Теперь напишу непосредственно о своей работе. Работ у меня было много. О каждой не расскажешь. Напишу о том, что как-то повлияло на мою дальнейшую жизнь.
Совсем молоденькой девочкой устроилась в отдел писем в газету «Известия». Думала будет прикольно и весело – буфет с кофейком, журналисты-международники в нём и работа вроде не пыльная. Хотя всё оказалось с точностью наоборот. Работа была в самом прямом смысле этого слова пыльная. Каждый день к нам в отдел приносили мешки с письмами. Господи! Это была квинтэссенция человеческих страданий, горя и слёз. Ведь в то время центральная газета была одним из немногих мест, где обиженный властью человек рассчитывал получить защиту и найти правду.До сих пор помню письмо одной пожилой женщины, потерявшей во время войны мужа и трёх сыновей. Всё это время она ковала Победу в родном колхозе, в результате ей положили пенсию 6 рублей в месяц. Много было писем о милицейском беспределе , о незаконно осужденных. Ну про незаконные увольнения и прочие «мелочи» я даже не пишу. Потом были просто письма, где люди рассказывали свою жизнь. И, как я поняла, жизнь-то оказалась совсем не сладкой. После этого не очень-то хотелось распивать кофеи с сытыми и циничными корреспондентами, упакованными в фирменные шмотки. Я не смогла там работать, абсолютная невозможность помочь, как справиться с такой бездной несправедливости, которая обрушилась на мою бедную незакалённую голову. Ведь до сих пор моим кругом общения были только успешные, красивые люди, у которых, если и были проблемы, то они их не афишировали. Изнанку жизни я совсем не знала, но понимала, что из этого мешка писем повезёт, быть может, 1-2 счастливчикам, если корреспондент выедет на место и попытается что-либо сделать, В то время ещё немного боялись корреспондентов центральных газет… В общем, началась моя первая ломка и взросление, переосмысление моей беззаботной жизни. Но очень-очень медленно. Кому ж в 19 лет хочется думать о жизни ТАК?
В общем, то уже тогда меня влекло к себе печатное слово и я была студенткой Иняза, хоть и в акдемке, устроилась работать в журнал «Советская Литература», в немецкую редакцию. Работали там приятные интеллигентные люди, с которыми было о чём поговорить. Но работа, конечно была нуднейшая – читка, сверка, вёрстка, печать – я исправляю чужие ошибки. Читаешь одно и то же пять раз. Да мне, как обычно повезло. В то время печатали романы среднеазиатских писателей – это была песня – что вижу, о том пою! Но что компенсировало эту нудятину – железная комната 1 отдел, которой почему-то заведовала милая барышня, а не краснорожий сапог. С барышней мы срочно сдружились на почве модных нарядов и дружно распивали чаи в окружении вражеской прессы и жёлтой зарубежной прессы в виде журнальчиков «Штерн», «Шпигель» и т.д. Но работа там убедила меня завязать с этим институтом окончательно. Дело в том, что туда пришёл работать после МГУ Романо-Германского факультета мой старый школьный дружок. На должность младшего редактора, то есть опять же исправление чужих ошибок и прочая лабуда. Я подумала – на фиг. Тем более начиналось лето, а сидеть в духоте до 6 вечера совсем не хотелось. И решила я – не хочу быть мышью, а хочу на свободу! Решила стать птицей. Сказано – сделано.
Потом произошёл ряд событий, которые к этой теме не относятся. В результате всех перепетий, сменила гуманитарные науки на естественные. Когда уже училась на вечернем в 1 меде, встал вопрос о работе в больнице. Мой сокурсник привёл меня к своей маме, которая работала зав. Травматологическим отделением. Не очень-то хотелось идти туда работать, но когда я познакомилась с Кларой Васильевной сразу стало понятно – я там останусь. Мне в жизни везло на хороших людей. Я сразу поняла – это наш человек – умница, красавица, из интеллигенции с корнями. Дед – земский врач, отец – академик медицины. Что тут говорить. Таких Людей сейчас уже не выпускают… На работу летела вприпрыжку, училась своему ремеслу. Брала от докторов, сестёр, нянечек всё, что только можно. Коллектив Клара подобрала замечательный – все были высокообразованными людьми во всех сферах жизни, начиная с литературы и заканчивая устройством дачной грядки. Хотя, были наверное и плохие люди, но в моей голове и до сих пор живет какой-то фактор отторжения и забвения их. Я нехотела, да и не хочу помнить плохое, хотя, быть может и надо… Может быть я и не права, не знаю до сих пор. Но продолжу. Очень я полюбила свою работу. В нашем коллективе царил такой дух отношения к больному, желание помочь ему, отсутствие стяжательства, самоотдача, никакого уныния, оптимизм, что наши пациенты, поставленные на ноги просто становились нашими друзьями и многие забегали к нам просто на чаёк с разговорами. Но как я уже поняла к тому времени, такой Рай на Земле долго не мог продлиться. Прекрасная, мудрая Клара, как и многие лучшие представители интеллигенции, была вынуждена эмигрировать в Америку. Ну а на меня свалились всевозможные болезни, что было весьма правильно, как я думаю, по отношению ко мне. Поясню, хотя уже говорила об этом – болезнь посылается Нам не просто так – это напоминание и предупреждение Человеку о том, что он что-то делает в своей жизни неправильно. Время болезни – время размышлений о своей жизни. Это знак, ниспосланный Свыше о том, что Человек должен задуматься о своём Бытие. Не каждый, к сожалению, это понимает, а то Мир, может быть, был бы чуть лучше. Опять отвлеклась. Об этом я могу написать чуть позже, а то этот поток сознания никогда не кончится, а мы всё-таки пишем о работе. Так вот какой вывод я сделала – лечить, врачевать людей может только тот человек, который сам пережил те физические и моральные страдания, которые пережил его пациент. Для того, чтобы помочь больному, врач должен влезть в его тело, душу, понять его мысли, желания, надежды. Написала и сама сейчас испугалась. Мысль такая большая, но я почувствовала это интуитивно, подсознательно, а в словах это выглядит как-то обнажено, наверное не могу трансформировать эту мысль словами, но я думаю, вы поймёте о чём я.
