Экономический срез эпохи 26. Февраль 1900 года
Экономический срез эпохи 26. Февраль 1900 года
(Очерк-отражение Биржевого указателя от 4 февраля 1900 года ( подраздела «Предприятия, находящиеся в ликвидации или администрации» раздела «Акции торгово-промышленных предприятий»), размещенного в «Правительственном Вестнике» № 28 от 5 февраля 1900 года)
Введение. Зачем Санкт-Петербургская биржа оставляла в бюллетене разорившиеся компании?
В самом подвале котировального листа «Биржевого указателя» от 4 февраля 1900 года помещен особый, мрачный и отрезвляющий раздел — «Предприятия, наход. в ликвидации или администрации».
В дореволюционном российском торговом праве между двумя словами в этом заголовке была принципиальная юридическая разница:
• «Администрация» (конкурсное управление по делам несостоятельного должника, назначавшееся коммерческим судом по ходатайству большинства кредиторов) означала, что завод или пароходство еще дышит: оно приостановило выплаты по долгам, но продолжает работать под контролем назначенных судом «администраторов», чтобы рассчитаться с кредиторами и, если повезет, вернуть обновленное предприятие акционерам.
• «Ликвидация» означала окончательное закрытие дела и распродажу имущества с молотка: сначала деньги получали держатели облигаций, банки и подрядчики, и лишь если после всех расчетов оставались крохи, их делили между акционерами.
Вся таблица состоит из пяти строчек — и это подлинный список первых громких крушений великого промышленного и транспортного бума 1890-х годов!
Важное правило чтения номиналов («арифметика Витте»): У двух из пяти компаний этого списка стоит сноска 125 ;) р. — это 125 старых золотых рублей образца до 1897 года (эквивалент 500 французских франков). После денежной реформы Сергея Витте 1897 года новый золотой рубль стал ровно в 1,5 раза легче прежнего, поэтому все старые золотые номиналы автоматически пересчитывались на бирже с коэффициентом 1,5: 125 ; 1,5 = 187 рублей 50 копеек. С учетом этой поправки падение акций Глебовских и Восточно-Сибирских заводов выглядит еще более сокрушительным!
________________________________________
Раздел I. Две вагоностроительные драмы: живая сделка по «Фениксу» (105 р.) и обвал ревельского «Двигателя» (60 р.)
В конце 1890-х годов на волне строительства Транссиба в России началась настоящая горячка учредительства вагоностроительных заводов. Но казенные заказы оказались не бесконечными, и первыми под удар попали два крупных прибалтийских гиганта:
• 250 р. Вагоностр. и мех. зав. «Феникс»: Покупатели — 105 | Продавцы — прочерк | Сделано — 105.
• 150 р. Общ. вагоностр. зав. «Двигатель»: Покупатели — прочерк | Продавцы — 60 | Сделано — прочерк.
За этими двумя строчками стоят две поучительные истории корпоративной реструктуризации:
1. Надежда на спасение под администрацией — Вагоностроительный и механический завод «Феникс» (105 р. за 250-рублевый пай — 42% от номинала)
Единственная бумага во всем разделе, на которую есть реальный спрос покупателей и по которой 4 февраля 1900 года прошла живая сделка по 105 рублей!
Рижский завод «Феникс» (основанный в 1895 году банкирским домом и промышленником Оскаром Фрейвиртом рядом с процветающим Русско-Балтийским заводом) слишком быстро раздул мощности и залез в тяжелые краткосрочные долги. Когда в 1899 году подорожал кредит, «Феникс» не смог расплатиться с поставщиками и попал под судебную администрацию. Однако сам завод был новейшим, современным и имел портфель заказов на вагоны! Охотники за «недооцененными активами» справедливо рассудили, что после оздоровления под администрацией «Феникс» выживет (так и произошло: завод благополучно вышел из кризиса и стал одним из крупнейших вагоностроительных предприятий империи!), поэтому скупали его 250-рублевые акции по 105 рублей (с 58-процентным дисконтом).
