приём приёмных покоев

Аллиса: литературный дневник

Хотелось бы отметить, что моё фееричное катание с последующим эпичным падением произошло аккурат пятого марта, то есть почти накануне восьмого. Для меня, как некоторым образом хранителя совдеповских традиций - это важно.
Итак, очнулась. На падение моё никто внимания-то и не обратил, а я поднимаюсь и думаю: "Как же теперь праздники и подарки"? Выискиваю глазами Володю, потому как рука стала опухать и болеть. Ко мне подкатил некий сердобольный парниша с восхищениями и пожеланиями не бросать коньки. Я пообещала, что теперь - никогда... не брошу, только руку подлечу. Он сказал, что где-то в недрах крытого катка есть медсестра. Она-де быстро руку перевяжет, и всё будут тип-топ. На часах девять вечера, а мы с подоспевшим Вованом рыщем в поисках перевязочной. Искали недолго, нашли тётушек вахтёрш, которые осмотрели руку и посоветовали срочно обратиться к врачу. "Его и ищем"! - ответили мы. "Так наш врач заболела. Вы в больничку езжайте, в приемный покой".
У нас на два города больница одна. Ну, как одна: три больничных городка в трех разных местах, максимально удалённые друг от друга. Каждый такой городок - свой набор корпусов со своим функционалом. Поехали в ближайший к месту жительства. В приёмном покое нас травмированных оказалось трое. Время - десять вечера, как они-то умудрились покалечиться? И что любопытно, меня колбасит, озноб, холодно, а эти оголились чуть ли не до нижнего белья. Приемный покой неспешно принимает народ со скорой, отправляет в реанимацию, мы сидим, ждем. Как оказалось - рентгенолога. Через полчаса нужный специалист нашелся, и мы, калеки, дружно заковыляли фотографировать увечья. Потом ещё минут пятнадцать ожидания, и вот выходит дядя доктор с приговорами. Реально приговаривал, что-то типа " У котика боли, у собачки боли, а вы бобочку перевяжите, не тревожьте, а завтра покажите её хирургу в поликлинике". Я приготовилась получить свою порцию приговора, как врач неожиданно стал серьезным и сказал по классике анекдотов про Штирлица: "А вас, гражданочка, я попрошу остаться". И отправил в перевязочную. Там встретили две испуганные женщины. "А что случилось"? Я растерялась. сама хотела бы знать. Подошел Володя объяснил, мол, снимки показали перелом лучевой косточки около запястья и надо бы положить лангетку, чтобы отвести тушку в другой больничный городок с травматологическим отделением. Женщины просветлились, сразу достали бинты с гипсом и тазики с водой. А я понимаю, что если просто засучу рукава,для переодевания дома придётся их резать и у любимого лонгслива и у фирменного худи. Попросила помочь оголить руку. Медсестра откликнулась, но делала это максимально коряво. В общем, в пыточной этой милой тётке самое место. Понимаю, что она не со зла, но есть люди с врождёнными талантами.
Было начало двенадцатого, когда мы приехали в травму. Общее впечатление: депрессивное место, срочно нуждающееся в ремонте, но люди там работают душевные, кроме санитарок. Они не плохие, просто разговаривают исключительно матом, что лично меня напрягало. Мне сделали ешё раз фоточки поломанной руки, похвалили медиков, наложивших лангету, рекомендовали носить не снимая, пока не разрешит травматолог местной поликлиники, к которому мне очень желательно попасть в ближайшие десять дней в удобное для меня время, чтобы похвастаться красивым гипсом.
Домой вернулись в первые минуты новых суток. Коты возмущались и требовали еды. Володя скрипел, что его слишком все напрягли. Я понимала, что эффект от вброса адреналина в организм заканчивается и скакать серым козликом буду недолго.



Другие статьи в литературном дневнике: