Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.

Русский крест Перемахнем пригорочек

).
//////
Название: Русский крест: Перемахнем пригорочек! (Киносценарий / Заявка на сериал)

Жанр: Историко-приключенческий детектив, мистический реализм.
Автор: Станислав Богданов

Аннотация:
1799–1814 годы. От заснеженных вершин Швейцарских Альп и пылающей Москвы 1812 года — до туманных доков Лондона и раскаленных улиц Бомбея.
Тайная канцелярия российских императоров Павла I и Александра I ведет невидимую войну против британской «Ложи 666» и наполеоновских оккультистов, охотящихся за древними свитками Евразии. Молодой кавалергард Базиль Артамонов и бесстрашная разведчица Екатерина Ардова отправляются с опасной миссией в Индию, где им предстоит разрушить колониальные коды Ост-Индской компании, найти союзников среди светлых индийских мудрецов-сиддхов и перевербовать честного британского офицера.

Ниже представлены фрагменты из начала (Альпийский поход Суворова, 1799), середины (пожар Москвы и операция «Святая дружина», 1812) и финала (Бомбейский штурм и путь в Гималаи, 1814)
(...)
7. НАТ. ШВЕЙЦАРСКИЕ АЛЬПЫ. УЩЕЛЬЕ У ЧЁРТОВА МОСТА — ДЕНЬ (СЕНТЯБРЬ 1799 ГОДА)
Заснеженное, ледяное ущелье. Колонна русских мушкетеров с поручиком БАЗИЛЕМ АРТАМОНОВЫМ во главе пробивается к перевалу Сент-Готард. Из засады за скалой двое воинов Тартарии в медвежьих шкурах подают условный трехкратный сигнал глиняной свистулькой — предупреждая о французской засаде капитана МИШЕЛЬИ.
На утреннем смотре цесаревич АЛЕКСАНДР ПАВЛОВИЧ (21) объезжает строй и вдруг замирает, побледнев: в третьей шеренге стоит поручик Базиль Артамонов — его точный, зеркальный двойник!

СКЛЕЙКА: Штурм Чёртова моста. Грохот французских пушек. Базиль бросается по горящему настилу, срывая поджог пороховых бочек. Взрыв швыряет его в пропасть — в ледяную горную реку.

8. НАТ. УЩЕЛЬЕ У КОСТРОВ ТАРТАРИИ / КАПКАН У РАСПЯТИЯ — НОЧЬ
Ледяной поток выбрасывает обессиленного Базиля на отмель, где горят костры воинов Тартарии. Из дыма выходит могучий воевода — его отец ПЬЕР АРТАМОНОВ, накидывая на сына медвежью шубу: «Ты моя кровь, Андрей-Базиль. Вместе спасем империю от изменников».
(...)
1. ИНТ. МОСКВА. ГРАНОВИТАЯ ПАЛАТА КРЕМЛЯ — НОЧЬ (СЕНТЯБРЬ 1812 ГОДА)
Пылающая Москва. В полумраке древней кремлевской палаты, освещенной багровыми отблесками пожара за окнами, нервно ходит НАПОЛЕОН БОНАПАРТ (43). Только что углем на каменной стене он начертил сложную оккультную пентаграмму, пытаясь силой магии подчинить волю России.

Внезапно небо над Кремлем раскалывается. Из печных труб горящих московских усадеб с тихим, утробным гулом вылетают огромные огненные шары, взрываясь в небе ослепительными вспышками. С площади доносятся панические вопли французских гвардейцев.
К императору подбегают его телохранители-мамлюки — РУСТАМ и ИБРАГИМ, обнажая кривые сабли ассасинов.

НАПОЛЕОН
(бледный, судорожно сжимает в руке стеклянный масонский шар)
Это конец... Эту нацию безумцев и святых нельзя одолеть шаблонами. Они жгут собственную столицу, чтобы не отдать нам свою душу. Но я заберу из их тайников древние книги Тартарии!
(...)
1. НАТ. ПОРТ БОМБЕЯ. ПЛОЩАДЬ У КОНТОРЫ ОСТ-ИНДСКОЙ КОМПАНИИ — ДЕНЬ (1813 ГОД)
Раскаленный индийский полдень. Ост-Индский корабль бросает якорь на рейде Бомбея. Базиль Артамонов и Екатерина Ардова сходят на берег, призывая в молитве высшую мудрость Тартарии и Святую Софию, и сразу замечают слежку.
Из окна портового бюро капитан СМИТ (34) — резидент Скотланд-Ярда и ложи Уитворта — видит, как через площадь быстро проходит старый слуга-индус МУСТАФА (40), а за ним по пятам идут двое СИДДХОВ-ЗОМБИ с серыми лицами и поясами, утыканными изогнутыми лезвиями. Вспомнив давний детский стыд в туманном Саутварке, когда он из страха бросил друга у кладбищенской ограды перед людьми в черных мантиях, Смит решает порвать с трусостью. Он берет саблю и пистолеты и выбегает на улицу, чтобы спасти Мустафу.

2. НАТ. БОМБЕЙ. УЗКАЯ УЛОЧКА ТРУЩОБ — ДЕНЬ
В глухом каменном тупике капитан Смит кружится волчком, отбивая кавалерийской саблей смертоносные выпады зомби-сиддхов, одурманенных опиумными курениями темного жреца ГАФУРА. Второй зомби сбивает англичанина с ног, занося клинок над его горлом.
С крыши соседнего дома спрыгивают БАЗИЛЬ и ЕКАТЕРИНА. Базиль перехватывает удар фанатика стальным палашом, а Екатерина приемом савата выбивает оружие у второго.

СМИТ
(поднимается, тяжело дыша, смотрит на русских с глубоким уважением)
Благодарю вас, поручик. Я всю жизнь служил Ост-Индской компании из страха перед лордами... Но сегодня я увидел настоящую честь. Ведите.

 В подземелье особняка Гафура они держат сына Мустафы и готовят кровавый ритуал для Уитворта.

3. ИНТ. ОСОБНЯК ГАФУРА. ПОДЗЕМНЫЙ ХРАМ — ВЕЧЕР
Мрачный каменный зал под землей, освещенный дымящимися жаровнями. Перед зловещим изваянием стоит коллаборационист ГАФУР (50) с остекленевшими глазами. Рядом с ним стоит прозревший французский полковник МИШЕЛЬИ (35), который сам пришел в логово врага, чтобы искупить вину перед Базилем.

На каменном алтаре связанным лежит юный сын Мустафы — РИДЖИ (14), а на подставке разложены древние свитки Тартарии. У стен замерли шестеро зомби-сиддхов.

ГАФУР
(в трансе поднимает ритуальный кинжал)
Лорд Уитворт требует кровь! Эта жертва откроет врата власти над всей Азией!

В зал, выбив тяжелые кованые двери, врываются Базиль, Екатерина, капитан Смит и Мустафа. Одновременно из бокового хода выходят пятеро старцев в простых белых одеждах — СВЕТЛЫЕ СИДДХИ, хранители древней индийской мудрости.

СТАРШИЙ СВЕТЛЫЙ СИДДХ
(громовым, исполненным силы голосом)
Остановись, Гафур! Ты осквернил древнее знание ради золота чужеземцев! Истинная сила Индии — в сострадании и свете, а не в создании бездушных мертвецов!

Гафур в ярости кричит: «Убить их всех!».

Зомби-сиддхи бросаются в атаку. Мишельи мгновенно встает плечом к плечу с Базилем, прикрывая его спину от ударов с фланга:

МИШЕЛЬИ
(улыбается сквозь звон клинков)
Я обещал вам сатисфакцию, поручик! Вот она — плечом к плечу!

Базиль, Екатерина и Смит в едином строю со светлыми сиддхами оттесняют фанатиков. Базиль прорывается к алтарю, выбивает кинжал из руки Гафура, а Мустафа бросается к сыну и разрезает путы. Светлые сиддхи окружают Гафура кольцом спокойного сияния — темный морок ложи «МИ-666» рассыпается, и обессиленный коллаборационист падает на колени.