2. Тяжелое похмелье ревельской стройки — Общество вагоностроительного завода «Двигатель» (60 р. за 150-рублевый пай — 40% от номинала)
На пятой строчке стоит ревельский (таллинский) завод «Двигатель», учрежденный в 1897–1898 годах на самом гребне биржевой лихорадки! Огромные средства ушли на постройку гигантских цехов в Ревеле, когда заказы казны уже начали сокращаться, а оборотного капитала катастрофически не хватило. В результате за 150-рублевую акцию продавцы просили всего 60 рублей (скидка 60% к номиналу), но покупателей в этот день не нашлось даже по такой цене.
________________________________________
Раздел II. Крах двух сибирских металлургических мечт: «Восточно-Сибирские заводы» (26 р.) и «Глебовские заводы» (6 р.!)
Две строчки с золотым номиналом 125 ;) р. (= 187 рублей 50 копеек кредитными рублями) показывают, чем заканчивались громкие колониальные проекты конца XIX века, построенные на чистом энтузиазме и французских франках:
• 125 ;) р. Общ. вост.-сиб. железодел. и механ. зав.: Покупатели — прочерк | Продавцы — 26 | Сделано — прочерк (13,9% от реального номинала 187,50 р.).
• 125 ;) р. Общ. Глебовских металлургич. зав.: Покупатели — прочерк | Продавцы — 6 | Сделано — прочерк (3,2% от реального номинала 187,50 р.!).
Посмотрите на этот масштаб катастрофы:
1. Общество Восточно-Сибирских железоделательных и механических заводов (26 р. против 187,50 р. — потеря 86% стоимости): Учрежденное для выплавки чугуна и рельсов в далекой Восточной Сибири (на базе Николаевского завода в Иркутской губернии) под строительство Транссибирской магистрали, общество столкнулось с бездорожьем, нехваткой рабочих рук, суровым климатом и чудовищной себестоимостью металла. Продавцы готовы были отдать вчерашнюю «золотую» акцию за 26 рублей, но желающих не было.
2. Абсолютный антирекорд всего «Биржевого указателя» — Общество Глебовских металлургических заводов (6 р. против 187,50 р. — потеря 96,8% стоимости!): Первая строчка списка хранит историю одной из самых громких биржевых афер и катастроф 1890-х годов! Предприниматель Владимир Глебов (с участием французских и бельгийских банкиров) разрекламировал «сказочные» рудные и угольные богатства на своих землях в Донецком бассейне и собрал огромный золотой капитал. На поверку рудные запасы оказались ничтожными, завод так и не вышел на рентабельную работу, а компания рухнула в ликвидацию. В феврале 1900 года акцию номиналом в 187 рублей 50 копеек предлагали по цене двух обедов в петербургском трактире — за 6 рублей, и даже за эту мелочь ее никто не брал!
________________________________________
Раздел III. Дальневосточный флот на мели: Амурское общество пароходства и торговли (75 р. за 500-рублевый пай — 15% от номинала)
Вторая строчка списка переносит нас на самый край Российской империи — на реку Амур:
• 500 р. Амурск. общ. пар. и торговли: Покупатели — прочерк | Продавцы — 75 | Сделано — прочерк (15% от номинала).
Учрежденное в 1893 году при активной правительственной поддержке и субсидиях для развития судоходства по Амуру, Шилке, Аргуни и Сунгари (и снабжения стройки восточного участка Транссиба и КВЖД), Амурское общество пароходства и торговли заказало за границей целый флот колесных пароходов и барж. Но суровые навигационные условия Амура, мели, ледоходы, гигантские расходы на ремонт флота за тридевять земель от промышленных центров и неэффективное управление быстро разорили общество. К февралю 1900 года оно попало под администрацию, а его 500-рублевый пай предлагался продавцами со скидкой в 85% к номиналу — по 75 рублей.
________________________________________
Заключение: финальные уроки «Биржевого указателя» от 4 февраля 1900 года и взгляд в зеркале сегодняшнего дня
Пять подлинных строчек раздела «Предприятия, наход. в ликвидации или администрации» ставят отрезвляющую точку в нашем разборе бюллетеня 1900 года:
1. Акционер всегда стоит последним в очереди при банкротстве.
Когда долги превышают возможности бизнеса (как у Глебовских или Восточно-Сибирских заводов), акционерный капитал сгорает почти до нуля (3–14% от номинала), тогда как облигационеры и кредиторы забирают оставшиеся активы.
2. Разница между «мертвым проектом» и «живым заводом с временным кассовым разрывом». Биржа 1900 года безошибочно отделила безнадежные «Глебовские заводы» (никто не берет даже по 6 рублей) от современного рижского завода «Феникс», у которого был реальный производственный потенциал и по которому шли покупки по 105 рублей.
3. Эйфория на пике цикла рождает самые тяжелые банкротства. Все пять компаний списка были порождением инвестиционной эйфории середины 1890-х годов, когда инвесторы покупали громкие обещания в далеких регионах без проверки себестоимости и долговой нагрузки.
Взгляд в зеркале сегодняшнего дня: дефолты, реструктуризации и «проблемные активы» в 2026 году
Если перенестись из петербургского биржевого зала февраля 1900 года в современную Россию ноября 2026 года, то на Московской бирже действует современный аналог этого раздела — сектор компаний повышенного инвестиционного риска (ПИР) и эмитентов, проходящих через реструктуризацию долга или процедуры банкротства (таких как «Роснано», «Открытие Холдинг», «Обувь России» в прошлые годы или закредитованные эмитенты высокодоходных облигаций и второго-третьего эшелона в 2025–2026 годах).
И в этом историческом зеркале отчетливо проступают три вечные закономерности рынка проблемных активов:
• Высокая ключевая ставка как главный санитар закредитованных компаний. Как в 1900 году денежная теснота и дорогие вексельные кредиты добили предприятия, нахватившие займов на пике бума 1890-х годов («Феникс», «Двигатель», Амурское пароходство), так и в современной России ноября 2026 года, при ключевой ставке Банка России на уровне 14% годовых (после еще более жесткого периода 2024–2025 годов), главным фактором риска для публичных компаний остается долговой рычаг и стоимость рефинансирования. Компании, набравшие долг по плавающим ставкам в период дешевых денег, отдают всю операционную прибыль банкам и облигационерам.
• Разница между операционно сильным бизнесом и «пустышкой». История рижского «Феникса» (105 р. в 1900 году) против «Глебовских заводов» (6 р.) напрямую перекликается с современными кейсами реструктуризации: когда компания обладает реальными, востребованными производственными мощностями и сильным продуктом (как, например, «Мечел» или ОВК в моменты своих крупных долговых реструктуризаций), у акционеров сохраняется шанс на восстановление стоимости после списания или реструктуризации долга; если же за громкой вывеской нет конкурентоспособного бизнеса, капитал акционеров обесценивается практически до нуля.
• Необходимость «штрафного списка» для защиты розничного инвестора. Дореволюционная Санкт-Петербургская биржа мудро выделяла предприятия в ликвидации и администрации в отдельный нижний блок бюллетеня, чтобы ни один начинающий инвестор по ошибке не купил бумагу за 6 или 60 рублей, приняв ее за «дешевую» акцию наравне с Путиловским или Брянским заводом. Ту же самую защитную функцию сегодня выполняют специальные сектора риска Московской биржи, кредитные рейтинги и тестирование неквалифицированных инвесторов.
На этом последняя строчка «Биржевого указателя» от 4 февраля 1900 года прочитана и осмыслена. Весь путь пройден — от первых государственных займов империи до последних обломков биржевого бума на нижней строке газетной полосы.
Текст подраздела «Предприятия, находящиеся в ликвидации или администрации» раздела «Акции торгово-промышленных предприятий»:
Предприятия, наход. в ликвидации или администрации.
• 125 ;) р. Общ. Глебовских металлургич. зав.: — | 6 | —
• 500 р. Амурск. общ. пар. и торговли: — | 75 | —
• 250 р. Вагоностр. и мех. зав. «Феникс»: 105 | — | 105
• 125 ;) р. Общ. вост.-сиб. железодел. и механ. зав.: — | 26 | —
• 150 р. Общ. вагоностр. зав. «Двигатель»: — | 60 | —
Свидетельство о публикации №226112200020