В общем, я поняла это после всех моих скитаний по клиникам, перенесённой боли, страха, неизвестности, что с тобой будет дальше и будет ли вообще. Да и немудрено – когда лежишь на операционном столе, а твоя Душа витает где-то под потолком и поглядывает на тебя сверху, возможно раздумывая, - остаться здесь или пойти попутешествовать дальше, когда Смерть задевает тебя своим рукавом – я думаю, самый примитивный человек задумается о своём дальнейшем существовании.
В общем, я приступила к работе, вооружённая этим Знанием. И всё получилось! Больные любили меня, а я любила их. Не всех, конечно, я ведь не святая. Помогала им, был результат. В общем, в этом смысле, я была совершенно счастливым человеком. Работа меня не угнетала, не утомляла, не раздражала, а приносила радость, долгое время мне ничего не хотелось даже менять. Но вдруг на меня опять посыпались всякие болячки, видимо слишком много на себя брала, не знаю, но проанализировав ситуацию, поняла, в жизни надо что-то менять. И поменяла. Ушла совсем, стала заниматься воспитанием ребёнка, что тоже Работа, да ещё какая. Но это, конечно же совершенно отдельная тема.
В общем, просмотрела черновик. Вывод делать не буду, итак ясно, но так много перепечатывать, наверное буду сидеть 3 дня, а вы столько же читать. Так, к сожалению, появилось мыслей ещё на несколько дней. Придётся некоторым потерпеть.
С детства я воспринимала работу, как место, куда взрослые уходят в определённое время и в определённое же время возвращаются. И делают это ежедневно. Мне это никогда не нравилось. Терпеть не могу режим. Мне надо, чтобы в жизни царило разнообразие. И вот какую хитрую методику я изобрела – я любила встать пораньше, позаниматься посторонними делами, может, почитать, принять ванну, что-нибудь приготовить, да всё, что угодно, лишь бы сделать вид, что я иду не по обязанности трудиться, а для собственного удовольствия. Это мне всегда облегчало жизнь.
А тут вот возникла тема огорода или самостоятельной починки машины. Я подумала, что всякие повседневные дела, которые тоже можно считать работой, почти всегда делались мной себе в удовольствие. Поясню. Когда берёшься за что-либо и видишь перед собой конечную цель, которая, в моём случае, принесёт пользу и удовольствие окружающим меня людям, эта деятельность для меня переходит уже в другую категорию. Вот такие простые вещи, как уборка, ремонт, приготовление пищи, занятие спортом, тот же огород – разве это работа? Ты делаешь это не по обязанности, а исключительно для себя и своих близких. А близким надо приносить радость.
Когда, например, работаешь в спортзале, если, конечно, работаешь, что для меня не всегда легко, думаешь ведь о том, что распрямляется спина, тело принимает более совершенные формы, походка становится лёгкой, знакомые и незнакомые люди воспринимают тебя совершенно по другому, видя в твоих глазах радость. Разве это работа? Это – радость и просто иногда нужно чуточку потерпеть.
Или вот тот же борщ, к примеру – чистить все эти свёклы, морковки, картошки, да резать их красиво – вот уж канитель. Но зная конечный результат и удовольствие, которое принесёт это всем, плюёшь на эту ерунду.
То есть, наконец подползаю к финалу. Я пишу, в данном случае о себе, никаких обобщений. Работа для меня, в итоге, деланье вида, что это не работа, а просто удовольствие и польза, доставленное людям, развлечение, полезное занятие, хорошее проведение свободного времени, всё, что угодно, но только не труд в пользу Государства, за который в конце жизни тебя вознаградят пенсией, на которую ты смело сможешь питаться одним хлебом. Вот так. Некоторые Патриоты, моралисты, наверное, со мной не согласяться, но убеждать их в чём-то в этом формате не входит в мои планы. Сначала почитаем, что они нам напишут, а там и поговорим.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
