Дорога домой - два памятника, два лика памятиДрузья, мой путь продолжается. Алтай, подаривший столько встреч и откровений, остался за спиной, но его эхо еще звучит в сердце. Решив сделать крюк и перед возвращением в Беларусь заглянуть в Алматы, я отправился автостопом на север, через просторы Казахстана и России. Дорога — это не только пейзажи за стеклом, но и невольные встречи с памятью, встроенной в ландшафт. Сегодня хочу поделиться с вами двумя такими встречами, двумя точками на карте, которые стали для меня неожиданными страницами в дорожном дневнике (Фото можно посмотреть в моем блоге на Автор.Сегодня - https://author.today/post/755953 и VK - https://vk.com/wall541580757_4399 ). Первая остановка: Барнаул. Памятник Василию Шукшину у вокзала. Проезжая через Барнаул, невозможно не заметить эту скульптуру. Василий Шукшин — писатель, актер, режиссер, плоть от плоти этой земли — сидит на лавке, огорожен невысоким сельским заборчиком, рядом с ним — деревце, а вокруг сколочены доски. Его взгляд словно устремлен на дом, на стенах которого размещены его старые фотографии. В его позе нет монументальной торжественности. Есть покой, созерцание, глубокая внутренняя связь с родным порогом. Стоя перед этим бронзовым Шукшиным, я думал о том, как корни питают человека и творца. Он — вечный *возвращенец*, сердцем навсегда привязанный к отчему дому, к простой жизни, из которой выросло его большое искусство. Отсутствие чемодана в этой композиции — красноречивый символ: это не странник в пути, а человек, *достигший цели своего путешествия*, вернувшийся к истокам. В этом образе я увидел отголосок собственной тоски по дому: я тоже в пути, но уже с мыслями, полными новых впечатлений, устремляюсь к своему порогу. Это памятник не дороге, а *дому*. Тому месту, куда любая дорога в итоге ведет или откуда начинается. Вторая остановка: Рубцовск. Памятник «1418 дней и ночей. Мужеству и доблести воинов-земляков». Совершенно иной лик памяти предстал передо мной в Рубцовске. Цифра «1418» — это каждый день Великой Отечественной войны. Огромная, лаконичная стела и фигуры солдат. Суровый, сдержанный, без лишнего пафоса монумент. Он не кричит о подвиге — он напоминает о *длине и тяжести пути*. О том, что мужество — это не единовременный порыв, а ежедневное, еженощное испытание на прочность в течение четырех долгих лет. Здесь, у этого памятника, в тишине провинциального города, я вспомнил все те нити памяти, что тянулись через мое алтайское путешествие: и стенд в Горно-Алтайске, и тихие рассказы, и ощущение, что история здесь — не учебник, а живая ткань, сотканная из судеб отдельных людей, земляков. Этот монумент — словно огромный, общий надгробный камень для всех, кто не вернулся с той дороги, куда больше похожей на бездну. Между двумя памятниками. Эти две остановки, два памятника, создали для меня мощную дихотомию: Один памятник говорит о *конце пути* (возвращении домой), другой — о *пути без возврата*. Но оба они — о человеке. О его связи с местом, называемым Родиной. О долге перед ним — будь то долг художника или долг защитника. Сейчас я снова в пути. Алматы ждет впереди. А затем — долгая дорога домой, в Беларусь. И в багаже у меня теперь не только алтайские напевы и узоры, но и эти два безмолвных спутника: писатель, нашедший покой у родного забора, и солдат, застывший в поддержке товарища. Они напоминают: любая дорога начинается и заканчивается у порога дома. И важно, имея куда возвращаться, помнить о тех, кто заплатил за этот порог высшую цену. До новых встреч в пути. © Copyright: Виктор Агеев-Полторжицкий, 2025.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
