигантским огненным монстром с температурой около 3400 градусов на поверхности, готового поглотить и сжечь их вместе с кораблём в любой миг.
Это было ужасно, решил капитан Нейман, но всё же не столь мучительно, какой была бы их смерть от воздействия Тёмной Субстанции.
Глава V. OPUS MIRABILE
Станция Вегера-5. 13:30 по земному времени
- У нас обеденный перерыв! Не может ли профессор Дорман подождать?
Голос принадлежал одному из молодых практикантов-планетологов – Ли Чжэну. В момент появления в обеденном зале Эммануэля Рено он успел отправить себе в рот очередную порцию ароматной прозрачной лапши с зеленью и специями и поэтому смог ответить не сразу.
- У профессора на сегодня ещё очень много работы, - ответил ему доктор Рено. – Да и у нас у всех тоже. Но ради нас с вами он решил пожертвовать своим обедом, за что нужно поблагодарить его заранее. Ну так что, идёте или нет?
- Идём, идём! – послышалось со всех концов просторного помещения столовой. – Наверное, он хочет показать нам что-то такое из местных диковинок, что никак нельзя пропустить!
Честно говоря, чудесами местной флоры и фауны эти исследователи уже «объелись». Однако предложение доктора Рено посмотреть вживую на одну из самых жутких тайн профессора Дормана прозвучало столь заманчиво, что в глазах почти у всего персонала станции загорелся неподдельный интерес. Разумеется, хитроумный француз ничего не стал никому говорить о договоре своего шефа с Юнилэндом и о данном ему спецзадании, чтобы не вызвать паники раньше, чем они все, включая самого Рено, не увидят воочию результат этого напряжённого труда. Сам же он был уверен, что профессор не догадался пробудить своего монстра к жизни раньше, чем покажет его своим коллегам и подчинённым. И на всякий случай дал распоряжение дежурным диспетчерам подготовить корабль для срочной эвакуации.
- Ладно, идём, - Ли Чжэн наскоро проглотил свою порцию лапши, запил фруктовым напитком и после этого присоединился к своим товарищам, в то время как доктор Рено направился к коридорам и переходам впереди всей процессии, ведя под руку Лин Браун.
- Итак…
Профессор Дорман терпеливо выждал, пока приглашённые им исследователи загадочного мира Вегеры соберутся в небольшом, оборудованном прогрессивной техникой зале, который служил ему вместе с доктором Рено и несколькими ассистентами космобиогенетической лабораторией, и продолжил свою речь:
- Я собрал вас всех здесь для того, чтобы показать вам, чем я занимался почти целый месяц помимо свей основной работы. То, что вы сейчас увидите, я могу назвать не иначе как «opus mirabile», что означает «чудесная работа». Уверен, вам это более чем понравится. И к тому же я надеюсь, что результат моего труда окажется замечательным не только снаружи. Скажите, хотите ли вы действительно глянуть на то, что получилось в результате моего эксперимента?
- Вы намереваетесь медлить дальше или всё-таки покажете нам своё opus mirabile? – сгорая от нетерпения, спросила Лин Браун.
- Да, - поддержал её высокий тридцатидвухлетний напарник Ли Чжэна – космовулканолог Ханс Мортенсен, который до этого почти не переставая кокетничал с симпатичной лаборанткой по имени Эми Джей-Крис. – Покажите нам скорее свой шедевр, а то кое-кто здесь уже волнуется.
Один лишь Эммануэль Рено вместо предвкушения чего-то чудесно-прекрасного ощущал вполне понятный ему страх, граничащий с едва сдерживаемым ужасом: профессор ведь был прямым потомком сумасшедшего генетика, который, как было известно из некоторых источников, продался по самые потроха всем известной Корпорации и до конца своих дней восхищался отвратительными чудовищами, так же как и его начальник! А яблоко от яблони, как известно…
- Ну что ж… - профессору Дорману, наконец, надоело “тянуть резину”. – Пройдёмте в мой, позвольте выразиться, тайник.
