Файлы Биби интервью режиссера Такеру КарлсонуИз https://proza.ru/2026/04/06/156 АЛЕКС ГИБНИ: Ну, я думаю, что они раскрывают своего рода глубоко укоренившуюся коррупцию, готовность сделать почти все, чтобы спасти свою шкуру. Я думаю, что после выборов 2015 года им овладело чувство огромного высокомерия — что теперь он главный, потому что он вернулся после, казалось бы, поражения к огромной победе. И теперь у него появилось это чувство превосходства. Но затем произошло следующее: он стал предчуствовать, как за ним захлопывается дверь тюрьмы, и тогда он начал делать вещи, которые действительно завели Израиль в очень мрачное русло. Первым делом он попытался реформировать Министерство юстиции. Он пытался провести ряд реформ судебной системы — это было до 7 октября 2023 г., которые ослабили бы судебную власть в Израиле, скорее всего потому, что это подорвало бы заведенное на него дело. К этому времени он сформировал правительство с крайне правой коалицией, в которую входили Бен Гвир (Ben Gvir), глава Национальной безопасности, и Смотрич (Smotrich), Министерство финансов. Они крайне правые, крайне антипалестинские, и их планы заключались в расширении незаконных поселений на Западном берегу. Несмотря на тяжелейшую ситуацию для палестинцев на Западном берегу, в некоторых случаях существовали судебные постановления, которые порой препятствовали захвату земель. Когда Нетаньяху попытался реформировать судебную систему, люди возмутились, и это вызвало огромный протест против изменений, которые коренным образом подрывали израильскую демократию. Вскоре после этого, конечно, произошло ужасное нападение ХАМАСа 7 октября, которое потрясло Израиль. Люди начали понимать, что на протяжении многих лет Нетаньяху — опять же, я думаю, это часть его мировоззрения и общего коррупционного мышления — пытался регулировать отношения с ХАМАС и действительно позволял миллионам долларов поступать для ХАМАС из Катара через Израиль, иногда с наличными в мешках. И причина, по которой он это делал, заключалась в подрыве Палестинской автономии на Западном берегу, чтобы позволить своей праворадикальной коалиции получать все больше и больше территорий под поселения. Таким образом, происходили всевозможные странные коррупционные сделки. Но потом, я думаю, что после 7 октября — это был ужасный момент, я ни в коем случае не хочу его преуменьшать, это было чудовищное преступление, и мы показываем часть этого в фильме — он совершил нападение на Газу, которое вышло за рамки всякого чувства соразмерности, более 75 000 погибших. Теперь война с Ираном, война с Ливаном и так далее. Но одна из целей — я убежден, а также так думают все свидетели, показанные в фильме, которые являются очень авторитетными членами израильских силовых структур, одна из целей состоит в том, что он стал президентом военного времени, которого нельзя было успешно привлечь к ответственности за совершенные им преступления. Пока он главнокомандующий и ведёт войну, как вы смеете нападать на президента? Суд — не только расследование, но и сам процесс — он все еще продолжается. Прошло уже 10 лет с начала расследования. Таким образом, в некотором смысле, эта продажная личная коррупция, начинающаяся с сигар и розового шампанского — для которых у них были кодовые названия — и затем перерастающая в сделки, связанные со СМИ, эта личная коррупция набирала силу, пока не превратилась в моральное разложение, в которое сейчас втянут весь мир. ТАКЕР КАРЛСОН: Мне кажется, это разумная интерпретация. Конечно, я не знаю наверняка, но звучит правдоподобно, вполне правдоподобно. Итак, 7 октября. Думаю, большинство израильтян потрясены этим событием. И большая часть мира искренне шокирована и в ужасе, включая меня. Но затем начинается война в Газе — это разрушение Газы, это массовое убийство в Газе — а затем война распространяется на большую часть региона Леванта и теперь на Иран. Не слишком ли цинично думать, что одним из мотивов премьер-министра является просто продолжать двигаться вперед, потому что, если он остановится, его арестуют? АЛЕКС ГИБНИ: Пожалуй, это слишком цинично. Я имею в виду Нетаньяху хотел напасть на Иран давно — это точно. На эту тему сняли еще один фильм под названием «Нулевые дни». Но я думаю, что как только началась война, и я бы сказал, что в какой-то степени эта война начала оказывать определенное влияние на население Израиля, появилась возможность нацелиться на новых врагов. И это, конечно, имело побочный эффект — пока есть война, пока есть перманентная война — Нетаньяху никогда не будет привлечен к ответственности. Поэтому, опять же, я думаю, что говорить, что он напал на Иран, чтобы не попасть в тюрьму, может быть немного цинично. Я думаю, что у Нетаньяху было давнее желание напасть на Иран, и теперь — как после начала войны в Газе, так и с приходом к власти администрации Трампа в 2024 году — у него внезапно появилась такая возможность. АЛЕКС ГИБНИ: И мы также видим, что эта крайне правая фракция сеет хаос на Западном берегу, и поселения быстро расширяются действительно предосудительным образом. Это как бы скрыто от глаз общественности. Но это, я думаю, было одной из целей с самого начала, с противостоянием с ХАМАС. Потому что Нетаньяху, чтобы остаться у власти — еще одна коррупционная сделка — заключает сделку с крайне правыми, а затем становится очень, очень, очень правым. Он никогда не был пацифистом, но теперь он становится очень, очень, очень правым. И ценой огромных потерь жизней и средств к существованию многих палестинцев. ТАКЕР КАРЛСОН: Я консерватор, и я ненавижу насилие. А сегодня утром в израильской прессе появились сообщения о массовых насилиях израильских поселенцев на Западном берегу против палестинцев. Так что я думаю, что это просто степень — АЛЕКС ГИБНИ: — насилия поселенцев в отношении палестинцев на Западном берегу носит хищнический характер. И это продолжается день за днем, день за днем. © Copyright: Галина Надеждина, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