4. НАТ. ПРЕДГОРЬЯ ГИМАЛАЕВ. ГОРНЫЙ МОНАСТЫРЬ — РАССВЕТ (1814 ГОД)
Величественные заснеженные вершины Гималаев в лучах восходящего солнца. На каменной террасе древнего монастыря стоят Базиль Артамонов, Екатерина Ардова, капитан Смит и Старший Светлый Сиддх.

Базиль бережно передает в руки индийского мудреца кожаный тубус с древними свитками Тартарии.
Б
АЗИЛЬ
(с поклоном)
Храните их здесь, на вершине мира, учитель. В Европе еще долго будет литься кровь. Но придет век, когда наши потомки вернутся за этим ключом.

СТАРШИЙ СВЕТЛЫЙ СИДДХ
(принимает тубус, кладет ладонь на сердце)

Свитки дождутся своих посланников из России, брат. Отныне между нашими народами проложен мост, который не разрушит ни одна империя.
(...)
///**\\\
Название: Стальной Евразийский крест (Киносценарий / Сезон 2 дилогии «Русский крест»)Жанр: Историко-приключенческий шпионский детектив, мистический реализм.Автор: Станислав Богданов
Аннотация:

1924 / 1942–1943 годы. Прямое продолжение исторической саги «Русский крест: Перемахнем пригорочек!».

Древние свитки Тартарии, спасенные русскими кавалергардами в Бомбее 1814 года и укрытые светлыми индийскими мудрецами-сиддхами в Гималаях, спустя столетие находит экспедиция Николая и Елены Рерихов. В грозном 1942 году эти знания становятся главным оружием против тайного союза британской «Ложи 666», «леди Астор» и нацистского бюро «Аненербе». Пока под Сталинградом и на Кавказе Красная Армия ломает хребет Вермахту, лондонские и берлинские оккультисты в сговоре с наследниками темной секты Гафура организуют страшный искусственный голод в Бенгалии и запускают производство идеальных зомби-двойников. Сталин, Берия, академик Морозов и индийские патриоты объединяют усилия, чтобы разорвать финансовую и оккультную блокаду Евразии и запустить проект Золотого Рубля.

Ниже представлены фрагменты из начала (Гималаи 1924 и тень над Бенгалией 1942), середины (подземный фронт Кавказа и Сталинградский госпиталь) и финала (Мавзолей, Золотой Рубль и прорыв блокады Калькутты).
(...)
1. НАТ. ГИМАЛАИ. ГОРНЫЙ МОНАСТЫРЬ — ДЕНЬ (ФЛЕШБЭК, 1924 ГОД)
Ослепительное горное солнце над заснеженными пиками. На каменную террасу древнего монастыря поднимаются НИКОЛАЙ РЕРИХ (50) и ЕЛЕНА РЕРИХ (45) в сопровождении тихого, подтянутого проводника — офицера советской разведки (ученика генерала Самойло и академика Морозова).

Навстречу им выходит глубокий, но прямой старец в белом одеянии — потомок и преемник Старшего Светлого Сиддха из 1814 года. Старец бережно достает из каменного тайника потертый кожаный тубус.

ИНДИЙСКИЙ СТАРЕЦ
(с поклоном передает тубус Николаю Рериху)
Сто десять лет мы берегли этот ключ, посланники России. Русский воин Базиль и его спутница Екатерина завещали отдать его тем, кто придет с чистым сердцем, когда над Евразией снова сгустится тьма.

Николай Рерих принимает свитки Тартарии о «токах земли» и вращении души-креста: «Теперь у нас есть щит для грядущей бури»
(...)
1. ИНТ. СТАЛИНГРАД. ПОЛЕВОЙ ГОСПИТАЛЬ У ВОЛГИ — НОЧЬ (ДЕКАБРЬ 1942 ГОДА)
Дрожащий свет коптилки в сыром подвале разбитого здания. Разведчик СМЕРШа ВАСИЛИЙ ЦВИГУН (25) подходит к койке раненого офицера в форме вермахта, подобранного в развалинах. Глаза пленного затянуты мутной серой пеленой, от тела веет могильным холодом.

Внезапно пленный резко садится на койке. Его лицо на мгновение искажается чудовищной гримасой богини разрушения Кали — тем самым клеймом бомбейской лаборатории Гафура. Прежде чем Цвигун успевает выхватить пистолет, фигура зомби-офицера вспыхивает багровым маревом и бесследно растворяется сквозь толстую кирпичную стену подвала!

ЦВИГУН
(потрясенно ощупывает холодный кирпич, берет трубку полевого телефона)
Срочно шифровку в Центр, товарищу Берии! Объект «Аненербе» прошел сквозь стену! Это не человек!

2. ИНТ. КАВКАЗ. ПОДЗЕМНЫЙ ТУННЕЛЬ ТАРТАРИИ — НОЧЬ
Глубоко под заснеженными перевалами Кубани ЛАВРЕНТИЙ БЕРИЯ, руководитель спецотдела ГЛЕБ БАРЧЕНКО и перешедший на сторону чести итальянский капитан альпийских стрелков ДЖОВАННИ ведут бойцов ОСНАЗа к древнему подземному святилищу.
Из темных гранитных ниш выходят гигантские двухметровые лохматые Стражи Беловодья. Их красные глаза светятся мягко, узнавая в Берии и его бойцах защитников родной земли.

БАРЧЕНКО
(прислушивается к ментальному гулу камней)
Стражи говорят, Лаврентий Павлович: узел питания бомбейских двойников и сталинградских зомби идет через уральский магнитотрон Сиверса и тибетско-бенгальский канал. Если мы соединим токи Кавказа с уральским контуром Морозова — их мертвые копии рассыплются в прах!
(...)
3. НАТ. КАЛЬКУТТА. ПОРТОВЫЕ ДОКИ — НОЧЬ
Ночной порт на реке Хугли. Британские колониальные патрули охраняют гигантские склады с зерном и рисом, подготовленным к вывозу в метрополию.
Бесшумно, словно тени, к воротам складов выходят седой индийский мудрец РИДЖИ (143 — хранитель древней тайны долголетия светлых сиддхов), десяток бесстрашных индийских патриотов и прозревший еще в 1813 году капитан СМИТ (вернее, его внук — честный британский офицер медицинской службы АРТУР СМИТ, 32, отказавшийся выполнять преступный приказ о конфискации продовольствия).

АРТУР СМИТ
(передает Риджи связку ключей от складов и портовые пропуска)
Мой прадед полтора века назад в Бомбее понял, что честь выше колониальных приказов. Раздавайте рис людям, Риджи. Мои санитары прикроют вывоз зерна под видом эвакуации госпиталя.

Риджи с глубоким поклоном жмет руку англичанину. В ту же ночь тысячи мешков с рисом уходят в голодающие деревни Бенгалии, спасая десятки тысяч жизней и срывая кровавый ритуал ложи Астор.
ЗТМ (Затемнение).
КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ СЕРИИ.

Серия 4. «Сталинградский рассвет и Евразийский Щит» (Финал 2-го сезона)

1. НАТ. КАВКАЗ. ГОРНОЕ ПЛАТО У ВРАТ ТАРТАРИИ — РАССВЕТ (ФЕВРАЛЬ 1943 ГОДА)
Холодное горное утро. Остатки элитной группы СС «Аненербе» во главе с штурмбаннфюрером ЛЕОНАРДОМ зажаты в каменном мешке. С одной стороны наступают бойцы ОСНАЗа НКВД под командованием ЛАВРЕНТИЯ БЕРИИ и ГЛЕБА БАРЧЕНКО, с другой — их отрезают перешедшие на сторону правды итальянские альпийские стрелки капитана ДЖОВАННИ.

Леонард в отчаянии выхватывает черный палаш с рунами «666», пытаясь прорваться к входу в пещеру, но из глубины гранитной расщелины раздается оглушительный рык Стражей Беловодья. Эсэсовцы в панике бросают оружие и поднимают руки.

БЕРИЯ
(поправляет пенсне, смотрит на поверженный палаш в снегу)
Вот и всё, господа мистики. Кавказ остается свободным. Благодарю за службу, капитан Джованни.

ДЖОВАННИ
(отдает честь)
Мы служили не фашизму, синьор комиссар, а человеческой совести.
(...)


Рецензии