Он не спеша нажал несколько кнопок на пульте управления, вмонтированном в один из ящиков письменного стола – и почти вся металлическая стена слева исчезла, втянувшись отдельными секторами в пазы. За ней оказалось оборудованное специальными приборами и освещённое приглушённым золотистым светом помещение. Прямо посредине располагалась довольно просторная, заполненная прозрачной жидкостью и подсвеченная изнутри светодиодами камера, напоминающая саркофаг с выпуклой стеклянной крышкой и такими же стенками, а в ней…
Мортенсен даже присвистнул и хотел было оставить первый устный отзыв, однако осёкся, наткнувшись на укоризненный взгляд Эми Джей-Крис. Поэтому первый голос в воцарившейся тишине подал заведующий климатологическим корпусом станции:
- Надо же!
Но больше всех был удивлён доктор Рено, который кое-что знал о тайной работе своего начальника и с трепетом ожидал вполне вероятного в таких случаях исхода. Однако теперь его трепет был совершенно иного рода: в саркофаге была человеческая женщина! Точнее, это было пока ещё не до конца “созревшее” и готовое к пробуждению тело, но после пробуждения в нём, очевидно, проявит себя также душа или, во всяком случае, сознание разумного существа. А пока что он, заодно с остальным собравшимся персоналом нескольких научных лабораторий, бессовестно пялился на изящные линии и изгибы, матовую кожу с оттенком лёгкого загара, точёные руки с тонкими пальцами, идеальный бюст… Затем его взгляд переместился на лицо женщины, обрамлённое беспорядочной копной вьющихся тёмных волос. Черты лица с выраженными скулами и челюстными костями резковатые и немного по-мальчишечьи дерзкие, нос чуть вздёрнут, губы тонковаты, к тому же упрямо сжаты и мало похожи на лепестки распустившейся алой розы… Перед ним был образ, скорее, какой-нибудь рок-звезды из давно ушедшей эпохи, удивительно контрастирующий со всем остальным, что он только что имел удовольствие лицезреть, однако всё же миловидный. Глаза женщины, погружённой в стазис, были плотно закрыты, однако Рено без особого труда узнал в ней ту, о ком, как он знал, тайно от всех грезил профессор Дорман.
Женщина на портрете!
Та самая!
Чёрт побери!
- Ну что, довольны? – с торжествующим видом спросил профессор Дорман. – Наверное, всем уже разболтали, что Энджи Дорман – отпетый негодяй или предатель, согласившийся разводить чудовищ для этой сумасшедшей корпорации? А я всего лишь…
- …клонировал человеческую женщину! – закончил за него Мортенсен. – Замечательно! Ну, ребята, выстраиваемся в очередь? Кто первый?..
Его пламенная речь была прервана звонкой пощёчиной от Эми. Почти все присутствующие тихонько засмеялись. Профессор Дорман же побагровел от гнева.
- А ну выйдите-ка отсюда, Ханс Мортенсен! – зашипел он сквозь зубы.
- Уже и пошутить нельзя? – возмутился космовулканолог.
- Сейчас дошутитесь…. Вон, я сказал! Закройтесь в своей лаборатории вместе со своей подружкой и не высовывайтесь до завтрашнего утра. Или, если намерены оставаться здесь дальше – просто молчите.
- Да, сэр!
- …Так вот, - продолжал профессор Дорман. – Я действительно создал клон женщины, которая жила около сотни лет тому назад. Но это ещё не всё: та женщина тоже была клоном, который создал начальник моего прадеда, всем известный…
- Давайте об этом не будем, - вмешалась невесть откуда взявшаяся здесь Эмелинда Рассел. – Про вашего прадеда и его начальника мы и так давно наслышаны, не только от вас лично. Это была, пожалуй, самая громкая сенсация прошлого столетия.
- Хорошо, как хотите. В общем… я улучшил геном необычного клона обычного человека, рождённого в начале Эры Освоения – тогда появились первые жилые колонии землян в пределах Солнечной системы. Я произвёл много попыток и в результате получил человеческий организм, обладающий устойчивостью к самому страшному биологическому оружию во вселенной, именуемому Тёмной Субстанцией. Я надеюсь, все о ней слышали?
Ответом было дружное молчание, а некоторые медленно закивали, поджав губы. Да, об этой очередной напасти слышали все присутствующие на этом собрании, а кое-кто знал о ней не понаслышке. Рено же прошиб холодный пот от мысли, насколько его начальник рисковал своей дальнейшей карьерой и благополучной свободной жизнью, используя данную Субстанцию в своём эксперименте! И рискует ещё больше, если не догадался по завершении своей работы выбросить остатки этого вещества в открытый космос.
И тут же тишину нарушила Эмелинда Рассел:
- Прошу прощения… но вы сами говорили, уважаемый профессор, что подписали договор с Юнилэндом и получили соответствующее задание. Не означает ли это, что созданный вами организм окажется ещё одним оружием массового поражения, способным уничтожить нас всех гораздо более элегантным способом, чем всем известные интеры или Чёрная Смерть? Тем более, наверняка после подписания контракта вам предоставили рабочий материал, включающий также Тёмную Субстанцию, не так ли?
«Отсохни твой поганый язык!» - подумал Рено, сверкнув глазами в её сторону.
Однако Дорман нашёл достойный ответ на эту провокацию:
- Я не такой дурак, чтобы честно работать на тех, кто уничтожил мою родину, близких и всё, что было мне дорого. Вы должны это прекрасно понимать и уже, наверное, догадаться, что я, собственно, задумал.
- И что же вы задумали, уважаемый профессор? Месть корпорации, возомнившей себя будущими властителями всей Галактики?
- Именно так, Рассел. Я создал организм, наделённый не только иммунитетом к Тёмной Субстанции, но и повышенной плодовитостью в сочетании с продолжительностью жизни, превышающей нашу с вами как минимум в десять раз.
Ответом на это заявление послужило восторженное «вау» сразу от нескольких участников собрания, включая Мортенсена и его пассию.
- Ну и, вдобавок ко всему, представители новой расы человечества будут неинтересны для интеров так же, как и инсарии, которых они считают своими родственниками. Так что – Эррон и его команда проиграют дважды.
- Это всё замечательно, - вставила своё слово Лин Браун. – Однако время для таких громких заявлений ещё не пришло. Для создания новой расы человечества, я думаю, одной-единственной женщины будет явно недостаточно.
- А я думаю – достаточно всего одной особи, обладающей королевским генетическим кластером, чтобы от неё произошёл целый род, поскольку все её потомки будут наделены теми же признаками. Огорчает лишь то, что они будут передаваться только по женской линии, а сам кластер - далеко не всем дочерям.
В ответ доктор Браун прыснула.
- Послушайте, профессор Дорман… вы говорите об интерах или о людях? Это совершенно разные организмы, если что.
- Верно, Браун. Однако в нашей вселенной с некоторых пор есть так называемые Обращённые и их потомки, которые являются своеобразным мостом, соединяющим два этих разнородных мира на генетическом уровне. В общем… кому интересны подробности, можете узнать их позже от меня или от доктора Рено, которого я уже успел посвятить в эту тайну. А пока у меня ещё много работы, да и у вас у всех тоже. Благодарю за внимание.
- Что за чушь он городил? - возмущалась доктор Браун по пути в рабочий корпус космозоологов. – Мне до сих пор непонятно. Может быть, вы объясните более толково, доктор Рено?
- Да просто… воссоздал организм какой-то погибшей инсарии, улучшив генетические данные. Я сам видел, как он это делал.
О наблюдаемой им лично иммунизации пробы Тёмной Субстанцией он благоразумно промолчал.
- Любопытно… а что там за…
- Королевский кластер? Понятия не имею. Но обязательно расспрошу об этом профессора Дормана.
- Да, конечно… хотя, если вы говорите, что это клон инсарии, значит... она была не совсем обычной, поскольку выносила Королеву интеров и получила себе в дар её особые гены! Вот видите, профессор наш не промах, а я не так уж и глупа, могу догадаться.
Раздавшееся поблизости «Нифига себе!» означало, что теперь об этом узнал не только доктор Рено и скоро это станет одной из главных обсуждаемых тем среди персонала станции «Вегера-5». До сих пор Королевы интеров, если их удавалось найти, становились исключительно трофеями Юнилэнда, и, таким образом, профессору Дорману наверняка дали задание воспроизвести на свет одну из них, чтобы, получив затем «практический выхлоп» в виде кровожадных монстров и «родственной» им армии Обращённых, которые превосходили обычных людей в физической силе, выносливости и некоторым другим способностям, начать своё наступательное движение на Независимый Союз. Что ж… очевидно, он и произвёл, правда, совсем не в том образе, какого от него ожидали заказчики. А что из этого всего выйдет – пока что оставалось только гадать.
Глава VI. ПРОБУЖДЕНИЕ БОРЦА
Как и следовало ожидать, вскоре основной темой переговоров в рабочее и нерабочее время стало одно – внезапная блажь профессора Дормана. Особенно изощрялся в сплетнях женский пол, включая молодых сотрудниц медицинского корпуса, которые больше всего контактировали с физиологами и генетиками и проходили практику под его личным руководством.
- Бедняга профессор… по всей видимости, ни одна из наших женщин не ответила ему взаимностью?
Сия «сочувственная» речь принадлежала прекрасной блондинке-медсестре по имени Кристен Миллер, которая очень быстро нашла общий язык со своей коллегой – знойной мулаткой Стэйси Берт. Обе решили «отвести» душу в полутёмном коридоре, ведущем из медицинского корпуса в библиотеку, которая представляла собой высокотехнологичный отсек с доступом к научной и прочей литературе в квантово-электронном виде.
- Похоже на то, - отвечала Стэйси. – И что он, собственно, увидел прекрасного в этой своей «нимфе»? Худая, грудь второго размера, не то что у тебя или у меня. На лицо тоже не красавица, да и, кажется, ростом она даже выше Эмелинды Рассел…
- Ну, знаешь ли… если такие женщины нравятся профессору Дорману – мы с этим ничего сделать не можем. Скорее всего, его жена была чем-то похожа на эту особу, которую он воссоздал путём клонирования.
- А вот этого нам точно никогда не узнать. Я только знаю, что профессор по уши влюблён в какую-то женщину, которой давно нет в живых, но у него в лаборатории хранится её портрет… может быть, она является клоном его покойной жены?
- Так, значит… Миллер и Берт снова заняты сплетнями вместо работы?
Девушки переглянулись – они точно не ожидали появления здесь главного бортового врача – Эдмунда Зенгера.
- Простите… у нас сейчас перерыв, - не растерявшись, выдала блондинка.
- Тогда почему вы не в столовой?
- Потому что мы уже пообедали, - ответила темнокожая девица. – И вообще, мы здесь на пути в библиотеку.
- Тогда почему… - в голосе доктора Зенгера зазвучали металлические нотки, - вы до сих пор не в библиотеке? Вместо того, чтобы обсуждать в коридорах личную жизнь профессора Дормана, лучше бы занялись чем-нибудь полезным, если у вас нет работы.
Сзади послышались шаги. Главный врач станции резко обернулся и в тусклом свете нескольких ламп увидел приближающегося доктора Рено.
- А, вот и вы! Как там наш уважаемый профессор экспериментальной генетики?
- Он в полном порядке, - не без гордости в голосе отрапортовал Рено. – И отправил меня к вам за медсёстрами.
- Отлично, доктор Рено! Вот вам прекрасные сёстры из нашего медицинского корпуса – Стэйси Берт и Кристен Миллер. Я так понимаю, вам надо…
- Да. И не тянуть время зря. Пойдёмте! И вы тоже, доктор Зенгер. Нам срочно нужна ваша помощь.
Все четверо проследовали в соседний станционный корпус. Профессор Дорман терпеливо ждал в своей лаборатории в сопровождении ещё двух медиков и психолога, заблаговременно открыв «тайник». Работа предстояла серьёзная и содержательная – сперва тщательно осмотреть и обследовать организм новоиспечённой будущей подруги профессора (если тому, конечно, с ней повезёт), а затем привести в сознание, после чего заняться помощью в её социальной и прочей адаптации.
Впрочем, выполнить первую часть этой работы не составило большого труда, однако медики были удивлены результатами исследования гораздо больше, чем космогенетик Рено, который был в курсе происхождения загадочной особы.
- Что вы там такое увидели, доктор Зенгер? – спросила не растерявшаяся мулатка.
- А вы гляньте на снимки!
Он предоставил двум девушкам и ещё нескольким своим коллегам детально изучить полученный наглядный материал, начиная с обычных рентгеновских снимков и заканчивая фотографиями клеточных, субклеточных и молекулярных структур.
- Видите? Гибридный организм, очень любопытная, я бы сказал больше - уникальная помесь земного человека и инопланетного организма, который довольно долго был бичом нашей колониальной цивилизации!
Кристен Миллер многозначительно хмыкнула, левой рукой поправляя очки, а другой вынимая из пучка волос ручку для записывания полученных сведений.
- Обращённая? – спросила она затем.
