– Вы не американец? – спросила девушка.
– Нет, немец.
– Терпеть не могу немцев.
– Я тоже, – согласился я.
Она взглянула на меня с изумлением.
– Я не говорю о присутствующих.
– И я тоже.
– Я – француженка. Вы должны меня понять. Война…
– Понимаю, – сказал я равнодушно.
Уже не в первый раз меня делали ответственным за преступления фашистского режима в Германии. И постепенно это перестало трогать. Я сидел в лагере для интернированных во Франции, но не возненавидел французов. Объяснять это, впрочем, было бесполезно.
Тот, кто умеет только ненавидеть или только любить, – завидно примитивен.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
