Гусеничка и муравей

     Прошлым летом жили в лесу гусеничка Гуса и муравей Мур. Мур жил, конечно, в муравейнике, а Гуса – на высоком дереве неподалёку. Маленького Мура не отпускали далеко от дома. И Гуса не спускалась вниз. Они ещё не знали друг друга.
     Когда Мур немного подрос и вдоволь наслушался рассказов взрослых о том, что мир велик и необычен, ему захотелось проверить, так ли это. Однажды, глянув на верхушку дерева, он подумал, что если посмотреть оттуда, то увидишь всё и разом покончишь с этой неясностью. «Ничего ты не увидишь», -  посмеивались старые муравьи, которым он похвастался своим решением. «Увижу», - заупрямился Мур. На рассвете он торопливо пробрался росистой травой к дереву и смело побежал бороздками ствола вверх смотреть на мир.
     Оказалось, это не страшно - цель быстро приближалась, а встречные муравьи приветливо помахивали усиками. Мур подумал, что все, кроме него, уже повидали мир, и прибавил ходу, потому что не любил быть последним. Он забрался на огромную, полную ветра высоту, огляделся, но увидел еще меньше того, что видел снизу. Кроны деревьев здесь совершенно смыкались - старые муравьи были правы.
      «Ну и ладно, - решил Мур, - может, мир и велик, но чем он необычен? Нижний мир я знаю, а этот верхний - кому он нужен: здесь никто не живёт, и ничего не происходит». И побежал вниз. И вот тогда ему встретилась гусеничка.
     По цвету она почти не отличалась от листика, на котором жила. Мур заметил её лишь потому, что Гуса как раз обернулась, блеснули точечки её тёмных глаз. «Откуда ты взялась? – удивился он. Внизу ему попадались гусеницы – несчастные, они еле ползали, и он не ожидал встретить одну из них так высоко. – Пришла посмотреть на мир?» – «Я живу здесь…» - «Живёшь?! А внизу? Ты была внизу?» – «Нет…» - «Никогда?!» – «Никогда…»
     И они подружились.

     Теперь каждое утро муравей прибегал на дерево и целый день носился вверх-вниз, пока гусеничка в тени листвы поедала нежную весеннюю зелень.
     Мур легко справлялся с делами, отвечал на любые вопросы и точно знал, что будет делать завтра. А Гуса была очарована всем, что её окружало, медленно жила в ожидании чуда и ни о чём не думала. Она верила в судьбу.
      «Какие могут быть тут чудеса?» - дразнил её Мур. И важно рассказывал о великом и необычном нижнем мире.
     Чаще всего он объяснял, как умно и надёжно устроен муравейник. Гуса ничего не понимала, и даже сравнить муравейник ей было не с чем. Мур горячился, бегал вокруг, размахивал усиками, даже покусывал её… «Пойдем вниз, ты всё увидишь сама!» – убеждал он.
     И однажды, прибежав из тумана вместе с первыми лучами солнца, уговорил её отправиться вниз. Полдня она ползла по шершавой коре, но добралась лишь до середины пути между кроной и землей. Мур злился и кричал: «Да пошевеливайся же!»
     Но гусеничка смертельно устала. Она преодолела огромное расстояние, и вокруг была пустыня! Ни одного зелёного пятнышка, только жёсткая сухая кора. Она задыхалась от жары. Зачем идти куда-то? Что можно найти там, в этом непонятном муравейнике? «Да там полно травы!» – орал Мур. Но что такое трава и можно ли её есть, Гуса не понимала.
     Вдобавок её пугало, что муравьёв, пробегавших мимо, становилось всё больше, да и смотрели они на неё недобро. Наконец, Гуса остановилась и, виновато заглядывая Муру в глаза, тихо сказала, что возвращается. Мур даже не понял вначале: «Ты что?! Мы столько прошли! А муравейник?! Нигде в лесу ты не найдешь ничего подобного! Неужели тебе не интересно?»
     Он кричал, что она не права, что нужно преодолевать трудности, что там внизу будет интересно… Но гусеничка ползла назад. Он обижался, убегал, прибегал, уговаривал. «Так и умрёшь, ничего не увидев!» – крикнул он ей напоследок.

     В темноте, почти без сил приползла она домой. В голове у неё всё запуталось. Ей хотелось верить муравью, быть рядом с ним, таким умным и добрым. Но бесконечный тяжелый путь, в который Мур её потащил... Это было ужасно и… обидно: почему он так поступил с ней?
     А внизу, в муравейнике, не спал Мур. Он представлял, что скажет ей завтра, потом воображал, как она ещё пожалеет, потом мечтал, что однажды Гуса всё поймёт и они вместе будут открывать мир, полный хитроумных вещей, потом решал больше никогда не видеться с ней...