- Похоже на то, хотя таких инсарий я ещё ни разу не видел. Удивительно гармоничное расположение микроструктур из разных миров относительно друг друга, формирующее нечто очень стабильное и способное полноценному функционированию без всяких сбоев и отторжения в течение длительного времени. Похоже, наш космогенетик попал пальцем в небо, ни один прежде созданный генетический гибрид человека и существ рода Internevius не отличался такими шикарными параметрами и вообще не был так похож на человека внешне. А что касается инсариев...
Энджи Дорман подошёл ближе к видеомонитору и намеренно дважды кашлянул.
- Простите, что перебиваю вас, доктор Зенгер… Должен вам признаться, что я работал с биоматериалом одной из Обращённых, найденном в рукотворной пещере на планете Сендай…
- Вот как? Тогда позвольте вас поздравить: ваша работа явно превзошла то, на что способна сама природа! Хотя что я говорю? Инсарий ведь в природе не бывает, поскольку ещё ни один живой организм с интероинвазией не выжил без вмешательства человека!
- И, тем не менее, основную работу делает природа, - возразил главный космогенетик станции. – Я только малость улучшил то, что она сотворила с этой леди… к сожалению, мне не известно её имя.
- А вот это желательно будет выяснить, профессор Дорман. Хотя в любом случае можно придумать новое для составления документационной биографии.
При этих своих словах Зенгер покосился на женщину, лежавшую на кушетке в окружении разного рода проводов, датчиков и трубок с разными жидкостями и растворами, и ему показалось, что она слегка вздрогнула под его напряжённым взглядом. В ту же секунду раздался весёлый голос Стэйси Берт:
- Она приходит в себя, доктор Зенгер!
Тут же профессор оказался возле кушетки и накрыл обнажённое тело белоснежной простынёй.
- Так, - обратился он ко всем находящимся в его лаборатории людям. – Теперь слушайте дальнейшие распоряжения…
Как-никак, а начальником исследовательской орбитальной станции «Вегера-5» всё ещё был он и пока что никто не подумывал занять этот пост следующим.
- …Доктора Зенгера и прочих я попрошу пока что удалиться, а одну из ваших медсестёр – остаться. Если будет нужно, мы вас вызовем.
- А можно остаться мне? – спросила блондинка первой.
Её напарница обиженно цокнула языком и отвернулась.
- Отлично, Миллер. Вы останетесь для того, чтобы вести медицинские наблюдения и всё записывать в дневник. А с вами, Рено, мы решим, что делать дальше, и немедленно этим займёмся.
Всё это время доктор Рено стоял немного поодаль, прислонившись к дверному косяку и сложив на груди руки, и молча наблюдал за происходящим. Когда же почти вся бригада медиков покинула лабораторию, он не спеша приблизился к кушетке и положил ладонь на лоб новоиспечённой женщины, которая, как теперь казалось, просто спала. Однако это простое прикосновение, как он решил про себя, было для испытуемой чем-то наподобие электрического разряда: она принялась мотать головой и напряглась всем телом, которое выгнулось дугой, словно по нему пробежала судорога, а когда он убрал, наконец, руку, вновь расслабилась и открыла глаза.
Да, у неё были те же глаза, которые он уже видел тогда, на безымянном портрете. Только теперь они глядели иначе – очень удивлённо и даже испуганно.
- Она в сознании, профессор! – заявил Рено. - Теперь мы можем с ней поговорить?
- Только не утомите её своими разговорами, Рено, она ещё только увидела белый свет после векового забвения, - предупредил начальник.
- Я буду очень осторожен, не беспокойтесь. Сегодня отличный день, не так ли… эээ… мы ведь ещё не дали ей имя!
- Думаю, пора исправить это упущение, - профессор Дорман очень внимательно поглядел на свою подопечную, которая уже успела закрыть глаза и снова провалиться в сон. – Какое имя первым приходит вам в голову?
Доктор Рено почесал затылок.
- Может быть… Кристен? – он многозначительно глянул в сторону медсестры, уткнувшейся в монитор и делающей при этом записи в блокноте.
- Э-э, не нужно, - отозвалась та, даже не повернув головы. – Одной Кристен тут, пожалуй хватит, и Стэйси тоже.
- Ну хорошо… прошу прощения, если задел. Тогда… мою сестру, например, зовут Люси.
- А моей уже нет в живых, её звали Эллен…
В тот же миг женщина на кушетке очнулась вновь.
Продолжение следует...
Свидетельство о публикации №226112201809