     Утро следующего дня выдалось пасмурным, лес молча ждал грозы. Пришла пора тёплых июньских ливней. Муравьи надстраивали муравейник, чтобы вода не проникла внутрь. Мур решил не идти к Гусе - есть у него дела и поважней. Но дождь всё не начинался, а к полудню тучи посветлели, стали тоньше, прозрачней, солнце растянуло в них окна, и лес зашумел, как обычно. Мур, который уже сто раз сбегал к дереву и обратно, подумал, что раз уж непогода отменяется, то… в общем, ноги сами понесли его наверх.

     Пробегая мимо Гусы, он нарочно не смотрел в её сторону – пусть первая окликнет, как бывало не раз. Но не было ни звука. «А, молчит!» - муравей скосил глаза на листик и увидел, что гусеничка мертва.
     Он побежал к ней. Закричал. Всё сразу стало жёлто-чёрным, а внутри сжалось до боли. Поздно. Гуса не дышала и была плотно закутана какой-то паутиной. Невидящими глазами повёл Мур вокруг в поисках паука – разметать в клочья, немедленно!
     К вечеру мучительную пустоту в голове сменила лишь одна мысль: «Ты виноват. Это из-за тебя. Теперь ничего не исправишь. Ничего, никогда…». Всю ночь Мур провел рядом с Гусой, глядя в темноту.
     И потом каждый день ходил к гусеничке, чтобы все муравьи знали - её нельзя трогать. Но, похоже, они всё равно тронули: однажды Гуса исчезла. Осталась лишь паутина. А потом и её смыл дождь.
     С того времени Мур стал грустен и молчалив.

     А щедрое лето до краёв заполнило лес жизнью. День и ночь продолжались шуршание, скрип, хруст, топот, хлопанье, клацанье, свист, стук, крик… Но уже отцвели деревья и осела пыльца. Облетели одуванчики, отколосились травы. Тихо спели ягоды. Воздух стал чист. Лес незаметно менялся. Менялся и взрослел Мур. Вместе с другими он строил муравейник, защищал его от врагов, приносил пищу. Привыкал мириться с тем, что происходило. Привыкал к тому, что в жизни ничего исправить нельзя, как нельзя заново её прожить. Привыкал к одиночеству.
     Иногда приходил на тот листик и проводил там остаток дня, ни о чём не думая.

     Однажды, в середине лета, уже пробежав мимо листика, он что-то почувствовал: пахнуло, скользнула тень. Мур на ходу оглянулся и увидел маленькую светлую бабочку -  она смотрела на него. Он растерялся - эти глаза он видел, но… это невозможно. Муравей перестал дышать, усики застыли, лес словно онемел.
     - Что же ты молчишь? Не узнаёшь? Это я! Здравствуй!
     - Ты же… ты не умерла?..
     - Умерла, но теперь у меня новая жизнь.
     - А… Что?..
     - Все бабочки раньше были гусеницами.
     - Да?.. Я не знал, я думал… Прости… Значит, это ты? Гуса?..
     - Да-да, я!
     Он снова услышал шум леса. Выходит, это не сон. «А как же та паутина? - заметался дурацкий вопрос. — Значит, это она!..»

     Они снова были вместе. Но было уже не так, как раньше. Поздно... Ну что теперь он мог ей рассказать? Повторить то, что рассказывал?
     А она - летала. Она видела то, что муравей и представить себе не мог. Почти торжественным голосом Гуса рассказывала, как красив лес сверху, как прекрасен полет, как бесконечно небо.
     А он… он кивал, грустно улыбался и смотрел в сторону.
     - Там, наверху, в небесном мире... - рассказывала она. - Тебе обязательно нужно это увидеть!
     - Да, наверно, конечно… - тускло отвечал он.
     Мур слушал, но думал о другом. О том, что никогда ни в кого не превратится, даже после смерти, а так и останется муравьём. И лес так и останется лесом, а следующим летом всё начнётся опять. Никогда он не полетит в небо, а гусенички всегда будут превращаться в бабочек, и это правильно, так всё и должно быть…

     Разговор завис, потянулись паузы. «Какой он добрый, - думала она. - Почему он не со мной, нам было бы так хорошо…» Она искренне не понимала, что привязывает его к этому муравейнику, к этому дереву.
     - Ну, что… Пока? – ей хотелось быть повеселее.
     - Пока, – ответил он, пряча глаза.
     Она вспорхнула и, легко подхваченная ветерком, сразу же унеслась. Он осторожно, мельком, глянул ей вслед, постоял ещё немного и поплёлся вниз…

     И вдруг увидел, как в сторону дерева движется гриб, наколотый на спину ежа. Зверёк неторопливо пробирался в траве, серьёзно глядя прямо перед собой. Когда он поравнялся с деревом, по стволу рыжей молнией метнулась белка, зависла над ежом, передними лапками сдёрнула гриб, моментально перехватила его зубами и... стремительно унеслась вверх. Ёж остановился, замер и какое-то время соображал, что произошло, потом приподнялся на задних лапках, задрал вверх острую мордочку с крохотным чёрным носом и стал озираться, мелко нюхая воздух.
     Мур рассмеялся и побежал домой. Над лесом сияло солнце. В воздухе летали сотни бабочек, внизу сновали миллионы муравьев. Всё было, как всегда...